﻿023/2019-47087(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-1498/2018

г. Краснодар

06 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 06 ноября 2019 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Трифоновой Л.А., судей Алексеева Р.А. и Бабаевой О.В., при участии в судебном  заседании от заявителя жалобы – публичного акционерного общества «Сбербанк России»  – Строганова Д.А. (доверенность от 05.07.2019), в отсутствие истца – общества с  ограниченной ответственностью «Строитель-7» (ОГРН 102502459009, ИНН 0560004865),  ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Мараби» (ОГРН 1110570000199,  ИНН 0570004913), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе  путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную  жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» на решение  Арбитражного суда Республики Дагестан от 13.08.2018 и постановление Шестнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 по делу № А15-1498/2018, установил  следующее.  

ООО «Строитель-7» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к  ООО «Мараби» (далее – ответчик) о взыскании 34 176 886 рублей 40 копеек  задолженности и 1 322 113 рублей 91 копейки процентов за пользование чужими  денежными средствами.  

Решением от 13.08.2018, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 15.07.2019, иск удовлетворен в части, с ответчика в пользу истца  взыскано 34 176 886 рублей 40 копеек задолженности и 227 065 рублей 61 копейка  процентов за пользование чужими денежными средствами, в остальной части в иске  отказано.  

В кассационной жалобе ПАО «Сбербанк России» (далее – банк) просит отменить  судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. Заявитель указывает, что  признание ответчиком иска перед аффилированным лицом в преддверии банкротства  

является злоупотреблением правом; задолженность взыскана в отсутствие оснований для  этого, чем нарушены права кредиторов ответчика. Судами при вынесении судебных актов  не учтены обязательные к применению правовые позиции, сформированные Верховным  судом Российской Федерации, судом не применен повышенный стандарт доказывания.  Банк ссылается на отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о  реальности хозяйственных правоотношений; на составление документов с целью  инициирования судебного взыскания задолженности и с учетом признания ответчиком  долга – получения судебного акта для последующего инициирования процедуры  банкротства и участия в распределении конкурсной массы. При наличии обстоятельств,  очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости,  установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение  сделки, явно недостаточно. В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ истец является  участником ООО «Мараби» (доля в уставном капитале приобретена им 12.02.2015) и по  смыслу статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» является заинтересованным лицом.  

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили. 

Законность судебных актов проверяется кассационным судом в обжалуемой части  в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (части 1 и 3 статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского  округа считает, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению по следующим  основаниям.  

Из материалов дела следует, что 15.11.2016 ответчик (поставщик) и истец  (покупатель) заключили договор поставки № 2Р-15112016, согласно которому поставщик  обязуется передать с 15.11.2016 по 31.12.2017 в собственность покупателю продукцию  керамогранит (товар) в количестве и ассортименте в соответствии с согласованной  сторонами спецификацией, являющейся неотъемлемой частью договора, а покупатель –  принять и оплатить стоимость товара. Отгрузка товара производится по согласованным  заявкам при условии 100% предоплаты (пункт 5.1 договора). Оплата производится по  свободным договорным ценам, которые оформляются протоколом согласования  договорной цены (приложение № 2) перед отправкой покупателем поставщику заявки на  отгрузку готовой продукции (приложение № 3, пункт 5.2 договора). Согласно пункту 5.5  договора поставщик обязуется поставлять товар только в соответствии с оплаченным  объемом.  

По спецификации (приложение № 1 к договору) поставке подлежал товар в  количестве 240 тыс. кв. м (в 4-м квартале 2016 года – 14 348 кв. м, в 2017 году –  22 562 кв. м).  

20 сентября 2017 года стороны подписали дополнительное соглашение к договору,  которым изменили срок действия договора – с 15.11.2016 по 31.12.2018.  

Истец по платежным поручениям от 22.09.2017 № 589, от 21.08.2017 № 511,  от 17.11.2016 № 42, от 29.09.2017 № 47 перечислил ответчику аванс в общей сумме  34 176 886 рублей 40 копеек (т. 1, л. д. 24 – 27).  

Ссылаясь на непоставку ответчиком товара и оставление последним без  удовлетворения претензии от 01.02.2018 № 14 о возврате денежных средств, истец  обратился в арбитражный суд с иском.  

Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе  спорный договор, платежные поручения, счета на оплату, учтя признание ответчиком  заявленных требований, и установив обстоятельства надлежащего исполнения  покупателем своих обязательств перед продавцом по оплате товара при том, что  ответчиком товар не поставлен, руководствуясь статьями 309, 310, 395, 454, 458, 463, 487,  506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), удовлетворили  требование о взыскании предоплаты и процентов с учетом их перерасчета.  

Определением Арбитражного суда Республики Дагестан от 27.09.2018 по делу   № А15-3901/2018 принято к производству заявление о признании ответчика  несостоятельным (банкротом) ответчика.  

Определением от 31.10.2018 по делу № А15-3901/2018 в отношении ответчика  введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден  Сунгуров Р.Ц.  

Определением от 12.09.2018 по делу № А15-3901/2018 принято к производству  заявление банка о вступлении в дело о банкротстве; определением  от 05.02.2019 требования банка в сумме 664 793 246 рублей 27 копеек включены в реестр  требований кредиторов ответчика.  

Банк, ссылаясь на мнимость сделки, на основании которой заявлены требования  истца по рассматриваемому делу, неприменение судами повышенного стандарта  доказывания о взыскании денежных средств с ответчика-банкрота, обратился в жалобой  на судебные акты, которыми удовлетворены требования истца, указывая, что  удовлетворение требований истца нарушает права иных кредиторов ответчика.  

Эти доводы являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции,  куда банк обратился с жалобой на решение и ходатайством о восстановлении срока на  обжалование.  

Суд апелляционной инстанции, восстановив срок на апелляционное обжалование,  рассмотрел требования заявителя и оставил без изменения решение суда первой  инстанции.  

Проверяя довод банка о мнимости договора поставки, суд апелляционной  установил, что истец исполнил сделку, перечислив ответчику предоплату; доказательства  направленности воли обеих сторон сделки на ее неисполнение в деле отсутствуют.  

Суд апелляционной инстанции указал, что мнимая сделка не предполагает  исполнения, если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой; намерения  одного участника на совершение мнимой сделки недостаточно, поскольку стороны  должны преследовать общую цель; заключение спорного договора и перечисление истцом  стоимости товара сами по себе не свидетельствуют о недействительности сделки в  соответствии со статьями 10 и 168 Кодекса. Банком не представлено доказательств,  подтверждающих факт совершения оспариваемых сделок исключительно с намерением  причинить вред кредиторам. Суд установил, что стороны, заключая договор поставки,  имели намерение создать правовые последствия, обусловленные совершением сделки.  Иная цель, преследуемая сторонами при заключении договора, банком не доказана.  Перечисление спорных денежных средств на расчетный счет ответчика документально  подтвержден.  

Апелляционный суд не установил оснований для вывода о мнимом характере  договора, поскольку как условия спорного договора, так и действия сторон по его  исполнению свидетельствуют о том, что воля сторон направлена на возникновение  правоотношений по поставке товара.  

Ссылка банка на аффилированность сторон отклонена апелляционной коллегией с  указанием на то, что заключение сделки между заинтересованными лицами само по себе  не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.  Заключение сделки между аффилированными лицами не является безусловным  основанием для признания ее недействительной. Кроме того банк является кредитором  ответчика с требованиями свыше 664 млн рублей, следовательно, требования истца в  размере 34 млн рублей не могут повлиять на права кредиторов, на решение кредиторов по  тем или иным вопросам при ведении дела о банкротстве. В данном случае банк является  доминирующим кредитором.  

Вместе тем суд апелляционной инстанции не учел следующего. 

Банк обращался с апелляционной жалобой на решение суда первой инстанции,  ссылаясь на разъяснения пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  

связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) и указывал  на свой статус кредитора в деле о банкротстве ответчика ( № А15-3901/2018).  

Учитывая, что ответчик находится в банкротстве и решение по рассматриваемому  делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении  требований истца (его правопреемников) в реестр требований кредиторов компании, суду  апелляционной инстанции необходимо было руководствоваться повышенным стандартом  доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по  сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием  к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и  убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и  опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26  постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018   № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3)).  

В пункте 17 Обзора судебной практики № 2 (2018), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено следующее.  

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны  ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с  целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр  требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально  необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций  друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и  т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная  деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по  таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих  противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную  позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному  управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о  банкротстве требование (часть 3 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, пункт 24 постановления № 35). Однако по объективным  причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору,  инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный  управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств,  подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или)  указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью  достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности  

доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором.  Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно  составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми  доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.  

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и  нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные  требования (пункт 26 постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по  вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и  применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).  

Предъявление к конкурирующим кредиторам высокого стандарта доказывания  привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу  пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен  оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и  полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и  правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении  дела.  

В рассматриваемом случае наличие долга подтверждалось договором, платежными  поручениями и признанием иска. Однако, возражая против требований истца, банк  отмечал, что признание ответчиком иска перед истцом, являющимся учредителем  ответчика со значительной долей (аффилированным лицом) в преддверии банкротства  свидетельствует о преследовании сторонами сделки иной цели, нежели предусмотрено  спорным договором. Банк также ссылался на отсутствие в материалах дела доказательств,  свидетельствующих о реальности хозяйственных правоотношений, о движении  полученных денежных средств, составление документов сторонами таким образом,  чтобы инициировать судебное взыскание задолженности и с учетом признания  ответчиком судебного акта получить вступивший в законную силу судебный акт для  последующего инициирования процедуры банкротства, и доминирующего участия в  распределении конкурсной массы. При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на  мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех  обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.  

Заявление подобных возражений, ставящих под сомнение наличие оснований для  оставления решения суда первой инстанции без изменения, обязывало суд апелляционной  инстанции потребовать дополнительных доказательств и пояснений в опровержение  

позиции банка. Вместо этого суд апелляционной инстанции указал, что условия спорного  договора и действия сторон по его исполнению свидетельствуют о том, что воля сторон  направлена на возникновение правоотношений по поставке товара.  

Суд апелляционной инстанции не учел, что особенностью мнимой сделки является  то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом  создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении  заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их  внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением  относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий  является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).  

Таким образом, наличие в материалах дела представленных документов являлось  недостаточным для опровержения доводов банка. Суду апелляционной инстанции  следовало по существу проверить возражения банка о фиктивности договора,  положенного в основание требования, в том числе исследовать всю производственную  цепочку и закупочные взаимоотношения ответчика с третьими лицами, осуществление  ответчиком с ними расчетов, а также экономическую целесообразность заключения этой  сделки. Судом не учтено, что согласно выработанной в судебной практике позиции  аффилированность сторон может носить фактический характер без наличия формально- юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).  

Если стороны рассматриваемого дела действительно являются аффилированными,  к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем  к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые  разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в  том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных  доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью  последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017   № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При  этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно  для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного  

Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"»).  

Судом апелляционной инстанции названные правовые позиции к толкованию норм  применимого материального и процессуального права не учтены.  

Суду необходимо установить наличие (отсутствие) возможности у ответчика  поставить товар в том количестве и ассортименте, который заявлен в договоре, а также  возможности истца (ответчика) доставить товар; определить экономические цели  должника, связанные с заключением договора поставки; выяснить, каким образом  должником израсходованы полученные денежные средства; проверить наличие  (отсутствие) отражения кредиторской/дебиторской задолженности в бухгалтерской  документации истца и ответчика.  

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный  суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой  инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и  направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение,  постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в  обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу  фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.  

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть  изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу,  дать полную оценку доводам банка.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 по делу   № А15-1498/2018 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Шестнадцатый  арбитражный апелляционный суд.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий Л.А. Трифонова  

Судьи Р.А. Алексеев 

 О.В. Бабаева