АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-15035/2020

13 февраля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего 

ФИО1 

ФИО2 

 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 

по делу № А29-15035/2020 Арбитражного суда Республики Коми,

 

по заявлению финансового управляющего 

ФИО1 

ФИО2 

о включении требований в реестр требований кредиторов 

общества с ограниченной ответственностью «Усть-Вымская ПМК» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Усть-Вымская ПМК» (далее – ООО «Усть-Вымская ПМК», должник) в Арбитражный суд Республики Коми обратился ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО2 с заявлением об установлении требования на общую сумму 16 486 837 рублей 20 копеек и о включении его в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 13.08.2022 суд признал требование обоснованным и включил его в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Усть-Вымская ПМК».

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 09.11.2022 отменил определение от 13.08.2022, признал требование ФИО1 подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Усть-Вымская ПМК», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 названного Федерального закона.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить и оставить в силе определение от 13.08.2022.

Заявитель жалобы не согласен с выводами апелляционной инстанции о компенсационном финансировании ФИО1 ООО «Усть-Вымская ПМК». По мнению финансового управляющего, действия ФИО1 не были недобросовестными, осуществлены им открыто, в процедуре наблюдения, введенной в отношении ООО «Усть-Вымская ПМК» по делу № А29-3650/2016, то есть без цели введения заинтересованных лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника, настоящее дело о банкротстве возбуждено спустя два года после прекращения производства по предыдущему, в течение указанного периода должник вел хозяйственную деятельность, при этом у ФИО1 отсутствовало право требования принудительного исполнения его требований к ООО «Усть-Вымская ПМК» в связи с отказом от заявления о признании последнего банкротом. Отказ был обжалован лишь финансовым управляющим в процедуре банкротства самого ФИО1 (дело № А29-1623/2020). Правоотношения сторон носили обязательственный характер, денежные средства являлись целевыми – на погашение задолженности по обязательным платежам, а сама по себе аффилированность ФИО1 по отношению к должнику не имеет правового значения для правильного разрешения настоящего спора, равно как и имущественное положение ООО «Усть-Вымская ПМК». Все требования, предъявленные к должнику в рамках настоящего дела, возникли после прекращения производства по делу № А29-3650/2016. Податель жалобы полагает, что в связи с указанными обстоятельствами оснований для понижения очередности удовлетворения требований кредитора к должнику не имелось.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Коми определением от 19.05.2016 возбудил по заявлению ОАО «Усть-Вымская ПМК» дело № А29-3650/2016 о его несостоятельности (банкротстве); определением от 25.11.2016 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; определением от 07.03.2017 установил и включил во вторую и третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «Усть-Вымская ПМК» требование Федеральной налоговой службы на общую сумму 17 544 020 рублей 20 копеек (из которых 9 254 001 рубль 26 копеек недоимка по страховым взносам, 3 965 828 рублей 59 копеек пени, 970 056 рублей 80 копеек штраф, 1 817 888 рублей 74 копейки исполнительский сбор, 34 380 рублей налог на доходы физических лиц и 1 501 864 рубля 81 копейка недоимка по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование); определением от 11.02.2019 признал требования уполномоченного органа погашенными ФИО1 требования уполномоченного органа к ОАО «Усть-Вымская ПМК», произвел замену кредитора в реестре требований кредиторов должника.

Поскольку иных кредиторов у ОАО «Усть-Вымская ПМК» не имелось (требования общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Ухта» в размере 2000 рублей также погашены), ФИО1 заявил об отказе от требований, заявленных к должнику, Арбитражный суд Республики Коми определением от 11.02.2019 по делу № А29-3650/2016 прекратил производство по делу о банкротстве ОАО «Усть-Вымская ПМК».

Арбитражный суд Республики Коми определением от 02.03.2020 возбудил дело № А29-1623/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, определением от 18.11.2020 ввел в отношении него процедуру реструктуризацию имущества гражданина.

В рамках указанного дела финансовый управляющий оспорил отказ ФИО1 от требований к ОАО «Усть-Вымская ПМК» на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указал на то, что последствием отказа стала утрата права требования    ФИО1 к должнику вследствие невозможности повторного обращения в суд за взысканием  задолженности.

Определением от 03.02.2022 суд признал недействительной сделкой совершение ФИО1 процессуальных действий по отказу от требований к ОАО «Усть-Вымская ПМК» в сумме 17 544 020 рублей 20 копеек в рамках дела № А29-3650/2016, применил последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности ООО «Усть-Вымская ПМК» (правопреемника ОАО «Усть-Вымская ПМК») перед ФИО1 в размере 16 486 837 рублей 20 копеек (с учетом частичного погашения задолженности). 

Исполнительный лист для принудительного взыскания задолженности в Федеральную службу судебных приставов не предьявлялся.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 11.02.2020 возбудил настоящее дело о банкротства ООО «Усть-Вымская ПМК», определением от 18.03.2022 ввел в отношении должника процедуру внешнего управления, утвердил внешнего управляющего. 

В связи с наличием у ФИО1 требования к должнику, установленного определением Арбитражного суда Республики Коми от 03.02.2022, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о его включении в реестр требований кредиторов ООО «Усть-Вымская ПМК».

Из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании изложенного при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, в делах о банкротстве установлен повышенный стандарт доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установлена обязанность суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные, как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к требованию обычного кредитора в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики № 4 (2017), утвержденного Президиумом от 15.11.2017, при предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Кроме того, в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы по вопросу наличия или отсутствия оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В частности, понижению подлежит очередность удовлетворения требований, возникновение которых связано с попытками контролирующего должника лица вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, предоставления отсрочки платежа по договорам подряда, аренды, других договорных конструкций.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Формы такого финансирования могут быть разными: предоставление денежных средств или иного имущества (договор займа, договор поставки с постоплатой); предоставление отсрочек, рассрочек или фактическое бездействие по взысканию задолженности; совершение обеспечительных сделок, например поручительство за должника; приобретение требований независимых кредиторов; исполнение обязательства за должника без указаний с его стороны (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Согласно четвертому абзацу пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 Гражданского кодекса Российской Федерации), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО1 являлся руководителем и единственным акционером ОАО «Усть-Вымская ПМК», а,  следовательно, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным (аффилированным) по отношению к должнику лицом.

Оценив представленные в дело доказательства, апелляционная инстанция обоснованно квалифицировала отказ кредитора от требований к должнику, как компенсационное финансирование.

Из материалов дела следовало, что на момент совершенного ФИО1 процессуального действия ОАО «Усть-Вымская ПМК» находилось в состоянии имущественного кризиса (была возбуждена процедура банкротства), при этом спустя два года после прекращения производства по делу о банкротстве должника № А29-3650/2016 в отношении него возбуждено новое дело о банкротстве (настоящее); при этом за период времени между прекращением производства по делу № А29-3650/2015 и возбуждением дела № А29-15035/2020 показатели кредиторской задолженности ОАО «Усть-Вымская ПМК» превышали показатели имевшихся у него активов (согласно сведениям его бухгалтерского баланса за 2019 и 2020 годы).

При таких обстоятельствах невостребование кредитором денежных средств у должника являлось определяющим обстоятельством для разрешения вопроса о необходимости субординации его требований.

В рассмотренной ситуации апелляционный суд исходил из того, что ФИО1 предоставил ОАО «Усть-Вымская ПМК» финансирование путем отказа от требований к нему, что послужило основанием для прекращения дела о банкротстве № А29-3650/2016. Вместе с тем фактические обстоятельства спора свидетельствовали о том, что в период времени, прошедший между прекращением производства по предыдущему делу о банкротстве и возбуждением нового в правоотношения с ОАО «Усть-Вымская ПМК» вступили иные контрагенты (согласно реестру требований кредиторов должника).

Суд, с учетом изложенного, заключил, что предпринятые кредитором процессуальные действия имели целью отсрочить наступление критической точки в неплатежеспособности должника, завуалировать кризисную ситуацию, ввести новых кредиторов в заблуждение и создать у них иллюзию благополучного финансового положения ОАО «Усть-Вымская ПМК».

При этом апелляционный суд дал оценку факту возбуждения в отношении должника нового дела о банкротстве, последовавшего спустя два года после прекращения производства по предыдущему, в совокупности с неудовлетворительными показателями бухгалтерской отчетности должника за промежуточный период, и пришел к выводу, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что скрытый от кредиторов план выхода из кризиса реализовать не удалось.

Как справедливо отметил суд предыдущей инстанции, ФИО3, являвшийся участником ОАО «Усть-Вымская ПМК», был вправе использовать установленный законом и являющийся публичным способ для пополнения оборотных средств должника – увеличение его уставного капитала, при котором контролирующее организацию лицо не получает каких-либо прав наравне с независимыми кредиторами в случае банкротства.

Вместе с тем ФИО3 указанная возможность не реализована.

В такой ситуации его поведение, не соотносившееся с обычно ожидаемым от участника делового оборота (кредитора, преследующего цель взыскания в должника денежных средств), равно как и с разумной предпринимательской деятельностью, обоснованно интерпретировано судом в качестве поведения  фактически взаимосвязанного с должником лица, преследующего цели оказать ему финансовую поддержку за счет предоставления особых условий возврата долга, а также гарантировать себе на случай банкротства возможность занятия места в реестре требований наравне с независимыми кредиторами.

Таким образом, суд округа присоединяется к выводу апелляционной инстанции, констатировавшему, что естественным следствием риска, принятого ФИО3, является запрет на противопоставление его требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования указанного аффилированного лица.

Доводы заявителя кассационной жалобы рассмотрены судом округа и отклонены, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права, направлены на иную оценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При разрешении настоящего обособленного спора суды правильно учли специфику рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) и необходимость защиты интересов всех кредиторов должника, имеющих право на удовлетворение своих требований за счет надлежащего распределения конкурсной массы. 

Согласно абзацу первому пункта 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В рассмотренной ситуации финансовый управляющий ФИО1 не опроверг разумных сомнений в причинах избранной кредитором модели финансирования. Иных целей выбора такой модели, кроме как перераспределение риска на случай банкротства, суд апелляционной инстанции не обнаружил, и кредитор не доказал. Тем самым факт и обстоятельства предоставления ФИО1 компенсационного финансирования ОАО «Усть-Вымская ПМК» свидетельствуют о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения данного требования.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе не рассматривался, так как в статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при рассмотрении данной категории споров не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 по делу № А29-15035/2020 Арбитражного суда Республики Коми оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева