ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

16.03.2023

Дело № А40-238687/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 16 марта 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Михайловой Л.В., Паньковой Н.М.

при участии в заседании:

от Московский фонд защиты дольщиков: ФИО1 по дов. от 09.01.2023

от ФИО2: ФИО3 по дов. от 04.07.2022

от Москомстройинвест: ФИО4 по дов. от 30.01.2023

от конкурсного управляющего «Софьино-70»: ФИО5 по дов. от 07.03.2023

от ГК АСВ: ФИО6 по дов. от 28.12.2020, ФИО7 по дов. от 13.09.2022

рассмотрев 09.03.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ГК АСВ

на определение от 10.10.2022

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 20.12.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ГК «АСВ» о признании сделок должника (договоров участия в долевом строительстве № 1К5- С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-K3-C1/14122016 от 14.12.2016, № 1-К4-С1/14122016 от 14.12.2016, заключенные между ЗАО «Софьино-70» и ФИО2) недействительными и применении последствий их недействительности

по делу № А40-238687/18 о признании Закрытого акционерного общества «Софьино70» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.03.2019 в отношении ЗАО «Софьино-70» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) применены положения параграфа 7 главы IX ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)». ЗАО «Софьино-70» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на один год. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2021 ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Софьино-70», конкурсным управляющим утверждена ФИО9, являющаяся членом Союза АУ «СРО СС».

21.03.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ГК «АСВ» о признании сделок должника (договоров участия в долевом строительстве № 1-К5-С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-K3-C1/14122016 от 14.12.2016, № 1-К4- С1/14122016 от 14.12.2016, заключенные между ЗАО «Софьино-70» и ФИО2) недействительными и применении последствий их недействительности, а именно: - признать отсутствующим обременение в виде ипотеки и погасить регистрационные записи об ипотеке в пользу ФИО2 в Едином государственном реестре недвижимости, сделанные на основании недействительных договоров долевого участия в строительстве №1-К5-С1/14122016 от 14.12.2016; №1-КЗ-С1/14122016 от 14.12.2016; №1-К4-С1/14122016 от 14.12.2016; - прекратить право собственности Московского  фонда защиты прав граждан - участников долевого строительства на земельные участки с кадастровыми номерами: 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:610, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:604 расположенные по адресу: г. Москва, поселение Краснопахорское, д. Раево; - восстановить право собственности ЗАО «Софьино-70» на земельные участки с кадастровыми номерами: 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:610, 77:22:0020330:609 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:597 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:604 расположенные по адресу: г. Москва, поселение Краснопахорское, д. Раево. - восстановить права залога по договорам ипотеки: договор № 155/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г., договор № 129/028/131/083/107-16 об ипотеке (залоге недвижимости) от 18.04.2016 г., договор № 055/028-11 об ипотеке (залоге земельного участка) от 20.05.2011 г., договор № 207/131- 12 об ипотеке (залоге земельных участков) от 20.12.2012 г., договор № 182/083-13 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 28.08.2013 г., договор № 221/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г., договор № 149/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г., договор № 150/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г., договор № 151/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г., договор № 156/107-14 о последующей ипотеке (залоге земельных участков) от 24.11.2014 г.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022, в удовлетворении заявлений отказано полностью.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ГК «АСВ» обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить,  принять новый судебный акт, удовлетворить заявление Агентства о признании сделок должника (договоров участия в долевом строительстве № 1-К5- С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-K3- C1/1412216 от 14.12.2016, № 1-К4-С1/14122016 от 14.12.2016, заключенные между ЗАО «Софьино-70» и ФИО2) недействительными и применении последствий их недействительности.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что  окончание трёхгодичного срока для предъявления заявления об оспаривании недействительной сделки в рамках дела № А40-238687/2018 о банкротстве ЗАО «Софьино-70» приходится на субботу 19.03.2022, то есть нерабочий день. Следовательно, днем окончания трёхгодичного срока, следует считать 21.03.2022, понедельник - ближайший следующий рабочий день, тогда как заявление Агентства о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности подано 19.03.2022, то есть в пределах срока для оспаривания сделки; ФИО2, заключая договоры долевого участия, не преследовала основной цели для подобного рода договоров в виде получения жилых зданий, а должник не преследовал цели получить денежные средства и осуществить строительство жилых зданий; суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводам, что даже в случае признания оспариваемых договоров недействительными, последствия в виде прекращения права собственности Фонда на земельные участки и восстановления право собственности у должника на указанные земельные участки не применимы, так как Фондом на сегодняшний день на данных земельных участках ведутся работы по строительству (завершению строительства) жилых домов, однако, данный вывод судов не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ГК АСВ доводы кассационной жалобы поддержал.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами и следует из доводов заявления, кредитор ГК «АСВ» в обоснование своих требований ссылался на то, что в ходе анализа выписок ЕГРН в отношении земельных участков, являющихся предметом залога ГК «АСВ», установлено наличие трех договоров долевого участия в строительстве, заключенных между Должником и ФИО2. 14.12.2016.

14.12.2016 между «Софьино-70» и гр. ФИО2 был заключен договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома № 1-К3-С1/14122016. Объект долевого строительства- жилое помещение и общее имущество в многоквартирном доме, расположенном по строительному адресу: г. Москва, пос. Краснопахорское, 

<

...>. Условный номер квартиры-1.

14.12.2016 между «Софьино-70» и гр. ФИО2 был заключен договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома № 1-К4-С1/14122016. Объект долевого строительства- жилое помещение и общее имущество в многоквартирном доме, расположенном по строительному адресу: г. Москва, пос. Краснопахорское, 

<

...>. Условный номер квартиры- 1.

14.12.2016 между «Софьино-70» и гр. ФИО2 был заключен договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома № 1-К5-С1/14122016 (далее по тексту МКД № 3). Объект долевого строительства- жилое помещение и общее имущество в многоквартирном доме, расположенном по строительному адресу: г. Москва, пос. Краснопахорское, 

<

...>. Условный номер квартиры-1.

Ссылаясь на то, что сторонами заключены сделки, исполнять которые они не собирались, спорные договоры были заключены формально с целью искусственного создания видимости прав дольщика на спорные объекты, ГК «АСВ» утверждает об их недействительности на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Кроме того, ГК «АСВ», указывая на то, что оспариваемые сделки были заключены в период исполнения ответчиком функций единоличного исполнительного органа, то есть с заинтересованным лицом в период наличия признаков неплатежеспособности должника, ссылался на наличие оснований недействительности указанных сделок в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также оснований его ничтожности (ст. 10, 168 ГК РФ) в силу злоупотребления правом при его заключении, а также мнимости (ст. 170 ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявлений, суд первой инстанции установил пропуск годичного срока исковой давности на оспаривание сделок по ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также отсутствие доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд также пришел к выводу об отсутствии соответствующего правового эффекта от признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку установил, что ФИО2, 24.05.2018, утратив статус руководителя ЗАО «Софьино-70», а также интерес к спорным договорам, расторгла на основе двустороннего соглашения Договор К4, а также оставила доверенность на сотрудников ЗАО «Софьино-70» для целей регистрации соглашений о расторжении остальных Договоров К3, К5 (том 2, л.д. 17), а также в настоящее время ФИО2 требования к должнику, а также к Фонду не предъявляла в рамках данного дела о банкротстве, ввиду чего, суд посчитал, что признание недействительными договоров участия в долевом строительстве № 1 -К5- С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-K3-C1/14122016 от 14.12.2016, № 1- К4-С1/14122016 от 14.12.2016, заключенных между ЗАО «Софьино-70» и ФИО2, фактически не приведет к применению двусторонней реституции (п. 2 ст. 167 ГК РФ) и в конечном счете пополнению конкурсной массы.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), следует, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Как установили суды, заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 16.10.2018, спорные сделки заключены 14.12.2016, то есть в трехлетний период подозрительности, установленный ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 4 постановления Пленума N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Гражданский кодекс Российской Федерации также исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершены с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях (пункты 1 и 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суды сделали вывод об обоснованности заявления о применении срока исковой давности, исходя их правовых оснований заявления, а также фактов, приводимых ГК АСВ.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий, узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» является заявителем в рамках дела о банкротстве ЗАО «Софьино-70».

Заявление о признании банкротом подано ГК «АСВ» 09.10.2018, принято к производству и назначено к рассмотрению определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2018.

Должник признан банкротом определением Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2019 (указанным судебным актом также включены требования ГК «АСВ» в реестр требований кредиторов ЗАО «Софьино-70»).

Таким образом, судами сделан правильный вывод о том, что с марта 2019 года ГК «АСВ» обладало всеми правами конкурсного кредитора в рамках дела о банкротстве ЗАО «Софьино-70», могло знакомится со всеми материалами дела, запрашивать необходимые документы у конкурсного управляющего должника, обращаться с заявлениями об оспаривании сделок, совершенных должником.

Более того, с момента передачи 09.10.2017 от АКБ «Российский капитал» в пользу ГК «АСВ» прав требования к ЗАО «Софьино-70», обеспеченных залогом земельных участков 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:603, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610, ГК «АСВ» не могла не знать о наличии с декабря 2016 года иных обременении на указанных земельных участках в виде залогов (ипотеки) в пользу участника строительства ФИО2, установленных на основании ст. 13 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 214-ФЗ).

Все распорядительные действия первоначального кредитора по отношению к должнику обязательны для его правопреемника из этого исходит п. 1 ст. 384 ГК РФ, а также практика применения указанной нормы (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2021 № 305 - ЭС20-22171, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от. 22.03.2005 по делу № 12752/04).

Кроме того, как отметили суды и не опровергалось заявителем, АКБ «РОССИИСКИИ КАПИТАЛ» (ПАО) были выданы согласия от 26.12.2016 № 08-0129/2363,08-0129/2364, 08-0129/2365: на строительство ЗАО «Софьино-70» на рассматриваемых земельных участках; на заключение ЗАО «Софьино-70» договоров участия в долевом строительстве; на удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества в соответствии с частью 2 статьи 15 Федерального закона от 30.12.2004 № 214 -ФЗ, а также согласие на прекращение права залога на объекты долевого строительства в случае, предусмотренном частью 8 статьи 13 Федерального закона от 30.12.2004 №214- ФЗ.

Таким образом, об обстоятельствах заключения должником, оспариваемых сделок, было или должно было быть известно заявителю задолго до подачи настоящего заявления.

Суды также отметили, что это также подтверждается тем, что о факте наличия между должником и ФИО2 договорных отношений, заявлялось ГК «АСВ» в декабре 2020 года в рамках судебных заседаний по рассмотрению заявления Фонда о намерении приобрести права и обязательства застройщика в порядке ст. 201.15-1 Закона о банкротств, обстоятельства заключения оспариваемых договоров отражались в апелляционной (направлена в суд 13.01.2021) и кассационной (направлена в суд 23.03.2021) жалобах, подаваемых ГК «АСВ» на судебный акт о передаче Фонду прав и обязательств застройщика.

Соответственно, как правильно указал суд первой инстанции, заявителем пропущен годичный срок на подачу заявления о признании Договоров участия в долевом строительстве № 1-К5-С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-КЗ-С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-К4-С1/14122016 от 14.12.2016 недействительными по основаниям ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Момент, когда заявитель мог узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными и обратиться в Арбитражный суд с заявлениями об их оспаривании: наиболее ранний - март 2019 года (срок истек в марте 2020), максимально поздний - декабрь 2020 (срок истек в декабре 2021).

Вместе с тем, заявление об оспаривании сделок подано 21.03.2022.

В свою очередь, как верно указали суды, ссылка заявителя на основания недействительности спорных сделок, предусмотренных ст. 10, 168, 170 ГК РФ, направлено исключительно на преодоления сроков исковой давности.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, и отклоняя доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для признания сделки недействительной по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ, судом апелляционной инстанции отмечено следующее.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В рассматриваемом случае недействительность оспариваемого договора по мотиву его совершения со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ) конкурсный управляющий усматривал в совместных действиях должника и ответчика по выведению активов из собственности должника в условиях его объективного банкротства без наличия встречного предоставления.

Названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем оснований для признания ее недействительной по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) отсутствуют.

Существо мнимой сделки сводится к сокрытию лицами, непосредственно свершившими сделку, от третьих лиц (кредиторов должника) истинных мотивов своего поведения, связанности этих действий не с самим фактом заключения договора купли - продажи и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами видимости исполнения.

Тем самым, иск о признании сделки мнимой имеет целью устранение последствий формального начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное получение должником и его семьей активов из конкурсной массы (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам данного обособленного спора суд оснований для вывода о мнимости сделки - не выявил.

Суд апелляционной инстанции справедливо отметил, что исходя из текста заявления и апелляционной жалобы, ГК «АСВ» привела доводы, исключительно сводящиеся к составу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Так, по мнению заявителя, договоры были совершены с целью причинить вред имущественным правам залогодержателя и причинили такой вред; другая сторона в силу аффилированности с должником знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В чем заключалась мнимости/притворность указанных договоров (ст. 170 ГК РФ), в чем выражается злоупотребление правом (ст. 10, 168 ГК РФ), заявителем не указано, доказательства, свидетельствующие о возможность оспаривания сделок по общим основаниям не представлены.

Если все же, по мнению заявителя, сделки должны оспариваться по правилам ст. 10, 168, 170 ГК РФ, то заявитель не приводит в своем заявлении мотивы, которые ему не были бы известны до введения процедуры банкротства ЗАО «Софьино-70».

Пункт 10 постановления Пленума ВАС от 30.04.2009 № 32, на который ссылается заявитель, применима для кредиторов, которые до введения в отношения должника процедуры банкротства не могли знать о факте совершения сделки, а следовательно, о ее порочности, либо введение в отношении должника процедуры банкротства является существенным обстоятельством для возможности оспаривания сделки.

Суды сделали вывод о том, что заявителем не представлено достаточных доказательств для признания оспариваемых договоров недействительными.

Суды указали, что доводы заявителя строятся исключительно на предположении о том, что Договоры участия в долевом строительстве № 1-К5-С1/14122016 от 14.12.2016, № 1- КЗ-С1/14122016 от 14.12.2016, № 1-К4-С1/14122016 от 14.12.2016 являются безвозмездными, встречное предоставление должником по данным договорам не получено, однако доказательств указанного обстоятельства в материалы дела не представлено.

В период осуществления руководства ЗАО «Софьино-70» генеральным директором ФИО10 (с 25.05.2018 по 19.03.2019), а также в рамках конкурсного производства конкурсными управляющими ФИО8, ФИО9 задолженность по оспариваемым Договорам не взыскивалась, соответствующие требования о взыскании задолженности по оплате договоров в Арбитражный суд не подавались, как и не оспаривались Договоры.

Сама по себе аффилированность участников сделки не может свидетельствовать о недействительности сделки и недобросовестности ее сторон, действующий закон не предусматривает запрет на хозяйственные правоотношения между заинтересованными субъектами.

Таким образом, судами сделан правильный вывод о том, что отсутствует совокупность признаков подозрительности сделки, установленная п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, необходимых для оспаривания договоров по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также заявитель со ссылкой на п. 2 ст. 346 ГК РФ указывает на то, что у него отсутствуют сведения о даче согласия АКБ «Российский капитал» на заключение оспариваемых Договоров.

Вместе с тем, положения Федерального закона № 214-ФЗ являются специальными по отношению к положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, связанным с залоговыми отношениями, и регулируют вопрос отсутствия необходимости предоставления банком-залогодержателем согласия на заключение Договоров участи в долевом строительстве.

Так, в п. 2 ч. 6 ст. 13 Федерального закона № 214-ФЗ сказано о двух возможных согласиях банка - залогодержателя, предоставившего застройщику целевой кредит на строительство:

Во-первых, это согласие на удовлетворение требований банка за счет заложенного имущества совместно с другими залогодержателями - участниками долевого строительства.

Во-вторых, это согласие банка на нераспространение возникшего у него по договору права залога на те объекты долевого строительства, которые были переданы участникам.

Таким образом, ни одно из этих согласий не является согласием на заключение Договора участия в долевом строительстве.

Отсутствие согласия банка на заключение таких договоров не является основанием для признания их недействительными.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что заявителем указаны такие последствия признания сделок недействительными, применение которых направлено на пересмотр вступивших ранее в законную силу судебных актов.

Суды отметили, что в просительной части заявления о признании недействительными сделок, в том числе, было указано на необходимость применения следующих последствий недействительности: прекратить право собственности Фонда на земельные участки с кадастровыми номерами 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610; восстановить право собственности ЗАО «Софьино-70» на указанные земельные участки.

Суды  сделали вывод о том, что даже в случае признания оспариваемых договоров недействительными, вышеназванные последствия применены быть не могут.

Отсутствие на указанных земельных участках обременений в виде залога прав участника строительства по Договорам участия в долевом строительстве, не порождает невозможность передачи указанных земельных участков Фонду в порядке ст. 201.15-1 Закона о банкротстве, что установлено определением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2021.

Так, суды при вынесении данных судебных актов об удовлетворении заявления Фонда о намерении стать приобретателем прав ЗАО «Софьино-70» на 18 земельных участков с кадастровыми номерами: 77:22:0020330:590, 77:22:0020330:593, 77:22:0020330:594, 77:22:0020330:595, 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:602, 77:22:0020330:603, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610, расположенных по адресу: г. Москва, п. Краснопахорское, д. Раево, руководствовались п. 6 ст. 21.3 Федерального закона № 214-ФЗ, которым установлено, что решение Фонда субъекта Российской Федерации о финансировании должно предусматривать финансирование завершения строительства (создания) всех расположенных на территории субъекта Российской Федерации - учредителя Фонда субъекта Российской Федерации многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости и объектов инфраструктуры застройщика, в отношении которого арбитражным судом принято решение о признании застройщика банкротом и об открытии конкурсного производства.

При этом, суды учли, что законодатель не связывает передачу земельного участка с обязательным наличием на нем объекта незавершенного строительства. Застройщику ЗАО «Софьино-70» были выданы, в том числе, следующие разрешения на строительство: - от 01.12.2016 № 77-236000-013653-2016 (малоэтажная жилая застройка, состоящая из 4-х этажных секционных многоквартирных жилых домов, расположенных на земельных участках с кадастровыми номерами 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606); - от 01.12.2016 № 77-236000-013654-2016 (малоэтажная жилая застройка, состоящая из 4-х этажных секционных многоквартирных жилых домов, расположенных на земельных участках с кадастровыми номерами 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610); - от 01.12.2016 № 77-236000-013655-2016 (малоэтажная жилая застройка, состоящая из 4-х этажных секционных многоквартирных, расположенных на земельных участках с кадастровыми номерами 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601). Однако дома в соответствии с вышеназванными разрешениями на строительства, входящие в единый проект застройки Жилого Комплекса «Остров Эрин», построены застройщиком не были.

При принятии Советом Фонда решения о финансировании мероприятий по завершению строительства ЖК «Остров Эрин», учитывалась необходимость завершения строительства (создания) всех объектов недвижимости и инфраструктуры данного ЖК, что и было подтверждено судебными актами о передаче имущества и обязательств застройщика Фонду, в том числе, земельных участков с кадастровыми номерами 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610.

Таким образом, по мнению судов, применение указанных заявителем последствий недействительности, направлено на пересмотр вступивших ранее в законную силу судебных актов.

Более того, суды также указали, что процедура банкротства в отношении ЗАО «Софьино-70» не завершена.

В рамках дела о банкротстве могут поступать заявления от участников строительства о включении требований о передаче жилых помещений в реестр требований участников строительства до завершения процедуры банкротства (при наличии ходатайства о восстановлении сроков).

С учетом того, что ЗАО «Софьино-70» заключало также инвестиционные договоры на строительство (которые в отличие от ДДУ не подлежат обязательной государственной регистрации), есть основания полагать, что могут быть заявлены требования участников строительства о передаче жилых помещений, расположенных в домах на земельных участках 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610.

При этом применение последствий недействительности, указанных в заявлении, не позволит восстановить права данных участников строительства.

Согласно пояснениям Фонда, также, на сегодняшний момент, в целях завершения строительства ЖК «Остров Эрин» по результатам проведенных открытых конкурсных процедур между АО «МСУ-1» и Фондом 13.10.2021 заключен договор на оказание услуг технического заказчика по выполнению обследования технического состояния объектов незавершенного строительства, проведению проектно- изыскательских работ и разработке проектной документации, а также 26.10.2021 заключен договор на оказание услуг и выполнение работ по строительству (завершению строительства) и вводу объекта в эксплуатацию.

Ведутся работы в рамках указанных договоров, в том числе, предусматривающие создание объектов недвижимости на земельных участках с кадастровыми номерами 77:22:0020330:596, 77:22:0020330:597, 77:22:0020330:599, 77:22:0020330:600, 77:22:0020330:601, 77:22:0020330:604, 77:22:0020330:605, 77:22:0020330:606, 77:22:0020330:607, 77:22:0020330:608, 77:22:0020330:609, 77:22:0020330:610.

Соответственно, как указал Фонд, уже затрачены значительные бюджетные средства на создание объектов недвижимости на указанных земельных участках, ввиду чего, применение последствий недействительности приведет к потерям бюджета.

Суды признали, что доводы, приводимые ГК АСВ, по своей сути свидетельствует о намерении инициировать повторное рассмотрение спора и преодолеть законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2020, принятого по настоящему делу, подменив процедуру ординарного обжалования судебного акта правовым механизмом пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, что нарушает принцип правовой определенности и не согласуется с установленными в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами судопроизводства в арбитражных судах, и противоречит принципу обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который относится к основополагающим принципам российского права.

Кроме того, как верно установил суд первой инстанции, спорный Договор К4 расторгнут соглашением о расторжении от 31.10.2018.

Так, 10.2018 между ЗАО «Софьино-70» и ФИО2 заключено соглашение о расторжении Договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома от 14.12.2016 № 1-К4-С1/14122016.

20.11.2018 Росреестром внесена запись о государственной регистрации указанного соглашения, о чем имеется соответствующая отметка на соглашении.

Следовательно, Договор К4 не влечет в настоящее время никаких негативных последствий ни для Должника, ни для его кредиторов, в том числе ГК АСВ.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, при этом выводы судов об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст.ст. 10,168,170 ГК РФ соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают 8 доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022 по делу № А40-238687/18 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий - судья                                                           В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                 Л.В. Михайлова 

  Н.М. Панькова