ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-5281/2022

21 июня 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июня 2024 года

 

Восьмой арбитражный  апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.,

судей Веревкина А.В., Горобец Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мироновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3019/2024) акционерного общества «Евракор» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 08.02.2024 по делу № А70-5281/2022 (судья Соловьев К.Л.), по иску акционерного общества «РОСПАН Интернешнл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Евракор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителя акционерного общества «РОСПАН Интернешнл» – ФИО1 по доверенности № 138 от 08.08.2022 сроком действия по 31.12.2024, 

в здании суда в судебном заседании принял участие представитель акционерного общества «Евракор» – представитель ФИО2 по доверенности № 44-08-24 от  08.04.2024 сроком действия  до 08.04.2025 год,  

 

установил:

акционерное общество «Роспан Интернешнл» (далее - истец, АО «Роспан Интернешнл») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к акционерному обществу «Евракор» (далее - ответчик, АО «Евракор») о взыскании штрафа за некачественное выполнение работ по договору подряда от 19.04.2016 №РИ231-16 в размере 21 778 959 руб. 10 коп., а также убытков, возникших в результате некачественного выполнения работ, в размере 20 383 646  руб. 81 коп.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Стройконтракт», ООО «Татинтек», АНО «Центр экспертизы и исследований» Услуги государственным и муниципальным структурам».

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 08.02.2024 исковые требования удовлетворены частично; с АО «Евракор» в пользу АО «РОСПАН Интернешнл» взысканы убытки в размере 20 383 646  руб. 81 коп., штраф в размере 5 000 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 200 000 руб., расходы на оплату экспертиз в размере 3 850 000 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Евракор» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает следующее: результат работ принят истцом без замечаний, работы оплачены в полном объеме, порывы произошли не по вине ответчика через два года после принятия истцом работ, соответственно устранение порывов возможно только за счет истца; истец установил более дешевую систему обнаружения утечек, потеряв при этом интерес к результату работ ответчика, что явилось основанием для предъявления требования о взыскании убытков; основания для предъявления иска по пункту 27.1.2. договора отсутствуют, поскольку повреждения являются устранимыми; судебные экспертизы являются недостоверными и противоречивыми, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворения ходатайства ответчика о проведении повторной экспертизы; вина ответчика, а также причинно-следственная связь между действиями ответчика и дефектами не были доказаны ни по делу А70-10548/2020, ни по настоящему делу, соответственно требование о взыскании убытков не подлежало удовлетворению; взыскание с ответчика стоимости экспертизы признанной судом недостоверным доказательством является незаконным.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 апелляционная жалоба назначена к рассмотрению на 21.05.2024

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, АО «Роспан Интернешнл» представило отзыв, в котором просило решение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 06.06.2024.

В судебном заседании, представитель АО «Евракор» поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, дал пояснения, ответил на вопросы суда.

Представитель АО «Роспан Интернешнл» с доводами апелляционной жалобы не согласен, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным, дал пояснения, ответил на вопросы суда.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения жалоб, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса. 

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав мнение представителей сторон, проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не установил оснований для его изменения или отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 19.04.2016 между АО «Роспан Интернешнл» (заказчик) и АО «Евракор» (подрядчик) заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ № РИ231-16.

В соответствии с указанным договором АО «Евракор» обязалось выполнить работы по объекту «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». Корректировка» по заданию заказчика в соответствии с договором и рабочей документацией, включая:

- выполнение строительно-монтажных работ по строительству с использованием материалов и оборудования в соответствии со статьей 9 договора;

- иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ;

- проведение испытаний в соответствии с согласованной с заказчиком инструкцией (методикой);

- индивидуальное испытание и комплексное опробование, включая пусконаладочные работы;

- сдачу объекта в эксплуатацию совместно с заказчиком и выполнение обязательств в течение гарантийного срока.

Согласно пункту 7.1 договора, подрядчик выполняет все работы, являющиеся предметом договора, в соответствии с рабочей документацией, графиком выполнения работ, расчетом стоимости строительства объекта, иными условиями договора, а также требованиями действующего законодательства Российской Федерации и ЛНД заказчика. Любые отклонения от рабочей документации, в том числе не влияющие на технологию и качество объекта, подрядчик обязан согласовать с представителем заказчика.

Как следует из материалов дела, в период с 28.02.2018 по 31.12.2018 АО «Евракор» выполнены, а АО «Роспан Интернешнл» приняты и оплачены монтажные работы по прокладке волоконно-оптических кабелей в траншее на сумму 21 778 959 руб. 10 коп. (с НДС), что подтверждается актами о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 28.02.2018 27.4; от 31.03.2018 № 29.19, от 31.12.2018 № 44.37, платежными поручениями от 03.04.2018 № 244694, от 04.05.2018 № 249344, от 06.02.2019 № 284826.

31.01.2020 сторонами составлен акт осмотра волоконно-оптического кабеля (ВОК) системы обнаружения утечек (СОУ), в котором указано на наличие множества обрывов оптического кабеля и неработоспособность системы СОУ, а также на несоблюдение проектных решений в части кабельных запасов в точках монтажа оптических муфт/кроссов, не соблюдение строительных длин ОК и значений оптических затуханий. Необходима замена кабеля. 

Письмами от 06.02.2020 №АЕ-149, от 18.02.2020 № ИР-0421-20, от 18.03.2020 №ИРИ-0760-20, от 25.03.2020 №АЕ-383, от 02.04.2020 №АЕ-383/1 АО «Роспан Интернешнл» неоднократно обращалось в адрес АО «Евракор» с требованиями об устранении недостатков, которые последним так и не были устранены.

Как следует из пункта 27.1.2 договора, в случае выявления фактов ненадлежащего качества выполнения работ, подрядчик уплачивает заказчику штраф в размере 100 % (ста процентов) стоимости объемов работ, выполненных с ненадлежащим качеством за каждый факт ненадлежащего качества объемов выполненных работ.

Обязанность уплаты штрафа не зависит от времени обнаружения вышеуказанных недостатков. Требование об уплате штрафа в связи с выявленными нарушениями в работе подрядчика могут быть предъявлены как до подписания акта о приемке выполненных работ, так и после подписания акта о приемке выполненных работ.

Пунктом 27.1.6 договора предусмотрено, что вся неустойка по договору является штрафной. Штрафы и пени, предусмотренные договором, могут быть взысканы сверх причиненных убытков.

В связи с некачественных выполнением работ, истец, в соответствии с пунктом 27.1.2 договора начислил ответчику штраф на сумму 21 778 959 руб. 10 коп.

Кроме того, в связи с необходимостью устранения недостатков в выполненных АО «Евракор» работах, АО «Роспан Интернешнл» был заключен с ООО «Татинтек» договор поставки материально-технических ресурсов от 06.11.2020 №7446220/1211Д, в соответствии с которым последний обязался поставить систему обнаружения утечек (СОУ).

Факт поставки системы обнаружения утечек и устранения, проведения шеф монтажных и пуско-наладочных работ подтверждается товарной накладной от 22.01.2021; счетами-фактурами от 22.01.2021, от 10.12.2021; платежными поручениями от 28.07.2021 №370744, от 28.01.2022 №386302, от 15.03.2022 №389659; актами сдачи-приемки выполненных работ от 10.12.2021 №1, №2.

Таким образом, как считает истец, АО «Роспан Интернешнл» причинены убытки в виде понесенных расходов на замену системы обнаружения утечек в размере 20 383 646 руб. 81 коп. (с учетом уточнения иска).

В порядке досудебного урегулирования спора, истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 02.02.2022 с требованием уплаты штрафа и возмещения причиненных убытков, неудовлетворение которой послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, руководствуясь условиями договора, статьями 15. 307, 393, 720, 721, 723, 740, 753, 755 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), установив факт выполнения работ ненадлежащего качества, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков в полном объеме и привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания штрафа, предусмотренного пунктом 27.1.2 договора. Кроме того, суд первой инстанции на основании статьи 333 ГК РФ,  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, снизил размер штрафа до 5 000 000 руб.

Поддерживая выводы суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

Статьей 8 ГК РФ в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В силу статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании части 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором.

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (часть 1 статьи 720 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, заказчиком приняты и оплачены монтажные работы по прокладке волоконно-оптических кабелей в траншее на сумму 21 778 959 руб. 10 коп. (с НДС), что подтверждается актами о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 28.02.2018 27.4; от 31.03.2018 № 29.19, от 31.12.2018 № 44.37, платежными поручениями от 03.04.2018 № 244694, от 04.05.2018 № 249344, от 06.02.2019 № 284826.

Между тем, вопреки утверждению ответчика, наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает последнего права представить суду возражения по объему и качеству работ (пункты 12 и 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда российской Федерации № 51).   

Согласно пункту 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Частью 1 статьи 722 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве.

Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока (пункт 3 статьи 724 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 21.8 договора, в случае обнаружения заказчиком фактов ненадлежащего выполнения работ, заказчик может принять решение о проведении служебной проверки. Служебная проверка проводится комиссией, сформированной заказчиком. Подрядчик имеет право представить своего представителя для участия в работе комиссии. Указанный порядок применяется как в случае выявления указанных нарушений до подписания актов о приемке выполненных работ (по форме КС-2), так и после подписания данного акта.

Как указывает истец, 31.01.2020 в ходе произведенного осмотра комиссией в составе представителей заказчика и подрядчика установлено, что волоконно-оптический кабель (ВОК) имеет множественные повреждения, не соблюдены проектные решения в части кабельных запасов в точках монтажа оптических муфт, кроссов, не соблюдены строительные длин ОК и значений оптических затуханий. Необходима замена кабеля, о чем составлен акт осмотра.

Согласно пункту 25.2 договора продолжительность гарантийного срока для работ, выполняемых по договору, составляет два года от даты утверждения акта приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией.

Подрядчик несет ответственность за дефекты/недостатки, обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они  произошли вследствие нормального износа либо неправильной эксплуатации или ненадлежащего ремонта объекта, материалов и оборудования, предоставляемых подрядчиком, произведенного самим заказчиком или привлеченными третьими лицами (пункт 25.6 договора).

Материалы дела не содержат доказательств того, что на момент составления акта осмотра от 31.01.2020 уже был утвержден акт приемки законченного строительством объекта, следовательно, недостатки обнаружены АО «РОСПАН Интернешнл» в пределах установленных контрактом сроков. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 754 ГК РФ подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах, а также за недостижение указанных в технической документации показателей объекта строительства.

Согласно пункту 1 статьи 755 ГК РФ подрядчик, если иное не предусмотрено договором строительного подряда, гарантирует достижение объектом строительства указанных в технической документации показателей и возможность эксплуатации объекта в соответствии с договором строительного подряда на протяжении гарантийного срока.

Подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта, неправильной его эксплуатации, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами (пункт 2 статьи 755 ГК РФ).

Таким образом, действующим законодательством предусмотрена презумпция вины подрядчика в недостатках, обнаруженных в пределах гарантийного срока. Бремя доказывания обстоятельств того, что выявленные дефекты не явились следствием ненадлежащего качества выполненных работ, а появились вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, ненадлежащего ремонта объекта, лежит на подрядчике.

Распространяя свое действие на период после приемки выполненных работ, гарантийное обязательство превращает отношения сторон по договору подряда в длящиеся. Подразумевается, что при обычной надлежащей эксплуатации предмета, явившегося результатом работ, недостаток, появившийся в течение гарантийного срока, возникает ввиду ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по выполнению работ.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на некачественное выполнение ответчиком работ, в связи с чем, обществу были причины убытки в виде понесенных расходов по замене системы обнаружения утечек.

Абзацем 4 пункта 1 статьи 723 ГК РФ предусмотрено право заказчика потребовать от подрядчика возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

Содержащееся в пункте 1 статьи 723 ГК РФ указание на то, что названные расходы возмещаются, когда право заказчика устранять недостатки предусмотрено в договоре, направлено на защиту интересов подрядчика от действий заказчика по изменению результата работ без привлечения подрядчика, а также на уменьшение расходов заказчика, поскольку предполагается, что именно подрядчик, выполнивший работы, имеет полную информацию об их результате и, соответственно, может устранить возникшие недостатки наименее затратным способом.

Следовательно, заказчик вправе требовать возмещения расходов на устранение недостатков работ своими силами или силами третьего лица, не обращаясь к подрядчику, лишь в случае, когда такое право установлено договором подряда.

При этом пункт 1 статьи 723 ГК РФ не может быть истолкован как ограничивающий право заказчика на возмещение расходов на устранение недостатков в случае, если он, действуя добросовестно, предпринял меры по привлечению подрядчика к устранению недостатков, то есть направил последнему требование об их устранении в срок предусмотренный законом, иным нормативным актом или договором, а при его отсутствии - в разумный срок (в том числе незамедлительно, если это требовалось по характеру недостатков), однако подрядчик уклонился от устранения недостатков работ. В таком случае расходы заказчика на устранение недостатков работ подлежат возмещению (статьи 15, 393, 721 ГК РФ).

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии со статьей 15 Кодекса. 

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права. 

Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ). 

Предметом доказывания по требованию о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по договору, являются: нарушение ответчиком принятых по договору обязательств, причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, размер убытков, возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств. 

Согласно пункту 5 Постановления №7 по смыслу статьи 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 404 ГК РФ). 

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Постановления №15, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Возражая против исковых требований, ответчик указывал на то, что выявленные недостатки (порыв кабеля), возникшие спустя два года после принятия работ без замечаний, произошли не по вине АО «Евракор», в связи с чем, устранение указанных недостатков возможно только за счет истца. Выявленные недостатки, как отметил ответчик, не являются дефектами при производстве работ, а являются устранимыми недостатками, образовавшимися в ходе эксплуатации объекта.

Кроме того ответчик отметил, что в нарушение условий договора, АО «Роспан Интернешнл» не уведомляло АО «Евракор» о необходимости освидетельствования выявленных недостатков, составив акт осмотра объекта, подписав его у неуполномоченного сотрудника АО «Евракор».

Согласно части 5 статьи 720 ГК РФ при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть проведена экспертиза.

В ходе рассмотрения дела, в связи с возникшими между сторонами разногласиями относительно качества выполненных подрядчиком работ по прокладке волоконно-оптических кабелей в траншее по договору подряда от 19.04.2016 №РИ231-16,  судом первой инстанции определением от 15.08.2022 назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет». На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Соответствуют ли работы, указанные в актах о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4.; от 31.03.2018 № 27.4., от 31.12.2018 № 44.37, требованиям проектной документации (с учетом изменения проектных решений, внесенных АО «Роспан Интернешнл» в ходе производства работ (при их наличии), действующим техническим нормам и правилам, исполнительной документации?

2. Соответствует ли укладка оптического кабеля проектным решениям в части длины прокладки, глубины залегания и его месторасположения относительно трубопровода?

3. Соответствуют ли места расположения соединительных муфт проектным решениям?

4. В случае установления несоответствия качества выполненных работ проектной документации, действующим нормам и правилам, указать, в чем выражается данное несоответствие и по какой причине?

5. Соответствует ли качество выполненных работ, указанных в актах о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4.; от 31.03.2018 № 27.4., от 31.12.2018 № 44.37 данным, отраженным в исполнительной документации?

6. Соответствует ли физическая длина оптического кабеля протяженности, указанной в актах о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4.; от 31.03.2018 № 27.4., от 31.12.2018 № 44.37., а также его прокладке в соответствии с протоколами измерений оптических длин после прокладки к указанным актам?

7. Определить соответствие качества монтажа оптических муфт требованиям, отраженным в инструкциях по монтажу данных муфт от завода-изготовителя?

8. Соответствуют ли представленные АО «Евракор» оптические измерения кабеля после прокладки, данным, отраженным в протоколах измерений исполнительной документации?

9. Соответствуют ли параметры измерений оптических рефлектограмм паспортным данным на оптический кабель от завода-изготовителя?

10. В случае установления несоответствия качества выполненных работ исполнительной документации, указать, в чем выражается данное несоответствие и по какой причине?

11.Определить, имеются ли повреждения кабеля на участке, в соответствии с актами о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4.; от 31.03.2018 № 27.4., от 31.12.2018 № 44.37 в каком количестве, установить причины повреждения кабеля?

12. Определить, являются ли повреждения кабеля следствием механического/любого иного внешнего воздействия на уже уложенный кабель?

13. Определить давность возникновения повреждений?

14. Определить возможность использования по назначению Системы обнаружения утечек, при наличии выявленных нарушений, в т.ч. в части выполнения волоконно-оптического кабеля роли распределенного датчика деформации, температуры и акустики, общего эксплуатационного оптического бюджета линии, параметров прохождения сигнала (величину затухания)?

15. Определить объем и сметную стоимость некачественно выполненных работ и примененных материалов?

16. Определить объем и сметную стоимость работ и материалов по устранению повреждений оптического кабеля?

17. Установлена ли новая Система обнаружения утечек?

18. Определить объем и стоимость затрат, понесенных на установку новой Системы обнаружения утечек?

19. Подтверждается ли квалификация специалистов, привлеченных ответчиком для монтажа волоконно-оптического кабеля, муфт (соответствует ли квалификации специалистов требованиям, предъявляемым к специалистам для выполнения работ по монтажу волоконно-оптического кабеля)?

20. Предусмотрены ли проектной документацией работы по установке термостабилизаторов? Входят ли работы по установке термостабилизаторов в работы по договору подряда № РИ231-16 от 19.04.2016?

21. В случае установления факта некачественного выполнения работ, установить явился ли причиной их выполнения факт установки термостабилизаторов?

21.11.2022 экспертами ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет» представлено в материалы дела заключение эксперта от 16.11.2022, согласно которому эксперты пришли к следующим выводам:

Ответ на вопрос №1:

Сопоставив исходные данные журнала прокладки кабелей №1/КТП-2 с подписанными актами о приемке выполненных работ КС-2 и исполнительной документацией, экспертами было выявлено, что в 2018г. АО «Евракор»:

- завысило в КС-2 за 2018г. объем уложенного кабеля на 2735,64м.;

- в актах формы КС-2 за 2018г., представленных экспертам для исследования, не указаны ПК проложенных участков кабеля;

- представило исполнительную документацию экспертам, не соответствующую ни журналу прокладки кабелей №1/КТП-2, ни подписанным актам выполненных работ КС-2 №27.04 от 28.02.2018г, № 29.19 от 31.03.2018, №44.37 от 31.12.2018г.;

-     в работах, выполненных АО «Евракор» нет соответствия с работами, указанными в актах о приемке выполненных работ № 27.4 от 28.02.2018; № 29.19 от 31.03.2018, № 44.37 от 31.12.2018, требованиям проектной документации, действующим техническим нормам и правилам, исполнительной документации. 

В связи с этим нет возможности определить взаимосвязь монтируемого кабеля с участками трассы трубопровода (пикетам) в актах КС-2 о приёмке выполненных работ.

Ответ на вопрос №2:

Обследование проводилось на участке трассы доступном для проведения работ ПКЗЗ-ПК91. В ходе обследования были определены следующие места вскрытия (шурфы):

-           первое вскрытие было выполнено на участке ПК40-ПК41;

-           второе вскрытие было выполнено на участке ПК43-ПК44;

-           третье вскрытие было выполнено на участке ПК55-ПК56.

Замер глубины залегания трубопровода проводился от верхней образующей трубы.

Первое вскрытие (шурф) показало, что разница между верхней образующей трубопровода и смонтированным кабелем на участке ПК40-ПК41 составляет 1,029 метра, что не соответствует требованиям проектной документации (л. 38 шифр РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038. Нарушение отражено на рисунке 1).

Второе вскрытие показало, что прокладка кабеля выполнена с отклонением от центра трубопровода на 1 230 мм, что не соответствует схеме укладки волоконно-оптического кабеля на ПК43+20-ПК44+00, относящейся к акту освидетельствования скрытых работ от 4 января 2018 г. Факт замера отражён на рисунках 9-10.

Третье вскрытие показало, что разница между верхней образующей трубопровода и смонтированным кабелем на участке ПК55-ПК56 составляет 1,045 метра, что не соответствует требованиям проектной документации (л. 38 шифр РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038).

Ответ на вопрос №3:

Согласно данным проектной документации кабельные муфты должны быть расположены в герметичных кабельных колодцах, прокладка кабеля от оси трубопровода до оптической кабельной муфты должна осуществляться в гофр, трубе о 110 мм. в траншее, (л. 38 шифр РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038).

Фактически, монтаж кабельных муфт не был завершен, муфты лежат на земле, в непосредственной близости от колодцев. Прокладка кабеля от оси трубопровода до кабельной муфты выполнена с отступлением от проектной документации, кабель проложен по поверхности земли без гофр, трубы.

Так же места расположения кабельных муфт отличаются от проектной привязки. Согласно проектной документации (л. 5 шифром РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-005), оптическая муфта МП7 ПК51+35 располагается на участке трубопровода ПК51-ПК52, оптическая муфта МП8 ПК53+61 располагается на участке трубопровода ПК53-ПК54. Фактически, кабельные муфты, на обследуемом участке расположены на участке ПК55-ПК57, что не соответствует проектной документации.

Ответ на вопрос №4:

Обследование экспертами проводилось на участке трассы доступной для проведения работ ПКЗЗ-ПК91. По факту проведения обследования было установлено, что:

-           кабель фактически проложен «хаотично» на некоторых участках, в качестве примера можно привести участок ПК55-56ПК - кабель проложен по поверхности земли (рисунок 6);

-           кабельные муфты не смонтированы в кабельные колодцы, что не соответствует проектной документации (расположены на поверхности земли) (рисунок 4-5);

-           несоответствующая герметизация ввода кабеля в муфту (заделано монтажной пеной);

-           кабельные колодцы затоплены водой, открыты крышки кабельных колодцев;

-           кабель разорван и располагается на земле, что влечет за собой неработоспособность системы обнаружения утечек.

Предполагаемые причины несоответствия качества выполненных работ:

-           незавершенность монтажных работ;

-           отступления от проектной документации.

Так же обнаружено разночтение между проектной и исполнительной документацией в части прокладки кабеля.

Ответ на вопрос №5:

Исполнительная документация, представленная экспертам, не соответствует ни журналу прокладки кабелей №1/КТП-2, ни подписанным актам выполненных работ КС-2 №27.04 от 28.02.2018, № 29.19 от 31.03.2018, №44.37 от 31.12.2018.

Определить соответствие работ, указанных в актах о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4, от 31.03.2018 № 29.19, от 31.12.2018 № 44.37, требованиям проектной документации, действующим техническим нормам и правилам, исполнительной документации невозможно в связи с отсутствием привязок монтируемого кабеля к участкам трассы трубопровода (пикетам) в актах о приемке выполненных работ.

Ответ на вопрос №6:

Исходя из записей в журнале производства работ № 1/КТП-2, можно сделать вывод, что в 2018 году было проложено кабелей общей длиной 4 321 м, а подписано в актах приемки выполненных работ КС-2: 7056,64 м., в том числе в акте КС-2 №44.37 от 31.12.2018: 2652,12 м.

Кроме того, прокладку кабеля по акту КС-2 2018 г, АО «Евракор» по журналу прокладки кабелей №1/КТП-3 отразило в последующие годы.

В связи с тем, что прокладка кабеля ВОК длиной 3249 м была выполнена в 2019 году согласно записи в журнале прокладки кабеля № 1/КТП-3, эксперты НИУ МГСУ пришли к выводу, что в КС-2№ 44.37 от 31.12.2018г. объем выполненных работ был завышен на 2 652,12м.

Ответ на вопрос №7:

Определить соответствие качества монтажа оптических муфт (МТОК-А1/216-1КТ3645-К-72) требованиям, отраженным в инструкциях по монтажу данных муфт от завода-изготовителя невозможно, т.к. инструкции по монтажу муфт МТОК-А1/216-1КТ3645-К-72 ни заказчиком, ни подрядчиком экспертам не были представлены.

Ответ на вопрос №8:

Представленные АО «Евракор» оптические измерения кабеля после прокладки, данным, отраженным в протоколах измерений исполнительной документации соответствуют для участка ПК297+00-ПК323+00.

Определить соответствие на остальных участках не представляется возможным, в связи с недостаточностью данных по оптическим измерениям и некомплектностью исполнительной документации.

Ответ на вопрос №9:

Соответствие параметров измерений оптических рефлектограмм паспортным данным на оптический кабель от завода-изготовителя установить невозможно, в связи с отсутствием рефлектограмм в материалах дела.

Ответ на вопрос №10:

Обследование проводилось на участке трассы доступном для проведения работ ПКЗЗ-ПК91. В ходе обследования были определены следующие места вскрытия (шурфы):

-           первое вскрытие было выполнено на участке ПК40-ПК41;

-           второе вскрытие было выполнено на участке ПК43-ПК44;

-           третье вскрытие было выполнено на участке ПК55-ПК56;

Второе вскрытие показало, что прокладка кабеля выполнена с отклонением от центра трубопровода на 1230 мм., что не соответствует проектной документации и схеме укладки волоконно-оптического кабеля на ПК43+20-ПК44+00, относящейся к акту освидетельствования скрытых работ от 4 января 2018 г.

Третье вскрытие показало, что разница между верхней образующей трубопровода и смонтированным кабелем на участке ПК55-ПК56 составляет 1,045 метра, что не соответствует требованиям проектной документации (л.38 шифр РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038).

Так же обнаружено разночтение между проектной и исполнительной документацией в части прокладки кабеля.

Согласно проектной документации (л.38 шифр РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038), «Кабель ВОД СОУ проложить в траншее на уровне верхней образующей трубопровода на расстоянии не более 1 метра от боковой стенки трубопровода». Согласно схеме проектной документации, кабель должен располагаться на расстоянии от 0 до 1 м. от боковой стенки трубопровода.

Согласно схеме укладки волоконно-оптического кабеля, для участка ПК43+20-ПК44+00 исполнительной документации, относящейся к акту освидетельствования скрытых работ от 4 января 2018 г волоконно-оптический кабель должен располагаться над трубопроводом, на некотором расстоянии от верхней образующей трубы.

Ответ на вопрос №11:

Определить, имеются ли повреждения кабеля на участке, в соответствии с актами о приемке выполненных работ от 28.02.2018 № 27.4.; от 31.03.2018 № 27.4 невозможно в связи с отсутствием привязок монтируемого кабеля к участкам трассы трубопровода (пикетам) в актах о приемке выполненных работ.

Обследование проводилось на участке трассы, доступном для проведения работ 33-91ПК. Фактическое повреждение (обрыв) кабеля выявлено на участке 55-56ПК.

Ответ на вопрос №12:

Обследование проводилось на участке трассы доступном для проведения работ 33-91 ПК. В ходе обследования были определены следующие места вскрытия (шурфы):

-           первое вскрытие было выполнено на участке 40-41 ПК;

-           второе вскрытие было выполнено на участке 43-44 ПК;

-           третье вскрытие было выполнено на участке 55-56 ПК.

Фактическое повреждение (обрыв) кабеля выявлен на участке 55-56ПК. Обрыв кабеля предположительно связан с неправильным (незавершённым) монтажом (мог быть поврежден транспортом при совершении осмотра трассы) кабеля и кабельных муфт (кабель проложен по поверхности земли, муфты так же расположены на поверхности земли), что не соответствует схеме л. 38 проектной документации с шифром РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУ1-Ч-038.

Ответ на вопрос №13:

Определить давность повреждений экспертам не представляется возможным.

Ответ на вопрос №14:

Обследование проводилось на участке трассы, доступном для проведения работ 33-91 ПК.

При выявленных нарушениях на обследуемом участке, использование по назначению системы обнаружения утечек невозможно.

Система неработоспособна т.к. отсутствует готовность оптических длин системы СОУ согласно проекта и нарушена целостность волоконно-оптического кабеля.

Ответ на вопрос №15:

31.01.2020 была проведена комиссионная проверка работоспособности системы обнаружения утечек и оптико-волоконной линии связи с выездом на объект.

По результатам обследования комиссией было определено, что произвести замеры затухания оптического сигнала в волоконно-оптическом кабеле (далее ВОК) СОУ не представляется возможным по следующим причинам:

-           отсутствие готовности строительных оптических длин системы СОУ согласно проекту;

-           ВОК не терминирован в оптических кроссах;

-           отсутствие доступа к ВОК в местах порывов;

-           наличие множественных порывов ВОК;

По состоянию на 25.03.2020 не представил мероприятия по замене кабеля СОУ. Действенные меры со стороны АО «Евракор» по разрешению сложившейся ситуации не были предприняты.

14.09.2020 по АО «Роспан Интернешнл» была создана рабочая комиссия по приемке законченного строительством объекта «НКП УПН Вал ПСП ЗАПОЛЯР», «НКП Линия электропередач ВЛ 10кВ», «НКП Сети связи», «НКП Система видеонаблюдения», «НКП Система обнаружения утечек».

Рабочая комиссия определила, что предъявленный к приемке объект имеет дефекты, не позволяющие считать его готовым.

Исходя из записей в журнале производства работ № 1/КТП-2, эксперты сделали вывод, что в 2018 году было проложено кабелей общей длиной 4 321 м., а подписано в Актах приемки выполненных работ КС-2: 7056,64 м., в том числе в акте КС-2 №44.37 от 31.12.2018г: 2652,12 м.

На основании решения рабочей комиссии и пункта 25.14 договора подряда № РИ231-16 от 19.04.2016, которыми предусмотрено, что «...если отступление в работе от условий договора или иные дефекты/недостатки результатов работы не были устранены подрядчиком в установленный заказчиком разумный срок, либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещение причиненных убытков и штрафных санкций...».

Учитывая вышеизложенное и в связи с ненадлежащим качеством выполненных работ по договору подряда, а также в соответствии с пунктом 27.1.2. договора АО «Евракор» уплачивает АО «Роспан Интернешнл» штраф в размере 100% стоимости некачественно выполненных объемов работ.

Стоимость работ, выполненных с ненадлежащим качеством, составила 21 778 959 руб. 10 коп. с учетом НДС 18%.

Ответ на вопрос №16:

Для устранения некачественно выполненных работ АО «Роспан Интернешнл» заключило договор № 7446220/1211Д с ООО «Татинтек», обязавшееся восстановить Систему обнаружения утечек.

ООО «Татинтек», согласно договору №7446220/1211 от 06.11.2020 и рабочей документации № РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУЗ-ТТ-001, выполнило шеф-монтаж системы обнаружения утечек с ее пусконаладкой на сумму 24460376 руб. 17 коп., в т.ч. НДС 20%.

Ответ на вопрос №17:

Новая система обнаружения утечек (СОУ) установлена на основании договора № 7446220/1211 от 06.11.2020 с ООО «Татинтек» и в соответствии с рабочей документацией № РИ736-13/3047-Р-506.000.000-СОУЗ-ТТ-001.

Система представляет собой комплекс датчиков и программно-технических средств (ПТК), который выполняет функции контроля герметичности трубопровода в пределах контролируемого участка, работающего в режиме реального времени по заданным алгоритмам во всех технологических режимах функционирования трубопровода: стационарный, нестационарный, режим остановленной перекачки;

Ответ на вопрос №18:

На основании договора №7446220/1211 от 06.11.2020 ООО «Татинтек» установило один комплекс программно-технических средств СОУ с его наладкой, согласно техническим требованиям, являющимися приложением к договору.

Стоимость комплекса программно-технических средств СОУ с его наладкой составила 24460376 руб. 17 коп., в т.ч. НДС 20%

Ответ на вопрос №19:

Приказом по АО «Евракор» № 001 от 01.10.2016, в целях осуществления контроля за соблюдением строительных норм и правил, охраны труда, промышленной, пожарной и экологической безопасности при производстве работ на объекте были назначены:

1.                  ФИО3 - заместитель директора по строительства - начальник КТП-3;

2.                  ФИО4 - главный инженер КТП-3;

Однако в общем журнале производства работ раздела №3 «Сведения о выполнении работ в процессе строительства...», в графе - должность и представителя лица, осуществляющего строительства - стоит подпись начальника КТП -3 ФИО5, приказ не которого экспертам не был представлен.

Ответ на вопрос №20:

Работы по установке термостабилизаторов были предусмотрены проектной документацией РИ624-15/3047-П-506.000.000-ТКР6-01-ПЗ и входили состав рабочей документации по температурной стабилизации грунтов основания РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТСГ-01, а также в работы по заключённому договору подряда № РИ231-16 от 19.04.2016 с АО «Евракор».

Работы по установке термостабилизаторов осуществлялись на основании технологических карт, разработанных специализированной субподрядной организацией АО «Евракор». Производство работ по установке термостабилизаторов осуществлялось в период отрицательных температур.

Бурение скважин производилось через обсадные трубы с планировочной отметки земли.

Ответ на вопрос №21:

Монтаж системы термостабилизации грунтов (ТСГ) подразумевает бурение скважин для установки термостабилизаторов. Попадание бурового инструмента при бурении скважины ТСГ в кабель СОУ исключено, т.к. бурение производилось через обсадные трубы.

Эксперты считают, что причинами многочисленных порывов ВОК СОУ стали нарушения со стороны АО «Евракор» требований нормативных документов, утвержденной технологической карты при:

-           устранении технологических разрывов на линейной части трубопровода;

-           обратной засыпке кабеля;

-           разработке траншеи для монтажа стоек КИП.

После ознакомления с экспертным заключением, ответчиком представлены возражения, в которых ответчик считает, что заключение экспертов является недопустимым доказательством по делу; выводы, сделанные экспертами, не могут служить доказательством обоснованности исковых требований. 

В частности, ответчиком указано, что исследование проведено экспертами на участках, не относящихся к спорным; экспертами сделаны выводы и обнаружены дефекты на участках, которые уже были исследованы при проведении судебной экспертизы в рамках дела А70-10548/2020, и за которые на АО «Евракор» уже был наложен штраф. 

Таким образом, как утверждает ответчик, выводы экспертизы основаны на неверных расчетах, поскольку сделаны, в том числе и в отношении работ за которые на АО «Евракор» наложен штраф по делу №А70-10548/2020 (т.7, л.д. 5-13, 58-65). 

В обоснование своих доводов ответчиком представлена в материалы дела рецензия на заключение экспертов, подготовленная специалистом АНО «Межрегиональный центр экспертных исследований «Щит» ФИО6 (т.7, л.д. 14-24), а также заключение АНО «Центр экспертизы и исследований» Услуги государственным и муниципальным структурам», выполненное в рамках дела №А70-10548/2020 (т.7, л.д.30-54).

Суд первой инстанции, учитывая наличие представленных ответчиком замечаний к экспертному заключению, с целью полного, объективного и всестороннего рассмотрения дела, определением от 13.06.2023 удовлетворил заявленные истцом и ответчиком ходатайства, назначил повторную экспертизу,  проведение которой поручено ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы». 

На разрешения экспертов поставлены аналогичные вопросы, что и при проведении первоначальной экспертизы.

31.08.2023 эксперты ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» представили в материалы дела заключение экспертов №069/ССТЭ-23 от 30.08.2023, согласно которому эксперты пришли к следующим выводам:

Ответ на вопрос №1:

Исходя из проведенного исследования, изложенного в пункте 1 исследовательской части настоящего заключения, следует, что работы указанные в актах КС-2 (Таблица №3) выполнены не в полном объеме и частично не соответствуют требованиям строительных норм и правил (по количеству смонтированных муфт, а также предоставление исполнительной документации только на часть закрытых работ). Кроме того, в предоставленных документах отсутствуют накопительный журнал учета выполненных работ КС-6 и акты АОСР на монтаж муфт, сигнальной ленты, железобетонных колодцев и дренажных труб. Следовательно, закрытие данных видов работ выполнено без основательно.

Ответ на вопрос №2:

Укладка оптического кабеля частично не соответствует проектным решениям в части длины прокладки.

Учитывая, что экспертиза проводится в летний период и местность является болотистой, проверить остальные участки кабеля на соответствие глубины залегания, месторасположения относительно трубопровода и запаса по длине, а также места расположения соединительных муфт не представляется возможным.

Ответ на вопрос №3:

В связи с тем, что осмотр проводился в летний период и с учетом болотистой местности, в которой расположен объект экспертизы, проверить места расположения соединительных муфт относительно проектных требований не представляется возможным.

Ответ на вопрос №4:

На работы указанные в актах КС-2 на монтаж 6 муфт, прокладки кабеля в гофрированной трубе, укладке сигнальной ленты и монтаж колодцев отсутствует исполнительная документация (АОСР, КС-6а, общих журналов работ), что нарушает требования СТО 71.12.20 Приемка качества промежуточных и скрытых работ подрядчика СМР. Общий порядок проведения.

В связи с тем, что осмотр происходил в летний период с учетом болотистой местности на которой расположен объект экспертизы, проверить наличие указанного количества муфт, прокладку кабеля в гофрированной трубе, монтаж колодцев и укладку сигнальной ленты не представляется возможным.

Ответ на вопрос №5:

Исходя из проведенного исследования, указанные в актах АОСР по укладке кабеля (общей протяженностью 8097,92 м) выполнены качественно, что подтверждается подписанием актов АОСР строительным контролем. Работы по укладке кабеля в акте АОСР № 14 -СОУ-КТП-2 от 12.03.2018  длиной участка 2 704 м не могут быть отнесены к качественно выполненным работам, в связи с отсутствием подписи строительного контроля.

Однако натурным осмотром зафиксировано что укладка кабеля выполнена с нарушениями           технологии прокладки - кабель находится в натянутом состоянии и не имеет запаса (фото №5). Следовательно, данный факт свидетельствует о том, что длины, указанные в актах АОСР и схемах, приложенных к ним, не соответствуют действительности, следовательно, применение коэффициента     к=1,04 на длину материала в КС-2 учтено не правомерно.

Ответ на вопрос №6:

В ходе осмотра были определены длины оптического кабеля при помощи рефлектометра. 

Согласно полученным данным:      

Точка А: ПК 68+50 - Точка Б: ПСП «Заполярное», расстояние до обрыва 927м;

Точка А: ПК 68+50 - Точка Б: УПН ФИО7, расстояние до обрыва 1471м.

Исходя из полученных данных, следует, что измеренные длины превышают длины прокладки на соответствующих пикетах, указанных в актах АОСР № 9-СОУ-КТП-2 от 04.01.2018 (длина прокладки на ПК 72+50 - ПК 68+50 равна 395м) и АОСР № 10-СОУ-КТП-2 от 12.01.2018 (длина прокладки на ПК 68+50 - ПК 57+10 - равна 1140м).

В связи с проведением экспертизы в летний период и болотистой местностью определить длину кабеля в других точках не представляется возможным.

Ответ на вопрос №7:

В материалах дела имеется протокол монтажа муфты МЗ, подписанный представителем технадзора, следовательно, можно свидетельствовать о качественном монтаже оптических муфт М3.

Однако, делать аналогичный вывод относительно других муфт не представляется возможным, в связи с отсутствием исполнительной документации, расположением муфт в болотистой местности и отсутствия предоставления доступа к ним.

Ответ на вопрос №8:

Исходя из сравнения и анализа предоставленной документации, следует, что представленные АО «Евракор» оптические измерения кабеля после прокладки, соответствуют данным, отраженным в протоколах измерений исполнительной документации.

Ответ на вопрос №9:

Ходатайством №107-07-2023/Х от 05.07.2023 были запрошены паспорта на оптический кабель от завода-изготовителя. Ходатайство не было удовлетворено. Провести анализ параметров измерений оптических рефлектограмм паспортным данным на оптический кабель от завода-изготовителя не представляется возможным.

Ответ на вопрос 10:

Исходя из проведенного анализа, следует, что не качественно выполненные работы заключаются в не полном объеме переданной исполнительной документации от подрядчика заказчику. В остальном, предоставленные документы на экспертизу (акты КС-2, акты АОСР, протоколы измерения затухания ОВ строительных длин ОК после прокладки, схемы прокладки, ведомость проложенных строительных длин ВОК) содержат подписи сторон и строительного контроля.

Кроме того, натурным осмотром зафиксировано, что укладка кабеля выполнена с нарушениями технологии прокладки - кабель находится в натянутом состоянии и не имеет запаса (фото №5). 

Следовательно, данный факт свидетельствует о том, что длины, указанные в актах АОСР и схемах, приложенных к ним, не соответствуют действительности, следовательно применение коэффициента к=1,04 на длину материала в КС-2 учтено не правомерно.

Ответ на вопрос 11:

При проведении натурного осмотра, были выполнены замеры оптическим рефлектометром в двух точках. Согласно полученным данным:

Точка А: ПК 68+50 - Точка Б: ПСП «Заполярное», расстояние до обрыва 927м;

Точка А: ПК 68+50 - Точка Б: УПН ФИО7, расстояние до обрыва 1471м.

Исходя из полученных данных, следует, что измеренные длины превышают длины прокладки на соответствующих пикетах, указанных в актах АОСР № 9-СОУ-КТП-2 от 04.01.2018 (длина прокладки на ПК 72+50 - ПК 68+50 равна 395м) и АОСР № 10-СОУ-КТП-2 от 12.01.2018 (длина прокладки на ПК 68+50 - ПК 57+10 - равна 1140м).

Следовательно, нельзя утверждать о повреждениях кабеля или о незаконченности работ, а также в связи с болотистой местностью определить длину кабеля в других точках не представляется возможным.

Ответ на вопрос 12:

Согласно акту служебной проверки от 11.06.2020 повреждения кабеля являются следствием механического воздействия от последующих работ и устранения технологических разрывов на линейной части трубопровода.

Ответ на вопрос 13:

В связи с тем, что исполнительная документация подписана сторонами и строительным контролем в период с 07.12.2017 по 15.04.2018, а акты осмотра ВОК системы СОУ и акт служебной проверки датируются 31.01.2020 и 11.06.2020, следует, что повреждения возникли в период с 16.04.2018 по 30.01.2020.

Ответ на вопрос 14:

Система СОУ при выявленных порывах находится в не работоспособном состоянии и не может использоваться по назначениям, указанным в проектных решениях.

Ответ на вопрос 15:

Стоимость некачественно выполненных работ и материалов равна стоимости закрытых актов КС-2.

Ответ на вопрос 16:

Для устранения повреждения и соответствия строительным нормам и правила необходимо полное исправление выполненных работ, которое соответственно будет равно объемам и стоимости указанным в актах АОСР и КС-2 №27.4 от 28.02.2018, КС-2 №29.19 от 31.03.2018 и КС-2 №44.37 от 31.12.2018, итоговой сметной стоимостью: 18 102 641 руб. 49 коп. без НДС.

Ответ на вопрос 17:

Исходя из имеющихся документов в материалах дела, а именно: акта рабочей комиссии о проведении комплексных испытаний от 23.11.2021 и акта приемки в опытную эксплуатацию АСУ ТП от 26.11.2021, следует, что на объекте Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное» установлена новая система обнаружения утечек.

Ответ на вопрос 18:

Полная замена Системы обнаружения утечек составляет:

Общая стоимость работ: 1122779,21 рублей с учетом НДС.

Стоимость материалов (новой СОУ): 23337596,96 рублей с учетом НДС.

Ответ на вопрос 19:

Ходатайством №107-07-2023/Х от 05.07.2023 были запрошены квалификационные документы на специалистов, привлеченных ответчиком для монтажа волоконно-оптического кабеля, муфт. Ходатайство было удовлетворено частично.

В подтверждение квалификации был предоставлен один документ о высшем образовании ФИО8 Согласно Диплома РВ №216670 ФИО8 окончил институт по специализации: «Электрификация и автоматизация горных работ». Данным документом квалификация специалиста подтверждается.

Квалификационные документы на остальных работников, фигурирующих в документации со стороны АО «Евракор» не были предоставлены.

Ответ на вопрос 20:

Приложением №2 «Расчет стоимости строительства объекта (базисно-индексный метод) «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». Корректировка» к договору № РИ231-16 от 19.04.2016 пунктом №45 указаны работы по ЛСР №02-05-01 Температурная стабилизация грунтов основания, объемом 102,78км.

Ответ на вопрос 21:

Согласно акту служебной проверки от 11.06.2020 одной из причин порывов кабеля стали работы по установке термостабилизаторов.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; в случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Апелляционный суд, оценив заключение эксперта №069/ССТЭ-23 от 30.08.2023 наряду с другими доказательствами по делу, пришел к выводу о том, данное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ. В заключении отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ, сведения, содержатся ответы на поставленные вопросы, экспертное заключение является ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. Изложенные в заключении экспертизы выводы эксперта не противоречат иным доказательствам, имеющим отношение к фактическим обстоятельствам по делу.

Обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности представленного экспертного заключения, в данном случае не доказано. Заключение эксперта подготовлено лицом, обладающим соответствующей квалификацией для исследований подобного рода, что подтверждается приложенными к заключению документами; процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена. Ответчиком не доказано, что непосредственно само заключение эксперта не отвечает требованиям закона или обязательным для данного вида экспертизы нормативным актам, правилам или стандартам, в том числе конкретным положениям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Само по себе несогласие лиц, участвующих в деле, с выводами экспертов не лишает указанное экспертное заключение доказательственной силы по делу.

При этом принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для разрешения поставленных вопросов. Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертами методике или неправильном ее применении, а также доказательств, свидетельствующих о том, что эксперты пришли к неправильным выводам, в материалах дела не имеется, представленные ответчиком возражения в данной части в полном мере опровергаются письменными пояснениями эксперта.

В настоящем случае, вопреки доводам подателя жалобы, суд первой инстанции правомерно признал представленное экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу.

При этом возражениям ответчика со ссылкой на рецензию, подготовленную специалистом АНО Межрегиональный центр экспертных исследований «Щит» ФИО9 на заключение повторной судебной экспертизы (т.13, л.д.155-192), суд первой инстанции дал надлежащую оценку и обоснованно отклонил.

Так, по результатам проведенного исследования специалистом ФИО9 сделан вывод о содержании в заключении ряда субъективных, противоречивых и необоснованных заявлений и выводов, содержании заведомо ложных сведений и выводов на основании данных, полученных с помощью прибора, не прошедшего поверку. Таким образом, как считает ФИО9, предоставленное экспертами заключение не соответствует требованиям, изложенным в статьях 8, 16 Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001, о полноте, объективности и всесторонности экспертного исследования.

Между тем, экспертами ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» представлены возражения на рецензию, подготовленную специалистом АНО Межрегиональный центр экспертных исследований «Щит» ФИО9

Так, на замечание рецензента о том, что никаких обмерных работ не проводилось, тем самым, исключая замеры параметров рефлектометром, эксперты пояснили, что в процессе проведения натурного осмотра были выполнены все необходимые измерения.

При наличии слабых грунтов осмотр возможно было провести только в 2-х точках, в других местах техника не смогла преодолеть природные условия.

На вывод рецензента о том, что рефлектометр не подходит для данного исследования и его показатели не могут дать достоверные сведения, эксперты пояснили, что все необходимые измерения были выполнены экспертами при помощи оптического рефлектометра МАХ-730В, заводской номер 

<

***>, номер в государственном реестре средств измерений 58294-14. 

Пригодность используемого оборудования подтверждена опубликованной записью в реестре ФГИС «АРШИН» и имеет свидетельство о поверке №С-ДИЭ/16-09-2022/296259606 от 16.09.2022 года (действительно до 15.09.2023).

На замечание рецензента о том, что экспертам следовало применить метод георадарного исследования, эксперты пояснили, что георадарное исследование – это инструментальный метод диагностики, с помощью которого проводится исследование грунтов на строительной площадке, а также фундаментов и несущих конструкций различных объектов. Оно не включает обследование материала, в данном случае кабеля, поэтому для исследования по поставленным судом вопросам применялся оптический рефлектометр. 

Использование георадара в данной экспертизе необоснованно и недопустимо. При проведении осмотра необходимое количество грунта для осмотра кабеля было вскрыто. Все необходимые измерения были выполнены.

Более подробные пояснения экспертов на рецензию АНО Межрегиональный центр экспертных исследований «Щит» с оценкой каждого из указанных замечаний относительно проведенного экспертного исследования представлены в письменных пояснениях (т. 14. л.д.17-20, 99-109).

Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции 22.11.2023 эксперт ФИО10 подтвердил выводы экспертного заключения, ответив на вопросы суда и сторон.

В настоящем случае, суд апелляционной инстанции учитывает, что при рассмотрении спора, суд первой инстанции назначил по ходатайству сторон две судебные экспертизы, при этом повторная экспертиза фактически проведена  с целью проверки выводов экспертного заключения от 16.11.2022, подготовленного экспертами ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет», достоверность которых подвергнуты сомнению ответчиком.

Между тем, как по результатам первоначальной экспертизы, так и по результатам повторной экспертизы, эксперты двух независимых экспертных организаций пришли фактически к одному выводу о некачественном выполнении АО «Евракор» работ, экспертами установлено, что стоимость некачественно выполненных работ равна стоимости работ, принятых истцом по актам КС-2. Выводы двух судебных экспертиз не противоречат друг другу.

В настоящем случае, доводы ответчика по существу сводятся к несогласию с выводами экспертов, что само по себе не может, является достаточным основанием для признания заключения экспертов недопустимым доказательством по делу.

Учитывая указанные обстоятельства, вопреки утверждению подателя жалобы, оснований для назначения по делу третьей экспертизы  не имелось, в силу чего суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении данного ходатайства ответчика.

Доводы подателя жалобы о том, что для обследования АО «Роспан Интернешнл» были представлены те же участки, что и по делу А70-10548/2020 и работы по АОСР № 10 уже были обследованы, рассмотрены судом первой инстанции и обоснованно им отклонены.

Так, в рамках дела №А70-10548/2022 были исследованы участки на ПК-2-38,3, ПК23, ПК5+16, ПК8+15, ПК23, ПК26+65, ПК28+75, ПК29,ПК30, ПK30-ПК31, ПК31 +27, ПK31-ПК32, ПК32, ПК51 +35, ПК53+61, ПК 118, ПК 121, ПК 123-ПК124, ПК138-ПК139, ПК142-ПК143, ПК148-ПК149, ПК150-ПК151, ПK157-ПК158, ПК 160, ПК163-ПК164, ПК165+60, ПК172-ПК173, что соответствует АОСР 2017 года и актам выполненных работ. Данное обстоятельство отражено в заключении эксперта от 09.07.2021, подготовленном автономной некоммерческой организации «УГМС».

При этом, в ходе натурного осмотра проводилось сопоставление фактического местоположения телекоммуникационных колодцев и оптических муфт согласно проектным решениям (стр. 18 заключения по делу № А70-10548/2022).

Муфта - это устройство для соединения частей кабеля в единую линию. Зафиксировано, что муфта оптическая МГГ8 (ПК53+61) «лежит» на поверхности земли, а не в колодце. При этом работы по укладке кабеля на ПК53+61 экспертами в рамках дела № А70-10548/2022 не исследовались.

В свою очередь,  в рамках настоящего дела экспертами ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» и ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет»  исследованы участки на ПК68+50-ПК57+10, ПК72+45-ПК68+50, ПК43+20-ПК44+00, ПК91+50-ПК81+70, ПК43+20-ПК33+30, ПК56+11-ПК53+40, ПК347+00-ПК339+30, ПК390-ПК405+00, ПK297+00-ПК323+00, ПК350+50-ПК367+00, ПК7+50-ПК9+92, что соответствует АОСР 2018 года, и иным актам выполненных работ.

Соответственно работы по укладке кабеля исследованы экспертами на разных участках.

Как верно указано судом первой инстанции, в АОСР №10 указаны ПК53+40-ПК56+11: в деле А70-10548/2020 эксперты исследовали только одну муфту, что отражено на странице 18 заключения, а в рамках настоящего дела исследовались работы по укладке кабеля на ПК53+40-ПК56+11.

В свою очередь, истец отметил, что ответчик не предъявлял истцу работы по монтажу муфты МП8, расположенной на ПК53+61, исполнительную документацию не направлял. В расчет штрафа стоимость монтажа муфты МП8 на ПК53-61 не включена. Иного из материалов дела не следует.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно приняты во внимание пояснения истца, согласно которым в представленной ответчиком рецензии производится подмена пикетов. Так, на странице 27 рецензии указано, ПК33+30-ПК43+20 пересекаются с экспертизой по делу № А70-10548/2020. Между тем, в рамках дела А70-10548/2020 ПК33+30-ПК43+20 не исследовались, в экспертном заключении от 09.07.2021 данные пикеты не обозначены.

Также, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что проведение натурального исследования экспертом ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» ФИО10 присутствовал, в том числе, представитель АО «Евракор» - ФИО11, что отражено на странице 22 заключение экспертов №069/ССТЭ-23 от 30.08.2023. Между тем, представителем ответчика не было заявлено возражений относительно исследуемых участков. В свою очередь, ранее возражая против экспертного заключения, подготовленного ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет», ответчиком также указывалось на идентичность исследованных участков. При проведении осмотра объекта экспертами ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет», представитель ответчика также присутствовал. 

То есть, в настоящем случае складывается ситуации, при которой ответчик, присутствуя при проведении осмотра объекта, как при проведении первоначальной экспертизы в 2022 году, так и при проведении повторной экспертизы в 2023 году, возражения относительно идентичности объектов исследования применительно к заключению эксперта по делу № А70-10548/2020 заявил не на стадии проведения исследования, а уже после подготовки заключений эксперта. Данное обстоятельство не свидетельствует о добросовестном поведении со стороны ответчика.

Утверждение подателя жалобы о качественном выполнении работ, со ссылкой на ответ эксперта на ответ №13, в котором эксперт указал на то, что порывы кабеля возникли механическим способом, апелляционный суд находит необоснованным в силу следующего.

Действительно, отвечая на вопрос 12, эксперт указал, что повреждения кабеля являются следствием механического воздействия от последующих работ и устранения технологических разрывов на линейной части трубопровода.

При этом, эксперт также пришел к следующим выводам: работы указанные в актах КС-2 выполнены не в полном объеме и частично не соответствуют требованиям строительных норм и правил (по количеству смонтированных муфт, а также предоставление исполнительной документации только на часть закрытых работ); оптическая длина кабеля не соответствует проектным решениям; кабель уложен с нарушениями требований проектной документации – кабель уложен вдоль трубопровода по прямой линии без запаса, что нарушает требования, указанные в рабочей документации лист 38; натурным осмотром зафиксировано, что укладка кабеля выполнена с нарушениями технологии прокладки – кабель находится в натянутом состоянии и не имеет запаса (фото №5), данный факт свидетельствует о том, что длины, указанные в актах АОСР и схемах, приложенных к ним, не соответствуют действительности.

Апелляционный суд, учитывая данные выводы эксперта, не усматривает оснований полагать, что в случае выполнения ответчиком работ надлежащим образом, в соответствии с проектной документацией, вообще имели бы место порывы, возникшие путем механического воздействия. При этом как заказчик, так и подрядчик осознавали, что после проведения монтажных работ по прокладке волоконно-оптических кабелей, иные работы по строительству трубопровода с продолжали выполняться.

Кроме того, как следует из материалов дела, работы по укладке ВОК выполнялись АО «Евракор» в период с 28.02.2018 по 31.12.2018, при этом, ответчиком также выполнялись иные работы по строительству трубопровода вплоть до мая 2021 года, что подтверждается актами по форме КС-2.

Таким образом, фактически повреждение кабеля механическим воздействием находится в зоне ответственности ответчика,  который производил работы по строительству трубопровода  и которому было достоверно известно о том, что кабель уложен с существенными нарушения.

По результатам судебных экспертиз, экспертами ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет» и ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» установлено наличие в выполненных АО «Евракор» работах существенных недостатков, что привело к невозможности использования результата работ по назначению.

Для устранения выявленных недостатков необходимо полное исправление выполненных работ, которое будет равно объемам и стоимости, указанным в актах АОСР и КС-2 от 28.02.2018 №27.4, от 31.03.2018 №29.19 и от 31.12.2018 №44.37, то есть итоговой сметной стоимости – 21778959 руб. 10 коп.

Кроме того, факт ненадлежащего выполнения ответчиком монтажных работ по прокладке волокно-оптических кабелей на объекте «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». Корректировка», выполненных в период с 01.05.2017 по 30.06.2017 и принятых по актам о приемке выполненных работ КС-2 от 30.06.2017 № 16.6 на сумму 46 543 443 руб. и от 31.05.2017 № 14.12 на сумму 43 159 450 руб., установлен при рассмотрении дела А70-10548/2020. 

Так, решением Арбитражного суда Тюменской области от 02.12.2021 по делу А70-10548/2020  с АО «Евракор» в пользу АО «Роспан Интернешнл» взыскано 89 702 893 руб. штрафа, 466 125 руб. расходов по оплате экспертизы, 169 492 руб. расходов по оплате государственной пошлины; в остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.03.2023,  решение Арбитражного суда Тюменской области от 02.12.2021 по делу А70-10548/2020 изменено, исковые требования удовлетворены частично, с АО «Евракор» в пользу АО «РОСПАН Интернешнл» взыскан штраф в размере 21 169 882 руб. 74 коп., а также 550 000 руб. расходов по оплате экспертизы, 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано. 

Так, Восьмым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 15.11.2022 указано следующее: «Поскольку экспертным заключением установлено, что работы подрядчиком выполнены с нарушением проектной документации, в частности, установлено несоответствие укладки оптического кабеля проектным решениям в части глубины залегания оптического кабеля и его месторасположения относительно трубопровода; несоответствие места расположения соединительных муфт проектным решениям в большей степени; фактическое отсутствие в местах расположения кабельных колодцев основание из бетона; отсутствие необходимого запаса оптического кабеля в месте монтажа оптических муфт и др., соответственно имеет место факт ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств по договору, в связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что к подрядчику подлежит применению мера ответственности, предусмотренная пунктом 27.1.2 Договора».

 Таким образом, как при рассмотрении настоящего дела, так и при рассмотрении дела А70-10548/2020, установлено некачественное выполнение ответчиком монтажных работ по прокладке волокно-оптических кабелей, что привело к неработоспособности СОУ. 

В свою очередь, ответчиком не заявлялось о намерении устранить выявленный недостатки работ собственными силами, от исполнения требований истца об устранении недостатков и восстановлении работоспособности СОУ ответчик уклонился.

Как следует из материалов дела, в связи с необходимостью устранения недостатков в выполненных АО «Евракор» работах, АО «Роспан Интернешнл» был заключен с ООО «Татинтек» договор поставки материально-технических ресурсов от 06.11.2020 №7446220/1211Д, в соответствии с которым последний обязался поставить систему обнаружения утечек (СОУ) на объекте Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное».

Факт поставки системы обнаружения утечек и устранения, проведения шеф монтажных и пуско-наладочных работ подтверждается товарной накладной от 22.01.2021; счетами-фактурами от 22.01.2021, от 10.12.2021; платежными поручениями от 28.07.2021 №370744, от 28.01.2022 №386302, от 15.03.2022 №389659; актами сдачи-приемки выполненных работ от 10.12.2021 №1, №2.

Стоимость затрат, понесенных АО «Роспан Интернешнл», на установку новой системы обнаружения утечек составляет 24 460 376 руб. 17 коп. (с учетом НДС)/20383646 руб. 81 коп. (без НДС).

Факт установления истцом новой системы обнаружения утечек ответчиком не оспаривается, при этом как отмечено выше, новая СОУ была установлена истцом, в связи с неработоспособностью системы, установленной ответчиком. 

Таким образом, расходы истца на установление новой системы обнаружения утечек, являются убытками, возникшими в связи с выполнением ответчиком работ ненадлежащего качества, в связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности истцом размера убытков и факта их причинения действиями ответчика, в связи с чем, требования истца в данной части удовлетворены в полном объеме, в размере 20 383 646 руб. 81 коп.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика штрафа в соответствии с пунктом 27.1.2 договора в размере 21 778 959 руб. 10 коп.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

В соответствии с пунктом 27.1.2 Договора, стороны согласовали, что в случае выявления фактов ненадлежащего качества выполнения Работ, Подрядчик уплачивает Заказчику штрафы в размере 100 % (ста процентов) стоимости объемов работ, выполненных с ненадлежащим качеством за каждый факт ненадлежащего качества объёмов выполненных работ.

 Истец, ссылаясь на пункт 27.1.2 Договора, полагает, что штраф должен быть начислен на стоимость всего объема работ, выполненного подрядчиком в рамках договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 19.04.2016 №РИ231-16, поскольку работы выполнены некачественно, с нарушением проектный решений, что привело к неработоспособности СОУ

Согласно статьям 309, 310, 312, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, надлежащему лицу, в установленный срок, односторонний отказ от исполнения обязательств недопустим.

При рассмотрении настоящего спора, судом установлено, что монтажные работы по прокладке волоконно-оптических кабелей в траншее на сумму 21 778 959 руб. 10 коп. (с НДС), принятые истцом по актам о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 28.02.2018 27.4; от 31.03.2018 № 29.19, от 31.12.2018 № 44.37, выполнены ответчиком с ненадлежащим качеством, в связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что к подрядчику подлежит применению мера ответственности, предусмотренная пунктом 27.1.2 Договора. 

Суд первой инстанции, рассмотрев ходатайство ответчика, на основании статьи 333 ГК РФ,  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, снизил размер штрафа до 5 000 000 руб.

Выводы суда первой инстанции в части снижения размера штрафа на основании статьи 333 ГК РФ предметом апелляционного обжалования не являются, в связи с чем не подлежат переоценки судом апелляционной инстанции (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»). 

Оснований для снижения суммы штрафа в большем размере суд апелляционной инстанции не усматривает, соответствующих доводов ответчиком не приведено.

Таким образом, учитывая установленный факт выполнения ответчиком работ ненадлежащего качества, суд первой инстанции правомерно признал требования истца о взыскании штрафа обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 5 000 000 руб. 

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 101, 106, 107, 110 АПК РФ, пунктом 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», правильно распределил судебные расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. и расходы на проведение судебных экспертиз в размере 3 850 000 руб., признав их подлежащими возмещению за счет ответчика в полном объеме.

Довод ответчика о необоснованном возложении на него обязанности по возмещению расходов на проведение первоначальной судебной экспертизы, в силу того, что судом первой инстанции данная экспертиза признана ненадлежащим доказательством, апелляционным судом отклоняется в силу следующего.

Действительно, как следует из материалов дела, судом первой инстанции, учитывая наличия представленных ответчиком замечаний к экспертному заключению от 16.11.2022, подготовленному ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет», с целью полного, объективного и всестороннего рассмотрения дела, определением от 13.06.2023 удовлетворил заявленные истцом и ответчиком ходатайства, назначил повторную экспертизу,  проведение которой поручил ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы».

При этом, как указано выше, выводы двух судебных экспертиз не противоречат друг другу. При вынесении обжалуемого судебного акта, суд первой инстанции оценивал оба заключения эксперта, наряду с иными доказательствами по делу. Выводы о том, что заключение эксперта от 16.11.2022 является недостоверным доказательством, обжалуемый судебный акт не содержит.

Учитывая указанное, оснований для отказа в выплате ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Московский государственный строительный университет» денежных средств за проведение судебной экспертизы, у суда первой инстанции не имелось. Соответственно, понесенные истцом расходы на проведение судебных экспертиз подлежали возмещению в полном объеме за счет ответчика.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что подателем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, частично удовлетворив уточненное требования истца, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы ответчика не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 08.02.2024 по делу № А70-5281/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3019/2024) акционерного общества «Евракор» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

С.А. Бодункова

Судьи

 

А.В. Веревкин

Н.А. Горобец