ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-100751/2022

24 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     16 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 октября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

ФИО2 по паспорту;

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 11.11.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-29830/2023) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.07.2023 о завершении процедуры реализации имущества по делу № А56-100751/2022, принятое

 

по отчету финансового управляющего должником

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, 

 

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.11.2022 ФИО4 (ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №220 от 26.11.2022.

Финансовый управляющий должника обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, выплате вознаграждения, представил отчет финансового управляющего.

Конкурсный кредитор ФИО2 обратилось с ходатайством о неприменении в отношении должника освобождения от исполнения обязательств перед ФИО2

Определением суда от 19.07.2023 завершена процедура реализации имущества ФИО4, ФИО4 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перед конкурсным кредитором ФИО2 по компенсации причиненного ущерба в размере 709 720 руб. 51 коп., прекращены полномочия финансового управляющего ФИО5, арбитражному управляющему ФИО5 с депозитного счета перечислены денежные средства в размере 25 000 руб. вознаграждения за процедуру реализации имущества гражданина.

Не согласившись с определением суда от 19.07.2023, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение, освободить ФИО4 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, ссылаясь на то, что в действиях должника не установлена форма вины в виде умысла либо грубой неосторожности.

В возражениях ФИО2 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

В судебном заседании ФИО2 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность судебного акта проверяются апелляционным судом в обжалуемой части с учетом разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Как следует из материалов дела, имущество, подлежащее реализации, не выявлено; задолженность перед кредиторами первой и второй очередей у должника отсутствует; реестр требований кредиторов сформирован в сумме 1 047 885 руб.     70 коп..; погашение требований кредиторов не производилось ввиду отсутствия ликвидного имущества у должника; признаки фиктивного и преднамеренного банкротства у должника отсутствуют.

Установив, что предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина, проведены, суд первой инстанции завершил процедуру, освободил от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением требований кредитора ФИО2, поскольку обязательства вытекают из причинения имущественного ущерба кредитору.

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление N 45), одним из оснований, исключающих освобождение гражданина от обязательств, является ситуация, когда гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

При этом перечень недобросовестных (незаконных) действий, указанный в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не является исчерпывающим.

Указанное соответствует правовой позиции, отраженной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, согласно которой, на основании доказательств, полученных финансовым управляющим по результатам выполнения упомянутых мероприятий, а также доказательств, представленных должником и его кредиторами, в ходе процедуры реализации имущества, суд оценивает причины отсутствия у должника имущества, и в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении N 45, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств.

Закрепленные в законодательстве о банкротстве граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьями 213.28 и 213.30 Закона о банкротстве, и необходимостью защиты прав кредиторов.

В обоснование заявления о не применении правил об освобождении должника от исполнения обязательств ФИО2 указал на то, что задолженность перед ним образовалась в результате причинения ущерба, действия должника имели признаки грубой неосторожности, которая в сипу пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве исключает возможность освобождения должника от обязательств по компенсации причиненного ущерба.

Как следует из материалов дела, по адресу: 

<

...> 25.12.2018 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием трех транспортных средств: Волга, г.р.з. 

<

***> под управлением ответчика ФИО6, Митсубиси, г.р.з. 

<

***> принадлежащего ФИО2, под его управлением и АудиА4, г.р.з. 

<

***> под управлением ФИО7

Органами ГИБДД установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения пунктов 6.2-6.13 ПДД РФ (проезд регулируемого перекрестка на запрещающий сигнал светофора) водителем ФИО8 (ФИО9) И.Г, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении № 18810047170100019586 от 25.12.2018.

ФИО6 осуществляла управление транспортным средством Волга, г.р.з. 

<

***> с заведомо отсутствующим полисом обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в нарушение пункте 2.1.1 ПДД РФ, то дополнительно привлечена к ответственности за нарушение, предусмотренное пунктом 2 статьи 12.37 КоАП РФ, что подтверждается постановлением по делу об АПЖ 18810047180001782809 от 25.12.2018.

ФИО2 считает, что должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения требований кредитора по возмещению вреда, причиненного имуществу кредитора при наличии в его действиях, квалифицированных по нормам главы 12 КоАП РФ (в настоящем случае – статьи 12.37 КоАП РФ), признаков умысла, или грубой неосторожности, в связи с чем, просит не освобождать ФИО10 от обязательств по компенсации ему ущерба в размере 709 720 руб. 51 коп.

В силу пунктов 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования к должнику, основанные на денежном обязательстве, вытекающем из возмещения вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности, сохраняются и после завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Соответствующие обстоятельства, препятствующие освобождению должника от исполнения обязательств, могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума N 45).

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление N 45), согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Гражданско-правовая ответственность владельца источника повышенной опасности за вред, причиненный этим источником, наступает независимо от вины субъекта правонарушения (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

Исходя из общих положений административного законодательства, в состав административного правонарушения входит наличие виновных действий (бездействия) субъекта правонарушения (субъективная сторона правонарушения).

В статье 2.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрены две формы вины: умысел и неосторожность.

Если форма вины гражданина-должника не установлена компетентным органом или не следует из нормы закона, предусматривающей ответственность за конкретное правонарушение, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, вправе самостоятельно установить факт причинения вреда должником имуществу кредитора при наличии вины в форме умысла или грубой неосторожности при активной позиции потерпевшего кредитора, не лишенного права доказать форму вины должника с учетом распределения бремени доказывания по статье 65 АПК РФ.

Отклоняя доводы подателя жалобы об отсутствии вины в форме умысла или грубой неосторожности, апелляционный суд учитывает грубый характер правонарушения (6.13 ПДД РФ – проезд на запрещающий сигнал светофора), а также то, что, управляя транспортным средством в отсутствие полиса обязательного страхования, ФИО4 не могла не понимать противоправный характер своих действий и их возможные последствия.

Институт банкротства граждан предусматривает иной экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Должник не опроверг заявленные в апелляционном суде доводы подателя жалобы о том, что ФИО4 оказывает услуги в своем салоне красоты с 2021 года; оказывала услуги по сдаче в аренду недвижимости; услуги по продаже продуктов из Финляндии, реализовывала щенков собак породы шпиц, разведением которых занимается, тем самым скрывает доходы, за счет которых возможно погашение задолженности перед кредиторами. 

Таким образом, ФИО4 не опровергла, что скрывает от кредитора, судебного пристава-исполнителя, финансового управляющего и арбитражного суда доходы от оказания услуги и продажи товаров, тем самым вводя их в заблуждение и пользуясь институтом банкротства физических лиц в корыстных целях.

Данные обстоятельства свидетельствуют об уклонении ФИО4 от раскрытия источников своих доходов, что не соответствует стандарту добросовестного поведения банкротящегося лица.

Таким образом, должник обоснованно не освобожден от исполнения принятых на себя обязательств перед ФИО2

Пунктом 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве установлено, что арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве (пункт 2 статьи 20.6 Закона о банкротстве).

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. Определение суда является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.07.2023 по делу № А56-100751/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.Ю. Тойвонен