АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А71-67/2018

г. Ижевск

03 октября 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 21 сентября 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 03 октября 2018 года.

 

          Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи  Е.Г.Костиной, при ведении протоколирования с использованием средств  аудиозаписи и составлении протокола в письменной форме секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Охранное агентство «Кобра», г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Публичному акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» в лице филиала «Удмуртэнерго», г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 12 104 231 руб. 68 коп. расходов, связанных с исполнением договора

При участии представителей сторон:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности №7 от  01.11.2017, ФИО3 – директор, решение №5 от 05.09.2014, паспорт гражданина РФ,

от ответчика: ФИО4  – представитель по доверенности от 04.08.2017,  

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Охранное агентство «Кобра», г. Ижевск, (далее – истец, ООО ЧОП «ОА «Кобра») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к Публичному акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» в лице филиала «Удмуртэнерго», г. Ижевск (далее – ответчик, ПАО «МРСК Центра и Приволжья») о взыскании 12 104 231 руб. 68 коп. расходов, связанных с исполнением договора.

В обоснование исковых требований истец ссылается на возникновение у него расходов, связанных с расторжением ответчиком договора на оказание охранных услуг по физической охране объектов филиала «Удмуртэнерго» ПАО «МРСК Центра и Приволжья» №1-2017-БЕЗ от 15.09.2016 (далее - договор).

          Ответчик исковые требования оспорил по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (том 3,  л.д. 14-17), полагает, что договор не был расторгнут ответчиком, а прекратил свое действие в связи с истечением срока действия, установленного дополнительным соглашением от 31.01.2018, в связи с чем, по мнению ответчика, оснований для возмещения затрат, связанных с расторжением договора, в порядке статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется. Ссылка истца на ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации также является необоснованной, поскольку расторжение договора является правом ответчика. Кроме того, ответчик полагает, что истцом не доказана причинно-следственная связь между возникшими у истца расходами и исполнением ответчиком условий договора.

В судебном заседании 11.09.2018 представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, устно заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой и технической экспертизы, в удовлетворении которого судом протокольным определением отказано по следующим основаниям.

В силу части 3 статьи 9 АПК РФ арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В соответствии с частью 1 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства.

По смыслу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. В тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела, суд вправе назначить проведение по делу судебной экспертизы (часть 1 статьи 82 АПК РФ). 

Согласно частям 1 и 2 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. Круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом.

Истец просил провести судебную техническую и почерковедческую экспертизу на предмет достоверности и подлинности  подписи директора ФИО3 и печати организации в дополнительном соглашении №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016.  

Ответчиком в материалы дела представлены возражения относительно назначения судебной технической и почерковедческой экспертизы по настоящему делу. В обоснование своих возражений ответчиком представлено заключение эксперта №176 от 14.03.2018, составленное сотрудниками отделения по Октябрьскому району ЭКО Управления МВД России по г.Ижевску, согласно которому экспертами сделан следующий вывод: исследуемая подпись от имени ФИО3, расположенная в дополнительном соглашении №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016 в графе «Исполнитель» выполнена ФИО3. 

Оценив заключение эксперта, суд приходит к выводу, что оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями, давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется. Доказательства недостоверности представленного экспертного заключения сторонами не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Экспертное заключение соответствует положениям статей 64, 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд, рассмотрев заявленное истцом ходатайство в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе, экспертным заключением, представленным ответчиком, определил, что оснований для удовлетворения ходатайства о назначении судебной технической и почерковедческой экспертизы у суда не имеется, поскольку в материалах дела имеется достаточно доказательств для разрешения спора по существу, в связи с чем, суд не усматривает оснований, установленных ст.82 Арбитражного процессуального кодекса РФ, для назначения судебной экспертизы. Кроме того, истцом не представлены вопросы, которые истец намерен поставить перед экспертами, а также не представлены документы, подтверждающие  возможность указанной истцом экспертной организации на проведение такой судебной экспертизы.    

Также судом принято во внимание то обстоятельство, что ходатайство о назначении судебной технической и почерковедческой экспертизы  заявлено спустя продолжительное время с момента принятия искового заявления к производству, при этом объективных обстоятельств, препятствовавших его своевременному заявлению, у истца не имелось. 

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что ходатайство не было своевременно заявлено истцом вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлено на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, в связи с чем, и с учетом положений части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы судом отказано. 

После перерыва, объявленного судом в судебном заседании 11.09.2018, суд продолжил рассмотрение дела 18.09.2018, истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в соответствии с которым истец просит взыскать с ответчика убытки (компенсационные выплаты работникам) в размере                   4 999 487 руб. 00 коп. (ходатайство в порядке ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса РФ  приобщено судом  к материалам дела). С учетом заявленного ходатайства истца судом объявлен перерыв в судебном заседании до 21.09.2018.

После перерыва, объявленного судом в судебном заседании 18.09.2018, суд продолжил рассмотрение дела 21.09.2018 в ином составе суда, что отражено в протоколе судебного заседания, с участием тех же представителей сторон, представитель истца поддержал исковые требования с учетом уточнений  в размере 4 999 487 руб. 00 коп., представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в возражениях.

Ходатайство истца об уточнении иска судом рассмотрено и удовлетворено в порядке ст.ст.41, 49, 159 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Дело рассмотрено с перерывами в судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ, решение по делу принято 21 сентября 2018 года.  

Как следует из материалов дела, 15 сентября 2016 года по результатам проведенного открытого конкурса №09-1-2-19/824 от 26.08.2016 (извещение о проведении открытого конкурса опубликовано 14.07.2016) между истцом (исполнитель)  и ответчиком (заказчик) был заключен договор на оказание охранных услуг по физической охране объектов филиала «Удмуртэнерго» ПАО «МРСК Центра и Приволжья» №1-2017-БЕЗ от 15.09.2016, в соответствии с условиями которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство по оказанию охранных услуг – обеспечение физической вооруженной и невооруженной охраны объектов заказчика в соответствии с условиями договора, инструкцией по организации вооруженной охраны, пропускного и внутриобъктного режима, утвержденной сторонами и иными документами, являющимися приложениями к договору.

В соответствии с разделом 10 договор вступает в силу с момента подписания и действует до полного исполнения сторонами принятых на себя обязательств. Срок оказания услуг установлен с 01.01.2017 по 31.12.2019.

30.11.2017 ответчик, ссылаясь на п. 10.3 договора и положения ст. 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился к истцу с письмом, в котором сообщил об одностороннем расторжении договора с 01.02.2018 (том 2, л.д. 52).

15.12.2017 истец направил ответчику претензию исх. №23 от 15.12.2017, в которой просил возместить расходы, связанные с расторжением договора в сумме 12104231 руб. 68 коп., в том числе, расходы, связанные с оплатой медицинских осмотров, периодических проверок сотрудников, стоимость аренды транспортных средств, задействованных на объектах заказчика, расходов, связанных с обязательствами истца по выплате компенсационных выплат сотрудников в связи с сокращением, лизинговых платежей (том 2, л.д. 53).

Указанная претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями.

Из материалов дела следует, что 31.01.2018 между истцом и ответчиком было заключено дополнительное соглашение №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016, согласно которому сторонами достигнуто соглашение об изменении срока оказания услуг по договору с 01.01.2017 по 28.02.2018, а также сумма договора согласована в размере 26 384 376 руб., дополнительное соглашение вступает в силу с момента его подписания сторонами (том 3 л.д. 24).     

Как следует из обстоятельств дела, обязанность по оплате оказанных истцом услуг по спорному договору  ответчиком исполнена в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела актами оказанных услуг с октября 2017 года по февраль 2018 года, платежными поручениями, актом сверки взаимных расчетов (том 3, л.д.47-66). Указанные обстоятельства  сторонами в ходе рассмотрения настоящего дела не оспаривались.

Исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд пришел к следующим выводам.

1.                Довод истца о том, что в связи с односторонним отказом ответчиком от исполнения спорного договора ответчик должен возместить истцу убытки, подлежит отклонению исходя из следующего.

В соответствии со статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на положения статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

В обоснование своих доводов истец представил в материалы дела договор на оказание охранных услуг по физической охране объектов филиала «Удмуртэнерго» ПАО «МРСК Центра и Приволжья» №1-2017-БЕЗ от 15.09.2016, уведомление ответчика от 30.11.2017 о расторжении договора, требование к ответчику о возмещении расходов исх. №23 от 15.12.2017, срочные трудовые договоры,  заключенные с физическими лицами в целях выполнения обязанности по охране объектов, платежные ведомости, платежные ордеры, выписки операций по лицевому счету, карточку счета 71, подтверждающие наличие компенсационных выплат физическим лицам, занятым на объектах заказчика. 

Вместе с тем, возражая против доводов истца, ответчиком представлено в материалы дела дополнительное соглашение №1 от 31.01.2018, в соответствии с которым стороны изменили срок действия договора, указав, что срок оказания услуг по договору с 01.01.2017 по 28.02.2018.

Таким образом, стороны по обоюдному соглашению, в добровольном порядке ограничили срок исполнения обязательств по оказанию услуг  охраны до  28.02.2018.

По истечении указанного срока фактически оказанные истцом услуги были оплачены ответчиком в полном объеме, что подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами и сторонами не оспаривается.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 3 ст. 407 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 452 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Исходя из смысла и содержания дополнительного соглашения №1 от 31.01.2018, суд расценивает его как соглашение сторон об изменении условий договора: срока исполнения договора с 01.01.2017 по 28.02.2018,   суммы договора 26 384 376 руб.     При этом, обязанность ответчика по возмещению истцу фактически понесенных расходов, а также иных затрат в связи с изменением срока оказания услуг,  дополнительным соглашением от 31.01.2018  к договору не предусмотрено.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что по истечении срока исполнения обязательств по охране объектов ответчика 28.02.2018 согласно заключенному дополнительному соглашению №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016  отношения сторон по исполнению спорного договора прекратились, доказательства расторжения ответчиком спорного договора в одностороннем порядке истцом в материалы дела не представлены (ст.65 Арбитражного процессуального кодекса РФ). 

Относительно возражений истца о том, что дополнительное соглашение от 31.01.2018  директором ФИО3 не подписывалось суд считает необходимым вновь отметить, что в материалах дела имеется заключение эксперта №176 от 14.03.2018, составленное сотрудниками отделения по Октябрьскому району ЭКО Управления МВД России по г.Ижевску, согласно которому экспертами сделан следующий вывод: исследуемая подпись от имени ФИО3, расположенная в дополнительном соглашении №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016 в графе «Исполнитель» выполнена ФИО3. Оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями, давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Также следует отметить, что дополнительное соглашение №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016 в установленном законом порядке истцом не оспаривалось, недействительным указанное соглашение не признано, доказательства иного материалы дела не содержат. 

Таким образом, довод истца о том, что ответчиком спорный договор расторгнут в одностороннем порядке, в связи с чем, ответчик должен возместить истцу убытки, признан судом несостоятельным, противоречащим материалам дела и подлежащим отклонению.

2.                  Довод истца о том, что в связи с односторонним расторжением ответчиком спорного договора истец вынужден был понести убытки в виде компенсационных выплат уволенным работникам, также подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

По смыслу данной правовой нормы возникновение у лица права требовать возмещения убытков обусловлено нарушением его прав.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

При этом применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности наличия совокупности нескольких условий (оснований) для возмещения убытков: несения убытков и их размера; противоправности действий (бездействия) причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями (бездействием) и возникновением убытков. Для удовлетворения требований истцов о взыскании убытков необходимо доказать наличие указанных обстоятельств в совокупности. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Как следует из материалов дела, договор на оказание услуг по охране был заключен по результатам открытого конкурса (№09-1-2-19/824 от 26.08.2016г.), условия конкурса предусматривали требования к потенциальному исполнителю услуг в виде наличия трудовых и материальных ресурсов, необходимых для исполнения договора (п.3.3.1.Конкурсной документации на право заключения договора по физической охране объектов филиала «Удмуртэнерго» ПАО МРСК Центра и Приволжья» на 2017-2019гг.).

При подаче оферты для участия в конкурсе на право заключения договора услуг по охране, ЧОП «Кобра» предоставило документы и сведения, указывающие, что на момент проведения конкурса у него уже имелись достаточные материальные и трудовые ресурсы, необходимые для исполнения договора (письмо истца о подаче оферты №77 от 06.08.2016г., л.д. 18 т. 3).

Согласно справке о кадровых ресурсах (приложение №7 к конкурсной заявке от 06.08.16г. №77, л.д. 22 т.3) штатная численность работников истца составляла 144 чел, в т.ч. планируемая для оказания услуг по договору с МРСК  - 111 чел. К заявке также прилагались приказы о приеме на работу, копии трудовых книжек указанных работников. Следовательно, у истца отсутствовала обязанность в приеме   дополнительных работников для исполнения договора, как и отсутствует обязанность расторгнуть договоры с работниками в связи с прекращением действия спорного договора с ответчиком.

Представленными истцом в материалы дела срочными трудовыми договорами не подтверждается принятие работников истцом на работу для выполнения охраны объектов ответчика по спорному договору, а представленными в судебном заседании 21.09.2018 документами (платежная ведомость №75, оборотно-сальдовые ведомости, платежные поручения, карточка счета 71, выписки с лицевого счета) не подтверждается факт увольнения работников истца в связи с расторжением спорного договора.

В  данном рассматриваемом случае, истцом  не доказана причинно-следственная связь между расторжением спорного договора (по соглашению сторон согласно условиям дополнительного соглашения №1 от 31.01.2018 к договору 1-2015-БЕЗ от 15.09.2016) и понесенными истцом расходами в связи с увольнением работников.

Следовательно, заявленные расходы в отношении компенсационных выплат работникам не связаны с оказанием услуг по спорному договору. Прекращение действия договора само по себе не является основанием для расторжения трудовых договоров с работниками, истец имеет возможность продолжать использовать как трудовые, так и материальные ресурсы для осуществления им предпринимательской деятельности. Доказательства иного истцом в материалы дела не представлены (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Таким образом, довод истца о том, что в связи с односторонним расторжением ответчиком спорного договора истец вынужден был понести убытки в виде компенсационных выплат уволенным работникам, подлежит отклонению.

Согласно статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, истцом не доказана совокупность условий (факт наличия убытков, противоправность, виновность действий (бездействий) ответчика и причинно-следственная связь между противоправными действиями  ответчика и наступившим вредом), являющихся основанием для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

На основании изложенного,  суд пришел к выводу о том, что  оснований для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков в размере 4 999 487 руб. 00 коп., у суда не имеется, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований следует отказать.  

С учетом принятого по делу решения, с учетом уточнения истцом исковых требований  и на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской расходы по оплате государственной пошлины в размере 47997 руб. 44 коп. относятся на истца, государственная пошлина в размере 35523 руб. 56 коп. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст.110, 167-171, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований  отказать. 

Выдать истцу справку на возврат из федерального бюджета 35523 руб. 56 коп.  госпошлины.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

  Судья                                                                                 Е.Г. Костина