120/2022-200696(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определение арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу 11АП-12146/2022 

27 сентября 2022 г. Дело № А65-5462/2021 

Резолютивная часть постановления оглашена 20 сентября 2022 года  Постановление в полном объеме изготовлено 27 сентября 2022 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Серовой Е.А.,  

судей Бессмертной О.А., Мальцева Н.А. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о  месте и времени судебного разбирательства  

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2,  

апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2022 года,  принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании  недействительной сделкой договор купли-продажи земельного участка с жилым  строением без права регистрации проживания от 29.11.2019г., заключенный между  ФИО4 и ФИО2  

в рамках дела № А65-5462/2021 

о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4,  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 15 марта 2021 года поступило  заявление ФИО5 о признании несостоятельным  (банкротом) ФИО4 (далее - должник).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 июля 2021 года  заявление принято к производству, назначено судебное заседание.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 октября 2021 года  (дата оглашения резолютивной части определения 14.10.2021) в отношении  индивидуального предпринимателя ФИО4, введена процедура  банкротства реструктуризация долгов.  

Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3, ИНН 

<

***>, регистрационный номер 20085, почтовый адрес:  420021, 

<

...>, а/я 88, член Ассоциации «Саморегулируемая  организация Арбитражных управляющих «Меркурий» (127018, г.Москва, ул.2-я Ямская,  

д.2, оф.201), с вознаграждением в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей  единовременно за проведение процедуры.  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 194 (7156) от  23.10.2021, ЕФРСБ сообщение № 7515498 от 16.10.2021.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 января 2022 года (дата  резолютивной части решения 18.01.2022) индивидуальный предприниматель ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедур реализации  имущества гражданина на срок 6 месяцев до 18.07.2022 года (включительно).  

Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3,  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 16 (7217) от  29.01.2022, ЕФРСБ сообщение № 8049957 от 19.01.2022.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового  управляющего ФИО3 о признании недействительными  сделками: договора купли продажи земельного участка с жилым строением без права  регистрации проживания от 29.11.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО2; договора купли продажи  земельного участка от 23.01.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО2, и применении последствий  недействительности сделок (вх. 70127).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.01.2022 в порядке  ст. 130 Арбитражного процессуального кодекса РФ суд определил выделить из заявления  финансового управляющего ФИО3 о признании  недействительным договора купли-продажи земельного участка и применении  последствий недействительности сделки (вх. 70127) в отдельное производство по делу №  А65-5462/2021 заявление финансового управляющего ФИО3  о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от  23.01.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки (вх.  645).  

Принято к производству суда заявление финансового управляющего  ФИО3 о признании недействительным договора купли  продажи земельного участка с жилым строением без права регистрации проживания от  29.11.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделок (вх.  70127).  

На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено  Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по Республике Татарстан.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2022 года  заявление удовлетворено.  

Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым  строением без права регистрации проживания от 29.11.2019г., заключенный между  ФИО4 и ФИО2.  

Применены последствия недействительности сделки. 

Распределены судебные расходы за подачу заявления. С должника и ответчика в  доход федерального бюджета взыскано по 3 000 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2022 года, отказать в  удовлетворении заявленного требования.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 августа  2022 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по  рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 20 сентября 2022 года.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

От финансового управляющего ФИО3 поступил отзыв, в котором  возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном  акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для  отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2022 года,  принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании  недействительной сделкой договор купли-продажи земельного участка с жилым  строением без права регистрации проживания от 29.11.2019г., заключенный между  ФИО4 и ФИО2 в рамках дела   № А65-5462/2021, в связи со следующим.  

Из материалов дела следует, 29.11.2019 между ФИО6 Умидом Мушфиг 

Оглы (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор  купли - продажи земельного участка с жилым строением без права регистрации  проживания, в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купил  следующее имущество:  

- земельный участок, категория земель сельскохозяйственного назначения,  разрешенное использование - садоводство, площадь 618 кв.м., кадастровый номер  16:16:082301:300, адрес: РТ, Высокогорский район, СДТ «Фреон», уч. 263;  

- двухэтажное жилое строение, площадью 40 кв.м., находящееся в садовом  обществе «Фреон» Высокогорского р-на Республики Татарстан, условный номер 16-1618/027/2008/446, литера А, инвентарный номер 4448/263, адрес: РТ, Высокогорский район,  СДТ «Фреон», уч. 263 (т. 1, л.д. 46-47).  

Цена приобретенного имущества составила 300 000 руб. Указанная сумма получена  продавцом до подписания настоящего договора (п. 6 договора).  

Согласно выпискам из ЕГРН, с 03.12.2019 по настоящее время право собственности  на вышеуказанные земельный участок и жилое строение зарегистрировано за ФИО2 (т. 1, л.д. 123-126).  

Полагая, что указанная сделка подлежит признанию недействительной по  основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ, финансовый управляющий  обратился с настоящим заявлением в суд.  

На основании ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки  должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего  Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает  с даты введения реструктуризации долгов гражданина.  

Согласно п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  

Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи  213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ  "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона)  применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся  индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1  октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны  недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора  (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32  Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).  

Поскольку оспариваемая сделка заключена 29.11.2019, т.е. после 01.10.2015,  следовательно, может быть оспорена по специальным основаниям, установленным  Законом о банкротстве.  

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или  другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Заявление о признании должника банкротом принято определением суда от  07.07.2021 (т. 1, л.д. 119-120). Оспариваемая сделка заключена 29.11.2019, т.е. в течение  трех лет до принятия заявления о признании банкротом, и может быть оспорена по пункту  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как указано в п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63),  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Также исходя из п. 5 Постановления Пленума № 63 при определении вреда  имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать  второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или  

размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

При этом п. 6 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что согласно абзацам  второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым- пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над  стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение  исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца  первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона  сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника  либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано  другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Финансовым управляющим в обоснование наличия у должника на дату совершения  оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества  указано на наличие у должника просроченной задолженности.  

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением  Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 декабря 2019 года по делу № А6524306/2018 признан недействительным договор купли-продажи имущества от 03.06.2016,  заключенный между ФИО5 и ФИО4 (должник по настоящему делу). Применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4  (должник по настоящему делу) в пользу ФИО5 денежных  средств в размере 12 250 000 руб. (т. 1, л.д. 54-56).  

Следовательно, задолженность у ФИО4 (должник по  настоящему делу) перед ФИО5 в размере 12 250 000  руб. возникла 03.06.2016 в связи с неоплатой недвижимого имущества, приобретенного по  договору купли-продажи имущества от 03.06.2016.  

Кроме того, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  22 октября 2021 года по делу № А65-24306/2018 удовлетворено заявление финансового  управляющего должника ФИО8 к ФИО4 (должник по  настоящему делу) о признании сделок недействительными. Признаны недействительными  договоры купли-продажи транспортного средства от 14.09.2017 и от 18.10.2017,  заключенные между ФИО5 и ФИО4 (должник по настоящему делу). Применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4  (должник по настоящему делу) в пользу должника рыночной стоимости спорного  автомобиля в размере 1 674 000 руб.  

Вышеуказанные задолженности должником не погашены, что явилось основанием  для обращения с заявлением в Арбитражный суд Республики Татарстан о признании  несостоятельным (банкротом) ФИО4, и включения  требования ФИО5 в размере 13 924 000,00 рублей в состав  третьей очереди реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя  ФИО4 (т. 1, л.д. 144).  

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки (29.11.2019) у должника  имелись не исполненные обязательства перед кредиторами, которые послужили  основанием для включения указанных задолженностей в реестр требований кредиторов  должника.  

При этом финансовым управляющим не выявлено у должника какого - либо  имущества, за счет которого возможно было удовлетворить требования кредиторов.  

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина  понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по  денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных  платежей.  

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при  условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:  

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные  обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения  которых наступил;  

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или)  обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок  исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со  дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;  

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том  числе права требования;  

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем,  что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.  

Доводы об отсутствии информации о неудовлетворительном финансовом  состоянии должника отклоняются судебной коллегией.  

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305- ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих  презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой  сделки в качестве подозрительной.  

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может  быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).  

Согласно условиям договора, цена приобретенного имущества составила 300 000  руб. и получена продавцом до подписания настоящего договора (п. 6 договора).  

Однако, ответчиком каких - либо сведений об оплате либо о передаче должнику  указанной суммы денежных средств (акт, расписка, и т.д.), не представлено.  

Кроме того, материалы дела не содержат доказательств наличия у ответчика  финансовой возможности приобрести спорного имущество.  

Напротив, согласно ответу УФНС России по РТ у ответчика доход за 2018 - 2020  отсутствует. Доказательств обратного материалы дела не содержат.  

Доводы о наличии в материалах дела сведений о доходах отклоняются судебной  коллегией, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам.  

Ссылка на справку о доходах за 2022 года и расписку о получении денежных  средств судебная коллегия признает несостоятельной, поскольку при рассмотрении дела в  суде первой инстанции указанные доказательства не предоставлялись. Более того, справка  о доходах за 2022 год не может подтверждать наличие возможности приобрести  имущество в 2019 году.  

Доказательств накопления (получения заработной платы и иных доходов), с учетом  декларирования доходов и расходов; доказательств, свидетельствующих об оплате за  спорное имущество в полном объеме ответчиком не представлено.  

Соответственно само по себе указание в договоре на получение должником  денежных средств либо расписка о получении денежных средств не подтверждает  возмездность оспариваемой сделки, применительно к разъяснениям изложенным в абзаце  3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  дел о банкротстве."  

 Согласно п. 6 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт,  подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если  утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа,  представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и  невозможно установить содержание первоисточника с помощью других доказательств.  

В соответствии с пунктами 8 и 9 статьи 75 АПК РФ письменные доказательства  представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом  заверенной копии. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае,  если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному  правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по  требованию арбитражного суда.  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал, что сделка совершена  при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Данное обстоятельство также свидетельствует об осведомленности ответчика о  наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В силу пункта 19 «Обзора судебной практики Верховного суда Российской  Федерации № 3 (2017)» (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 12.07.2017), при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на  основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того,  причинила ли рассматриваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия  других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для  имущественного положения должника.  

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, кроме  оспариваемой сделки через непродолжительный период времени, а именно спустя менее 2  месяцев, между должником и ответчиком заключен еще один договор купли - продажи от  23.01.2020, по условиям которого ответчик приобрел у должника 4 земельных участка (т.  1, л.д. 48-49). Данная сделка также оспорена финансовым управляющим.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу  о совершении оспариваемой сделки с целью отчуждения ликвидного имущества  должника.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в Определении от 23.07.2018 N 305-ЭС18-3009 по делу N А40-235730/2016, в условиях  банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных  средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при  которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов,  конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника  на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через родственные связи, если  должник - физическое лицо).  

Данная позиция базируется на разъяснениях, данных в пункте 7 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)", содержащих опровержимую презумпцию  осведомленности заинтересованного по отношению к должнику лица (статья 19  Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)") о  совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам  кредиторов.  

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора о признании  сделок недействительными действует презумпция осведомленности ответчика о  неплатежеспособности должника и цели совершения сделки. Бремя опровержения  указанной презумпции лежит на ответчике.  

Доказательств, подтверждающих добросовестность намерений должника и  ответчика при совершении сделки и отсутствие цели причинения вреда кредиторам  материалы дела не содержат.  

Доводы о приобретении имущества по рыночной стоимости отклоняются судебной  коллегией, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела  доказательствами.  

Доводы о том, что ответчик и должник не являются аффилированными лицами  отклоняются судебной коллегией, поскольку доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической, но и фактической, и о наличии такого рода  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте.  

Поведение должника и ответчика путем заключения между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка свидетельствует о их фактической аффилированности, что согласуется  с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от  15.06.2016 № 308-ЭС16-1475.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу  о наличии оснований для признания сделки недействительной по основаниям,  установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий просил признать  недействительной сделку по основаниям ст. 10 ГК РФ.  

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума № 63 наличие в Законе о  банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2  и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении  которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в  том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические  лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем  интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в  определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий  граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  а также злоупотребление правом в иных формах.  

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту  гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и  добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских  

правоотношений предполагаются. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной  с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства,  неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны  контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного  письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008   № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации»).  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от  30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами  (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных  интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может  быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о  банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов  кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по  отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как  недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В  равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к  нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в  частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника  третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

При этом правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником  имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие,  наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие  неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является  основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по  специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, которая свершена с целью  прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным  составом, ничтожна.  

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской  Федерации в пунктах 87 и 88 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации" - недействительной в связи с притворностью может быть признана лишь та  сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает  иную волю всех участников сделки.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей  10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался  Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной  коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам  

Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886(1), от  31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305- ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10) и др.).  

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности  сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из  недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают  приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации,  исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон»,  определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны  признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда  имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели  должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие  процессуальные возможности сторон обособленного спора.  

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов  должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением  критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины  ее проверки, составляющего в данном случае один год, предшествовавший дате принятия  заявления о признании должника банкротом, и тем же целям служит годичный срок  исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности  заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации,  пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума № 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по  признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации, в связи с чем, поскольку определенная совокупность признаков выделена в  самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по  статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае  выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности,  установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не  соответствует воле законодателя.  

Финансовый управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, указал на  совершение должником оспариваемых им сделок в отсутствие встречного исполнения, с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов, при наличии у должника  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию  статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального  средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо  нарушающим права кредиторов.  

В свою очередь заявление о признании спорной сделки недействительной  (ничтожной) на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации может быть удовлетворено только при доказанности материалами дела  наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки  

(постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15- 20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).  

Между тем, доказательств наличия иных обстоятельств, которые выходили бы за  пределы дефектов подозрительных сделок материалы дела не содержат.  

Иных оснований для признания сделки недействительной финансовым  управляющим не заявлено.  

Поскольку каких-либо иных аргументов и доказательств в обоснование своей  позиции финансовым управляющим не указано, суд первой инстанции пришел к  правомерному выводу об отсутствии всей совокупности необходимых и достаточных  условий для признания оспариваемой сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не  влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том  числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость - если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Согласно п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или  иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а  также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с  настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности  возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить  действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки,  вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с  положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах,  возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Поскольку спорное имущество зарегистрировано за ответчиком, судом первой  инстанции правомерно применены последствия признания сделки недействительной в  виде возложения на ФИО2 обязанности по возврату в  конкурсную массу должника путем передачи по акту приема-передачи финансовому  управляющему ФИО3 следующего имущества:  

- земельный участок, площадью 618 кв.м., с кадастровым номером  16:16:082301:300, адрес: Республика Татарстан, г.Казань, сдт «Фреон», уч-к № 263;  

- жилое строение, площадью 40 кв.м., кадастровый номер 16:16:082301:422, адрес:  Республика Татарстан, Высокогорский муниципальный район, Высокогорское сельское  поселение, с/т «Фреон», участок № 263.  

По смыслу норм статьи 110 АПК РФ вопрос о распределении судебных расходов  по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам  рассмотрения дела.  

Согласно п. 19 Постановления Пленума № 63 судам необходимо учитывать, что по  смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по  правилам главы III.I Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в  размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок  (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).  

Суд в порядке распределения расходов по государственной пошлине пришел к  выводу о взыскании с должника и ответчика расходов по оплате государственной  пошлины в доход федерального бюджета в размере 3 000 рублей с каждого.  

Между тем, при определении порядка взыскания судебных расходов по уплате  государственной пошлины судом первой инстанции не учтено следующее.  

В силу пункта 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" при удовлетворении судом заявления арбитражного  управляющего об оспаривании сделки понесенные судебные расходы взыскиваются с  другой стороны оспариваемой сделки в пользу должника, а в случае отказа в  удовлетворении заявления - с должника в пользу другой стороны оспариваемой сделки.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации по делам, рассматриваемым в арбитражных судах,  государственная пошлина при подаче искового заявления по спорам, возникающим при  заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании  сделок недействительными уплачивается в размере 6 000 руб.  

Таким образом государственная пошлина в сумме в сумме 6 000 руб. в  соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации подлежит взысканию с ответчика по сделке ФИО2 в  доход федерального бюджета в связи с предоставлением отсрочки по ее уплате при подаче  заявления.  

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что определение суда первой  инстанции подлежит отмене в части распределения судебных расходов по уплате  государственной пошлины за подачу заявления.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 апреля 2022 года,  принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании  недействительной сделкой договор купли-продажи земельного участка с жилым  строением без права регистрации проживания от 29.11.2019г., заключенный между  ФИО4 и ФИО2 в рамках дела   № А65-5462/2021 отменить в части распределения судебных расходов по уплате  государственной пошлины за подачу заявления.  

Принять в указанной части новый судебный акт. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета  государственную пошлину за подачу заявления в размере 6 000 руб.  

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27  апреля 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Е.А. Серова 

Судьи О.А. Бессмертная 

 Н.А. Мальцев