ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина, 100б

тел. (3022) 35-96-26, тел./факс (3022) 35-70-85

Е-mail: info@4aas.arbitr.ru    http://4aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-1935/2014

г. Чита

10 августа 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 10 августа 2018 года

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей А. В. Гречаниченко, Л. В. Ошировой,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания   ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы доверительного управляющего имуществом ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 28 мая  2018 года (суд первой инстанции: судья И. А. Волкова)

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 о признании недействительными результатов торгов по продаже имущества общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское», жалобе индивидуального предпринимателя ФИО4 на действия конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5

по делу по заявлению  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» о признании его несостоятельным (банкротом),

с  привлечением к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

главы крестьянско-фермерского хозяйства ФИО6, индивидуального предпринимателя ФИО7.

Суд установил следующие обстоятельства.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции объявлялся перерыв с 02 августа 2018 года до 03 августа 2018 года. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда  (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

В зал судебных заседаний в Четвертый арбитражный апелляционный суд явились:

ФИО8 – представитель ФИО3 по доверенности от 19.05.2018;

Доверительный управляющий ФИО9, а также его представитель  ФИО8 по доверенности от 03.04.2018;

ФИО10 – представитель общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» по доверенности от 23.01.2018.

Общество с ограниченной ответственностью «Нечаевское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: Иркутская область, Усольский район, рабочий поселок Белореченский) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом.  Определением Арбитражного суда Иркутской области от 14.04.2014 заявление  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности данного заявления.

На основании определения Арбитражного суда Иркутской области от 07 августа 2014 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5. Из указанного определения следует, что согласно пункту 9.2 устава общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» основными видами деятельности общества являются: овощеводство, растениеводство, животноводство.

Согласно письму Министерства сельского хозяйства Иркутской области № 57-37- 2194/4 от 30.05.2014 доля выручки общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» от продажи сельскохозяйственной продукции собственного производства и продуктов ее переработки составляет 93%, что подтверждает статус должника как  сельскохозяйственной организации.

Таким образом, банкротство общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» осуществляется по правилам банкротства  сельскохозяйственной организации.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18.12.2014 общество с ограниченной ответственностью «Нечаевское» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО5.

28.07.2017 индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с уточненной впоследствии жалобой на действия конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5, в которой просил признать ненадлежащими действия конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5, выразившиеся в отказе в допуске индивидуального предпринимателя ФИО4 к участию в торгах по продаже имущества  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» № 212631 на электронной площадке  общества с ограниченной ответственностью «Системы Электронных Торгов».

22.08.2017 индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительными результатов торгов № 212631, проводимых организатором торгов – конкурсным управляющим  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 на электронной площадке ООО «Системы Электронных Торгов», отмене составленных и подписанных организатором торгов – конкурсным управляющим  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 на электронной площадке ООО «Системы Электронных Торгов» протокола об определении участников торгов № 212631 от 31.07.2017, протокола о результатах проведения торгов № 212631 от 31.07.2017; об обязании организатора торгов – конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 провести определение участников торгов № 212631 на основании поступивших заявок.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 02.10.2017 заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 о признании недействительными результатов торгов по продаже имущества  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» и жалоба  индивидуального предпринимателя ФИО4 на действия конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда  Иркутской области от 28 мая 2018 года прекращено производство по объединенным обособленным спорам по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 о признании недействительными результатов торгов по продаже имущества  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское», и по жалобе индивидуального предпринимателя ФИО4 на действия конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора 03.12.2017 ФИО4, двигаясь на аэролодке по реке Китой на территории Усольского района, при ударе о волну выпал из лодки в воду.

Поскольку не было возможности обнаружить местонахождение ФИО4, 01.02.2018 между Межрайонным Управлением Министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области №4 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор доверительного управления имуществом отсутствующего гражданина на основании распоряжения о назначении доверительного управляющего и заключения договора доверительного управления имуществом отсутствующего гражданина до истечения года со дня получения сведений о месте его пребывания.

Впоследствии представителем доверительного управляющего ФИО2 представлена копия свидетельства о смерти ФИО4

Не согласившись с определением суда от 28 мая 2018 года, доверительный управляющий ФИО2 и ФИО3, заявившая, что является наследницей ФИО4, обратились в Четвёртый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает  на то, что Арбитражным судом Иркутской области допущены нарушения норм материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного судебного акта.  Просит отменить определение суда первой инстанции, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе содержалось также требование о принятии обеспечительных мер, но 23.07.2018 (на стадии оставления жалобы без движения) поступило уточнение к апелляционной жалобе, в которой представитель ФИО2 указывает, что просит не рассматривать данное заявление, отказывается от  этого требования, поскольку обеспечительные меры приняты судом первой инстанции и до настоящего времени не отменены.  Следовательно, заявление от 23.07.2018 расценивается судом как ходатайство о возврате заявления о принятии обеспечительных мер. Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24 июля 2018 года суд указал, что поскольку заявление вернуть нельзя, так как оно указано по тексту жалобы, заявление о принятии обеспечительных мер не рассматривается, возвращена государственная пошлина.

Доверительный управляющий в апелляционной жалобе на определение суда от 28 мая 2018 года указывает, что поскольку ФИО4  обратился с заявкой на участие в торгах по продаже имущества должника, он выразил свою волю на приобретение этого имущества. Возникновение обязательства между ФИО4 и конкурсным управляющим должника не было обусловлено личностью ФИО4 Отмечает, что в законе не содержится запрета на переход в порядке наследования права на заключения договора с лицом, выигравшим торги. Доверительный управляющий указывает, что после смерти ФИО4 его наследник – ФИО3, а также и доверительный управляющий обращались в суд первой инстанции с ходатайством об отложении судебного разбирательства для определения состава наследников ФИО4 Суд отказал в удовлетворении данного ходатайства и прекратил производство по делу, чем лишил наследников ФИО4 права на судебную защиту.

Доверительный управляющий ФИО2 и его представитель доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывает  на то, что Арбитражным судом Иркутской области допущены нарушения норм материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного судебного акта.  Просит отменить определение суда первой инстанции, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ФИО3 отмечает, что является наследником ФИО4. Также как и ФИО9, ФИО3 указывает, что поскольку ФИО4  обратился с заявкой на участие в торгах по продаже имущества должника, он выразил свою волю на приобретение этого имущества. Возникновение обязательства между ФИО4 и конкурсным управляющим должника не было обусловлено личностью ФИО4 Отмечает, что в законе не содержится запрета на переход в порядке наследования права на заключения договора с лицом, выигравшим торги. Доверительный управляющий указывает, что после смерти ФИО4 его наследник – ФИО3, а также и доверительный управляющий обращались в суд первой инстанции с ходатайством об отложении судебного разбирательства для определения состава наследников ФИО4 Суд отказал в удовлетворении данного ходатайства и прекратил производство по делу, чем лишил наследников ФИО4 права на судебную защиту.

Представитель ФИО3 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал в полном объеме. Кроме того, указал, в настоящее время уже получены свидетельства о праве на наследство. Часть имущества наследует ФИО3, часть – дети ФИО4 ФИО3 заключен договор простого товарищества от 27.07.2018, на основании которого она объединилась с главами крестьянских фермерских хозяйств для совместной деятельности. ФИО3 зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя.

От конкурсного управляющего ФИО5 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором управляющий  сообщает о согласии с принятым по спору судебным актом. В отзыве указано, что производство по апелляционным жалобам необходимо прекратить ввиду того, что ни доверительный управляющий ФИО2, ни ФИО3 не имеют полномочий на обращение в суд апелляционной инстанции. Так, доверительный управляющий прекратил свои полномочия в связи с установлением факта смерти ФИО4 и переходом прав собственности объектов доверительного управления в порядке наследования 03.06.2018. ФИО3 не является участником настоящего обособленного спора. Если ФИО3 считает себя правопреемником, то она имеет право обратиться в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса РФ в суд с целью установления правопреемства, и лишь после этого обжаловать определение Арбитражного суда Иркутской области от 28 мая 2015 года. Конкурсный управляющий также отмечает, что ни ФИО3, ни доверительный управляющий ФИО2, ни сам ФИО4 как участник торгов не могут являться участниками  настоящего обособленного спора, поскольку не имеют прав на обжалование действий конкурсного управляющего, и не могут оспаривать сделки, на что указано в статья 34, 35, 60 и 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее Закона о банкротстве). Кроме того, ФИО3 не предоставлено доказательств того, что на момент проведения торгов она и иные наследники ФИО4 являлись производителями сельскохозяйственной продукции  и имели смежный земельный участок с земельным участком должника. По итогам торгов по продаже имущества должника как сельскохозяйственной организации, которые оспаривались ФИО4, победителем признан глава крестьянского фермерского хозяйства ФИО6, представивший достаточные доказательства наличия преимущественного права на приобретение земельного участка должника. Следовательно, признание торгов недействительными по заявлению ФИО4 не может восстановить права ФИО4, так как он не обладал преимущественным  правом на заключение договора купли-продажи в свете статьи 179 Закона о банкротстве.

Представитель конкурсного управляющего доводы, изложенные в отзыве на апелляционные  жалобы, поддержал в полном объеме. Кроме того, по итогам исследования представленных в суд апелляционной инстанции документов (свидетельств о праве на наследство, договора простого товарищества от 27.07.2018) представитель конкурсного управляющего представил письменные пояснения в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса РФ, из которых следует, что договор  простого товарищества значения не имеет, поскольку его не существовало в момент проведения торгов. Данный договор представлен в суде апелляционной инстанции с нарушением положений части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Иные лица, участвующие в обособленном споре,  в судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, что подтверждается почтовыми уведомлениями, сведениями сайта Почты России. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе. Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле.

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы обособленного спора, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В суде апелляционной инстанции заявителями апелляционных жалоб были представлены копии свидетельств от 20.07.2018 о праве на наследство. Из свидетельств следует, что часть имущества  ФИО4 после его смерти наследует супруга ФИО3, часть – дети ФИО4 Представлен также  договор простого товарищества от 27.07.2018, на основании которого ФИО3 объединилась с главами крестьянских фермерских хозяйств для совместной деятельности.

В силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции; в то же время непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к вынесению неправильного постановления.

О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение (протокольное либо в виде отдельного документа), в котором указываются мотивы для этого.

Исходя из того, что у ФИО3, действительно, отсутствовала возможность представления данных документов в суде первой инстанции  в связи с отклонением ходатайства об отложении судебного разбирательства до установления наследников, а также в связи с тем, что документы датированы 20 и 27 июля 2018 года, суд апелляционной инстанции вынес протокольное определение от 03.08.2018 о приобщении данных документов к материалам дела по указанным выше причинам.

Как следует из материалов дела, в процедуре банкротства сельскохозяйственной организации - общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» организатором торгов – конкурсным управляющим ФИО5 проводились торги по реализации имущества:

1)         земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для ведения сельскохозяйственного производства, общая площадь 8 276 630 кв. м, расположенного по адресу: Иркутская область, Усольский район, в районе урочища Нечаевка, кадастровый номер 38:16:000003:454;

2)         земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для ведения сельскохозяйственного производства, общая площадь 49 370 кв. м, расположенного по адресу: Иркутская область, Усольский район, в районе урочища Нечаевка, кадастровый номер 38:16:000003:453;

3)         овощехранилища - одноэтажного, кирпично-панельного здания, общей площадью 6 783,20 кв. м, расположенного по адресу: Иркутская область, Усольский район, Белореченский п., заимка Нечаевская, кадастровый номер 38:16:000000:651;

4)         столовой на 50 мест - нежилое, одноэтажное, кирпичное здание, общей площадью 257,49 кв. м, расположенное по адресу: Иркутская область, Усольский район, Белореченский п., заимка Нечаевская, кадастровый номер 38:16:000000:648;

5)        нежилого здания свинофермы на 2100 голов в год, назначение нежилое, 1- этажный, общая площадь 2 925,5 кв. м, инвентарный номер 12203, литер А, расположенного  по адресу: Иркутская область, Усольский район, урочище Нечаевка, кадастровый номер 38:16:000003:467.

Публикации с сообщениями о торговой процедуре размещены в средстве массовой информации «Коммерсантъ» № 107 от 17.06.2017, на сайте  Единого  федерального реестра сведений о банкротстве от 16.06.2017 № 1781688. Из публикаций следует, что  организатор торгов - конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 сообщает о проведении торгов посредством публичного предложения по продаже имущества, составляющего предмет залога ПАО «Сбербанк России», начальной ценой продажи – 49 185 000 рублей.

Из сообщений, размещенных  в  средстве массовой информации «Коммерсантъ» № 152 от 19.08.2017, на сайте  Единого федерального реестра сведений о банкротстве от 16.08.2017 № 1986039, следует, что  торги посредством публичного предложения c открытой формой подачи предложений о цене по продаже имущества общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское», признаны состоявшимися, победителем торгов признан ФИО7.

Подавший заявку на участие в данной торговой процедуре индивидуальный предприниматель ФИО4, которому организатором торгов было отказано в допуске к торгам, обратился в Арбитражный суд Иркутской области с уточненными впоследствии заявлениями: о признании незаконными (ненадлежащими)  действий конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5,  выразившихся в отказе в допуске индивидуального предпринимателя ФИО4 к участию в торгах по продаже имущества  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» № 212631 на электронной площадке  общества с ограниченной ответственностью «Системы Электронных Торгов»; о признании недействительными результатов торгов № 212631, проводимых организатором торгов – конкурсным управляющим  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 на электронной площадке ООО «Системы Электронных Торгов», отмене составленных и подписанных организатором торгов – конкурсным управляющим  общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 на электронной площадке ООО «Системы Электронных Торгов» протокола об определении участников торгов № 212631 от 31.07.2017, протокола о результатах проведения торгов № 212631 от 31.07.2017; об обязании организатора торгов – конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нечаевское» ФИО5 провести определение участников торгов № 212631 на основании поступивших заявок.

Данные заявления объединены и рассматривались судом первой инстанции в рамках настоящего обособленного спора.

Суд первой инстанции со ссылкой на статьи 34, 35, 60 Закона о банкротстве о составе лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 по делу № 306-ЭС15-19931(14), указал, что участник торгов (победитель торгов) к лицам, участвующим в деле о банкротстве,  отнесен быть не может, следовательно, не вправе обжаловать действия конкурсного управляющего в соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Закона о банкротстве лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; уполномоченные органы; федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

В силу пунктов 1 и 2  статьи 35 Закона о банкротстве в арбитражном процессе по делу о банкротстве участвуют: представитель работников должника; представитель собственника имущества должника - унитарного предприятия; представитель учредителей (участников) должника; представитель собрания кредиторов или представитель комитета кредиторов; представитель федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности в случае, если исполнение полномочий арбитражного управляющего связано с доступом к сведениям, составляющим государственную тайну; уполномоченные на представление в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, интересов субъектов Российской Федерации, муниципальных образований соответственно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления по месту нахождения должника; иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

В арбитражном процессе по делу о банкротстве вправе участвовать:

саморегулируемая организация арбитражных управляющих, которая представляет кандидатуры арбитражных управляющих для утверждения их в деле о банкротстве или член которой утвержден арбитражным управляющим в деле о банкротстве, при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением, освобождением, отстранением арбитражных управляющих, а также жалоб на действия арбитражных управляющих;

орган по контролю (надзору) при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением арбитражных управляющих;

кредиторы по текущим платежам при рассмотрении вопросов, связанных с нарушением прав кредиторов по текущим платежам.

На основании пунктов 1 и 3  статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве.

Между тем толкование данных положений закона приведено в пункта 14 и 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В силу правовой позиции, указанной в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»., рассмотрение дела о банкротстве (в судах всех инстанций) включает в том числе разрешение отдельных относительно обособленных споров (далее - обособленный спор), в каждом из которых непосредственно участвуют только отдельные участвующие в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве лица (далее - непосредственные участники обособленного спора).

Вместе с тем непосредственными участниками обособленного спора, помимо основных участников дела о банкротстве, являются, в частности, при рассмотрении заявлений, ходатайств или жалоб - подавшее их лицо, а также лицо, права которого могут быть затронуты в результате их удовлетворения (данные разъяснения изложены в подпункте 3 пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Кроме того,  в  силу правовой позиции, указанной в  пункте 18 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица; признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. Следовательно, торги являются способом заключения договора, а признание их недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

В связи с этим требование арбитражного управляющего и любого другого заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже имущества должника, в частности торгов, проведенных в ходе исполнительного производства, после введения в отношении должника процедуры наблюдения и вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Изложенное означает, что лицо, права которого могут быть затронуты торговой процедурой, действиями конкурного управляющего как организатора торгов, может обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве с соответствующим заявлением.

В связи с этим вывод суда первой инстанции о том, что участник торгов не может обращаться с заявлением  в рамках дела о банкротстве, сделан без учета вышеприведенных правовых позиций, поэтому является ошибочным.

Под заинтересованным лицом следует понимать субъекта, имеющего материально-правовой интерес в рассмотрении требования, в чью правовую сферу оспариваемые действия, сделка  вносит неопределенность и на чье правовое положение они  могут повлиять (на такое понимание заинтересованности указано,  в том числе, в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2008 N 289-О-О).

Правовая позиция, изложенная в определении Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 по делу № 306-ЭС15-19931(14), не может служить основанием для иных выводов, поскольку в рамках дела № А12-11822/2010 , являвшегося предметом исследования Верховного Суда РФ, рассматривались требования участника торгов  о признании незаконными действий конкурсного управляющего, которые выразились  в безосновательном одностороннем отказе от исполнения договора купли-продажи; в принятии мер, направленных на повторную продажу имущества, подлежащего передаче участнику торгов; в непринятии мер, направленных на устранение обременения объекта недвижимости; в заключении долгосрочного договора аренды с иным лицом в период проведения торгов без согласования с собранием кредиторов и без уведомления участников торгов.

Прекращая производство по данному требованию, суд кассационной инстанции отметил, что по такого рода требованиям участник торгов не является участвующим в деле о банкротстве лицом по смыслу статей 34, 35, 60 Закона о банкротстве и статьи 40 Арбитражного процессуального кодекса РФ. Главный критерий – наличие заинтересованности в исходе спора (факт возможного нарушения прав и законных интересов, что следует также и из статьи 40 Арбитражного процессуального кодекса РФ и вышеприведенных разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ).

В деле № А12-11822/2010 участник торгов заявил требования, которые могут заявить только лица, участвующие в деле о банкротстве (связаны они с собранием кредиторов, на повторную продажу имущества и т. д., отношения к которым участник торгов не имеет, следовательно, и отсутствует элемент заинтересованности.

В рамках настоящего спора, напротив, заявлены требования, свидетельствующие о прямой заинтересованности участника торгов в их предъявлении и рассмотрении.

На подобное толкование положений закона о банкротстве (с учетом критерия заинтересованности) неоднократно указывалось Верховным  Судом РФ, в частности в определении от 27 марта 2018 г. № 302-ЭС18-1871, в определении от 01 июля 2016 г. № 305-ЭС16-3457 и т. д.

Решение организатора торгов об определении победителя торгов принимается в день подведения итогов торгов и оформляется протоколом о результатах проведения торгов. Данное решение также может быть обжаловано в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 15 статьи 110 Закона о банкротстве).

Общий порядок оспаривания торгов предусмотрен статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которой торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица. Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги.

Следует отметить, что данная норма подлежит применению и в случае установления факта нарушения правил о допуске заявителей к участию в торгах и правил об определении победителя торгов.

Приведенные выше положения пунктов 12, 15 статьи 110 Закона о банкротстве о праве лиц на обжалование решений организатора торгов не являются самостоятельными способами защиты прав по отношению к статье 449 ГК РФ. Более того, констатация незаконности решений организатора торгов о допуске или об отказе в допуске заявителей к участию в торгах, об определении победителя торгов может повлечь недействительность торгов в целом.

Из материалов дела следует, что заявителем фактически оспариваются торги, в том числе решение организатора торгов об отказе в допуске к участию в торгах, а также заявлены   иные требования, связанные с проведением торговой процедуры.

Таким образом, в данном случае обжалуются действия конкурсного управляющего не как субъекта профессиональной деятельности в рамках осуществления процедуры банкротства в отношении должника, а как организатора торгов по продаже имущества должника.

В определении Верховного Суда РФ от 06 марта 2018 года N 305-ЭС17-4775(2, 3) прямо указано, что ошибочными являются доводы об отсутствии у предпринимателя в данном случае права обжаловать действия конкурсного управляющего ввиду отсутствия у него статуса лица, участвующего в деле о банкротстве, поскольку фактически в рассматриваемом случае обжалуются действия конкурсного управляющего именно как организатора торгов, к участию в которых он не допустил предпринимателя.

Следовательно, последний имеет прямой интерес в предъявлении рассматриваемого требования (статья 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, ошибочным является вывод суда первой инстанции о необходимости прекращения производства по спору, поскольку после смерти гражданина ФИО4, являющегося стороной в споре, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

Суд первой инстанции, исходя из толкования положений статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса РФ, определил смысл данной нормы в том, что  процессуальное правопреемство происходит в тех случаях, когда права или обязанности одного из субъектов спорного материального правоотношения в силу тех или иных причин переходят к другому лицу, которое не принимало участия в данном процессе.

Со ссылкой на статью 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции указал, что в состав наследства не входят права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами, личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

При этом суд первой инстанции указал, что предмет настоящего объединенного обособленного спора не связан с правами личного характера, которые в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами могут переходить по наследству, отметив, что признание торгов недействительными не влечет одновременного признания лица, оспаривающего торги, победителем данных торгов и покупателем имущества, реализуемого на данных торгах.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Занятие предпринимательской деятельностью, равно как и участие в торгах с целью приобретения какого-либо имущества,  не обусловлено личным исполнением наследодателя. Поэтому в данном случае возникшее правоотношение допускает правопреемство, что предусмотрено статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае  смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, если спорное правоотношение допускает правопреемство.

Факт смерти ФИО4, являющегося заявителем по настоящему спору, установлен.

Положения  Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» № 129-ФЗ от 08.08.2001 не могут рассматриваться как нормы закона, исключающие переход в порядке наследования прав и обязанностей по всем сделкам (действиям), совершенным гражданином-предпринимателем в процессе осуществления предпринимательской деятельности.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о недопустимости правопреемства в спорном правоотношении сделан без учета характера спора и того обстоятельства, что право на обращение в суд с требованиями  о признании торгов (сделки) недействительной, об оспаривании решений организатора торгов, было реализовано гражданином-предпринимателем.

В связи с этим у суда отсутствовали основания для прекращения производства по делу на основании пункта 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, без определения состава наследников ФИО4

Более того, по смыслу пункта 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представление каких-либо документов, подтверждающих наличие или отсутствие правопреемников, для решения вопроса о приостановлении производства по делу не требуется.

В соответствии со статьей 1163 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельство о праве на наследство выдается наследникам по истечении шести месяцев со дня открытия наследства.

Исходя из пункта 3 статьи 145 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которым установлен срок приостановления производства по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной по делу по отношению, допускающему правопреемство, целью приостановления производства по делу в данном случае является, в частности, получение документов, подтверждающих правопреемство.

В качестве одного из главных оснований для прекращения производства по делу в данной части  указано на то, что спорное правоотношение не допускает правопреемства в связи с тем, что при банкротстве сельскохозяйственной организации имеет значение наличие (отсутствие) статуса лица, занимающегося производством или производством и переработкой сельскохозяйственной продукции.

С учетом изложенного, судом первой инстанции допущено нарушение последовательности выполнения процессуальных действий при рассмотрении настоящего обособленного спора.

В связи со смертью заявителя по спору суд первой инстанции во исполнение положений  пункта 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен был приостановиться до определения правопреемника ФИО4 (в данном случае – наследника).

Лишь только после определения  правопреемника суду первой инстанции надлежало делать выводы по существу заявления (может заявитель или нет участвовать в торгах с учетом особенностей банкротства сельскохозяйственной организации, нарушена ли торговая процедура, правомерно ли отказано в допуске к участию в торгах и т. д.).

Согласно статье 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Данное конституционное право - право на законный суд - является необходимой составляющей закрепленного статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на судебную защиту.

Этим конституционным предписаниям корреспондируют положения международных договоров Российской Федерации, прежде всего Конвенции о защите прав человека и основных свобод, обязывающие государства обеспечивать каждому защиту его прав путем справедливого разбирательства дела независимым, беспристрастным и созданным на основании закона компетентным, т.е. обладающим соответствующими полномочиями по рассмотрению конкретного дела в силу установленных законом правил подведомственности и подсудности, судом.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения пункт 4 части 1 статьи 270,  пункта 2 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемый судебный акт подлежат отмене, а вопрос -  направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду следует по существу рассмотреть вопрос о  возможности процессуальной замены заявителя по спору, и лишь после этого рассматривать спор по существу (в случае  установления наличия оснований для замены).

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 28 мая  2018 года по делу №А19-1935/2014 отменить, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца.

 

Председательствующий                                                         Н. А. Корзова

 

Судьи                                                                                       А. В. Гречаниченко

Л. В. Оширова