СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А27-27301/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                       Иванова О.А., 

судей                                                                       Фаст Е.В.,         

                                                                                 Фроловой Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дубаковой А.А., секретарем Сперанской Н.В. с   использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО1 (№07АП-211/2024 (1)) на определение от 12.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-27301/2020 (судья Лазарева М. В.) по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЖБ «Монолит», город Кемерово, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 17.02.2022),

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 9 августа 2021 года (решение в полном объеме изготовлено 12 августа 2021 года) общество с ограниченной ответственностью «ЖБ Монолит», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес юридического лица: 650905, 

<

...> (далее – ООО «ЖБ Монолит», должник), признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев – до 09 февраля 2022 года, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, судебное разбирательство по отчёту конкурсного управляющего назначено в судебном заседании 24 января 2022 года.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 149 от 21 августа 2021 года, в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве – 16 августа 2021 года.

В арбитражный суд 27 декабря 2021 года по системе «Мой Арбитр» поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности. Заявитель просит привлечь солидарно лиц, контролирующих должника: ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО7, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника перед ООО «Перспектива» в размере 11 845 532 рубля 04 копейки. 

В дальнейшем с учетом уточнения, письменных пояснений к уточнению, итоговой консолидированной позиции по заявлению (л.2-15 т.13, л. 2-3 т. 14, л.118 т. 16, л. 83-85, 139-140 т. 17, л. 4-6, 13-14, 19-20 т. 21, по системе «Мой Арбитр» 20.09.2023), конкурсный управляющий просил:

1) привлечь к ответственности солидарно ФИО7 и ФИО1 за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве. В указанной части конкурсный управляющий полагает, что обязанность по обращению в суд возникла у ФИО7, как руководителя должника, не позднее 01.05.2017 года, в течение тридцатидневного срока от указанной даты обязанность ответчиком не исполнена. В отношении ФИО1, являвшегося участником общества с долей 100 процентов уставного капитала, датой возникновения обязанности принять решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, конкурсным управляющим указано 10.08.2017. В качестве обстоятельств, с которым конкурсный управляющий связывает возникновение обязанности ответчиков, указано на прекращение должником поставок в адрес ООО «Перспектива» в мае 2017 года, наличие возбужденных в отношении должника исполнительных производств и прекращение деятельности по итогам 2017 года.

2) Привлечь к субсидиарной ответственности солидарно ФИО7, ФИО1, а также ФИО5, ФИО6, ФИО5 по обязательствам должника вследствие действий названных лиц, приведших к банкротству должника (по правилам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Доводы о контроле должника со стороны ФИО5, ФИО6, ФИО5 мотивированы наличием прямой родственной связи с ФИО1, являвшимся с момента создания общества единственным участником общества и с 12.02.2018 выполнявшим функции единоличного исполнительного органа, а также соучастием указанных лиц в создании схемы фиктивного документооборота для вывода активов должника. В качестве действий, приведших к банкротству конкурсным управляющим указано на перечисление ФИО7 денежных средств в пользу или в интересах аффилированных с должником лиц денежных средств в отсутствие равноценного встречного предоставления. Также в указанной части конкурсным управляющим заявлены требования о взыскании с ФИО7, ФИО1, а также ФИО5, ФИО6, ФИО5 убытков в сумме таких платежей (13 288 150,50 рублей) на случай недоказанности причинно-следственной связи между платежами и банкротством должника.

3) Взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО1 убытки в сумме 7 770 772 рубля дебиторской задолженности аффилированного с должником ООО «ЖБ Монолит», меры ко взысканию которой не приняты, возможность взыскания утрачена вследствие исключения названного общества из ЕГРЮЛ 21.08.2020 по решению налогового органа, и которая списана приказом от 31.08.2020.

4) Взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО1 убытки в сумме 3 190 000 рублей необоснованно перечисленных в пользу ООО «СК Кремний» без встречного предоставления.

12.12.2023 Арбитражный суд Кемеровской области определил признать доказанным наличие предусмотренного статьей 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово.

Взыскать с ФИО1 ИНН 

<

***> в пользу общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» ИНН 

<

***> в порядке субсидиарной ответственности 11 717 999 рублей 19 копеек.

Взыскать с ФИО1 ИНН 

<

***> в пользу ФНС России в порядке субсидиарной ответственности 1 000 рублей.

Взыскать солидарно с ФИО1 ИНН 

<

***> и ФИО7 ИНН 

<

***> в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово 7 770 772 рубля убытка.

Взыскать с ФИО7 ИНН 

<

***> в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово 478 994 рубля 92 копейки убытка.

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО5, ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово.

С вынесенным определением не согласился ФИО1, подавший апелляционную жалобу. Просит определение суда отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований. Ссылается на то, что не доказаны основания для привлечения к субсидиарной ответственности, а также взыскания убытков. Недобросовестного поведения ФИО1 не доказано. В части дебиторской задолженности не утрачена возможность  получения денег от  ООО «Северная». ООО «ЖБ Конструкция» прекратило свою деятельность  в конце 2017 года. Оно не имело возможности погасить задолженность. 

От конкурсного управляющего ООО «ЖБ Монолит» поступил отзыв на апелляционную жалобу. Просит отказать в ее удовлетворении.  Просит отказать в приобщении к материалам дела приложения №4 к апелляционной жалобе.

В отзыве ООО «Перспектива» просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.  Доводы ФИО1 являются несостоятельными. Бездействие ФИО7 и ФИО1 привели к причинению должнику убытков на 7,7 млн. руб. 

В судебном заседании лица, участвующие в деле, поддержали письменно изложенную позицию.

Откладывая рассмотрение апелляционной жалобы, определением от 17.02.2023 Седьмой арбитражный апелляционный суд предлагал представить в материалы дела документально обоснованные пояснения, в том числе:

конкурсному управляющему ФИО2 - указать и обосновать дату объективного банкротства должника, а также указать лиц, которые вступили в отношения с должником после даты надлежащей подачи заявления о банкротстве должника, указать размер непогашенных требований этих лиц, включенных в реестр требований кредиторов должника; указать сделки, которые повлекли банкротство должника и обосновать их существенную убыточность с учетом масштабов деятельности должника;  представить актуальный реестр требований кредиторов должника, реестр текущих обязательств, а также расчет суммы субсидиарной ответственности (с указанием входящих в него требований кредиторов и оснований их возникновения), обоснование взыскания убытков в ситуации привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО1 - указать причины неподачи заявления о банкротстве должника, обосновать разумные основания считать возможным восстановление платежеспособности общества. Также следует обосновать разумный экономический смысл действий по приобретению дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция», указать принятые меры по ее взысканию до момента исключения общества из ЕГРЮЛ;  указать меры принятые в отношении дебиторской задолженности ООО «Северная» как до, так и после возбуждения дела о банкротстве. 

До судебного заседания от ФИО1 представлены пояснения к апелляционной жалобе. Указано, что ООО «Перспектива» являлось единственным заказчиком железобетонных изделий, производимых должником, (т.к. указанные железобетонные изделия в силу особенностей конструкции были пригодны только для строительства объектов ООО «Перспектива» (таунхаусов в районе «Лесная поляна»)). 10.05.2017г и 31.05.2017г. было заключено соглашение об уступке права требования (цессия) и подписано четыре протокола о погашении взаимной задолженности на сумму в размере 11 914 033 руб. в соответствии с которыми ООО «ЖБ Монолит» приняло на себя долговые обязательства третьих лиц, включая ООО «ЖБ Конструкция», пред ООО «Перспектива» и обязалось учесть указанную сумму в качестве аванса по договору поставки т.е. поставить в адрес ООО «Перспектива» производимую продукцию на сумму 11 914 033 руб. Однако, обязав должника поставить продукцию на указанную сумму, ООО «Перспектива» не направило в адрес ООО «ЖБ Монолит» спецификацию с указанием количества и вида необходимой продукции т.е., по сути, кредитор сам отказался от реализации договора поставки. На момент оформления авансов (2017г.) должник располагал трудовым коллективом, производственными помещениями, дебиторской задолженностью, остатками материалов для производства продукции в связи с чем мог произвести необходимые железобетонные изделия и погасить образовавшуюся задолженность. Более того, как указывалось в апелляционной жалобе, были произведены плиты перекрытия (по усмотрению должника) для строительных объектов ООО «Перспектива» на сумму 1 443 184,24 руб., однако, кредитор не стал их получать (попали в конкурсную массу).

Дебиторская задолженности ООО «ЖБ Конструкция» приобреталась с целью погашения задолженности взаимозависимой организации перед ООО «Перспектива». Экономическим смыслом являлось поддержание деловой репутации. В случае, своевременной подачи кредитором заявки на производство железобетонных изделий указанная задолженность была бы погашена.

Мер по взысканию указанной задолженности в судебном порядке не принималось по причине следующего:

ООО «ЖБ Конструкция» прекратила реальную деятельность в конце 2017г. и не располагала каким-либо имуществом либо иными активами. ООО «ЖБ Конструкция» не имела возможности погасить образовавшуюся задолженность, это косвенно подтверждает сама сделка, в результате которой ООО «Перспектива» получила в качестве дебитора ООО «ЖБ Монолит», а не ООО «ЖБ Конструкция».

Более того, государственная пошлина за обращение в суд составляла более 58 000руб. Так же, в штате должника отсутствовал юрист, что предполагало оплату его работы на сумму не менее 60 000 руб. В период, когда общество уже не осуществляло деятельность найти указанную сумму было невозможно, иначе, это привело бы к увеличению кредиторской задолженности и вовлечению в негативный экономический оборот дополнительных лиц.

От конкурсного управляющего ФИО2 поступили письменные пояснения. Ссылается на то, что понимание общей кризисной ситуации, при которой невозможно нормальное функционирование организации, наступило у ФИО1 по итогам финансового года, которые подводятся формированием итоговой годовой бухгалтерской отчетности.  Упрощенная бухгалтерская отчетность за 2017 год подписана ФИО1 30.03.2018 и  именно с указанной даты у него, как руководителя Обществ, возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника. Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должна быть выполнена ФИО1 не позднее 30.04.2018. Учредителем Общества с момента его создания является ФИО1, владеющий 100% доли в уставном капитале. Руководителем Общества в период с 22.09.2015 по 11.02.2018 являлся ФИО7, с 12.02.2018 по дату открытия конкурсного производства - ФИО1. Деятельность Общества была прекращена в отсутствие заявок на поставку продукции от ООО «Перспектива», т.к. иных источников финансирования у Должника не имелось. Косвенно данное обстоятельство также подтверждается тем, что получаемые от аффилированных с Должником лиц (ООО «СК Корпус», ООО «СетиСтрой» и ООО «ЖБ Конструкция») денежные средства не являлись отдельным самостоятельным источником, поскольку в конечном итоге также использовались для изготовления продукции в интересах группы лиц, в которую входит ООО «Перспектива». 

Поскольку в течение мая 2017 - января 2018 года Должник возвращал авансы Кредитору - критичность положения ООО «ЖБ Монолит» становится очевидной и безусловной по итогам 2017 года, когда хозяйственная деятельность Должника была фактически прекращена, а в 2018 году выручка Должника уже составила 0 рублей.

Лица, вступившие в отношения с Должником после даты (истечения месячного срока на подачу заявления - 30.04.2018) надлежащей подачи заявления о признании его несостоятельным (банкротом):  ООО «Перспектива» (договор поставки между ООО «Перспектива» и ООО «ЖБ Монолит» был заключен 20.10.2015), ФНС России.

Требования ФНС России в размере 1000,00 рублей учтены в реестре требований кредиторов ООО «ЖБ Монолит» отдельно. 

Возникшее обязательство переде ФНС России является штрафом за нарушение Должником законодательства Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования, совершенное 2020 году – также после 30.04.2018 (выявленное 25.01.2021 и оформленное актом № 052S18210001087) и до 28.12.2020. 

Таким образом, размер непогашенных требований кредиторов, возникших после истечения месячного срока на подачу заявления о признании Должника банкротом, состоит из: 

-включенного в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЖБ Монолит» требования ООО «Перспектива» в размере 11 717 999,19 рублей (неосновательное обогащение в размере 11 636 815,19, возникшее 12.08.2019 и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 81 184,00, возникшие 07.10.2020); 

-учитываемого отдельно в реестре требований кредиторов ООО «ЖБ Монолит» требования ФНС России в размере 1 000,00 рублей, возникшего в 2020 году. 

Всего 11 718 999,19 рублей.

В рамках осуществления хозяйственной деятельности ООО «ЖБ Монолит» заключены: 

1) Договор беспроцентного займа от 23.11.2015 с ООО «Ферма»; 

2) Договор аренды от 01.10.2015 с ИП ФИО6; 

3) Договор оказания услуг техники и а/автотранспорта № 5 от 01.02.2016 с ИП ФИО5; 

4) Договор оказания услуг № 1 от 01.11.2015 с ООО «Автотехника»; 

5) Договоры поставки б/н от 01.12.2015 и № 4 от 01.12.2015 с ООО «СетиСтрой»; 

6) Договор поставки от 01.11.2015 с ООО «СК Корпус»; 

7) Договор поставки № 5 от 14.12.2015 с ООО «ЖБ Конструкция (поставка Должником в пользу ООО «ЖБ Конструкция); 

8) Договор поставки № 2 от 25.12.2015 (поставка ООО «ЖБ Конструкция в пользу Должника); 

9) Договор займа № 3 от 01.01.2016 (предоставление ООО «ЖБ Конструкция займа в пользу Должника. Договор не передан конкурсному управляющему); 

10) Договор поставки № 2 от 02.11.2015 и договор поставки № 3 от 07.12.2015 с ООО «СК Кремний» (договоры не переданы конкурсному управляющему). 

Материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что ФИО1, ФИО5, ФИО4, ФИО6 состоят в родственных отношениях. 

Согласно данным из ЕГРЮЛ ИП ФИО5 (брат ФИО1) являлся участником ООО «ЖБ Конструкция», ООО «СЕТИСТРОЙ», ООО «СК Корпус», ООО «Автотехника», ООО «ФЕНИКС», ООО «Ферма». При этом организации зарегистрированы в ЕГРЮЛ одновременно – 16.10.2015 и находились по одному адресу: 

<

...>. 

Все вышеназванные организации ликвидированы. Так, у ООО «ЖБ Конструкция» деятельность прекращена 21.08.2021; у ООО «СЕТИСТРОЙ» деятельность прекращена 13.01.2022; у ООО «СК Корпус» деятельность прекращена 17.03.2021; у ООО «Автотехника» деятельность прекращена 28.08.2020. 

В рамках арбитражного дела № А27-12518/2015 Седьмым арбитражным апелляционным судом установлено (постановление суда от 10.03.2016), что бывшим руководителем ООО «Северная» являлся ФИО4 (отец ФИО1). ФИО4, а также аффилированное с ним лицо – ФИО1 посредством создания фирм «однодневок» создали видимость хозяйственных отношений с целью получения необоснованной выгоды.

В переданной ФИО1 конкурсному управляющему документации имеется приказ № 1 от 31.08.2020 о списании дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция перед ООО «ЖБ Монолит» в размере 7 770 772,00 рублей, в связи с исключением контрагента из ЕГРЮЛ. В материалы дела конкурсным управляющим представлена выписка из ЕГРЮЛ на ООО «ЖБ Конструкция», согласно которой организация была ликвидирована 21.08.2020. Участником с 10/11 доли являлся ФИО5, который осуществлял фактический контроль ООО «ЖБ Монолит» и ООО «ЖБ Конструкция», что следует из представленных в материалы дела документов (приговора Центрального районного суда г. Кемерово от 30.08.2022 г. по делу № 1-198/2022, пояснений ФИО7). 

Какие-либо доказательства принятия ФИО7, ФИО1 мер ко взысканию дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция» отсутствуют.

Представлены Отчет о деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, Реестр требований кредиторов,  Отчет об использовании денежных средств,  Бухгалтерская отчетность за 2017 год.

В судебном заседании лица, участвующие в деле, поддержали письменно изложенную позицию.

Откладывая рассмотрение апелляционной жалобы определением от 03.05.2024 Седьмой арбитражный апелляционный суд предлагал представить в материалы дела документально обоснованные пояснения, в том числе  указать, в интересах каких лиц взыскивается сумма превышающая размер обязательств должника, как должны быть распределены суммы взыскиваемых с каждого из привлекаемых к ответственности лиц.

До судебного заседания от ООО «Перспектива» поступили дополнительные пояснения. Указано, что в порядке привлечения контролирующих должника лиц в порядке субсидиарной ответственности, а также в виде взыскания убытков фактически взыскана большая сумма, чем  сумма требований кредиторов. Убытки, вменяемые ФИО1 и ФИО7, являются кредиторскими. К ним возможно применение ст. 61.17 Закона о банкротстве. 

В письменных пояснениях  конкурсный управляющий ООО «ЖБ Монолит» указывает, что убытки, вменяемые ФИО1 и ФИО7, являются кредиторскими. Распределение убытков должно производиться в пользу  конкурсного управляющего ФИО7 и конкурсных кредиторов.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу. Определение суда первой инстанции обжалует полностью. Пояснил, что в случае привлечения к субсидиарной ответственности взысканию подлежит сумма 12 113 864,10 руб., которая не оспаривается. Но привлечение к субсидиарной ответственности не обосновано. После даны надлежащей подачи заявления о банкротстве новых обязательств у должника не возникло. 

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечили личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи  с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие. 

В судебном заседании объявлялся перерыв до 10 час. 00 мин. 05.06.2024.

После перерыва в судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились.

Апелляционный суд счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу по существу исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума №62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). 

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Арбитражный суд первой инстанции рассмотрев спор, пришел к выводу о том, что в 2015-2016 годах деятельность должника является очевидно убыточной, что прямо следует из данных не поставленной под сомнение сторонами бухгалтерской отчетности должника за указанные годы. Так, убыток должника в 2015 году составил 3 348 тыс. рублей, в 2016 – 18 048 тыс. рублей, что характерно для предприятий первого года деятельности (должника, как указано ранее, зарегистрирован лишь в сентябре 2015 года).

Вместе с тем чистая прибыль должника за 2017 год покрыла убыток предыдущего периода и составила 15 558 тыс. рублей на фоне возросшего объема выручки (с 16 178 тыс. рублей в 2016 году до 23 864 тыс. рублей в 2017 году) и сокращения в 2017 году прочих коммерческих расходов. Бухгалтерские балансы и упрощенная бухгалтерская отчетность должника приобщены по системе «Мой Арбитр» 06.05.2022 (л. 22 -35 т. 13, размещены на диске с материалами электронного дела папка с файлами от 06.05.2022).

В результате сравнительного анализа бухгалтерской отчетности за 2017 и 2018 годы, а также анализа выписки по расчетному счету (файл с выпиской на диске с материалами электронного дела) деятельность должника остановлена по итогам 2017 года, выручка за 2018 год составила 0 рублей. 

Группа компаний и лиц, к которой принадлежит должник ООО «ЖБ Монолит» состоит в числе прочего из двух предпринимателей (индивидуальный предприниматель ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО5), а также семи юридических лиц. Суд не согласился с доводом конкурсного управляющего о том, что ответчик ФИО7, полномочия которого как директора ООО «ЖБ Монолит» прекращены 11.02.2018, должен был уже в мае 2017 года осознать невозможность дальнейшего осуществления деятельности должника без ущерба для самого должника и его кредиторов, поскольку как установлено ранее, с мая 2017 по январь 2018 в период осуществления ФИО7 руководства должником, последний возвращает кредитору неотработанные авансы, а далее в марте 2018 должник дополнительно авансируется кредитором.

Ввиду неразумного бездействия ФИО7 и ФИО1, выраженного в непринятии мер ко взысканию дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция» должнику причинены убытки в сумме 7 770 772 рубля, которые подлежат взысканию солидарно с названных лиц.

Суд отказал ФИО7 в удовлетворении заявления о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании убытков.

Суд не нашел оснований для привлечения ФИО7, ФИО1, ФИО6, ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок.

Апелляционный суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ). Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 9 АПК РФ).

ФИО7 в суде первой инстанции заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Суд первой инстанции исходил из того, что с заявлением конкурсный управляющий обратился 27.12.2021.

К требованию о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в порядке статьи 15, 53.1 ГК РФ вне зависимости от редакции Закона о банкротстве, действовавшей в период причинения вреда, применяются общие нормы о сроке исковой давности, установленные ГК РФ, с учетом разъяснений, приведенных в пункте 10 постановления Пленума № 62 и пункте 68 постановления №53.

Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности, который составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 кодекса. 

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Согласно статье 201 ГК РФ, перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В абзаце втором пункта 10 постановления Пленума № 62 разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Применительно к разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 68 постановления № 53, срок исковой давности по корпоративному требованию о возмещении убытков исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утверждённого после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Суд первой инстанции не согласился с доводами ФИО7 поскольку не имеется оснований признать независимым руководителем должника ФИО1, так как последний со дня создания общества является единственным участником общества.

Фактически первым независимым руководителем должника в рассматриваемом случае применительно к статье 129 Закона о банкротстве является конкурсный управляющий, утвержденный в деле о банкротстве 09.08.2021. С заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, которое в ходе судебного разбирательства уточнено на взыскание убытков, конкурсный управляющий обратился 27.12.2021 по системе «Мой Арбитр», то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, истекающего 10.08.2024.

Апелляционный суд считает указанный вывод верным. Апеллянтом он не опровергнут.

Оценивая доводы сторон по существу спора, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ»).

Ввиду того, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе понятие контролирующего должника лица, презумпции отнесения к последнему, срок подозрительности, и действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Указанная правовая позиция изложена в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в котором разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, основания для применения такой ответственности квалифицируются, исходя из законодательства, действовавшего в тот момент, когда соответствующие обстоятельства имели место.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, N 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, N 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

С учетом этого на заявителя возлагается обязанность доказать основания привлечения к субсидиарной ответственности лица, в отношении которого подано заявление.

Применительно к рассматриваемому спору конкурсный управляющий ссылался на неподачу заявления о банкротстве контролирующим должника лицом. 

Суд апелляционной инстанции учитывает, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Из изложенного следует, что по существу целью субсидиарной ответственности руководителя должника является отнесение на него возникших у кредиторов негативных последствий отсутствия своевременного инициирования дела о банкротстве, то есть полной или частичной невозможности удовлетворения требований кредиторов, в том числе обусловленной отнесением их требований к реестровым, а не текущим обязательствам должника, а также иными подобными обстоятельствами.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Оценивая доводы сторон по отдельным основаниям ответственности, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Случаи, когда руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, предусмотрены пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве. В числе этих случаев и ситуация, когда должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

На основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 по делу № 309-ЭС16-1553, Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу заявления, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) можетне совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, для установления даты возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо установить возникновение у должника признаков объективного банкротства.

С учетом этого заявителю следовало указать и обосновать дату объективного банкротства должника, а также указать лиц, которые вступили в отношения с должником после даты надлежащей подачи заявления о банкротстве должника, указать размер непогашенных требований этих лиц, включенных в реестр требований кредиторов должника. Также следует указать сделки, которые повлекли банкротство должника и обосновать их существенную убыточность с учетом масштабов деятельности должника. Должен быть представлен актуальный реестр требований кредиторов должника, реестр текущих обязательств, а также расчет суммы субсидиарной ответственности, обоснование взыскания убытков в ситуации привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО1 следовало указать причины неподачи заявления о банкротстве должника, обосновать разумные основания считать возможным восстановление платежеспособности общества. Также следует обосновать разумный экономический смысл действий по приобретению дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция», указать принятые меры по ее взысканию до момента исключения общества из ЕГРЮЛ. Также следует указать меры принятые в отношении дебиторской задолженности ООО «Северная» как до, так и после возбуждения дела о банкротстве. 

Апелляционный суд исходит из того, что ООО «ЖБ Монолит» зарегистрировано в качестве юридического лица 22.09.2015.

Основной вид деятельности – производство изделий из бетона для использования в строительстве: производство готовых строительных изделий из бетона, цемента и искусственного камня: плиток, плит, кирпича, щитов, листов, панелей, труб, столбов и т.п.; производство сборных строительных конструкций из цемента, бетона и искусственного камня (ОКВЭД 23.61).

Учредителем Общества с момента его создания является ФИО1, владеющий 100% доли в уставном капитале. Руководителем Общества в период с 22.09.2015 по 11.02.2018 являлся ФИО7, с 12.02.2018 по дату открытия конкурсного производства - ФИО1.

Суд первой инстанции, исследуя в совокупности бухгалтерскую отчетность должника за 2015 – 2019 годы, установил, что в 2015-2016 годах деятельность должника является очевидно убыточной, что прямо следует из данных не поставленной под сомнение сторонами бухгалтерской отчетности должника за указанные годы. Так, убыток должника в 2015 году составил 3 348 тыс. рублей, в 2016 – 18 048 тыс. рублей, что характерно для предприятий первого года деятельности (должника, как указано ранее, зарегистрирован лишь в сентябре 2015 года).

Вместе с тем чистая прибыль должника за 2017 год покрыла убыток предыдущего периода и составила 15 558 тыс. рублей на фоне возросшего объема выручки (с 16 178 тыс. рублей в 2016 году до 23 864 тыс. рублей в 2017 году) и сокращения в 2017 году прочих коммерческих расходов. Бухгалтерские балансы и упрощенная бухгалтерская отчетность должника приобщены по системе «Мой Арбитр» 06.05.2022 (л. 22 -35 т. 13, размещены на диске с материалами электронного дела папка с файлами от 06.05.2022).

Как установлено судом первой инстанции, в результате сравнительного анализа бухгалтерской отчетности за 2017 и 2018 годы, а также анализа выписки по расчетному счету (файл с выпиской на диске с материалами электронного дела) деятельность должника остановлена по итогам 2017 года, выручка за 2018 год составила 0 рублей.

При этом, по мнению апелляционного суда, следует учитывать, что должник имел ограниченный круг контрагентов.

Группа компаний и лиц, к которой принадлежит должник ООО «ЖБ Монолит» состоит в числе прочего из двух предпринимателей (индивидуальный предприниматель ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО5), а также семи юридических лиц:

- ООО «ЖБ «Конструкция», создано 19.11.2015, исключено из ЕГРЮЛ 21.08.2020, участник с даты создания с долей 100% ФИО5, с 19.01.2018 доля ФИО5 10/11 уставного капитала;

- ООО «СК Корпус», создано 16.10.2015, исключено из ЕГРЮЛ 17.03.2021, участник с даты создания с долей 100% ФИО5, с 22.08.2018 доля ФИО5 10/11 уставного капитала;

- ООО «СетиСтрой», создано 16.10.2015, исключено из ЕГРЮЛ 13.01.2022, участник с даты создания с долей 100% ФИО5, с 22.08.2019 доля ФИО5 10/11 уставного капитала;

- ООО «Ферма», создано 01.10.2012, с 21.03.2019 директор ФИО5, он же с 21.04.2015 участник общества, с 15.05.2015 его доля в уставном капитале составляет 100%;

- ООО «Автотехника», создано 16.10.2015, исключено из ЕГРЮЛ 28.08.2020, единственный участник общества с даты создания ФИО5, с 23.07.2019 доля в уставном капитале 10/11;

- ООО «Северная», создано 11.07.2008, учредитель при создании (с долей 50% уставного капитала) ФИО4.

Деятельность в указанной группе распределилась следующим образом: индивидуальным предпринимателем ФИО6 предоставлены в аренду должнику производственные площади по договору от аренды от 01.10.2015 (файлы №1-37 в папке от 01.06.2022 на диске с электронным делом), индивидуальный предприниматель ФИО8 и контролируемым им ООО «Автотехника» осуществлялась перевозка и предоставление услуг спецтехники (файлы №38-53 в папке от 01.06.2022 и 123-140 в папке от 01.06.2022 (2) на диске с электронным делом).

В свою очередь, должник, ООО «СетиСтрой», «СК «Корпус» и ООО «ЖБ Конструкция» осуществляли между собой изготовление и перекрестную поставку металлоконструкций и ЖБИ, конечным получателем которой являлась группа компаний, осуществлявших финансирование перечисленных организаций.

Суд первой инстанции верно установил, что согласно выпискам по расчетным счетам ООО «ЖБ Конструкция», ООО «СК Корпус», ООО «СетиСтрой» и должника деятельность указанных юридических лиц финансировалась юридическими лицами также образующими отдельную группу лиц, а именно:

- ООО «Трест КПС» ИНН 

<

***> (в разное время с 2015 годы участниками общества являются АСО «Промстрой (президент ФИО10.), ООО ИСФ «Новые технологии» ИНН 

<

***> (участники с долей по 40% у каждого ФИО9 и ФИО10.));

- ООО ИСФ «Новые Технологии» ИНН 

<

***>;

- ООО «Перспектива» ИНН 

<

***> (с 2015 участники общества с долей по 25% у каждого ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО13, с 2017 года 100% доли уставного капитала у ООО «Промстрой» (президент ФИО10.).

Всего в течение 2015-2017 годов объем финансирования ООО «СетиСтрой», «СК «Корпус» и ООО «ЖБ Конструкция» со стороны ООО «Трест КПС», ООО ИСФ «Новые Технологии» и ООО «Перспектива» составил 401 121 тыс. рублей (без учета денежных средств, полученных должником), которые перераспределялись внутри группы компаний.

Основным заказчиком продукции должника являлось ООО «Перспектива», с которым 20.10.2015 должником заключен договор поставки ЖБИ, в ходе реализации которого должником получены авансы денежными средствами на сумму 28 915 090,05 рублей и посредством передачи должнику требований по протоколам погашения взаимной задолженности в сумме 13 365 998,92 рублей, что установлено решением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.09.2021 по делу №А27-23834/2019. Тем же решением установлен факт частичного исполнения должником обязательств по поставке ЖБИ.

Кроме того в период с марта по апрель 2017 и с мая 2017 по январь 2018 года должник опосредованно через протоколы погашения взаимной задолженности возвращал полученные от ООО «Перспектива» авансы.

В марте 2018 года протоколами погашения взаимной задолженности стороны согласовали авансирование должника в сумме 14 834 рубля, 108 450 рублей и 7 707,92 рублей.

Указанные обстоятельства также установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.09.2021 по делу №А27-23834/2019.

Из изложенного арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что не имеет оснований согласиться с доводом конкурсного управляющего о том, что ответчик ФИО7, полномочия которого как директора ООО «ЖБ Монолит» прекращены 11.02.2018, должен был уже в мае 2017 года осознать невозможность дальнейшего осуществления деятельности должника без ущерба для самого должника и его кредиторов, поскольку как установлено ранее, с мая 2017 по январь 2018 в период осуществления ФИО7 руководства должником, последний возвращает кредитору неотработанные авансы, а далее в марте 2018 должник дополнительно авансируется кредитором. В материалах дела не имеется достаточных и достоверных доказательств того, что с мая 2017 года кредитор ООО «Перспектива» не имел намерения получать ЖБИ от должника и отказывается от дальнейшего исполнения договора поставки. Вместе с тем в деле также не имеется доказательств того, что должник получал от кредитора соответствующие заявки на поставку продукции во втором полугодии 2017 года и далее в 2018 году.

Суд пришел к выводу о том, что деятельность прекращена в отсутствие заявок на поставку продукции от ООО «Перспектива», так как иных источников финансирования у должника не имелось.

Апелляционный суд исходит из того, что решением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.09.2021 по делу №А27-23834/2019 установлены обстоятельства хозяйственной деятельности ООО «ЖБ Монолит». Судом были проанализированы движения денежных средств между ООО «ЖБ Монолит» и ООО «Перспектива». Учтено, что между ООО «Перспектива» (далее по тексту - Покупатель, истец) и ООО «ЖБ Монолит» (далее по тексту - Поставщик, ответчик) заключен договор поставки № 1 от 20.10.2015, согласно пункту 1.1. которого Поставщик обязался передать Покупателю продукцию, именуемую далее - Продукция, на условиях поставки, согласованных Сторонами в договоре и в Спецификациях к нему, а Покупатель обязался принять и оплатить Продукцию в установленных договором и Спецификациях порядке, формах, размерах и сроках.

Поставка Продукции осуществляется Поставщиком в течение срока действия договора отдельными партиями согласно согласованной Спецификации, при условии выполнения Покупателем пункта 7.5 договора (При возникновении встречных требований Стороны вправе произвести их зачет) (пункт 1.3 договора).

Согласно пункту 7.3 договора оплата по договору осуществляется путем перечисления денежных средств на расчетный счет Поставщика в течение 20 банковских дней с момента подписания сторонами соответствующей Спецификации, но не ранее поставки ? части продукции.

При этом поставка продукции имела место только до 28.11.2016. После этого между сторонами были лишь предоставления авансов ООО «Перспектива» в пользу ООО «ЖБМонолит» и возвраты их должником. При этом доказательств даже возможности поставки товаров со стороны ООО «ЖБМонолит» не представлено.

Таких доказательств нет и в материалах банкротного дела. В рамках настоящего спора не представлено доказательств продолжения реальной хозяйственной деятельности.

Таким образом, не доказано, что после 28.11.2016 должнику вел хозяйственную деятельность.  

При этом ссылка на чистую прибыль должника за 2017 год, которая  покрыла убыток предыдущего периода и составила 15 558 тыс. рублей на фоне возросшего объема выручки (с 16 178 тыс. рублей в 2016 году до 23 864 тыс. рублей в 2017 году) и сокращения в 2017 году прочих коммерческих расходов, не может свидетельствовать о платежеспособности должника по итогам 2017 года.

У ООО «ЖБ Монолит» имелись неисполненные обязательства перед ООО «Монолит» за период  за период с 31.05.2017 по 05.06.2018, которые следуют из протокола погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 на сумму 3 616 398,16 руб., протокола погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 на сумму 408 295,35 руб., протокола погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 на сумму 5 361 711,48 руб., протокола погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 на сумму 105 832,00, протокола погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 на сумму 2 421 796,04 руб., протокола погашения взаимной задолженности от 31.03.2018 на сумму 14 834 руб., протокола погашения взаимной задолженности от 31.03.2018 на сумму 7 707,92 руб. (решение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.09.2021 по делу №А27-23834/2019). Данная задолженность была взыскана и не оплачена должником в дальнейшем.

Таким образом, после 28.11.2016  руководитель должника прекратившего хозяйственную деятельность и не имевшего активов для расчетов с кредиторами не мог не осознавать обязанности по подаче заявления о банкротстве. Последующее фактически транзитное движение денежных средств между ООО «Перспектива» и ООО «ЖБ Монолит» не является полноценной хозяйственной деятельностью.

С учетом изложенного апелляционный суд считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что обстоятельства неплатежеспособности стали очевидны по итогам 2018 года, поскольку отсутствие в течение указанного года заявок со стороны кредитора, отсутствие у должника выручки и прекращение производственной деятельности как таковой не являются кратковременными трудностями, а свидетельствуют о полной неспособности должника осуществлять нормальный режим хозяйствования. Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должна быть выполнена ФИО1 не позднее 22.04.2019.

По мнению суда апелляционной инстанции  такая обязанность возникла непосредственно после прекращения хозяйственной деятельности общества.

Данная обязанность  по подаче заявления о банкротстве общества руководителем должника ФИО7 исполнена не была. Не была исполнена она и последующим руководителем ФИО1

С заявлением о банкротстве должника обратился кредитор ООО «Перспектива» 28.12.2020.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 №305-ЭС19-27802 (6,7,8,9) указано, что в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

При этом пункт 15 постановления N 53 разъясняет порядок исчисления объема такой ответственности в ситуации, когда обязанность по подаче в суд заявления должника не исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями. Так, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, а последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Определяя объем ответственности руководителя также необходимо учитывать, что, по общему правилу, не подлежат учету обязательства перед кредиторами, которые в момент их возникновения знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 14 постановления N 53).

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию, относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед обманутыми руководителем кредиторами.

При этом, не смотря на указание суда апелляционной инстанции, лицами, участвующими в деле не указаны какие бы то ни было хозяйствующие субъекты, которые были бы введены в заблуждение относительно действительного финансового положения должника, вступая с ним в хозяйственные отношения. 

ООО «Перспектива» является единственным конкурсным кредитором должника помимо уполномоченного органа.

ООО «Перспектива» знало о финансовом положении должника. Оно вступило в хозяйственные отношения с должником по крайней мере 20.10.2015. Дальнейшие хозяйственные операции, в том числе и по предоставлению авансов и их возврату, осуществлялись со ссылкой на договор поставки № 1 от 20.10.2015. ООО «Перспектива» в ситуации наращивания должником объема неисполняемых обязательств не могло не осознавать наличия у общества финансовых проблем и длительного неисполнения обязательств. При этом ООО «Перспектива» продолжало авансировать должника. С учетом возврата авансов и отсутствия поставок товаров это порождает сомнения в разумности и добросовестности поведения кредитора.

Таким образом, сам по себе факт последующего неосновательного обогащения должника не придает ООО «Перспектива» статуса кредитора обманутого должником относительно своего финансового состояния.

Определением от 03.11.2021 в реестр требований кредиторов в третью очередь удовлетворения после суммы основного долга и причитающихся процентов включены требования ФНС России в размере 1 000 рублей штрафа за нарушение законодательства Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования, совершенное в 2020 году, т.е. после 22.04.2019, выявленное 25.01.2021, оформленное актом №052S18210001087.

Данное обязательство может быть вменено в размер субсидиарной ответственности ФИО14, поскольку ФИО7 на этот момент не являлся руководителем должника.

Применительно к требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности за действия повлекшие банкротство должника, апелляционный суд исходит из того, что конкурсный управляющий и поддержавший его конкурсный кредитор ООО «Перспектива» указывают на создание должником группы компаний, целью которой являлся вывод активов должника в виде денежных средств в сумме 13 288 150,50 рублей, оплаченных должником в течение 2016 - июля 2017 годов индивидуальному предпринимателю ФИО6, индивидуальному предпринимателю ФИО5, ООО «Автотехника», ООО «ЖБ Конструкция», ООО «СетиСтрой», ООО «СК Корпус», ООО «Северная».

Суд первой инстанции установил, что участником должника с долей 100% уставного капитала со для создания общества является ФИО1, ФИО6 является его матерью, ФИО5 (получавший денежные средства должника как предприниматель и одновременно контролирующий ООО «Автотехника», ООО «ЖБ Конструкция», ООО «СК Корпус», ООО «СетиСтрой» и ООО «Ферма») является его родным братом, а ФИО4 (контролирующий ООО «Северная») является отцом ФИО1 и ФИО5

В части хозяйственных операций с ИП ФИО6 суд первой инстанции верно учитывал, что Между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО6 01.10.2015 заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которому должнику передано в аренду нежилое помещение производственной базы, расположенное по адресу г.Кемерово, ул. ФИО15, 3Б (файл №1 в папке от 01.06.2022 электронного дела). Актом приема - передачи от 01.10.2015 помещения переданы должнику (л. 89 т.13).

Пунктом 3 договора аренды стороны установили, что плату за пользование объектом составляют платежи за электроэнергию, водоснабжение, вывоз ТБО и иные расходы, связанные с эксплуатацией объекта.

Письмами, адресованными должнику ФИО6 уведомляла должника о необходимости оплаты электроэнергии и водоснабжения в пользу ОА «СКЭК» и ООО «ЭСКК» (л. 85-101 т.13). Договоры соответствующими организациями у ФИО6 заключены (л.87-107 т.11).

Платежи в сумме 480 960,58 рублей лично ФИО6 не получены, а оплачены должником соответствующим ресурсоснабжающим организациям за потребленный ресурс.

Акты с указанием количества потребленного за расчётный месяц ресурса предоставлены конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» (файлы №№2-37 папка от 01.06.2022 на диске с материалами электронного дела).

Суд первой инстанции правомерно учитывал, что адресом должника, указанным в ЕГРЮЛ значится адрес арендованного должником помещения. Тот факт, что должник именно по указанному адресу осуществлял производственную деятельность сторонами не оспаривается, доводы ответчика ФИО7 об этом сторонами спора не опровергнуты.

Фактическое нахождение по указанному адресу иных лиц (в том числе ООО «Еврострой-2001») материалами дела не подтверждается. При этом само по себе такое обстоятельство не опровергает нахождения должника по названному адресу и использование энергоресурсов, за которые должник оплатил спорную сумму.

В апелляционный суд доказательства, опровергающие указанные выводы суда первой инстанции представлены не были.

Таким образом,  не доказано, что хозяйственные отношения с ИП ФИО6 были существенно убыточными и повлекли банкротство должника не представлено. 480 960,58 рублей, оплаченные должником ресурсоснабжающим организациям не причинили вред должнику или его кредиторам.

В отношении ИП ФИО5 суд первой инстанции верно указал, что согласно выписке по расчетному счету ФИО5 последнему должником оплачено 3 710 000 рублей, в том числе спорные 2 948 000 рублей, которые конкурсный управляющий полагает безосновательными.

Однако, между ИП ФИО5 и должником заключен договор оказания услуг техники и автотранспорта (л. 52-53 т. 13, файл №38 в папке от 01.06.2022 материалов электронного дела).

Согласно ответу ГИБДД по Кемеровской области - Кузбассу (л.110-116 т. 13) за ФИО5 в рассматриваемый период числились автомобиль МАЗ 642208 (с 03.06.2015) и Тонар полуприцеп (л.178,188 т. 13).

Ответом налогового органа подтверждается наличие в штате ИП ФИО5 сотрудников в количестве 6 человек, в том числе ФИО16, ФИО17 (л. 158-175 т. 14).

Путевыми листами (л.6-151 т. 15) за период с мая 2016 по февраль 2017 годов подтверждается оказание услуг по перевозке ИП ФИО5 должнику с использованием транспортного средства МАЗ водителями ФИО17 и ФИО16

Актами оказанных услуг за 2016-2017 годы подтверждено оказание ИП ФИО5 должнику услуг по договору от 01.02.2016 на общую сумму 5 173 548,04 рублей (предоставлены конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» файлы №№ 39-53 в папке от 01.06.2022 материалов электронного дела).

Таким образом, ответчиком подтверждено реальное встречное предоставление в пользу должника. Равноценность стоимости услуг по перевозке сторонами не оспорена. Является верным вывод суда первой инстанции о том, что оснований для вывода об убытках должника и причинении вреда кредиторам у суда при таких обстоятельствах не имеется.

Согласно выписке по расчетному счету ООО «Автотехника» оплачено должником услуг на сумму 2 481 500 рублей, в том числе 2 464 000 рубля, которые конкурсный управляющий полагает безосновательным перечислением средств.

 В части хозяйственных отношений должника с ООО «Автотехника» суд первой инстанции установил следующие обстоятельства.

Между должником и обществом заключен договор на оказание услуг техники и автотранспорта №1 от 01.11.2015 (л.66-68 т. 13, файл №123 в папке от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

Ответом налогового органа подтверждается наличие в штате ООО «Автотехника» в 2016 году работников ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 (л. 158-175 т. 14).

Путевыми листами подтверждается оказание обществом услуг по перевозке грузов в интересах должника (л. 71-151 т.14, л.19-56 т. 16). Перевозка осуществлена названными водителями с использованием транспортных средств Камаз 6511, ФИО28, МАЗ 6517, Ниссан Дизель, Изудзу Форвард, ФИО26 Рейнджер, Коматсу.

Указанные транспортные средства арендованы ООО «Автотехника»: Ниссан Дизель у гражданина ФИО25, Камаз 6511 - у ФИО1, ФИО26 Рейнджер - у ФИО27, ФИО28 Форвард - у ФИО29, ФИО28 - у ФИО4, второй ФИО26 Рейнджер – у ФИО30, погрузчик Коматсу - у ООО «Еврострой-2001» (л. 195-214 т.13).

Реестром регистрационных действий ГИБДД подтверждается регистрация перечисленных транспортных средств за указанными лицами (л. 111 т.13).

Справками о доходах и уплаченных налогах (по форме 2-НДФЛ) подтверждается выплата ООО «Автотехника» дохода в виде арендных платежей физическим лицам - арендодателям за 2016 год (л. 158-175 т.14), в связи с чем судом отклоняется довод конкурсного управляющего об отсутствии в материалах дела трудовых договоров, заключенных между ООО «Автотехника» и названными лицами.

Выпиской по расчетному счету ООО «Автотехника» подтверждается оплата арендныхплатежей ООО «Еврострой-2001».

Актами оказанных услуг, предоставленными конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» подтверждается оказание ООО «Автотехника» услуг в интересах должника на сумму 4 099 717 рублей (файлы №№ 124-140 в папке от 01.06.2022 (2) с материалами электронного дела).

С учетом данных фактических обстоятельств  апелляционный суд считает доказанным реальность арендных отношений по перевозкам в интересах должника. Равноценность встречного предоставления не опровергнута.

Несостоятельна ссылка на  пороки аренды транспортного средства автобетоносмеситель 58147Z, в отношении которого у ООО «Автотехника» заключен договор как с ООО «Еврострой-2001», так и с ФИО31 Суд первой инстанции верно указал, что  указанное транспортное средство исходя из путевых листов не использовалось ООО «Автотехника» в правоотношениях с должником. Таким образом, не доказано, что оспариваемые платежи относятся и к данному транспортному средству. Осуществленные платежи  с учетом расчета выполнены применительно к транспортным услугам связанным с  иными транспортными средствами.

Апелляционный суд считает, что применительно к данному основанию верен вывод суда первой инстанции о недоказанности убытков должника и причинении вреда кредиторам.

В отношении ООО «Ферма» следует учитывать, что с ООО «Ферма» (заемщик) заключен договор займа от 23.11.2015, по условиям которого должник предоставляет ООО «Ферма» заем в сумме 1 000 000 рублей перечислением на расчетный счет, сроком на 1 год (файл №122 в папке от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

Согласно книге учета доходов и расходов должника за 2015 год, а также выписке по расчетному счету должника в ПАО Банк «ФК Открытие» (ране КФ ПАО «Бинбанк») за период с июля 2016 по июль 2017, на расчетный счет ООО «Ферма» должником перечислено             2 237 695 рублей.

В дальнейшем, как следует из кассовой книгой должника (л. 64-95 т. 16), приходных кассовых ордеров (л. 164-219 т.17) и оригиналов квитанций к приходным кассовым ордерам (л. 153 -171 т. 16) ООО «Ферма» возвратило должнику денежные средства в сумме                         1 324 653 рубля. Выпиской по расчетному счету должника подтверждается возвращение средств в  сумме 1 482 517,97 рублей.

О фальсификации представленных документов не заявлено. Доводы ООО «Перспектива» в отношении приходных кассовых ордеров являются лишь сомнениями самого общества. Полученные денежные средства согласно кассовой книге в тот же день выданы ФИО7 на выплату заработной платы работникам должника. Предоставлены платежные ведомости о выплате заработной платы (л. 164 - 219 т. 17), а у должника в 2017 году трудоустроены 25 сотрудников (ответ МИ ФНС России №15 по Кемеровской области - Кузбассу, л. 129-131 т.17), задолженности перед которыми по заработной плате не имеется,  заработная плата работникам фактически выплачена.

Указанные доказательства подтверждают реальность движения денежных средств и их последующее расходование.

Апелляционный суд при  этом также учитывает период, когда у должника начали накапливаться собственные неисполняемые обязательства. 

Таким образом, заемные отношения с ООО «Ферма» не повлекли банкротство должника.  Основания для привлечения к субсидиарной ответственности в данной части отсутствуют.

В части доводов в отношении  ООО «СК Корпус» суд первой инстанции установил, что между должником и ООО «СК Корпус» заключено три договора:

- от 01.11.2015, по условиям которого должник является покупателем товара, наименование, ассортимент, цена и количество которого определяются сторонами в товарных накладных;

- два договора (от 01.12.2015 и 31.12.206) по условиям которых покупателем является уже ООО «СК Корпус».

Договоры предоставлены конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» (файлы №№ 54, 112, 113 в папке от 01.06.2020 материалов электронного дела).

Согласно универсальным передаточным документам (УПД) ООО «СК Корпус» отгружено должнику товара на сумму 3 291 596,37 рублей (сварочный выпрямитель, сварочный трансформатор, вагон металлический, машина контактной сварки, малоценные товары и расходные материалы (вилки, диски, краги, маркер-краска, трубы ПВХ, изоверы, фланец, мастика и т.п.). УПД подписаны сторонами договора. Доказательств того, что фактически поставка не осуществлялась, либо что в таком товаре не было необходимости исходя из производственной деятельности должника в материалы дела не предоставлено.

Должником согласно выписке по расчетному счету ООО «СК Корпус» оплачено лишь 748 400 рублей (без учета платежа, совершенного должником за ООО «СК Корпус» третьему лицу - ООО «СК Кремний»)). Таким образом, имеет место задолженность должника перед ООО «СК «Корпус» в сумме 2 543 196,37 рублей.

Встречными поставками должник передал ООО «СК Корпус» товар на сумму                  2 367 222,32 рубля, Согласно расчетному счету ООО «СК Корпус» последний перечислил должнику 6 258 100 рублей, переплатив таким образом 3 890 877,68 рублей.

Суд первой инстанции пришел к следующим выводам: должником указанными платежами оплачен товар (обратного сторонами спора не доказано); должником товар оплачен не в полном объеме, тем не менее задолженность со стороны ООО «СК Корпус» не востребована; со стороны ООО «СК «Корпус» перечислены должнику средства в гораздо большем объеме, чем перечислено должником названному обществу.

Апелляционный суд исходит из того, что при рассмотрении апелляционной жалобы доказательств опровергающих выводы суда первой инстанции не представлено.  Основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют.

В части хозяйственных отношений с ООО «ЖБ Конструкция» судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства. Между должником и обществом заключены 2 договора: от 14.12.2015, по условиям которого должник является поставщиком товара; от 25.12.206, по условиям которого должник является покупателем товара.

Договоры предоставлены конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» (файлы №№ 1 и 2 в папке от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

Из подписанных сторонами УПД следует, что должник поставил в пользу ООО «ЖБ Конструкция» товар на сумму 8 942 249,41 рублей. Согласно выписке по расчетному счету ООО «ЖБ Конструкция» оплачен товар в сумме 5 150 500 рублей. Долг ООО «ЖБ Конструкция» перед должником составил 3 791 749,41 рублей.

УПД предоставлены конкурсным управляющим по системе «Мой Арбитр» 01.06.2022 (файлы №№ 3-59 папки от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

В свою очередь, ООО «ЖБ «Конструкция» отгружено должнику товара на сумму                      3 462 271,92 рубль, который оплачен должником лишь в сумме 1 418 000 рублей. Судом установлено, что в расчете конкурсного управляющего в указанной части допущено две ошибки, а именно, в расчетах должника с ООО «ЖБ Конструкция» не учтены три платежа      30 000 рублей, 127 000 рублей и 1 500 рублей, а платеж 305 000 рублей фактически является опечаткой, так как платежным поручением № 364 от 16.04.2016 должником оплачено 30 500 рублей. Таким образом, фактически спорными являются платежи должника на сумму                   1 418 000 рублей, а не 1 535 500 рублей, как указывает конкурсный управляющий.

Доказательств и расчетов обратного не представлено. 

Суд первой инстанции сделал вывод о том, что исходя из имеющихся в деле первичных документов о принятии должником товара от ООО «ЖБ Конструкция» на сумму 3 462 271,92 рубль, оснований признать оплату товара на сумму 1 418 000 рублей убытком должника и вредом для его кредиторов у суда не имеется.

Данный вывод является верным и не опровергается сторонами.

Оценивая доводы сторон в отношении ООО «СетиСтрой» суд первой инстанции исходил из того, что между должником и ООО «СетиСтрой» заключено два договора поставки от 01.12.2015, по одному из которых должник являлся покупателем, по другому – поставщиком (файлы №№ 60, 61 папки от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

Согласно УПД, подписанных обеими сторонами договоров, должником в пользу ООО «СетиСтрой» отгружен товар на сумму 1 386 750,20 рублей, а должник от ООО «СетиСтрой» получил товар на сумму 5 845,49 рублей (файлы №№ 62 - 121 папки от 01.06.2022 (2) материалов электронного дела).

При этом согласно выписке по расчетному счету ООО «СетиСтрой» и должника последний получил оплату от ООО «СетиСтрой» в сумме 8 505 600 рублей, а ООО «СеиСтрой» от должника 2 592 000 рубля. Таким образом, имеется положительно сальдо в пользу ООО «СетиСтрой» в сумме 7 118 849,8 рублей (8 505 600 - 1 386 750,20).

При таких обстоятельствах отсутствуют основания о существенно убыточной деятельности должника в отношении ООО «СетиСтрой» и как следствие о субсидиарной ответственности.

В отношении хозяйственных операций с ООО «Северная» суд первой инстанции исходил из того, что из выписки по расчетному счету должника следует, что  последним в пользу ОАО «Кузбассэнергосбыт» платежным поручением от 28.07.2017 №662 оплачены денежные средства в сумме 378 994,92 рубля за электроэнергию за ООО «Северная». Также в УФК Кемеровской области для зачисления на счет Кемеровского НИИСХ филиала СФ НЦА РАН по исполнительному листу по делу №А27-14975/2015 платежным поручением от 28.02.2017 № 663 оплачено 100 000 рублей. Решением по указанному делу с ООО «Северная» в пользу Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Кемеровский научно-исследовательский институт сельского хозяйства» взыскано 1 345 490 руб. 92 коп, а также               26 419 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Таким образом, в интересах ООО «Северная» должником оплачено 478 994,92 рублей.

Денежные средства оплачены в безналичном порядке с расчетного счета должника 28.02.2017. Согласно карточке подписей лиц, уполномоченный распоряжаться счетом должника, таким лицом являлся ФИО7 с 07.10.2015 (файл№3 в папке от 12.02.2023 материалов электронного дела). Доказательств того, что платежи в интересах ООО «Северная» совершены кем-либо без ведома ФИО7 в материалы дела не предоставлено.

Доказательств получения от ООО «Северная» или иного лица эквивалентного встречного предоставления в материалы дела не предоставлено.

Однако, данную операцию следует соотносить с масштабом деятельности должника.

Суд первой инстанции верно учитывал финансовые показатель ООО «ЖБ Монолит»  в сопоставимый период времени:  выручка должника за 2016 - 2017 годы составила 40 042 000 рубля. Таким образом, сумма 478 994,92 рублей  не была существенным убытком повлекшим банкротство общества.

При этом сумма безосновательных перечислений может являться основанием для взыскания убытков с руководителя. С учетом этого суд первой инстанции обоснованно признал подлежащим удовлетворению заявление конкурсного управляющего в части взыскания убытков в сумме 478 994,92 рубля с  ФИО7, который  являлся директором должника в период с 22.09.2015 по 11.02.2018.

Апелляционный суд исходит из того, что именно на ФИО7 возлагалась обязанность надлежащего осуществления хозяйственных операций от имени должника и в его интересах, он должен был контролировать обоснованность расходования денежных средств общества, принимать меры по их возврату в случае осуществелния необоснованных платежей.

Вины ФИО1 или иных лиц в осуществлении спорных платежей апелляционный суд не усматривает, солидарность обязанности по возмещению убытков отсутствует.

В части требования о взыскании убытков связанных с  перечислением на расчетный счет ООО «СК Кремний» денежных средств в сумме 3 190 000 рублей суд первой инстанции установил следующие обстоятельства. 

Как следует из выписки по расчетному счету ООО «СК Кремний», должником оплачено 16 981 600 рублей. Поскольку между сторонами существовали отношения по поставке товара, конкурсный управляющий полагает, что разница встречных предоставлений составляет 3 190 000 рублей, которые перечислены  неосновательно, чем должнику причинен ущерб.

Судом первой инстанции установлено, что письмом от 22.12.2015 ООО «СК Корпус» обратился к должнику с просьбой в счет предстоящих поставок товара перечислить в              ООО «СК Кремний» 3 190 000 рублей за ООО «СК Корпус» (по системе «Мой Арбитр» от ФИО1 15.11.2023, папка с файлом в материалах электронного дела).

Выпиской по расчетному счету ООО «СК Кремний» 40702810305000000704 подтверждается платеж должника в размере 3 190 000 рублей с назначением платежа «Оплата по договору №3 от 07.12.15г. без НДС» (размещена в папке «выписки по счетам заинтересованных лиц» в материалах электронного дела).

Письмом от 26.12.2015 в адрес ООО «СК «Кремний» должник уточнил назначение платежа, просил считать денежные средства в размере 3 190 000 рублей оплаченными за ООО «СК Корпус».

Указанная сумма учтена во взаимных расчетах между ООО «СК Корпус» и ООО «СК Кремний», как полученная от ООО «СК Корпус», а также в расчетах должника и ООО «СК Корпус» как предоплата за товар (акты сверки приобщены ФИО1 15.11.2023, папка с файлами в материалах электронного дела).

Учитывая, что впоследствии по итогам 2017 года у ООО «СК Корпус» имеется переплата за полученный от должника товар в сумме 3 890 877,68 рублей, а также имеет место недоплата со стороны должника за полученный от ООО «СК Корпус» товар в сумме                    2 543 169,37 рублей, то долг должника перед ООО «СК Корпус» составляет 6 434 047,05 рублей (без учета платежа за ООО «СК Корпус» на расчетный счет ООО «Кремний»).

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что общий экономический эффект длящихся отношений сторон - долг ООО «ЖБ Монолит» перед ООО «СК Корпус», а не наоборот.   Таким образом, не доказана убыточность деятельности должника и основания взысканя убытков.

Суд первой инстанции  верно не усмотрел оснований для солидарного взыскания убытков в этой части с ФИО7 и ФИО1

Суд первой инстанции верно не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО1, ФИО6, ФИО5 и ФИО4 за совершение сделок повлекших банкротство должника и причинивших вред его кредиторам.

Также суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для взыскания убытков с ФИО1, ФИО6, ФИО5 и ФИО4 ввиду недоказанности факта причинения убытков.

Конкурсным управляющим заявлено о взыскании убытков в сумме 7 770 772 рубля, причиненных ФИО7 и ФИО1 вследствие не принятия мер к взысканию дебиторской задолженности  с ООО «ЖБ Конструкция».

 Судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства.

В соответствии с договором о переводе долга от 14.06.2017 должник принял на себя обязательства ООО «ЖБ Конструкция» перед ООО «МТК «СибМетСклад» в размере                           1 903 497,59 рублей (файл №5 папка от 13.09.2023 материалов электронного дела). Цена за принятый ООО «ЖБ Монолит» долг в размере 1 903 497,59 рублей должна быть оплачена ООО «ЖБ Конструкция» на расчетный счет (пункт 2.3 договора), однако доказательств такой оплаты в материалы дела не предоставлено.

Также соглашением об уступке требования от 10.05.2017 должник приобрел у                    ООО «Перспектива» требование к ООО «ЖБ Конструкция» в сумме 3 616 398,16 рублей (л.96-97 т. 12). Впоследствии 31.05.2017 протоколом погашения взаимных обязательств указанная сумма признана авансированием должника со стороны ООО «Перспектива» (предоставлен кредитором по системе «Мой Арбитр» 28.12.2020 при подаче заявления о банкротстве должника). Таким образом, на сумму 3 616 398,16 рублей увеличена кредиторская задолженность должника перед ООО «Перспектива», впоследствии сумма долга взыскана в составе цены иска в пользу кредитора решением от 07.09.2019 по делу А27-23834/2019  (листы 6-7 решения). При этом должник требование к ООО «ЖБ Конструкция» не предъявил.

Кроме того протоколом погашения взаимной задолженности от 31.05.2017 ООО «ЖБ Монолит» погасил долг ООО «ЖБ Конструкция» перед ОАО «Трест КПС» на сумму                   408 295,35 рублей, получив тем самым права кредитора по отношению к ООО «ЖБ Конструкция» в соответствии со статьей 387 ГК РФ (л. 100 т. 12). Одновременно данная сумма учтена как авансирование должника со стороны ООО «Перспектива». Таким образом, на 408 295,35 рублей увеличена кредиторская задолженность должника перед ООО «Перспектива», впоследствии также взыскана в составе цены иска в пользу кредитора решением от 07.09.2019 по делу А27-23834/2019 (листы 6-7 решения).

Также при исполнении встречных поставок должника и ООО «ЖБ Конструкция» суд установил ранее наличие встречных обязательств ООО «ЖБ Конструкция» и должника, встречные поставки и обязательства по их оплате имели место по март 2017 года включительно.

Из этого следует, что в период с марта по май 2017 года включительно у ООО «ЖБ Конструкция» образовалась дебиторская задолженность в пользу должника в сумме                               7 770 772 рубля.

В течение длительного времени с июня 2017 по август 2020 года включительно мер ко взысканию указанной дебиторской задолженности ни ФИО7, ни сменивший его в должности директора ФИО1 не принимали.

Согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, размещенного на сайте ФНС России, 21.08.2020 ООО «ЖБ Конструкция» исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа. 

Приказом от 31.08.2020 №1 дебиторская задолженность ООО «ЖБ Конструкция» признана безнадежной ко взысканию и списана (файл №6 папка от 13.09.2023 материалов электронного дела).

Апелляционный суд учитывает, что ФИО7 в период с июня 2017 года включительно вплоть до прекращения его полномочий 11.02.2018 , и ФИО1 в период 12.02.2018 вплоть до исключения ООО «ЖБ Конструкция» из ЕГРЮЛ, не принимались меры ко взысканию долга с ООО «ЖБ Конструкция». Разумных причин обосновывающих такое бездействие не указано. Не обоснована целесообразность принятия должником обязательств ООО «ЖБ Конструкция».

При этом критически оцениваются доводы об отрицательной ликвидности дебиторской задолженности ООО «ЖБ Конструкция», доказательств данного утверждения не представлено, не раскрыто реальное финансовое положение ООО «ЖБ Конструкция» на протяжении всего периода существования долга и возможности его взыскания.

В суде апелляционной инстанции указанные обстоятельства ответчиками также не подтверждены.

Таким образом, ООО «ЖБ Монолит» причинены убытки в размере 7 770 772 рубля, которые суд первой инстанции  взыскал солидарно с ФИО7 и ФИО1 

Помимо изложенного апелляционный суд учитывает, что размер непогашенных обязательств в деле о банкротстве состоит из следующих обязательств:

-включенного определением Арбитражного суда Кемеровской области от 08.04.2021 по делу № А27-27301/2020 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЖБ Монолит» требования ООО «Перспектива» в размере 11 717 999,19 рублей (неосновательное обогащение в размере 11 636 815,19, возникшее 12.08.2019 и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 81 184,00, возникшие 07.10.2020).; 

-включенного определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03.11.2021 по делу № А27-27301/2020 и учитываемого отдельно в реестре требований кредиторов ООО «ЖБ Монолит» требования ФНС России в размере 1 000,00 рублей, возникшего в 2020 году. 

-Текущих требований в размере 394 864,91 рублей, согласно отчету конкурсного управляющего ООО «ЖБ Монолит» о своей деятельности и о результатах конкурсного производства от 05.03.2024 (страницы 5-6 отчета). 

Всего он составляет 12 113 864,1 рублей.

При этом в порядке привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и взыскания убытков судом первой инстанции взыскана большая денежная сумма (в совокупности суммы субсидиарной ответственности и суммы убытков). При этом судом первой инстанции не приведено обоснования взыскания с контролирующих должника лиц суммы большей, чем необходима в деле о банкротстве для погашения текущих обязательств и расчетов с независимыми кредиторами.

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что убытки носят кредиторския, а не корпоративный характер.

Апелляционный суд с учетом изложенных в настоящем постановлении выводов считает, что в результате рассмотрения настоящего спора следует:

признать доказанным наличие предусмотренного статьей 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово; 

взыскать с ФИО1 ИНН 

<

***> в пользу ФНС России в порядке субсидиарной ответственности 1 000 рублей; 

взыскать солидарно с ФИО1 ИНН 

<

***> и ФИО7 ИНН 

<

***> в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово 7 770 772 рубля убытка. 

взыскать с ФИО7 ИНН 

<

***> в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью «ЖБ «Монолит», город Кемерово              478 994 рубля 92 копейки убытков; 

отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части.

Таким образом, обжалуемое определение суда первой инстанции на основании п.1 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене в части с вынесением в отмененной части нового судебного акта. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 12.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-27301/2020      отменить в части взыскания с ФИО1 ИНН 

<

***> в пользу общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» ИНН 

<

***> в порядке субсидиарной ответственности 11 717 999 рублей 19 копеек. 

 

Вынести по делу в данной части новый судебный акт.

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с ФИО1 ИНН 

<

***> в пользу общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» ИНН 

<

***> в порядке субсидиарной ответственности 11 717 999 рублей 19 копеек. 

В остальной части определение от 12.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-27301/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного  месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

                       Председательствующий                                                         О.А. Иванов

 

                          Судьи                                                                                     Е.В.Фаст 

 

                                                                                                                         Н.Н.Фролова