Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-79518/20-14-591

г. Москва

14 августа 2020 года

Резолютивная часть объявлена 29 июля 2020 г.

Дата изготовления решения в полном объеме         14 августа 2020 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Лихачевой О.В. (единолично)

рассмотрев в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 АПК РФ, дело по иску ООО «ТРАСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ответчику АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании суммы страхового возмещения в размере 106 695,56 руб. по факту наступления страхового случая (смерть по любой причине) ФИО1 (с учетом уточнения заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ, принятых судом)

без вызова сторон

УСТАНОВИЛ:

ООО «ТРАСТ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» о взыскании суммы страхового возмещения в размере 106 695,56 руб. по факту наступления страхового случая (смерть по любой причине) ФИО1 (с учетом уточнения заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ, принятых судом).

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в порядке главы 29 АПК РФ.

29 июля 2020 г. принята резолютивная часть решения в порядке, предусмотренном ст. 229 АПК РФ.

31 июля 2020 г. в суд поступило, в установленный ст. 229 АПК РФ срок, заявление ответчика о составлении мотивированного решения.

АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» заявлено ходатайство об истребовании доказательств по делу. 

Оценив доводы ходатайства, суд считает, что отсутствуют основания, предусмотренные ст. 66 АПК РФ. 

Согласно абзацу второму ч. 4 ст. 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле, обращающееся в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства, должно обозначить доказательство, указать, какие обстоятельства могут быть установлены этим доказательством, назвать причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Таким образом, статья 66 АПК РФ закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств. Так, необходимым условием является то, что податель данного ходатайства должен обосновать, какие именно доказательства подлежат истребованию, какие обстоятельства могут быть установлены этими доказательствами; доказать, что у данного лица отсутствует возможность самостоятельно получить испрашиваемые доказательства. 

Проанализировав материалы дела, суд пришел к выводу о несоблюдении ответчиком вышеперечисленных требований, в связи с чем, основания для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств отсутствуют. 

Ответчиком представлен отзыв, в котором он против иска возражает.

Истцом направлены в материалы дела письменные возражения на отзыв.

Исследовав все представленные по делу доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности требований истца и удовлетворении исковых требований в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, 30.01.2018 между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор об уступке прав (требований) № УСБ00/ПАУТ2018-9 (далее - договор цессии), на основании которого ПАО «БАНК УРАСИБ» передало ООО «ТРАСТ» права к Клиентам вытекающие из условий Кредитных договоров/Договоров банковского счета, согласно Акту уступки прав (требований) (Приложение №1 к настоящему договору), в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 21.02.2014 заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (далее - Банк).

По условиям договора, банк предоставил кредит заемщику в размере 112 000, 00 руб., под 19,50% годовых на срок по 21.02.2019 г.

В соответствии с п. 2.1., п. 2.2 договора цессии Банк передал ООО «ТРАСТ» все права (требования) вытекающие из условий Кредитных договоров.

Таким образом, в договоре уступки прав (требований), заключенном между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», указано, что его предметом является передача всех прав (требований) по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договорам, заключенным между цедентом и должниками (заемщики, поручители).

На основании Договора цессии, п. 3 ст. 385, ст. ст. 388, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № 

<

***> от 21.02.2014 заключенному между ФИО1 и Банком.

В день подписания кредитного договора, 21.02.2014 ФИО1 подписала Заявление на присоединение к Договору добровольного коллективного страхования жизни и здоровья заемщиков потребительского кредита (далее - Договор страхования), Страховщик - АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»

В соответствии с Заявлением на страхование одним из страховых случаев является - смерть застрахованного лица от любых причин.

Согласно п. 3 заявления на страхование, ФИО1 согласилась с назначением Банка выгодоприобретателем в сумме фактической задолженности по кредиту.

В соответствии с п. 4 заявления на страхование, сумма страховой премии (платы за подключение к Программе страхования) оплачивается единовременно за весь период кредитования. Следовательно, срок страхования - 60 месяцев, страховая сумма - равна сумме фактической задолженности по кредиту (сумма основного долга, и проценты по кредиту).

Таким образом, заемщик ФИО1 заключила договор страхования жизни и здоровья, как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика ПАО «БАНК УРАЛСИБ», по возврату заемных средств по кредитному договору.

Следовательно, в момент перехода права требования по Кредитному договору, заключенному с ФИО1 к ООО «ТРАСТ» перешло право обращения к Страховщику с заявлением о наступлении страхового случая по факту смерти по любой причине ФИО1 и право (требование) получения страховой выплаты, как способ обеспечения исполнения основного кредитного обязательства (п. 3 Договора страхования, ст. ст. 329, 384 ГК РФ).

В период действия Договора страхования, 18.10.2014 наступила смерть ФИО1, что подтверждается Справкой о смерти № 590, выданной отделом ЗАГС Тогучинского района управления по делам ЗАГС Новосибирской области.

Согласно ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Из содержания заявления на страхование следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору, но не более страховой суммы. Страховая сумма составляет – 112 000, 00 руб. Сумма задолженности ФИО1 по кредитному договору составила – 103 755,56 руб. + 1 607,50 руб. очередной платеж по процентам по графику + 1 332,50 руб. платеж в погашение основного долга. Таким образом, сумма страховой выплаты составляет 106 695,56 руб.

Следовательно, к ООО «ТРАСТ», в силу закона, договора цессии и договора страхования перешло право обратиться к Страховщику с заявлением (уведомлением) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент уступки прав (требований) Банк, в соответствии с Договором страхования имел право обратиться к Страховщику с заявлением (уведомлением) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения, и данное право перешло к ООО «ТРАСТ».

Доводы ответчика о том, приведенные в отзыве на исковое заявление, являются необоснованными и подлежат отклонению.

Согласно ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Исходя из абз. 2 п. 2 ст. 382 ГК РФ, если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

В соответствии с п. 3 ст. 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование.

В п. 1 ст. 384 ГК РФ указано, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В заявлении на страхование ФИО1 выразила свое согласие с тем, что выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая будет являться Банк, Банк, при этом, является страхователем и выгодоприобретателем. Между тем, уступая права требования по кредитным договорам Банк, как Выгодоприобретатель, уступил свои права по договорам страхования, так как страхование жизни заемщика обеспечивает исполнение обязательств по кредитам.

Страхователь никакие права не уступал, следовательно, обязательство по оплате страховой премии у ООО «ТРАСТ» не возникло.

Совершая уступку права требования Банк (страхователь) действовал как выгодоприобретатель, следовательно, Банк, являясь и страхователем и выгодоприобретателем в одном лице, по договору страхования, не лишен права заменить себя другим лицом, заключив договор цессии.

Согласно абз. 2 ст. 956 ГК РФ страхователь (Банк) вправе заменить выгодоприобретателя (Банк), названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Данное положение регламентирует лишь отношения, связанные с заменой выгодоприобретателя другим лицом по воле страхователя, и как таковое направлено на защиту выгодоприобретателя (Определение КС РФ от 17.11.2011 №1600-0-0). Таким образом, запрет, установленный ст. 956 ГК РФ, не может распространяться на случаи, когда замена выгодоприобретателя происходит по его собственной воле в силу норм гл. 24 ГК РФ.

Замена выгодоприобретателя произведена по инициативе самого выгодоприобретателя, что не противоречит ст. 956 ГК РФ. В действующем законодательстве не содержится запрета на передачу (выгодоприобретателем) принадлежащего ему право требования другим лицам.

В силу норм главы 24 ГК РФ об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

Действующим законодательством, в том числе ст. 956 ГК РФ, не предусмотрен запрет на передачу выгодоприобретателем принадлежащего ему требования другим лицам.

Правовая позиция о применении статьи 956 ГК РФ при смене выгодоприобретателя по его волеизъявлению изложена в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016 и в пункте 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

Доводы ответчика о том, что замена выгодоприобретателя по договору личного страхования допускается только с согласия застрахованного лица и по письменному уведомлению страховщика страхователем, подлежат отклонению. В рассматриваемом случае замена выгодоприобретателя произведена по его собственной инициативе, что не противоречит статьям 934, 956 ГК РФ. О замене выгодоприобретателя по договору страхования, а также заключении договора цессии ответчик проинформирован истцом в уведомлении о наступлении страхового случая (исх. № 143811 от 08.11.2019).

В соответствии со ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. Согласно положениям ст. 329 ГК РФ Договор страхования является обеспечительной мерой по отношению к Кредитному договору.

Как указал Президиум ВС РФ, перечень приведенных в ст. 329 ГК РФ способов исполнения обязательств не является исчерпывающим, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо перечисленных в названной норме способов и другими способами предусмотренными законом или договором, (п. 4 Обзора судебной практики по гражданским делам Верховного суда РФ связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств утв. Президиумом Верховного суда РФ от 22.05.2013 г.). «в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк.».

Заявление на страхование, подписанное ФИО1 обладает всеми обеспечительными признаками: договор страхования и кредитный договор заключены в один день; срок страхования равен сроку кредитного обязательства; сумма кредита и страховая сумма одинаковы; Банк является выгодоприобретателем при наступлении страхового случая.

Таким образом, при выдаче потребительского кредита Банк применял разработанные им правила выдачи кредитов физическим лицам, согласно которым страхование жизни и здоровья заемщиков относится к мерам по снижению риска не возврата кредита.

Договор страхования был заключен заемщиком ФИО1 именно в связи с заключением кредитного договора, то есть был сопутствующим при заключении кредитного договора, что свидетельствует о взаимосвязи указанных договоров.

Страховщик, заключая договор страхования, подтвердил, что страхование производилось по Договору страхования от несчастных случаев и болезней заемщика ПАО «БАНК УРАЛСИБ», а также указанием в качестве выгодоприобретателя по данному договору при наступлении страхового случая Банк.

Таким образом, заемщик ФИО1 заключила договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

Доказательства существования иных обязательств ФИО1 в качестве заемщика данного банка в материалы дела не представлены, следовательно, договор страхования является обеспечительной мерой спорного кредитного договора, и право требования выплаты страховой суммы перешло к истцу.

Принимая во внимание, что страхование производилось на случай смерти застрахованного лица и страховщик обязался возместить выгодоприобретателю убытки в пределах страховой суммы, учитывая, что наступление страхового события документально подтверждено, у страховщика возникла обязанность по выплате страхового возмещения.

Также ответчик ссылается на то, что истцом не доказан факт наступления страхового случая, поскольку Истцом не представлены документы подтверждающие, причину смерти Застрахованного лица.

Однако, факт смерти подтверждается Справкой о смерти № 590, выданной отделом ЗАГС Тогучинского района управления по делам ЗАГС Новосибирской области.

ООО «ТРАСТ» как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы Страховщику, подтверждающие факт наступления смерти должника и выполнило все обязанности, возложенные на него ст. 939 ГК РФ. Иные документы истец не мог предоставить в силу положений Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации и Федерального закона от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

Все необходимые документы ответчик, как профессиональный участник страховых правоотношений мог запросить самостоятельно в силу ч. 8 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в РФ», и заявления на страхование.

Таким образом, при наступлении страхового случая истец выполнил все необходимые условия, уведомив страховщика о наступлении страхового случая и предоставив документы, свидетельствующие об этом.

Также судом принято во внимание, что не представление истцом указанных на официальном сайте ответчика документов не является основанием для отказа в выплате страхового возмещения в соответствии со ст. ст. 393, 934, 961 ГК РФ, ч. 3 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Изучив заявленный довод, суд не находит оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ст. 196 ГК РФ).

Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет три года (статья 196) (ст. 966 ГК РФ).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства. По регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства (ст. 200 ГК РФ).

Поскольку срок исполнения обязательств по договорам страхования определен моментом востребования выгодоприобретателем страховой выплаты, срок исковой давности в этом случае в соответствии с п. 2 ст. 200 ГК РФ начинает течь по окончании срока, установленного для осуществления страховой выплаты. Применительно к договорам страхования ВС РФ указал, что, если в законе или договоре страхования определен срок для страховой выплаты, течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать о том, что страховая компания отказала в выплате страхового возмещения или не полностью его выплатила в установленный срок; в случае, когда страховая компания не совершала таких действий, исковая давность исчисляется с момента окончания срока, предусмотренного для выплаты страхового возмещения. Течение срока исковой давности не может начинаться ранее момента нарушения права. Отказ страховщика в страховой выплате является нарушением права (Постановление Пленума ВС РФ от 27.06.2013 №2; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2019 по делу №А40-245557/18; Определение ВС РФ от 05.12.2014 №305-ЭС14-3291).

В связи с изложенным, довод ответчика о пропуске срока исковой давности несостоятелен, поскольку о нарушении прав истец узнал или должен был узнать после того, как ответчик уклонился от выплаты страхового возмещения, не ответив на претензию истца. Более того, суд принимает во внимание, что срок действия договора страхования – с 21.02.2014 по 21.02.2019. Исковой заявление подано истцом в суд 13.05.2020. Таким образом, срок исковой давности истцом не пропущен.

Учитывая изложенное, исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст. ст. 102, 110 АПК РФ госпошлина и судебные расходы относятся на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 65, 110, 167- 171, 176, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об истребовании дополнительных доказательств - отказать.

Взыскать с АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «ТРАСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) сумму страхового возмещения в размере 106 695,56 руб. и расходы по государственной пошлине в размере 4 201 руб.

Возвратить ООО «ТРАСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из дохода федерального бюджета РФ сумму излишне уплаченной государственной пошлины в размере 159 руб. (платежное поручение № 11006 от 16.04.2020 г.).

Решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению.

Исполнительный лист выдается после вступления судебного акта в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения. В этих случаях исполнительный лист выдается сразу после принятия такого судебного акта или обращения его к немедленному исполнению. Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

По заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Судья: О.В. Лихачева