ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

                                Дело № А54-2175/2011

     (20АП-796/2019)

Резолютивная часть постановления объявлена 15.04.2019

Постановление изготовлено в полном объеме 22.04.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего        Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие заинтересованных лиц, извещенных судом о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЦентрДорсервис Самара» на определение Арбитражного суда Рязанской области от 09.01.2019 по делу      № А54-2175/2011 (судья Козлова И.А.), принятое по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «ЦентрДорсервис Самара» (ОГРН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего начальника Федерального государственного унитарного предприятия «Управление дорожного строительства №5 при Федеральном агентстве специального строительства» ФИО2, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Федерального государственного унитарного предприятия «Управление дорожного строительства №5 при Федеральном агентстве специального строительства» ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АвтоСтрой» (далее -                                ООО «АвтоСтрой», заявитель) - кредитор обратилось в арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) должника - Федеральное государственное унитарное предприятие «Управление дорожного строительства № 5 при Федеральном агентстве специального строительства» (далее - ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России», должник) на основании решения Арбитражного суда Рязанской области от 04.04.2011.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 23.05.2011 в отношении ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) и назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления ООО «АвтоСтрой».

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 09.08.2011 в отношении ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» введена процедура банкротства - наблюдение. Определением Арбитражного суда Рязанской области от 12.09.2011 временным управляющим должника утвержден ФИО3

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства - наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 17.09.2011.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 27.12.2011 ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Сообщение о признании ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении должника процедуры банкротства - конкурсное производство опубликовано в газете «Коммерсантъ» 28.12.2011.

24.01.2018через систему электронной подачи документов «Мой арбитр» общество с ограниченной ответственностью «ЦентрДорсервис Самара» (далее по тексту - ООО «ЦентрДорсервис Самара») обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего начальника ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО2.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 13.03.2018 завершено конкурсное производство в отношении Федерального государственного унитарного предприятия «Управление дорожного строительства №5 при Федеральном агентстве специального строительства».

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 03.04.2018 заявление    ООО «ЦентрДорсервис Самара» принято к производству.

ООО «ЦентрДорсервисСамара» неоднократно уточняло размер требования, в последний раз просило привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 25 087 288 руб. 96 коп. Уточнение судом принято в порядке статьи 49 АПК РФ.

В процессе рассмотрения обособленного спора ФИО2, возражая против заявленных требований, заявил о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Кредитором ФГУП «ГВСУ №5» и конкурсным управляющим в отзывах, также было указано на пропуск ООО «ЦентрДорсервис Самара» срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 09.01.2019 по делу                         № А54-2175/2011 заявление общества с ограниченной ответственностью «ЦентрДорсервис Самара» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «ЦентрДорсервис Самара» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просило обжалуемое определение отменить.

В обоснование заявленных требований ссылается на то, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права относительно срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего  должника   лицо. Считает, что выводы суда сделаны с нарушением норм процессуального права, ввиду их несоответствия имеющимся в деле доказательствам и фактическим обстоятельствам.

По мнению апеллянта, суд неполно выяснил обстоятельства дела, поскольку заявителем были представлены в суд документы, подтверждающие непередачу имущества ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» бывшим руководителем ФИО2 конкурсному управляющему. Но данному факту суд не дал правовую оценку.

18.02.2019 в материалы дела от ООО «ЦентрДорсервис Самара» поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе (т. 145, л.д. 54-78), в которых кредитор указывает, что суд не дал оценки возражениям кредитора на аналогичные доводы конкурсного управляющего и бывшего руководителя об истечении срока на подачу указанного заявления в т.ч. о том, что обязанности временного управляющего исполняло назначенное впоследствии конкурсным управляющим одно и тоже лицо - ФИО3, который, обладая в силу п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры применяемой в деле о банкротстве, от имени должника по своей инициативе, указанное право, в ущерб кредиторам, не реализовал.

 Ненадлежащее исполнение  конкурсным управляющим своих обязанностей, сокрытие важной информации о ходе процедуры банкротства и повлекло за собой инициативу Кредитора по подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя Должника. 

Считает, что по данному обособленному спору подлежали применению положения п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве, которые устанавливают, что заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой может быть подано, в том числе конкурсным кредитором, не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Полагает, что поскольку действия, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника имели место в 2011 году, десятилетний срок подачи заявления истекает в 2021 году. 

Также считает, что по данному спору применим пункт 6 ст. 61.14 127-ФЗ, предусматривающий, что в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких    должников вынесены     после 1 сентября 2017 года ( определение о завершении конкурсного производства вынесено в 2018 году), то заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано также не позднее трех лет со дня завершения конкурсного производства в случае, если лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующего основания для привлечения к субсидиарной ответственности после завершения конкурсного производства, но не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности, если аналогичное требование по тем же основаниям и к тем же лицам не было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

Также ссылается на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017, которыми предусмотрено, что исковая давность для кредиторов не может быть исчислена с момента, когда об обстоятельствах, являющихся основаниями для привлечения контролирующих лиц к ответственности, узнал арбитражный управляющий, если он недобросовестно скрыл эти сведения от конкурсных кредиторов.

Обращает внимание, что судом не дана оценка доводам Кредитора о том, что вынесение судебного акта от 22.12.2014г. Рязанским гарнизонным судом об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении бывшего руководителя должника                   ФИО2 не является основанием считать его преюдициальным, т.к. заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в рамках дела о банкротстве и по иным - специальным основаниям, отличным от указанного судебного акта.

Ответчик, являясь руководителем должника с 25.04.2011, то есть контролирующим должника лицом по смыслу главы III.2. Закона о банкротстве, не передал арбитражному управляющему бухгалтерскую и иную документацию общества. Это не позволило сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов должника.

Не передача документации исключила возможность удовлетворения требований Заявителя, в чем и заключается причинно-следственная связь между бездействием руководителя и неплатежеспособностью должника.

Считает, что ответчик не опроверг совокупность презумпций наличия оснований для привлечения соответствующего лица к субсидиарной ответственности (пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), поскольку материалами  дела подтверждены фактические обстоятельства о трудностях, возникших у временного и конкурсного управляющего из-за того, что директор не передал документацию новому руководителю должника. Бремя их опровержения в таком случае перешло на директора (разъяснения п. 24 Постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 33).

Считает, что даже если документация была уничтожена по независящим от директора обстоятельствам, то добросовестный и разумный руководитель обязан был ее восстановить.

Обращает внимание, что материалами дела №А54-2175/11 подтверждается, что бывшим руководителем должника ФИО2 не были совершены действия по передаче всей спецтехники конкурсному управляющему. Из 193 единиц техники на торги конкурсным управляющим была выставлена и реализована лишь часть техники, что подтверждается сообщениями о результатах торгов (№ 654315 от 26.06.15, № 656890 от 29.06.15, № 748269 от 16.09.15), а также отчетами о деятельности конкурсного управляющего, которые находятся в материалах дела №А54-2175/2011. 

Не согласен с выводом суда об отсутствии ответственности ФИО2 за не проведение обязательного аудита за 2009, 2010 годы из-за отсутствия денежных средств на основании  положений  федерального закона «Об аудиторской деятельности» от 30.12.2008 № 307-ФЗ.

ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу считает ее необоснованной, обжалуемый судебный акт законным, оснований для его отмены не усматривает.

Считает, что конкурсный кредитор в  нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представил каких-либо доказательств, подтверждающих неисполнение ФИО2 тех или иных должностных обязательств.

Не согласен с позицией заявителя апелляционной жалобы о том, что решение Рязанского гарнизонного военного суда, вступившее в законную силу не имеет преюдициального значения. Обращает внимание, что данным решением суда вины ФИО2 в неправомерных действиях при банкротстве и преднамеренное банкротство не установлено.

Бывший конкурсный управляющий ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России»в отзыве на апелляционную жалобу кредитора также считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. 

Не согласен с утверждением заявителя о том, что у него не было информации о том, что бывший руководитель ФИО2 не передал в полном объеме документацию предприятия. Считает, что данное утверждение также полностью опровергается документами, имеющимися в деле о банкротстве А54-2175/2011.

В адрес суда апелляционной инстанции от ФИО2 и ООО «ЦентрДорсервис Самара» поступили ходатайства о рассмотрении настоящего обособленного спора в их отсутствие.

Заинтересованные лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» зарегистрировано в качестве юридического лица Регистрационным управлением (палатой) администрации г. Рязани 01.02.2000, о чем Межрайонной инспекцией ФНС России № 1 по Рязанской области 31.12.2002 внесена запись в ЕГРЮЛ.

 Основными видами деятельности в соответствии с уставом общества являлись: строительство объектов специального и производственного назначения, обеспечивающих оборону и безопасность государства, правопорядок, жилищное строительство и строительство объектов социальной инфраструктуры для Вооруженных сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций.

Согласно представленным в материалы дела документам, ФИО2 являлся руководителем Федерального государственного унитарного предприятия «Управление дорожного строительства №5 при Федеральном агентстве специального строительства» в трехлетний период до признания должника несостоятельным (банкротом) (с 30.03.2011 по 25.10.2011).

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, конкурсный кредитор ссылается на непередачу им документации предприятия; необеспечение надлежащего ведения бухгалтерского учета, выражающееся в непроведении обязательного аудита с целью подтверждения достоверности бухгалтерского учета; непередачу бывшим руководителем конкурсному управляющему части имущества; неподачу заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника.

Заявление ООО 24.01.2018 «ЦентрДорсервис Самара» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 было подано в суд первой инстанции 24.01.2018.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266-ФЗ), согласно которому в Закон о банкротстве введена глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», которые согласно пункта 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ вступили в силу с 30.07.2017, пришел к правильному выводу о том, что предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку с заявлением в суд о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор обратился 24.01.2018, заявление подлежит рассмотрению исходя из процессуальных норм в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, при этом основания ответственности (материально-правовые нормы) применяются в той редакции Закона о банкротстве, которая действовала в соответствующий период.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства, повлекшего причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, были  предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве (применяемой в настоящем обособленном споре в редакции, действующей на дату вменяемых нарушений).

Обстоятельства, являющиеся для заявителя основанием для   привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место в 2011 году, т. е. после вступления в законную силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», но до вступления Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям». Следовательно, к спорным правоотношениям применяются положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 27.12.2011 ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия.

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

По смыслу пунктов 4, 5 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что в данной статье речь идет именно о виновных действиях руководителя должника, в случае если им не исполнена обязанность, предусмотренная абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, то есть необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности на руководителя должника в случае неисполнения им предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, является вина руководителя.

Из материалов дела установлено, что 30.03.2011 полковник ФИО2 назначен начальником ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России», расположенного в г. Рязани.

Согласно письму начальника ФГУП «УДС № 5   при    Спецстрое России» ФИО2 от 11.04.2011 в адрес вышестоящей организации - Федерального агентства специального строительства, ФИО2 просил рассмотреть вопрос о ликвидации ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» ввиду отрицательных экономических показателей предприятия.

18.05.2011 общество с ограниченной ответственностью «АвтоСтрой» обратилось в арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) должника. Определением Арбитражного суда Рязанской области от 09.08.2011 в отношении ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» введена процедура банкротства - наблюдение. Определением Арбитражного суда Рязанской области от 12.09.2011 временным управляющим должника утвержден ФИО3 

 25.10.2012 полковник ФИО2 уволен в запас, что подтверждается выпиской из приказа №624 л/с от 25.10.2011.

Согласно актам приема - передачи от 20.12.2011, 23.12.2011 бывшим руководителем ФИО2 конкурсному управляющему ФИО3 были переданы печати и штампы ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России», а также документы предприятия.

Поскольку конкурсному управляющему не были переданы хозяйственные договоры предприятия за периоды с 01.04.2009 по 01.01.2010, 01.10.2010 по 01.04.2011, определением Арбитражного суда Рязанской области от 28.03.2013, на основании заявления конкурсного управляющего, суд истребовал у бывшего руководителя должника ФИО2 для передачи конкурсному управляющему ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО3 хозяйственные договоры ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» за период с 01.04.2009 по 01.01.2010, 01.10.2010 по 01.04.2011. В ходе исполнительного производства указанные документы не обнаружены.

29.09.2014 директор ООО «ЦентрДорсервисСамара» обратилась в следственный отдел СК России по Рязанскому гарнизону с заявлением о привлечении бывшего руководителя ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО4 к уголовной ответственности за неправомерные действия при банкротстве и преднамеренное банкротство. 

Постановлением от 08.10.2014 отказано в возбуждении уголовного дела по статьям 195 и 196 Уголовного кодекса Российской Федерации. В рамках проведенной проверки установлено, что хозяйственные договоры относятся к периодам времени до назначения ФИО2 начальником ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России», то есть данные договоры ФИО2 не утверждал, их содержания не знал, то есть ФИО2 не мог иметь и не имел заинтересованности в сокрытии данных документов. ФИО2 принимал меры к установлению места нахождения хозяйственных документов ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России». Факт отсутствия хозяйственных документов                       ФИО2 объясняет отсутствием фактического контроля за наличием хозяйственных документов при приеме им дел и должности в апреле 2011 года.

Обстоятельства по не передаче спецтехники исследовались судом при рассмотрении жалобы ООО «ЦентрДорсервис Самара» на действия (бездействия) конкурсного управляющего ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО3 (определение суда от 08.08.2014). В материалах обособленного спора имеются объяснения бывшего руководителя ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России», из которых следует, что в 2008 году ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» входило в состав Федерального агентства специального строительства, где была предусмотрена военная служба. В связи с событиями, произошедшими 8 августа 2008 года, когда Грузия вторглась на территорию Республики Южная Осетия, постановлением Правительства Российской Федерации, воинский контингент и техника ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» были направлены для восстановления причиненных разрушений зданий, сооружений (больницы, школы, детские сады, и иные социально значимые объекты) в том, числе для восстановления и строительства автомобильных дорог. До возбуждения процедуры банкротства воинская часть при ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» ликвидирована. Решения о вводе и выводе воинского контингента и строительной техники принималось Спецстроем РФ, организацией представляющей правительство РФ на основании соответствующих решений правительства РФ, Верховного Совета РФ и Президента РФ. Согласно письму УФСБ России по Рязанской области от 02.09.2011, представленному в материалы дела, режимно-секретное подразделение ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» закрыто: часть носителей сведений, составляющих государственную тайну, уничтожена, оставшаяся часть передана в вышестоящую организацию - ФГУП «Главное управление специального строительства по территории Приволжского федерального округа при Федеральном агентстве специального строительства».

При рассмотрении обособленного спора в рамках дела о банкротстве было выяснено, что должник включал в списки имущества одну и туже технику, но под разными номерами, что вызвано тем, что техника и транспортные средства первоначально имели военные государственные номера, а впоследствии гражданские.

Согласно абзацам шестому и седьмому пункта 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

С учетом обстоятельств, установленных судами при рассмотрении вышеуказанных судебных споров при участии ООО «ЦентрДорсервис Самара», суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии вины ФИО2 в не передаче хозяйственных договоров должника и имущества конкурсному управляющему. 

 Судом первой инстанции также учтено, что  конкурсным кредитором не указано, как отсутствие хозяйственных договоров ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» повлияло на формирование конкурсной массы должника.

 Вместе с тем, согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Соответствующие объяснения при рассмотрении данного обособленного спора были представлены бывшим руководителем должника ФИО2, которые с учетом обстоятельств, установленных судами при рассмотрении вышеуказанных судебных споров с участием ООО «ЦентрДорсервис Самара», обоснованно были приняты судом первой инстанции в качестве доказательств, подтверждающих отсутствие вины ответчика в неправомерных действиях при банкротстве.

Конкурсный кредитор ООО «ЦентрДорсервис Самара» в суде первой инстанции также ссылался на необеспечение надлежащего ведения бухгалтерского учета, выражающееся в не проведении обязательного аудита с целью подтверждения достоверности бухгалтерского учета.

По указанному доводу ФИО2 пояснил, что аудиторская проверка за 2009 год была проведена, но из-за отсутствия денежных средств оплата аудиторских услуг не произведена, в связи с чем, отчет по итогам проверки предприятию не передан. Аудиторская проверка за 2010 год не проводилась из-за невозможности проведения конкурса для выбора исполнителя и отсутствия денежных средств.

Поскольку обстоятельства, являющиеся основанием     для    привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в законную силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», но до вступления Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что к спорным правоотношениям применяются положения Закона о банкротстве, не содержащие положений о возможности привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за не проведение аудиторской проверки. 

Кроме того, суд первой инстанции учел, что ООО «ЦентрДорсервис Самара» не доказано факт искажения информации, отраженной в документах бухгалтерского учета и (или) отчетности.

Исследовав материалы дела в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что ООО «ЦентрДорсервис Самара» не доказано наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по заявленным основаниям, суд апелляционной инстанции соглашается с судом области о том, что заявление кредитора удовлетворению не подлежало. 

В суде первой инстанции в представленных ФИО2, конкурсным управляющим, кредитором ФГУП «ГВСУ №5» возражениях было заявлено о пропуске срока исковой давности.

При рассмотрении данного заявления суд первой инстанции учел, что требования кредитора ООО «ЦентрДорсервис Самара» включены в реестр требований кредиторов ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» определением от 16.11.2011(в ходе процедуры наблюдения). Кредитор ООО «ЦентрДорсервис Самара» в ходе проведения процедуры банкротства должника занимал активную позицию, знакомился с материалами дела, подавал заявления и жалобы, участвовал в судебных заседаниях.

Из материалов дела следует, что ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» признано несостоятельным должником (банкротом) решением суда от 27.12.2011, в то время как с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор обратился 24.01.2018, то есть спустя 6 лет.

Все заявленные основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за не передачу им документации, имущества предприятия, не проведение обязательного аудита с целью подтверждения достоверности бухгалтерского учета; неподачу заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника, были известны кредитору после введения конкурсного производства, при рассмотрении обособленных споров в период 2012-2013 г.г. В связи с чем, суд правомерно пришел к выводу о том, что заявление подано за пределами срока исковой давности.

Уважительности причин пропуска срока исковой давности со стороны кредитора не приведено.

Позиция заявителя апелляционной жалобы о том, что  поскольку действия, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника имели место в 2011 г., в связи с чем десятилетний срок подачи заявления истекает в 2021 году (пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве), является ошибочной исходя из следующего.

В период с 2009 по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения. При этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и  сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений.  В основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит также  положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий или кредитор узнали или должны были узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчикам вменяются в вину конкретные деяния, совершенные в 2011-2012 годы, о которых указано выше. 

В этот период применительно к заявленным основаниям вопрос о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности регулировался положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (далее - Закон N 73-ФЗ).

При этом по состоянию на 2010 - 2012 годы в Законе о банкротстве отсутствовали специальные нормы, предусматривающие специальный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности.

По общему правилу гражданского законодательства исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 29.06.2004, действовавшей в период с 1999 года до 2013 года, в том числе на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Согласно пунктам 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 23.07.2013, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В соответствии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ, сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, а десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

В силу пунктов 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в действующей в настоящее время редакции, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, а срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (п. 9 ст. 3 Закона N 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 года и применяться не ранее 01.09.2023 года (п. 9 ст. 3 Закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 N 499-ФЗ).

Кроме того, впоследствии Федеральным законом от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон N 134-ФЗ) в статью 10 Закона о банкротстве был введен пункт 5. Данный пункт содержал, в частности, норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Учитывая, обстоятельства осведомленности конкурсного кредитора                                        ООО «ЦентрДорсервис Самара», о которых указано выше, и то обстоятельство, что с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности последний обратился только 24.01.2018, в то время как должник признан банкротом решением Арбитражного суда Рязанской области от 27.12.2011,  требования кредитора включены в реестр требований кредиторов ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» определением от 16.11.2011(в ходе процедуры наблюдения), апелляционный суд пришел к выводу, что кредитором пропущен трехгодичный срок исковой давности, предусмотренный законодательством.

Таким образом, соотнеся все фактические обстоятельства дела с материальным (право, действующее на момент совершения вменяемого деяния) и процессуальным (появление права на иск) аспектом начала течения срока исковой давности, в том числе с действующим в соответствующий момент времени законодательством, определяющим начало течения срока, при отсутствии доводов об уважительной причине пропуска срока исковой давности со стороны конкурсного кредитора ООО «ЦентрДорсервис Самара» (статья 65 АПК РФ), учитывая, что институт исковой давности имеет целью создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, и направлен на защиту участников гражданского оборота от необоснованных притязаний, при том, что в противном случае имело бы место ущемление охраняемых законом прав и интересов ответчиков, не имеющих возможность учесть необходимость сохранения значимых для рассмотрения дела документов, принимая во внимание, что сведений о наличии каких-либо обстоятельств, препятствовавших кредитору в пределах трехгодичного срока подать соответствующее заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не имеется, возложение в данном случае всех негативных последствий, связанных с давностью обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего спора, на ответчика, не соответствует положениям статей 195, 196, 200 ГК РФ, противоречит принципам равенства участников регулируемых отношений, является неразумным и несправедливым. С учетом изложенного,  апелляционный суд пришел к выводу, что в рассматриваемом случае срок исковой давности по данному спору пропущен, что силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 N 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО5»).

Исходя из позиции Европейского Суда по правам человека, установленные в законе сроки исковой давности защищают потенциальных ответчиков от просроченных требований и освобождают суды от необходимости выносить решения, основанные на доказательствах, которые со временем приобрели свойства неопределенности и неполноты; право на защиту своих прав в суде было бы скомпрометировано, если бы суды выносили решения, основываясь на неполной в силу истекшего времени доказательственной базе (Постановления от 22 июня 2000 года по делу «Коэм (Coeme) и другие против Бельгии» и от 7 июля 2009 года «Станьо (Stagno) против Бельгии»).

Ссылка конкурсного кредитора на его неосведомленность в связи с неправомерными действиями при ведении процедуры банкротства со стороны конкурсного управляющего, судом апелляционной инстанции отклоняются.

Сроки привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом в пункте 57 Постановлении N 53 разъяснено, что под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу.

В качестве примеров такого основания в данном пункте приводятся обстоятельства, которые изложены в норме в виде презумпций вины контролирующего лица в непогашении требований кредиторов.

Соответственно срок исковой давности начинает исчисляться с момента, когда в данном случае кредитор узнал об обстоятельствах наличия такой презумпции

 Утверждение заявителя апелляционной жалобы о том, что конкурсный управляющий ФИО3 скрывал от кредиторов информацию о том, что бывший руководитель ФИО2 не передал в полном объеме документацию предприятия, опровергается материалами дела о банкротстве А54-2175/2011, в том числе определением Арбитражного суда Рязанской области от 28.03.2013 по делу А54-2175/2011, согласно которому конкурсный управляющий истребовал у бывшего руководителя должника ФИО2 для передачи конкурсному управляющему ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО3 хозяйственные договоры ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» за период с 01.04.2009 по 01.01.2010, 01.10.2010 по 01.04.2011. 

В деле отсутствуют документы, подтверждающие сокрытие ФИО3 какой либо информации, судебные акты, подтверждающие сокрытие информации конкурсным управляющим.

Сведения об этом также были отражены в отчетах конкурсного управляющего и в материалах дела, участником которого является и Заявитель.

 Заявитель утверждает, что у него не было информации о том, что бывший руководитель ФИО2 не передал в полном объеме документацию предприятия.

Данное утверждение также опровергается документами, имеющимися в деле о банкротстве А54-2175/2011.

В частности в определении об отказе в удовлетворении жалобы Заявителя на действия конкурсного управляющего от 08 августа 2014 года указано, что Заявитель обжаловал якобы неправомерными действия (бездействия) конкурсного управляющего ФГУП «УДС №5 при Спецстрое России» ФИО3, выразившееся в непринятии надлежащим мер к истребованию отсутствующей бухгалтерской и иной документации должника. 

С жалобой Заявитель обратился 04.07.2013. Таким образом, судебным актом подтверждено, что Заявитель имел всю информацию касательно передачи документации от ФИО2 к конкурсному управляющему.

 Кроме того, 29 сентября 2014 года в военный следственный отдел СК России по Рязанскому гарнизону от ООО «Центр Дорсервис Самара» поступило заявление о привлечении к уголовной ответственности бывшего директора ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» ФИО2 по ст.ст. 195 и 196 УК РФ за неправомерные действия при банкротстве.

Основанием заявления послужило то, что бывший руководитель ФИО2 не передал в полном объеме документацию предприятия.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что 20 и 23 декабря 2011 года по актам приема-передачи бывшим руководителем ФИО2 конкурсному управляющему ФИО3 были  переданы печати, штампы и учредительные документы ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России», при этом хозяйственные договоры ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» за период с 01 апреля 2009 года по 01 января 2010 года и с 01 октября 2010 года по 01 апреля 2011 года переданы не были.

Наличие вины ФИО2 в неполной передаче документов не установлено.

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 было отказано.

МИФНС № 1 и ООО «ЦентрДорсервис Самара» обжаловали отказ в Рязанском гарнизонном военном суде в декабре 2014 г.

Суд подтвердил правомерность отказа в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 и отсутствие его вины в неисполнении обязательства по передаче документации.

Утверждение Заявителя о том, что ему была неизвестна информация о неполной передаче документов и, как следствие, наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности необоснованно.

Заявитель утверждает, что суд первой инстанции нарушил положения п.5 ст. 71 АПК РФ признав, что Рязанский гарнизонный военный суд уже выяснил отсутствие вины ФИО2 в неисполнении обязательства по передаче документации

Согласно статьи 69 пункт 3 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда.

В данном случае Рязанский гарнизонный военный суд в своем решении установил отсутствие вины ФИО2 Данное обстоятельство обязательно для арбитражного суда.

 Заявитель утверждает, что часть техники не была передана ФИО2 в ведение конкурсного управляющего.

Заявитель в ходе  конкурсного       производства      подавал     жалобы на то, что ФИО2 не передал конкурсному управляющему всю технику ФГУП «УДС № 5 при Спецстрое России» вследствие чего она осталась нереализованной.

При рассмотрении обособленного спора в рамках дела о банкротстве было выяснено, что должник включал в списки имущества одну и ту же технику, но под разными номерами, что вызвано тем, что техника и транспортные средства первоначально имели военные государственные номера, а впоследствии гражданские.

Суд установил, что Заявителем жалобы не представлены   доказательства наличия признаков административного правонарушения и оснований для привлечения виновных лиц к административной либо уголовной ответственности.

Заявителю было отказано в удовлетворении жалобы на не передачу    техники от ФИО2 конкурсному управляющему (определение об отказе в удовлетворении жалобы от 08 августа 2014 года).

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Неправильного применения норм процессуального права, в том числе влекущих отмену судебного акта в любом случае в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено. 

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы. 

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины судом не рассматривается, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на определения арбитражных судов, вынесенные в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 09.01.2019 по делу                                      № А54-2175/2011 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                       

Ю.А. Волкова 

Н.А. Волошина

О.Г. Тучкова