АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-668/19 

Екатеринбург

19 декабря 2023 г.

 

Дело № А07-19254/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Морозова Д. Н., Кочетовой О. Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме видеоконференц-связи кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 (далее – заявители кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.06.2023 по делу № А07-19254/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Республики Башкортостан приняли участие представитель ФИО1 и ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 20.12.2017).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу финансового управляющего и дополнение заявителей к кассационной жалобе приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2017 возбуждено производство по делу № А07-19254/2017 о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 05.10.2017 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.05.2018 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2017 возбуждено производство по делу № А07-19255/2017 о банкротстве ФИО1 (далее – должник).

Определением того же суда от 23.11.2017 по делу № А07-19255/2017 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО4

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.05.2018 по делу № А07-19255/2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.04.2019 дела № А07-19254/2017 и № А07-19255/2017 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением делу номера А07-19254/2017.

ФИО2 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Республики Башкортостан с совместным заявлением об определении жилого дома общей площадью 177,2 кв. м, жилой площадью 101,4 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24:5, инвентарный номер 1352, литеры Б, б, б1, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *,  находящегося на земельном участке общей площадью 1624 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24, в качестве единственного пригодного для постоянного проживания помещения.

Финансовый управляющий имуществом должников ФИО4 также обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением об определении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения для ФИО2, ФИО1

Заявления должников и финансового управляющего объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.11.2020 установлен исполнительский иммунитет по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 и ФИО1 

– на жилой дом общей площадью 177,2 кв. м, жилой площадью 101,4 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24:5, инвентарный номер 1352, литеры Б, б, б1, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *;

– на земельный участок, на котором расположен жилой дом общей площадью 1 624 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24 для ведения личного подсобного хозяйства по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *.

Исключены из конкурсной массы ФИО2 и ФИО1 жилой дом общей площадью 177,2 кв. м, жилой площадью 101,4 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24:5, инвентарный номер 1352, литеры Б, б, б1, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *; а также земельный участок, на котором расположен жилой дом общей площадью 1 624 кв. м, с кадастровым номером 02:47:060301:24 для ведения личного подсобного хозяйства по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 11.03.2021 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.11.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.06.2021 определение от 12.11.2020 и постановление от 11.03.2021 отменены; дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

При новом рассмотрении спора к участию в нем в качестве третьих лиц в порядке статьи 51 АПК РФ привлечены ФИО5 и ФИО6.

Производство по обособленному спору приостанавливалось до принятия судебных актов по результатам рассмотрения обособленных споров по заявлению финансового управляющего ФИО4 об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.07.2022 арбитражный управляющий ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должников.

Определением суда от 08.08.2022 финансовым управляющим имуществом должников Носковых утвержден арбитражный управляющий ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2023 производство по названному обособленному спору возобновлено.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.06.2023 исполнительский иммунитет в деле о несостоятельности (банкротстве) граждан ФИО2 и ФИО1 установлен на долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, кв.*; в удовлетворении ходатайства должников об исключении из конкурсной массы жилого дома общей площадью 177,2 кв. м с кадастровым номером 02:47:060301:24:5 и земельного участка общей площадью 1624 кв. м с кадастровым номером 02:47:060301:24, расположенных по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> д. *, отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 и ФИО1  просят указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований заявителей.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что судами не приняты во внимание вступившие в законную силу судебные акты по настоящему делу (постановление суда апелляционной инстанции от 28.12.2018, определение суда первой инстанции от 25.02.2022), которыми установлено, что квартира выбыла из конкурсной массы и в настоящее время принадлежит иным лицам; отмечает, что квартира изначально приобреталась мамой должницы, а супруг ФИО1 получил 1/100 долю как гарантию проживания в квартире; финансовому управляющему было отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным завещания ФИО8; вопрос о смене статуса залогового кредитора ФИО9 и добросовестность изменения такого статуса рассмотрен судами по жалобе финансового управляющего ФИО4

Помимо изложенного, заявители кассационных жалоб указывают, что, устанавливая исполнительский иммунитет в отношении доли в квартире расположенной по адресу: 

<

...>, кв. *, суды не указали размер доли, не учли, что 1/100 принадлежащей должнику доли, составляет лишь 1,18 кв. м, что является недостаточным для проживания; отмечает, что указанная доля является предметом залога.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования кредиторов на 22 445 846 руб. 82 коп., в том числе требования банков (публичного акционерного общества «Сбербанк России», общества с ограниченной ответственностью «КБ Стройкредит», публичного акционерного общества «Банк ВТБ, акционерного общества «Северный морской путь Банк»), уполномоченного органа, ФИО10, ФИО9 (правопреемника акционерного общества «Россельхозбанк»); в реестр требований кредиторов ФИО1 – 20 732 261, 45 руб., в том числе совпадающие с ранее указанным реестром требования публичного акционерного общества «Банк ВТБ», общества с ограниченной ответственностью «КБ Стройкредит», ФИО9 (правопреемника Россельхозбанка).

Судами установлено, что супруги Н-вы были обеспечены следующими жилыми помещениями:

– жилой дом по адресу: 

<

...> д. * общей площадью 177,2 кв. м. и земельный участок площадью 1 624 кв.м. (далее по тексту – спорный дом с земельным участком по адресу: ул. Школьная); 

–  квартира по адресу: 

<

...> д 30, кв. *, общей площадью 37, 5 кв. м, в которой ФИО2 принадлежит 1/3 доли в праве собственности (далее по тексту – квартира по адресу: б-р Х.Давлетшиной);

– квартира по адресу: 

<

...>, кв. * общей площадью 118 кв. м, в которой ФИО1 принадлежит 1/100 доли в праве собственности (далее по тексту – квартира по адресу ул. Гафури); 

– квартира двухкомнатная по адресу  

<

...>, кв. * общей площадью 68,3 кв.м., в которой ранее ФИО2 принадлежело 3/4 доли в праве собственности (далее по тексту – квартира по адресу пр. Октября).

Как установлено ранее принятыми и вступившими в законную силу судебными актами по обособленным спорам об оспаривании сделок должника, в период с ноября 2014 года после образования значительной задолженности перед банками должники совершили несколько взаимосвязанных сделок по формальному выводу близким родственникам активов в целях недопущения обращения на них взыскания, в том числе: 

– по отчуждению доли 1/3 в 1-комнатной квартире по адресу б-р Х. Давлетшиной (договор от 01.11.2016), 

– по отчуждению 3/4 доли в 2-комнатной квартире по адресу пр. Октября (договор от 10.12.2014), 

– по отчуждению 3-комнатной квартиры по адресу ул. Гафури (договор от 25.12.2014), 

– по отчуждению автомобиля Тойота RAV4 (договор от 14.02.2015).

В рамках дела о банкротстве сделки были признаны недействительными судом первой инстанции. 

В результате действий финансового управляющего по возврату в конкурсную массу имущества, незаконно отчужденного должниками, в отношении четырех принадлежащих должникам жилых помещений сложилась следующая ситуация:

1) спорный дом с земельным участком по адресу ул. Школьная: 

Ранее находился в залоге общества «Россельхозбанк», чье требование в сумме 2 976 557 руб. 88 коп. включено в реестр кредиторов как обеспеченное залогом имущества должника: спорным домом и земельным участком (залоговая стоимость составляла более 13 млн.). 

Определением от 22.06.2018 конкурсный кредитор общество «Россельхозбанк» заменен на правопреемника ФИО9.

Согласно протоколу о проведении торгов посредством публичного предложения от 05.02.2020 торги посредством публичного предложения, проводимые с 18.12.2019 по 05.02.2020 признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок (начальная цена продажи лота (дома и земельного участка 11 185 200 руб.).

Определением от 20.03.2020 удовлетворено заявление ФИО9, поддержанное должником, о внесении изменений в реестр требований кредиторов в связи с отказом ФИО9 от статуса залогового кредитора в отношении спорного дома и земельного участка;

2) квартира по адресу б-р Х.Давлетшиной:

После признания определением от 27.08.2018 недействительной  сделки по дарению 1/3 доли в праве собственности дочери должников, –  имущество возвращено в конкурсную массу и реализуется на торгах;

3) квартира по адресу ул. Гафури общей площадью 118 кв.м.

Совершая действия по формальному выводу близким родственникам активов в целях недопущения обращения на них взыскания, должником ФИО5 в пользу своей матери ФИО8 был оформлен договор дарения от 25.12.2014. 

При рассмотрении обособленного спора об оспаривании указанной сделки ФИО1 пояснял, что им как супругом дано согласие на дарение квартиры по ул. Гафури на имя матери жены с условием оформления на него 1 кв. м. в данной квартире, с целью гарантии проживания в ней (постановление суда апелляционной инстанции от 28.12.18); в результате действий по совершению спорной сделки – матери ФИО2 (ФИО8) стало принадлежать 99/100 доли в праве собственности на квартиру, должнику  ФИО11 перешла 1/100 доли. 

Кроме того, согласно представленным в материалы дела документам между должником ФИО1 и ФИО8 (тещей) был оформлен договор залога от 30.03.2017 (с указанием на предоставление обеспечения займа на сумму 200 тысяч рублей), регистрация произведена 30.11.2017.

Определением суда первой инстанции от 27.08.2018 договор дарения квартиры по ул. Гафури между должником ФИО2 и ее матерью признан недействительным, применены последствия недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 28.12.2018 определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

При этом, рассматривая обособленный спор о признании сделки должника недействительной, суд апелляционной инстанции установил, что целью спорной сделки является вывод имущества должника с целью недопущения обращения на него взыскания, однако в связи с применением исполнительского иммунитета такая сделка не подлежала признанию недействительной.

Как следует из постановления суда апелляционной инстанции от 28.12.2018, в декабре 2018 года при рассмотрении вышеуказанного обособленного спора апелляционный суд обязал участников процесса представить свои позиции относительно того, какое именно жилое помещение (возвращенное или подлежащее возвращению в конкурсную массу) должно обеспечиваться исполнительским иммунитетом в целях проживания в нем должников и их семьи.

После вынесения данного вопроса на обсуждение сторон и заслушивания их позиций (в том числе позиции должников, утверждавших, что согласие на дарение квартиры дано под гарантию проживания в ней), апелляционный суд в декабре 2018 года при рассмотрении вопроса о предоставлении исполнительского иммунитета конкретному жилью пришел к выводу, что исполнительский иммунитет должен защищать квартиру площадью 118 кв.м. по ул. Гафури. 

В мотивировочной части постановления от 28.12.2018 судом апелляционной инстанции приведено обоснование отсутствия основания для распространения исполнительского иммунитета на иные жилые помещения (спорный дом и земельный участок в связи с обращением на него взыскания; квартиры по ул. Октября – в связи с тем, что должник и члены его семьи в этой квартире не проживают; квартиры по б-р Х.Давлетшиной – в связи с недостаточностью площади 37,5 кв.м. для проживания должника и членов его семьи).

В последующем, как следует из пояснений участников спора (должников и членов их семьи, данных в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора с приложением, в том числе, копии заявления нотариусу о принятии наследства) и установлено судами при рассмотрении настоящего обособленного спора, 14.09.2020 ФИО8 (мать должника ФИО2) скончалась, согласно позиции должников и их семьи – наследником на основании завещания, удостоверенного нотариусом 04.12.2019, является ФИО5 (дочь должников). 

4) квартира по адресу пр. Октября.

После того, как финансовый управляющий оспорил договор дарения от должника (ФИО2) своей дочери 3/4 доли в праве собственности на данную квартиру и имущество было возвращено в конкурсную массу, предыдущий собственник имущества ФИО6 (двоюродный брат ФИО2) обратился с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, на основании которого должником ФИО2 было приобретено 3/4 доли в праве собственности на данную квартиру. 

В обосновании требований ФИО6 ссылался на то, что должник (покупатель) фактически оплату спорного имущества не произвела; должники заявленное требование активно поддерживали, подтверждали факт отсутствия оплаты по договору купли-продажи. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.02.2020, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020, восстановлено право ФИО6 на 3/4 доли в праве собственности на квартиру по пр. Октября.

В результате совершения участниками дела вышеописанных действий и принятия вышеуказанных судебных актов в собственности должников сохранилось три жилых помещения:

– спорный дом и земельный участок по ул. Школьная (в ходе мероприятий банкротства шла реализация имущества);

– квартира по адресу б-р Х.Давлетшиной (в ходе мероприятий банкротства шла реализация имущества);

– квартира по адресу ул. Гафури (предоставлен исполнительский иммунитет постановлением апелляционного суда от 28.12.2018, в конкурсную массу в связи с указанным не включалась).

В рамках настоящего обособленного спора предметом рассмотрения являлись заявления должников и финансового управляющего, между которыми вновь возникли разногласия относительного того, какому именно жилому помещению должников следует предоставить исполнительский иммунитет.

ФИО2 и ФИО1, а также их дочь ФИО5 просили закрепить исполнительский иммунитет на спорный жилой дом и земельный участок по ул. Школьная, заняв в рамках настоящего обособленного спора позицию о том, что фактически они проживают в спорном доме.

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения разногласий пришел к выводу о возможности наделения исполнительским иммунитетом квартиры площадью 118 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>, кв.*, которая отвечает всем необходимым критериям и позволяет совместно проживать супругам ФИО12 и их дочери.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

В силу пункта 1 статьи 131, пункта 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества, и выявленное (приобретенное) после этого, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 статьи 213.25 Закона, согласно которому, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в силу гражданского процессуального законодательства, в частности, жилое помещение и земельный участок, на котором оно расположено, если для должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания (часть 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Согласно пункту 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе, индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности). Соблюдение этого баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается, в том числе, за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, и недопустимо установление только формальных условий применения нормы права, а иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяет суд, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Если должник в преддверии банкротства или в ходе рассмотрения дела о несостоятельности в ущерб интересам взыскателя совершает односторонние действия, направленные на изменение регистрации по месту жительства, с исключительной целью создания объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, такие действия могут быть квалифицированы как злоупотреблением правом. В этом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления – отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом вышеизложенной хронологии событий, принимая во внимание, что вопрос определения жилого помещения, обладающего в пользу должников исполнительским иммунитетом, уже разрешен вступившим в законную силу судебным актом (постановление суда апелляционной инстанции от 28.12.2018), в том числе с учетом волеизъявления самих должников, какого-либо существенного изменения обстоятельств, имеющих значение для разрешения соответствующего вопроса, не произошло; отметив, что в удовлетворении требований управляющего об оспаривании сделки должника по отчуждению в пользу ФИО8 квартиры, расположенной по ул. Гафури общей площадью 118 кв. м, отказано только лишь на том основании, что указанная квартира выбрана должниками в качестве единственного пригодного для постоянного проживания жилья, при этом было констатировано, что целью сделки по передаче ФИО8 права собственности на спорную квартиру являлся вывод имущества должника с целью недопущения обращения на него взыскания; исходя из того, что вследствие действий самих должников и членов их семьи квартира по ул. Гафури уже исключена из конкурсной массы, а в настоящее время должники претендуют на предоставление иммунитета иному жилому помещению, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о невозможности иным образом повторно рассмотреть вопрос об установлении исполнительского иммунитета в отношении объектов недвижимости, принадлежащих должникам. 

Таким образом, разрешая разногласия между участвующими в деле лицами, суды первой и апелляционной инстанций указали на то, что исполнительским иммунитетом для должников обладает квартира площадью 118 кв. м, находящаяся по ул. Гафури (доля в праве собственности 1/100).

При этом судами отмечено, что обстоятельства изменения в настоящее время обладателя титула права собственности на спорную квартиру, ввиду состоявшегося  универсального правопреемства на основании завещания ФИО8, составленного в пользу родной внучки ФИО5 (дочери должников), минуя ФИО2, не изменяет существа ранее достигнутых между участниками настоящего дела о банкротстве договоренностей об определении в качестве единственного пригодного для проживая квартиры, расположенной по ул. Гафури, поскольку сложившаяся ситуация является прямым следствием согласованных действий членов семьи должников, направленных на воспрепятствование обращения взыскания на принадлежащие должникам объектов недвижимости. 

Поскольку ФИО5 на момент ее вступления в наследство после смерти ФИО8 не могла не осознавать наличие притязаний должников на проживание в квартире, учитывая, что постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2018 по настоящему делу уже состоялось и Н-вы изначально были зарегистрированы по месту жительства по адресу данной квартиры, суды заключили об отсутствии нарушений прав ФИО5 как титульного собственника квартиры, распложенной по ул. Гафури.

Судами также дана оценка обстоятельствам нахождения спорной квартиры в залоге у ФИО8, с указанием на то, что фактически залог 1/100 доли в квартире, принадлежащей ФИО1, зарегистрирован в пользу ФИО8 30.11.2017, то есть уже после возбуждения производства по делу о банкротстве № А07-19254/17 в июне 2017 года, что признано судами дополнительным  свидетельством того, что целью действий супругов-должников по наделению объекта залоговым статусом после совершения сделки по дарению указанной квартиры матери являлось дополнительных препятствий для обращения взыскания на данное имущество.

 С учетом того, что квартира по ул. Гафури площадью 118 кв. м, позволяет должным образом обеспечить приемлемые условия для совместного проживания должников; исключение же из конкурсной массы (дополнительно к уже не включенной в конкурсную массу в силу сложившихся по воле самих должников событий указанной квартиры) жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу ул. Школьная, д. *, приведет к несоблюдению принципа баланса интересов должников и их кредиторов, нарушение прав последних на соразмерное удовлетворение своих требований, суды первой и апелляционной инстанций заключили об отсутствии оснований для удовлетворения требований должников об исключении из конкурсной массы в качестве единственного жилья объектов, расположенных по ул. Школьная, д. *.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы права.

Доводы кассационной жалобы заявителей о том, что суд в резолютивной части обжалуемого определения суд не указал размер доли в праве собственности на указанное жилое помещение, которая подлежит исключению из конкурсной массы, являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонены им, исходя из того, что формальным собственником 99/100 доли в квартире является ФИО5, соответственно, суд, рассматривающий в деле о банкротстве должников вопросы формируемой конкурсной массы не может разрешить судьбу имущества, принадлежащего каким-либо сторонним лицам (статья 213.25 Закона о банкротстве). В то же время, с учетом того, что супруги-должники длительное время проживают в указанной квартире, настаивали ранее на распространении в отношении нее исполнительского иммунитета, а действия по фактическому отчуждению в пользу ФИО8 признаны совершенными с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, направленными на вывод имущества должников и уменьшения конкурсной массы должника без получения равноценного встречного исполнения, суды пришли к верному выводу, что члены семьи Носковых, совершая неразумные действия по сокрытию принадлежащего им имущества, процессуально меняя позицию в отношении объектов, на которые должен распространяться исполнительский иммунитет, намеренно создавая ситуацию невозможности передачи в конкурсную массу объекта, расположенного по адресу ул. Гафури, и претендуя на исключение еще одного объекта – дома и земельного участка, расположенных по ул. Школьная, д. *, в ущерб имущественным правам и интересам кредиторов. 

При этом суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали на то, что в случае исключения спорных земельного участка и жилого дома квартиры из конкурсной массы должника, наряду с тем, что в конкурсную массу не была включена и квартира по ул. Гафури, будут соблюдены исключительно имущественные интересы семьи должников в ущерб интересам его кредиторов, что не может быть признано законным и справедливым.

С учетом того, что судами обеих инстанций сделан вывод о том, что действия должника по исключению спорного имущества (жилого дома и земельного участка) из конкурсной массы при условии ранее выраженного волеизъявления на распространение исполнительского иммунитета на иной объект с целью его защиты от признания недействительной сделки должников, не соответствуют критерию добросовестности, на спорное помещение не может распространяться исполнительский иммунитет, установленный статьей 446 ГПК РФ, суды первой и апелляционной инстанции правомерно отказали в удовлетворении заявления должников об исключении имущества (дома и земельного участка, расположенных по ул. Школьная, д. *) из конкурсной массы.

Изложенные в кассационной жалобе должников доводы о том, что спорный объект является для них в настоящее время единственным пригодным для проживания жильем (с учетом сохранения последствий сделки по отчуждению  спорного в пользу матери должника и сохранением прав собственника за ФИО5), судом округа отклоняются, поскольку данные доводы являлись предметом детального изучения судами первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку.

Отклоняя названные доводы, суды констатировали, что совокупность собранных по настоящему делу доказательств свидетельствует о том, что должники не имели потребность и реальные намерения проживать в спорном объекте недвижимости по ул. Школьной, д. *, длительное время настаивая на сохранении за квартирой по ул. Гафури статуса единственно жилья и продолжая проживать в указанной квартире. В данном конкретном случае на объекты недвижимости по ул. Школьной, д. * не может распространяться исполнительский иммунитет, поскольку должники не доказали существенное изменение обстоятельств, являющихся основанием для распространения исполнительского иммунитета сразу на два жилых объекта недвижимости.

При этом, вопреки доводам кассационной жалобы, судами (в том числе в постановлении от 28.12.2018) не было установлено, что квартира по ул. Гафури была приобретена на денежные средства ФИО8; при этом должники, создав ситуацию, когда сначала один жилой объект получает защиту в виде исполнительского иммунитета и лишь по этому основанию не включается в конкурсную массу по результатам оспаривания сделки с ним, а титул сохраняется за ФИО8, при том, что факт проживания в нем семьи должника установлен, а затем, по мотиву составления таким титульным собственником завещания в пользу дочери должника, минуя самого должника, Н-вы просят защитить исполнительским иммунитетом и иное жилое помещение, в настоящее время не выражают намерений возвращать квартиру по ул. Гафури в конкурсную массу, защищаясь титулом собственника у дочери.

Именно указанные обстоятельства и послужили для судов достаточным основанием для вывода о том, что по результатам рассмотрения разногласий исполнительский иммунитет должен быть признан за квартирой по ул. Гафури.

Таким образом, доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и являлись предметом оценки судов, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АРК РФ).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.06.2023 по делу № А07-19254/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Д.Н. Морозов 

 

                                                                                              О.Г. Кочетова