СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4817/2025(1)-АК

Дело № А60-47445/2024

10 июля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.

судей                               Зарифуллиной Л.М., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования ИС «КАД»: 

от ФИО1: ФИО2 (паспорт, доверенность от 27.06.2025), 

от лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу должника ФИО1 

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 апреля 2025 года 

о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и неприменении правила об освобождении от исполнения обязательств, 

вынесенное в рамках дела № А60-47445/2024 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),

установил:

ФИО1 27 августа 2024 года обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества.

Решением суда от 18.09.2024 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. 

Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3 (ИНН: 

<

***>; адрес для направления корреспонденции арбитражному управляющему: 624315, 

<

...>) член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация "Центральное агентство арбитражных управляющих".

В Арбитражный суд Свердловской области 03 марта 2025 года поступило ходатайство финансового управляющего ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества гражданина по делу №А60-47445/2024. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25 апреля 2025 года (резолютивная часть принята 17 апреля 2025 года) процедура реализации имущества ФИО1 завершена без применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. 

Не согласившись с указанным определением в части не применения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит данный судебный акт в соответствующей части отменить.

В обоснование апелляционной жалобе ее заявитель указывает, что должником финансовому управляющему представлены все запрашиваемые документы, раскрыты запрашиваемые сведения. Доказательств того, что должник злонамеренно сокрыла имущество от финансового управляющего или уклонялась от передачи каких-либо имеющихся у меня документов или имущества в дело конкурсным кредитором не представлено. Должник не привлекался к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство. Проведенный анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, а выводы финансового управляющего в деле о банкротстве никем не оспорены.

Должник считает довод суда первой инстанции о принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств в 2021 - 2022 годах и выводе активов - переводе денежных средств физическим лицам в марте - августе 2021 года необоснованным, поскольку он основан на решении от 21.04.2023 Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга по делу 2-434/2023, которое впоследствии отменено апелляционным определением от 07.09.2023 Свердловского областного суда. Апелляционной инстанцией установлено, что между ФИО4 и должником сложились фактические отношения по договору поручения, а не займа.

Апеллянт не согласен с выводом суда первой инстанции о расценивании дарения принадлежащей должнику доли жилой комнаты площадью 17.9 кв. м. в квартире, расположенной по адресу 

<

...> (кадастровый номер 66:56:0208008:6319) как злоупотребления правом. Указывает, что доход от реализации указанного недвижимого имущества в любом случае существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов в процедуре банкротства должника в связи с чем, сохранение такого имущества в конкурсной массе не соответствует цели процедуры банкротства. 

Должник отмечает, что представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

От должника также 26 июня 2025 поступили дополнительные пояснения к апелляционной жалобе, отмечает, что направленные ФИО5 в материалы дела документы о том, что должник взял у ФИО5 в долг денежные средства в размере 1 000 000 рублей, являются фальсифицированными, должником подано заявление в Следственный комитет Российской Федерации по Свердловской области, Прокуратуру Свердловской области и к Уполномоченному по правам человека в Свердловской области о проведении проверки в действиях ФИО6 и ФИО5 состава преступления, предусмотренного ст. 128.1 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, должник указывает, что, полученные займы в ПАО «Сбербанк» были «перекредитовкой» долговых обязательств перед Тинькофф-банк и ПАО «МТС Банк» и если бы ФИО4 (правопредшественник конкурсного кредитора ФИО6) не предъявил иск в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга, то должник бы выплатил кредиту в пользу ПАО «Сбербанк».

От кредитора ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу должника, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что какого-либо сотрудничества с судом по делу со стороны должника не имеется. За всю процедуру банкротства должник представила в суд первой инстанции только заявление о банкротстве. Должник не представляла в арбитражный суд своей позиции относительно включения требований кредиторов в реестр требований, не представляла в арбитражный суд своей позиции относительно возражений ФИО6 и ФИО5 на ходатайство финансового управляющего об освобождении должника от обязательств. Отмечает, что должник ФИО1 не обосновывает в своей жалобе, с какой целью арбитражный суд в своем определении от 25.04.2025 года должен был указать, что ФИО1 в 2021 году вернула ФИО4 денежные средства в общей сумме 193 354 руб. ФИО6 (и его правопредшественникам ФИО7 и ФИО4) при подаче иска в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в 2022 году эта сумма уже была учтена при определении размера требований. Относительно спорной квартиры, указывает, что должник ФИО1 не представила в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга объяснений, с какой целью она произвела дарение и почему эта сделка была заключена сразу после принятия судом иска к производству, а не ранее, с учетом того, что ФИО1 владела долей с апреля 2021 года. На момент совершения сделки для ФИО1 отчуждаемое жилое помещение не было единственным жильем, и, следовательно, оно могло быть возвращено в конкурсную массу и реализовано для удовлетворения требований кредиторов, либо должна быть реализована доля должника в размере 1/3 в квартире, расположенной по адресу: г. Нижний Тагил, пр-кт. Октябрьский, д. 15, кв. 142. Согласно публично доступным сведениям из ЕГРН кадастровая стоимость данной двухкомнатной квартиры площадью 50,2 кв.м. по состоянию на 01.01.2023 – 1 920 793,06 руб., следовательно, кадастровая стоимость 1/3 доли в квартире составляет 640 264,35 руб. Кроме того, должник не представила объяснения по многим иным фактическим обстоятельствам, установленным судом относительно банковских кредитов, мер для предупреждения банкротства, цель использования квартиры и цель заема от ФИО5

Перед судебным заседанием 07 июля 2025 года от должника ФИО1 поступило пояснение к апелляционной жалобе, указав, что  финансовым управляющим предоставлена копия ответа ПАО «Сбербанк» в отношение должника, в соответствие с которым на оптическом носителе банком предоставлены сведения о кредитных обязательствах, исходя из которых установлено, что потребительские кредиты № 170375 от 01.02.2022 года, №148070 от 28.01.2022 года, № 147765 от 28.01.2022 года взяты на рефинансирование. Таким образом, при выдаче займов банк обладал информацией об уже выданных должнику кредитов и мог проанализировать кредитоспособность заемщика, а ФИО1 в свою очередь не скрывала цель для получения кредита.

Должник просит приобщить документы, согласно которым установлены факты, что жилая комната приобретена 23.04.2021 года должником на заемные средства и находиться в залоге у залогодержателя. Данные обязательства погашены в полном объеме на средства материнского капитала, выданного ФИО1 16.06.2022 года (п. 8 нотариального соглашения). Таким образом, залоговое имущество в размере 100% было оплачено мерами социальной поддержки в виде материнского капитала и направлено на обеспечение жилой площадью несовершеннолетних детей. Действия бывших супругов по наделению в равных долях своих несовершеннолетних детей в связи с погашением ипотечного кредита (возникшего до обязательств должника перед другими кредиторами) за счет материнского капитала не может быть классифицировано как действия направленные на вывод имущества в ущерб другим кредиторам.

Суд апелляционной инстанции в судебном заседании приобщил к материалам дела следующие документы: ответ ПАО «Сбербанк»; договор купли-продажи от 23.04.2021 года; государственный сертификат на материнский капитал; нотариальное соглашение № 66 АА 7597101 от 08.11.2022; Свидетельство о расторжение брака № III-AИ 541344.

В судебном заседании представитель должника ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил определение отменить, апелляционную жлобу удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда в обжалуемой части проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьи 266, части 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее,    решением суда от 18.09.2024 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. 

Из материалов дела усматривается, что финансовым управляющим заявлено о необходимости завершения процедуры реализации имущества, поскольку все мероприятия по анализу финансового состояния должника, выявлению имущества, подлежащего реализации, и прочие мероприятия в рамках данной процедуры окончены.

Согласно информации, представленной финансовым управляющим, за должником не зарегистрированы объекты движимого имущества. 

Должник не состоит в браке, имеет двух несовершеннолетних детей на иждивении. В настоящее время должник трудоустроен в ООО «Алко - трейд». В собственности имеется 1/3 доли в квартире по адресу: 

<

...>, площадь 50,2 кв.м., кадастровый номер 66:5660111021:2187. Реестр требований кредиторов сформирован в сумме 2 457 800,31 руб.

К административной ответственности за мелкое хищение, умышленное уничтожение или повреждение имущества, неправомерные действия при банкротстве, фиктивное или преднамеренное банкротство должник не привлекался. В отношении должника на момент принятия данного определения не заведены уголовные и административные дела, а также нет неснятой и непогашенной судимости. Статус индивидуального предпринимателя отсутствует. Процедуры несостоятельности (банкротства) ранее в отношении должника не возбуждались. Имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, на должника не зарегистрировано. 

Оснований для продления срока процедуры реализации имущества гражданина, не имеется. Поскольку пополнение конкурсной массы невозможно, суд признает, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника.

Принимая во внимание, что финансовым управляющим были проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд первой инстанции правомерно завершил процедуру реализации имущества в отношении должника на основании положений статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В данной части определение суда первой инстанции в апелляционном порядке не обжалуется.

При этом суд первой инстанции, в отношении должника не применены правила пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Суд первой инстанции, отказывая в применении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, исходил из того, что ФИО1 принимала на себя заведомо неисполнимые обязательства перед кредиторами, осознавала, что у неё нет доходов, которые позволили бы вернуть долги. По мнению суда, фактические обстоятельства настоящего дела свидетельствуют не о неразумности поведения физического лица, а о явной недобросовестности при вступлении в кредитные обязательства, принятие должником кредитных обязательств в короткий промежуток времени на значительную сумму.

Должник ФИО1, оспаривая определение суда первой инстанции в части неприменения правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, указывает, что доводы о явной недобросовестности должника при вступлении в кредитные обязательства противоречат обстоятельствам дела. 

Доводы апелляционной жалобы заслуживают внимание суда апелляционной инстанции в связи со следующим. 

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. К таким обстоятельствам относятся следующие: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Пунктами 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункт 4 статья 213.28 Закона о банкротстве, пункт 45 вышеуказанного постановления №45).

Из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статья 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Суд первой инстанции установил, что ФИО1 в 2021-2022 г.г. приняла на себя заведомо неисполнимые обязательства, что свидетельствует о её недобросовестном поведении в ущерб кредиторам. Какого-либо значительного дохода в 2021-2024 г.г. ФИО1 не имела, чтобы добросовестно погасить долги. Также суд первой инстанции  указывает, что должник еще в январе  2022 года не смогла удовлетворить письменную претензию (требование) правопредшественника кредитора ФИО4 о возврате ему денежных средств в размере 1 795 600 руб.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что данный вывод суда первой инстанции основан на решении Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга по делу 2-434/2023 от 21.04.2023, которое впоследствии отменено апелляционным определением от 07.09.2023 года Свердловского областного суда.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда критически отнеслась к доводам о перечислении ФИО4 (правопредшественник конкурсного кредитора ФИО6) в марте - августе 2021 года должнику денежных средств во исполнение договоров займа, поскольку соответствующих договоров в материалы дела не было представлено.

Относительно займа между должником и ФИО4, должник отмечает, что данный договор необходимо квалифицировать как договор поручения. 

Согласно п 1. ст. 971 ГК РФ по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

В соответствии с п. 1. ст. 972 ГК РФ доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, если это предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором поручения.

Из материалов дела  следует, что в даты перевода должнику ФИО4 денежных средств, ФИО1 приобретена криптовалюта на имя должника.

Криптовалюта приобреталась должником через физических лиц. Должник указывает, что между ним и  ФИО4 были доверительные отношения, была договоренность о том, что ФИО4 дает денежные средства, а должник приобретает на свое имя для него криптовалюту. Криптовалюта приобреталась на имя должника поскольку ФИО4 опасался и не умел самостоятельно совершать действия по ее приобретению.

Приобретая в 2021 году по просьбе ФИО4 криптовалюту на свое имя, должник отмечает, что не мог предположить, что в последующем она обесценится, а ФИО4 откажется от устных договоренностей и подаст исковое заявление о взыскании с меня денежных средств.

Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что должник произвел возврат денежных средств в размере 193 354 руб. 00 коп. ФИО4 после продажи криптовалюты, т. е. целью не являлось привлечение заемных денежных средств и их вложение в криптовалюту.

Данный вывод подтверждается имеющимися в материалах дела подтверждениями перечисления денежных средств ФИО4 ФИО1, и дальнейшие покупки за счет переведенных средств должником криптовалюты. 

Из материалов гражданского  дела  №33-13660/2023 следует, что 18.03.2022 старшим оперуполномоченным ОУР МУ МВД России «Нижнетагильское»  вынесено постановление  об  отказе в возбуждении уголовного дела. Из данного постановления следует, что 11.03.2022 от ФИО8 поступило заявление по факту мошеннических действий в отношении него ФИО1, ФИО9 В ходе проверки установлено, из объяснений ФИО4 следует, что у него имеется знакомая ФИО1, которая занимается инвестициями в криптовалюту Биткоин. ФИО4 заинтересовался инвестициями в криптовалюту, перевел ФИО1 1 795 600 с целью дальнейшего перевода ею денежных средств в криптовалюту Биткоин. ФИО4 переводил денежные средства на банковские счета ФИО9 и ФИО1

Как установлено судом общей юрисдикции, 24.03.2021 ФИО4 совершает перечисление в размере 145600 рублей, ФИО1 совершает 24.03.2021 покупку криптовалюты на сумму 150600 рублей; 04.04.2021 - перевод на сумму 100000 рублей, 04.04.2021 - покупка на сумму 100020 рублей; 30.05.2021 – перевод на сумму 100000 рублей, 30.05.2021 – покупка на сумму 100020 рублей; 11.06.2021 – перевод на сумму 100000 рублей, 11.06.2021 – покупка на сумму 100020 рублей; 14.06.2021 – перевод на сумму 500000 рублей, 14.06.2021 – покупка на сумму 500010 рублей; 18.06.2021 и 19.06.2021 – перевод на сумму 350000 рублей и 250000 рублей, 19.06.2021 – покупка на сумму 661920 рублей; 23.07.2021 – перевод на суму 200000 рублей, 23.07.2021 покупка на сумму 345480 рублей; 07.08.2021 – перевод на сумму 50000 рублей, 07.08.2021 – покупка на сумму 50040 рублей.

Также, в апелляционном определении Свердловского областного суда № 33-13660/2023 по делу № 2-434/2023 был сделан вывод, что между ФИО4 и ФИО1 сложились фактические отношения по договору поручения, в соответствии с которыми ФИО1 по поручению ФИО4 приняла на себя обязательство за счет поручителя совершить в его интересах действия по проведению операций по покупке криптовалюты. 

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что должник передал денежные средства третьим лицам для приобретения криптовалюты. 

При этом криптовалюта представляет собой высокорисковый механизм инвестирования денежных средств в силу значительной волатильности рынка, отсутствия достаточной правовой базы.

Утрата денежных средств при торговле криптовалютой может происходить вследствие ее повышенной волатильности, мошеннических действий третьих лиц, технических уязвимостей. В первом случае у инвестора остается какой-то объем приобретенной криптовалюты, потерявшей свою стоимость, или денежные средства от ее реализации по какой бы то ни было стоимости. В других случаях инвестором могут приниматься меры для восстановления его нарушенных прав.

Поскольку деятельность на бирже носит рисковый характер, уменьшение стоимости финансового актива влечет неполучение дохода и ожидаемой прибыли от этой деятельности.

Как поясняет должник, приобретенная криптовалюта обесценилась, после продажи криптовалюты должник произвел возврат денежных средств ФИО4 частично в размере 193 354 руб. 00 коп. 

ФИО4, вкладывая денежные средства в высокорисковые проекты (криптовалюту), должен был осознавать возможность неполучения дохода и ожидаемой прибыли от этой деятельности, невозможность возврата перечисленных денежных средств в рамках договора поручения по совершению действий по проведению операций по покупке криптовалюты.

Учитывая тот факт, что должник, получая  денежные средства, не вводил никого в заблуждение относительно своего имущественного положения и цели получения денежных средств, последующая ссылка кредитора на неразумные действия должника, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника возврата денежных средств в случае невозможности исполнения обязательств по договору поручения либо утраты денежных средств при торговле криптовалютой, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Поэтому ФИО4 и иные кредиторы (банки), предоставляя столь значительные суммы денежных средств, осознанно приняли на себя риски невозврата денежных средств, не потребовав при этом от должника предоставления имущества в их обеспечение, сведений о его имущественном положении, источниках доходов и других кредиторах.

С учетом установленных обстоятельств в обозначенных кредитором действиях должника не усматривается признаков недобросовестности или злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 N 306-ЭС20-20820, от 03.09.2020 N 310-ЭС20-6956).

Также суд первой инстанции пришел к выводу, что обстоятельства настоящего дела свидетельствуют не о неразумности поведения физического лица, а о явной недобросовестности при вступлении в кредитные обязательства, принятие должником кредитных обязательств в короткий промежуток времени на значительную сумму. Судом первой инстанции указано, что  должником создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у должника иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в короткий промежуток времени (в течение трех дней). Так, кредитные договоры заключались 28.01.2022, 01.02.2022, 08.02.2022, 12.02.2022, 12.03.2022 в различных банках, что указано самой ФИО1 в заявлении. Само по себе подписание должником в короткий промежуток времени кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки, в короткие же сроки одобрения кредита банки не имели возможность установить всю кредитную историю должника.

Между тем, с данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не может согласиться.

При установлении недобросовестности должника суд в зависимости от обстоятельств дела, с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестных кредиторов от недобросовестного поведения должника, в виде отказа в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения банкротных процедур.

Одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных для него условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника.

Вместе с тем, после определения таких оптимальных условий кредитования стандартным поведением добросовестного заемщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия, с целью получения кредита на всю необходимую сумму, предоставив тем самым банку возможность оценить перспективы и риски заключения сделки.

При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков стандартным поведением добросовестного потенциального заемщика будет являться указание соответствующей информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях, поскольку иное лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и возможности заемщика исполнить обязательства.

Информация о заключении кредитного договора передается в бюро кредитных историй в срок не позднее окончания третьего рабочего дня после наступления соответствующего события (подпункт 1 пункт 6 статьи 2 Федеральный закон от 31 июля 2020 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О кредитных историях" в части модернизации системы формирования кредитных историй").

Таким образом, учитывая, что сведения о кредитных договорах передаются в течение трех рабочих дней, банки обладали сведениями о наличии действующих кредитных обязательств у должника при предоставлении кредита по договорам от 01.02.2022, 08.02.2022, 12.02.2022, 12.03.2022. Более того, три кредитных договора были заключены с  ПАО «Сбербанк», который обладал сведениями по предоставлению кредитов должнику.

Как следует из пояснений должника, кредиты были взяты им в качестве рефинансирования долгового обязательства в отношении ПАО «Сбербанк».

Так, финансовым управляющим предоставлена копия ответа ПАО «Сбербанк» в отношение должника, в соответствие с которым на оптическом носителе банком предоставлены сведения о кредитных обязательствах, исходя из которых установлено, что потребительские кредиты № 170375 от 01.02.2022 года, № 148070 от 28.01.2022 года, № 147765 от 28.01.2022 года взяты на рефинансирование.

Таким образом, при выдаче займов банк обладал информацией о выданных должнику кредитах и мог проанализировать кредитоспособность заемщика, а ФИО1 в свою очередь не скрывала цель для получения кредита. При этом в отношение долговых обязательств перед кредитором ФИО6 (правопреемник ФИО4) на момент возникновения обязательств перед ПАО «Сбербанк», ФИО1 их не признавала, что подтверждает ее позиция в суде.

При подаче заявления о собственном банкротстве, кроме обязательств перед ПАО «Сбербанк» должником указаны в качестве кредитора ПАО «Совкомбанк» с суммой требования в размере 19 309 руб.12 коп., ООО «Рифей» - 10  733 руб.58 коп., ООО «МКК «Купи не копи» - 15 840 руб.41 коп., ПАО «МТС Банк» - 2 100 271 руб.39 коп., ООО «Микрокретиная компания скорость Финанс» - 37 920 руб.,  ООО «Микрокредитная компания «А-Финанс» - 15000 руб.

Согласно отчету финансового управляющего следует, что в реестр требований кредиторов включены требования ПАО «Сбербанк» в размере   839 750,31 рублей, из которых: 616 194,41 руб. – просроченный основной долг, 210 953,03 руб. – просроченные проценты, 6 786,87 руб. – неустойка, 5816,00 руб. – госпошлина; ФНС России – 516 руб. основного долга; ФИО6 – 1 617 534 руб. Иные кредиторы в рамках дела о банкротстве должника с требованиями о включении в реестр кредиторов не заявлялись. 

Доказательств того, что при оформлении займов должник действовала явно с намерением причинить вред кредитору, намеренно скрыла информацию о своих кредитных обязательствах, то есть действовала явно с умыслом, совершила мошенничество, злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности, в материалы дела не представлено, и суд апелляционной инстанции таких обстоятельств также не установил.

В материалах дела отсутствуют доказательства предоставления должником недостоверных сведений, которые могли повлиять на принятие решения о выдаче должнику кредита банком, который является профессиональным участником кредитного рынка, имеет широкие возможности для оценки кредитоспособности заемщика.

Информация о целях использования должником денежных средств, полученных по кредитным договорам (займа) раскрыта, аргументы кредитора ФИО6 об умышленном уклонении должника от погашения задолженности, введении кредиторов в заблуждение банка о целях получения займов, не принимаются в силу статьи 65 АПК РФ в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о наличии таких обстоятельств.

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Поскольку должник намерений не исполнять обязательства и причинить вред кредиторам должник не имел, оснований полагать, что должник вступил в кредитные отношения, заведомо не имея цели погашать кредиты, или действовал с иным злоупотреблением правом, у суда апелляционной инстанции не имеется, соответственно, вменяемые кредитором должнику действия, с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего дела о банкротстве, не создают оснований для отказа в социальной реабилитации.

Также в обоснование доводов о неприменении правил освобождения ФИО6 указывал на следующие обстоятельства. 

В 2021 - 2022 годы должником были совершены сделки, которые по своей сути являлись выводом активов должника на третьих лиц, они были совершены должником с целью причинения вреда кредиторам. Сведения о сделках были раскрыты должником в 2022-2023 г.г. при рассмотрении Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга гражданского дела № 2-434/2023 по иску ФИО6 к ООО "ТК УРАЛСНАБ, ФИО9, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения. 

Так, 15.11.2022 года ФИО1 безвозмедно передала в собственность своим несовершеннолетним детям ФИО10 и ФИО11 принадлежащее ей на праве собственности с 27.04.2021 г. жилое помещение (кадастровый номер 66:56:0208008:6319, расположенном по адресу: 

<

...>). После данной сделки у ФИО1 осталась в собственности доля в размере 1/3 в квартире, расположенной по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр-кт. Октябрьский, д. 15, кв. 142, в которой остальные доли принадлежат ее матери –ФИО9 и ее отцу- ФИО12 Данная сделка была совершена в период рассмотрения Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга гражданского дела № 2-434/2023. На момент совершения сделки для ФИО1 отчуждаемое жилое помещение не было единственным жильем, и, следовательно, оно должно быть возвращено в конкурсную массу и реализовано для удовлетворения требований кредиторов, либо должна быть реализована доля должника в размере 1/3 в квартире, расположенной по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр-кт. Октябрьский, д. 15, кв. 142. Кадастровая стоимость отчужденного жилого помещения на 01.01.2023 года – 483 897.68 руб. То обстоятельство, что данный объект недвижимости приобретался частично на материнский капитал, не означает, что ФИО1 была обязана полностью передать его в собственность своих несовершеннолетних детей. В период рассмотрения Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга гражданского дела № 2-434/2023 было установлено, что ФИО1 проживает в этой квартире. Сделка в процедуре банкротства не оспорена.

Относительно спорной квартиры, должник поясняет, что 15.11.2022 ФИО1 безвозмедно передала в собственность своим несовершеннолетним детям ФИО10 и ФИО11 принадлежащее ей на праве собственности с 27.04.2021 г. жилое помещение (кадастровый номер 66:56:0208008:6319, расположенном по адресу: 

<

...>). 

После данной сделки у ФИО1 осталась в собственности доля в размере 1/3 в квартире, расположенной по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр-кт. Октябрьский, д. 15, кв. 142, в которой остальные доли принадлежат ее матери –ФИО9 и ее отцу- ФИО12 

Относительно подтверждения позиции по оформлению дарения ? доли Жилой комнаты площадью 17,9 кв. м. в пользу несовершеннолетних детей должника, установлено, что в материалы дела финансовым управляющим не приложены документы в отношение вышеуказанной сделки, а именно: договор купли-продажи от 23.04.2021, государственный сертификат на материнский капитал, нотариальное соглашение № 66 АА 7597101 от 08.11.2022, свидетельство о расторжение брака № III-AИ 541344. Апелляционным судом данные документы приобщены в судебном заседании.

Исходя из вышеуказанных документов, установлены факты, что жилая комната приобретена 23.04.2021 должником на заемные средства и находиться в залоге у залогодержателя. Данные обязательства погашены в полном объеме на средства материнского капитала, выданного ФИО1 16.06.2022 года (п. 8 нотариального соглашения). Таким образом, залоговое имущество в размере 100% было оплачено мерами социальной поддержки в виде материнского капитала и направлено на обеспечение жилой площадью несовершеннолетних детей. 

С учетом, того, что должником расторгнут брак 26.10.2021 на основании решения мирового суда, при использовании материнского капитала, полученного 16.06.2022, необходимо в течение 6 (шести) месяцев наделить детей долями в недвижимом имуществе, что и сделали бывшие супруги, при этом отказавшись от своих долей в пользу детей. Действия бывших супругов по наделению в равных долях своих несовершеннолетних детей в связи с погашением ипотечного кредита (возникшего до обязательств должника перед другими кредиторами) за счет материнского капитала не может быть классифицировано как действия направленные на вывод имущества в ущерб другим кредиторам.

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами должника о том, что  доход от реализации указанного недвижимого имущества в любом случае существенно не повлиял бы на формирование конкурсной массы.

С момента возбуждения в отношении должника процедуры банкротства, последний приобретает специальный статус должника-банкрота и в отношении его имущества устанавливается режим конкурсной массы, подлежащей реализации только в рамках дела о его банкротстве.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" разъяснено, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Пункт 4 статьи 50 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает учетную норму площади жилого помещения, данная норма подразумевает минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется уровень обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения. Установление учетной нормы возлагается на уполномоченные органы местного самоуправления.

Постановлением Главы города Нижний Тагил от 22.11.2007 №1423 «О внесении изменений в постановление Главы города Нижний Тагил от 30.09.2005 №1112 «Об установлении учетной нормы и нормы предоставления площади жилого помещения на территории муниципального образования «город Нижний Тагил» установлена учетная норма площади жилого помещения - 12 кв.метров общей площади жилого помещения на одного человека.

Комната была приобретена за 483 881,83 руб., соответственно стоимость % доли в комнате составляет 120 970,46 руб., однако, учитывая спрос на рынке недвижимости на доли в праве собственности, полагаю, что первоначальная стоимость имущества не превысит 90 000 руб. 00 коп.

Согласно сложившейся практике, цена отсечения при продаже имущества составляет не менее 10% от первоначальной стоимости. Соответственно, в случае отсутствия заявок на этапе первых и вторых торгов, в ходе публичных торгов стоимость имущества может достигнуть минимального размера 9 000 руб. 00 коп. При этом затраты на публикации о торгах могут составить 2 908,44 руб. Кроме этого, необходимо учесть расходы на оплату госпошлины в размере 25 000 руб. 00 коп. за рассмотрение заявления о признании сделки по дарению доли недействительной.

Таким образом, сумма, полученная в результате продажи имущества предположительно может составить от 90 000 руб. до 9 000 руб. Затраты на обжалование сделки и проведение торгов могут составить до 27 908,44 руб.

Из изложенного выше следует, что доход от реализации указанного недвижимого имущества в любом случае существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов в процедуре банкротства должника в связи с чем, сохранение такого имущества в конкурсной массе не соответствует цели процедуры банкротства.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обязательства должника им погашались, финансовое неблагополучие должника и прекращение исполнения обязательств наступило по не зависящим от должника обстоятельствам.

Таким образом, руководствуясь вышеприведенными нормами права и разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45 о порядке их применения, исследовав фактические обстоятельства настоящего дела о банкротстве и признав, что каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы из материалов дела не усматривается; доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено; исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции и указывает на  отсутствие в рассматриваемом случае достаточных оснований для отказа в применении к должнику ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении мной своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, что являлось бы основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов, конкурсными кредиторами не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 апреля 2025 года по делу № А60-47445/2024 в обжалуемой части, а именно в части неосвобождения ФИО1 от исполнения обязательств подлежит отмене. 

В отношении должника ФИО1 следует применить положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 апреля 2025 года по делу № А60-47445/2024 в обжалуемой части, а именно в части неосвобождения ФИО1 от исполнения обязательств, отменить.

Применить в отношении должника ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" об освобождении от исполнения обязательств.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.В. Саликова 

Судьи

Л.М. Зарифуллина 

Т.Н. Устюгова