ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-53608/2022

21 февраля 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Черемошкиной В.В.,

судей Полубехиной Н.С., Сухаревской Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Риваненковым А.И.,

при участии:  

от истца: представитель не явился, извещен,

от ответчика: представитель ФИО1, на основании доверенности от 10.01.2025,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер13АП-34351/2024) индивидуального предпринимателя Брейтенбихера Дениса Михайловича на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.09.2024 по делу № А56-53608/2022 (судья Дорохова Н.Н.), принятое

по иску:

истец: индивидуальный предприниматель ФИО2,

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг»,

о взыскании,  

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг» (далее – ответчик) о взыскании 433 500 руб. неосновательного обогащения авансовым платежом за предмет лизинга, 673 088 руб. 84 ко. неосновательного обогащения ежемесячными платежами, 50 269 руб. 50 коп. премии страховщику за страхование предмета лизинга от риска утраты, 12 348 руб. премии страховщику за страхование гражданско-правовой ответственности при использовании предмета лизинга, 15 260 руб. стоимости сервисного обслуживания предмета лизинга.

Решением от 15.09.2022 в иске отказано. 

Постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2023 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.04.2023 решение суда первой инстанции оставлено без изменений. 

Определением Верховного суда Российской Федерации от 14.12.2023 решение суда первой инстанции и постановления судов апелляционной и кассационной инстанции отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение. При новом рассмотрении дела суду надлежит установить дополнительные юридически значимые обстоятельства и истолковать условия договора, определяющие основания и период начисления неустойки с учетом принципа добросовестности.

Решением суда от 29.09.2024 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции неправомерно не учел расчет сальдо встречных обязательств, представленный истцом. Также считает, что суд первой инстанции поставил ответчика в заведомо преимущественное положение по отношению к истцу и необоснованно признал законным штраф, превышающий размер обязательства. Полагает, что оснований для изъятия предмета лизинга у ответчика не имелось.

Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он доводы жалобы оспаривает, просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Ссылается на то, что в определении от 14.12.2023 Верховный суд Российской Федерации не указывает, что неустойка является незаконной и не подлежит взысканию. Суд разъяснил, какие обстоятельства нужно проверить при пересмотре дела, которые не проверялись ранее, чтобы решить судьбу неустойки.

В судебном заседании представитель ответчика просил в удовлетворении жалобы отказать по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между истцом (лизингополучатель) и ответчиком (лизингодатель) был заключен договор лизинга от 27.01.2020 № 2770035641 (далее - договор).

Предметом указанного договора является обязательство по приобретению в собственность лизингодателем у третьего лица автомобиля BMW 520d, VIN: 

<

***>, передача лизингополучателю приобретенного автомобиля за плату во владение и пользование, с правом его выкупа в собственность лизингополучателю.

19.05.2020 автомобиль BMW 520d, VIN: 

<

***> был передан лизингодателем в пользование и владение лизингополучателю по акту приема-передачи предмета лизинга в лизинг.

Стоимость приобретения предмета лизинга, стороны договора лизинга определили в сумме 2 890 000 руб. (пункт 4 договора).

В соответствии с пунктом 5.5 Правил лизинга за владение и пользование предметом лизинга лизингополучатель уплачивает лизингодателю лизинговые платежи.

В силу пункта 5 договора за владение и пользование предметом лизинга лизингополучатель уплачивает лизингодателю лизинговые платежи, постоянная часть которых составляет 3 750 308 руб. 32 коп. Под постоянной частью лизинговых платежей понимаются лизинговые платежи, уплачиваемые в соответствии с графиком лизинговых платежей.

В течение пяти банковских дней со дня заключения договора, если иной срок не установлен графиком платежей, лизингополучатель уплачивает лизингодателю авансовый платеж в размере 433 500 руб. Выкупная стоимость предмета лизинга на момент окончания срока лизинга составляет 1 500 руб. (пункт 6 договора).

В пункте 7 договора стороны согласовали, что имущество передается в лизинг на срок 36 месяцев, исчисляемых с момента подписания акта приема-передачи предмета лизинга в лизинг, до последнего числа календарного месяца, в котором лизингополучатель обязан уплатить последний лизинговый платеж.

Истец оплатил в пользу ответчика платежными поручениями от 24.01.2020 № 66369 и от 26.03.2020 № 2585768 авансовый платеж в общей сумме 433 500 руб.

С 24.01.2020 и по 13.11.2020 включительно истец, помимо авансового платежа, производил ежемесячные лизинговые платежи, определенные графиком платежей, в размере 95 000 руб., что в общей сумме составило 673 088 руб. 84 коп.

Также истец оплачивал страховую премию в связи с пользованием предметом лизинга. В качестве страхования автомобиля и страхования гражданско-правовой ответственности при пользовании предметом лизинга истцом было уплачено 50 269 руб. 50 коп. и соответственно 12 348 руб.

09.11.2020 в адрес ответчика поступило заявление о досрочном расторжении договора в связи с отсутствием денежных средств, в котором истец просил расторгнуть договор лизинга 14.11.2020.

14.11.2020 транспортное средство было изъято и, впоследствии, реализовано.

Полагая, что ответчик неосновательно обогатился путем изъятия предмета лизинга, истец обратился к ответчику с претензией, оставление которой без удовлетворения послужило основанием для обращения в суд с иском.

Суд первой инстанции, при повторном рассмотрении дела признав заявленные требования необоснованными, в удовлетворении иска отказал.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со ст. 309 - 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 1 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге) под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Договор лизинга является договором выкупного лизинга, закрытие которого, в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление N 17), осуществляется путем расчета сальдо встречных обязательств.

Для подведения итогов лизинговой операции при досрочном расторжении договора необходимо руководствоваться разъяснениями, изложенными в Постановлении N 17, согласно пункту 2 которого имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

В соответствии с абз. 2 п. 3.1 Постановления, расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Пунктами 3.2 и 3.6 указанного Постановления установлено, что, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга, меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

Сальдо встречных обязательств, как разница между предоставлениями сторон договора, определяется в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. п. 3.2 - 3.6 Постановления N 17. Эта разница, в силу п. 4 ст. 453, ст. 1103 ГК РФ, составляет неосновательное обогащение.

При расчете сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя учитывается стоимость возвращенного предмета лизинга, определяемая исходя из суммы, которую лизингодатель получил от продажи имущества в разумный срок после его возврата или в срок установленный по соглашению сторон, либо на основании отчета оценщика, а также общая сумма уплаченных лизинговых платежей за минусом авансового.

Исходя из п. 3.2 и 3.3 Постановления N 17, при расчете сальдо встречных обязательств в пользу лизингодателя учитываются сумма предоставленного финансирования, определяемая как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя), вместе с расходами на его доставку, ремонт, передачу; плата за время до фактического возврата финансирования, определяемая по согласованной сторонами годовой процентной ставке, или высчитываемая по формуле п. 3.5 Постановления N 17; убытки и санкции, установленные законом и договором.

Исходя из п. 3.1 Постановления N 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате платежей не должно приводить к освобождению лизингополучателя, в том числе, от обязанности по возмещению причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ) и уплаты предусмотренной законом или договором неустойки. Данный правовой подход подтверждается практикой Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 16.10.2015 по делу N 305-ЭС15-12353).

Согласно п. 3.6 Постановления N 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Как следует из п. 4 Постановления N 17, указанная в п. 3.2 и 3.3 Постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

При указанных обстоятельствах представленный истцом в материалы дела расчет не может быть признан верным, поскольку выполнен без учета всех необходимых платежей и затрат, и обосновано не принят судом первой инстанции во внимание.

При этом, поскольку до момента досрочного расторжения договора лизинга у лизингополучателя имелась просрочка исполнения обязательств по договору лизинга, а уплата пени и ее размер предусмотрены договором лизинга, ответчик вправе требовать ее учета при расчете сальдо встречных обязательств.

В части штрафных санкций апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции в той части, что при заключении договора лизинга истец должен был предвидеть наступление установленных Правилами лизинга неблагоприятных последствий в случае нарушения спорных обязательств.

Ответчиком в материалы дела представлен расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, с учетом начисленных штрафных санкций за просрочку внесения лизинговых платежей, а также нарушение положений договора за непредставление заключенных с банком договором о безакцептном списании денежных средств со счета лизингополучателя.

Согласно пункту 13 договора не позднее установленной в договоре даты уплаты первого лизингового платежа, но не более чем 30 календарных дней с даты подписания договора, лизингополучатель обязан заключить с банком, с которым у лизингополучателя заключен договор банковского счета, соглашение к указанному договору банковского счета о списании денежных средств без распоряжения клиента со счета лизингополучателя в счет уплаты лизинговых платежей лизингодателю по договору лизинга, при просрочке уплаты лизингового платежа более 10 банковских дней. Лизингополучатель обязан обеспечить подписание указанного соглашения с банком, а также предоставить указанное соглашение на согласование лизингодателю в течение 10 рабочих дней с даты подписания договора лизинга и обеспечить действие соглашения до момента полного исполнения своих обязательств по договору лизинга.

Указанное условие является необходимым, так как финансирующий сделку банк требует договорного согласия клиента на безакцептное списание, несмотря на законную возможность такого списания у лизингодателя. Банк, согласно условиям договора лизинга, является залогодержателем имущества, о чем лизингополучатель знал на момент подписания договора (пункт 13 договора лизинга).

В случае неисполнения лизингополучателем обязательств по заключению соглашения о списании денежных средств без распоряжения клиента, такое списание осуществляется в порядке, установленном законом, при этом лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя штрафную неустойку в размере 0,1% от суммы договора лизинга за каждый день просрочки исполнения обязательства по заключению соглашения.

В случае несвоевременной или частичной уплаты установленных договором платежей лизингодатель вправе требовать от лизингополучателя уплаты штрафной неустойки в виде пени в размере 0,5% за каждый день просрочки от суммы задолженности (пункт 9.1 Правил лизинга).

Пунктом 9.3 Правил лизинга регламентировано, что в случае просрочки уплаты лизинговых платежей на срок более 15 банковских дней лизингодатель имеет право изъять предмет лизинга.

В обоснование иска предприниматель указал, что в результате изъятия лизингодателем предмета лизинга и с учетом уплаченных ежемесячных лизинговых платежей, авансового платежа, страховой премии и оплаты сервисного обслуживания на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение в общем размере 1 184 466 руб. 34 коп.

При этом до момента досрочного расторжения договора лизинга у лизингополучателя имелась просрочка исполнения денежного обязательств по договору лизинга.

Разрешая спор, суды трех инстанций руководствовались статьями 309, 310, 401, 421, 425, 614, 665, 1102 ГК РФ, пунктами 13, 17 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге), разъяснениями, приведенными в пунктах 2, 3, 3.1, 3.2, 3.3, 3.4, 3.5, 3.6, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - постановление Пленума № 17), в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7), в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - постановление Пленума № 16).

Суд при новом рассмотрении, определив сальдо встречных обязательств сторон, с учетом начисленных лизингодателем штрафных санкций за просрочку лизингополучателем исполнения обязательств по уплате лизинговых платежей при применении статьи 333 ГК РФ и за неисполнение обязанности по заключению с банком соглашения о безакцептном списании денежных средств, пришел к обоснованному выводу об отсутствии между сторонами незавершенной обязанности по отношению друг к другу, отказав в удовлетворении иска.

Так, на стр. 6 определения суда от 14.12.2023 указывается, что «В материалы дела со стороны общества «Контрол Лизинг» не представлены доказательства обратного, в том числе преддоговорная переписка, результаты переговоров относительно условий договора лизинга».

Лизингодатель ранее не предоставлял такие доказательства, так как истец штрафную неустойку не оспаривал и этот вопрос не являлся предметов рассмотрения и доказывания.

Вместе с данным отзывом лизингодатель предоставляет суду электронную «преддоговорную переписку» менеджеров ООО «КОНТРОЛ лизинг» с ФИО3 (ныне Брейтенбихером), а также хронологию рассмотрения заявки истца, зафиксировавшую внесение правок с его согласия.

Как видно из анкеты лизингополучателя, истец отказался от предоставления других видов обеспечения обязательства, например, поручительства и/или залога.

Из истории рассмотрения заявки видно, что с лизингополучателем согласовывались условия договора, в том числе вносились изменения с учетом его мнения.

В направленном истцу проекте договора лизинга, кроме прочего, в п. 13 и содержалось условие о штрафной неустойке. Не в общих правилах, а непосредственно в договоре лизинга, направленного ему на согласование в формате Word.

Подписав договор лизинга, истец принял их условия. Принцип свободы договора был соблюден.

На стр. 7 определения суда от 14.12.2023 указывается, что «Величина штрафа за незаключенное с банком соглашение (982 580.78 руб.) примененного в расчете сальдо взаимных обязательств лизингодателя, многократно превышает просроченное обязательство, принимая во внимание, что предмет лизинга стоимостью 2 890 000 руб. также остался в собственности лизингодателя и был реализован по цене 2 690 000 руб.

Истец при предыдущем рассматривании дела в суде первой инстанции не просил снизить неустойку и не выражал несогласие с ее расчетом.

Договорную неустойку суд может снизить только в исключительных случаях (п. 2 ст. 333 ГК РФ). Для этого должны быть крайне весомые причины. Например, если размер неустойки гораздо выше принятого в обычной практике (1% вместо 0,1% и т.п.).

В рассматриваемом случае, (пункт 13 договора) неустойка за неисполнение обязательства, связанного с предоставлением права на безакцептное списание, исчисляется по ставке 0,1% от суммы договора лизинга за каждый день просрочки, т.е. соответствует обычной практике.

Кроме того, снижение штрафной неустойки (о чем истец не просил при первом рассмотрении дела), например, до размера пени за просрочку внесения лизинговых платежей, ситуацию с итогом сальдо не меняет, она также складывается в пользу лизингодателя.

На стр. 7 определения от 14.12.2023 указывается «Следовательно, судам при исследовании имеющегося в материалах дела расчета штрафной неустойки за вышеуказанное обязательство следовало проверить, с какого периода лизингодатель ее начисляет, и оценить изначальную возможность использования права на нее лизингодателем».

Ответчик обратил внимание на то, что договор лизинга №2770035641 расторгнут по инициативе лизингополучателя. В материалах дела имеется заявление истца от 09.11.2020, в котором он просит расторгнуть договор лизинга по причине отсутствия дохода, датой расторжения просит считать 14.11.2020.

Суд первой инстанции при новом рассмотрении дела пришел к верному выводу о том, что взаимоотношения лизингодателя с лизингополучателем развивались не таким образом, чтобы иметь возможность воспользоваться правом на безакцептное списание.

Истец не предоставил лизингодателю соглашения, предусмотренного пунктом 13 договора лизинга.

В законодательстве о лизинге предусмотрены обязательные условия, наличие которых необходимо для того, чтобы лизингодатель смог воспользоваться своим правом, которых в данном случае не было.

Согласовав договор лизинга, истец знал о наличии п. 13 и его содержании и мог избежать начисления неустойки, заключив соглашение с любым банком.

Истцу не требовалось обеспечить реальную возможность лизингодателя воспользоваться правом, в виде постоянного наличия средств на счетах и т.д., а исполнить обязательство по заключению самого соглашения. 

При рассмотрении спора правовое значение имеет сам факт заключения лизингополучателем соглашения с банком. Наличие или отсутствие такого соглашения прямо влияет на применение или неприменение штрафной неустойки, установленной договором.

В институте гражданско-правовой ответственности достаточно большое количество различных штрафных санкций. Традиционно к ним относят санкции, для применения которых кредитору достаточно доказать факт нарушения его прав: штрафную неустойку, астрент, проценты за пользование денежными средствами, потребительский штраф и компенсацию за нарушение исключительного права.

Неустойкой является один из главных способов обеспечения исполнения обязательства, имеющий непосредственно стимулирующий характер: как вытекает из ст. 330 ГК РФ, при нарушении обязательства неисправная сторона обязана уплатить кредитору определенную законом или договором денежную сумму. Если правовым основанием установления неустойки является предписание закона или соответствующее условие договора, то фактическим основанием взыскания неустойки является противоправное поведение должника: неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, в частности просрочка исполнения. Целью установления неустойки выступает обеспечение исполнения обязательства путем угрозы взыскания с неисправного должника определенной денежной суммы в пользу потерпевшего-кредитора.

О неустойке как мере гражданско-правовой ответственности следует говорить тогда, когда допущено нарушение обязательства (обязательство не исполнено или исполнено ненадлежащим образом), т.е. имеется противоправное поведение, которое и будет выступать основанием взыскания неустойки. При этом возникающие отношения по взысканию неустойки следует рассматривать как элемент именно охранительной, а не регулятивной части механизма гражданско-правового регулирования.

Характерной чертой рассматриваемого аспекта неустойки является требование о ее соразмерности и соответственно возможность снижения ее размера на основании ст. 333 ГК РФ.

Истцом заявлено применение положений ст. 333 ГК РФ к сумме штрафной неустойки, которое учтено судом первой инстанции.

Договорную неустойку суд может снизить только в исключительных случаях (п. 2 ст. 333 ГК РФ). Для этого должны быть крайне весомые причины. Например, если размер неустойки гораздо выше принятого в обычной практике (1% вместо 0,1% и т.п.).

В рассматриваемом случае, (пункт 13 договора) неустойка за неисполнение обязательства, связанного с предоставлением права на безакцептное списание, исчисляется по ставке 0,1% от суммы договора лизинга за каждый день просрочки, т.е. соответствует обычной практике.

Согласно п. 1 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", в случае неперечисления лизингополучателем лизинговых платежей более двух раз подряд по истечении установленного договором лизинга срока платежа их списание со счета лизингополучателя осуществляется, за исключением случая, установленного пунктом 4 статьи 9.1 настоящего Федерального закона, в бесспорном порядке путем направления лизингодателем в банк или иную кредитную организацию, в которых открыт счет лизингополучателя, распоряжения на списание с его счета денежных средств в пределах сумм просроченных лизинговых платежей. Бесспорное списание денежных средств не лишает лизингополучателя права на обращение в суд.

Суд первой инстанции учел, что у лизингодателя не было возможности воспользоваться правом, предоставленным п. 1 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ, при этом и обеспечением, которое истец обязался предоставить в п. 13 Договора лизинга, лизингодатель не мог воспользоваться, т.к. истец не предоставил соглашение с каким-нибудь банком.

27.01.2020 заключен договор лизинга, 26.02.2020 истекает 30 календарных дней (п. 13 договора лизинга). Период начисления с 27.02.2020 по 14.11.2020.

Суд первой инстанции на странице 5 решения от 29.09.2024 отмечает, что на стр. 8 определения ВС РФ от 14.12.2023 суд указывает «Не заявляя в течение более чем двух лет о наличии у лизингополучателя обязанности по заключению соглашения с банком и уплате неустойки, начисленной на основании пункта 13 договора, лизингодатель способствовал увеличению (накоплению) суммы неустойки. Неустойка в указанном размере впервые отражена лизингодателем в расчете сальдо лишь после предъявления предпринимателем иска в суд».

При этом судом первой инстанции учтено, что договор лизинга N 2770035641 действовал меньше года и был расторгнут по инициативе самого лизингополучателя, то есть два года не прошло, как указано в определении ВС РФ от 14.12.2023. 

Штрафная неустойка начислена только по дату расторжения договора 14.11.2020, указанную самим истцом в письме от 09.11.2020, то есть лизингодатель не увеличивал сумму неустойки.

В период действия договора лизингодатель выставлял счета, в том числе в части пени, страхования, которые лизингополучателем оплачивались.

Предоставленная в материалы дела переписка подтверждает выставление счетов.

Итого: предоставления лизингополучателя: 533 855, 22 (платежи за минусом аванса) + 2 690 000,00 (реализация с НДС) = 3 223 855, 52 руб.

Предоставление лизингодателя: 2 470 800. 00 (предоставление финансирования) + 332 544, 93 (плата за финансирование) + 42 352, 39 (неустойка по 0,1% с учетом снижения) + 363 858, 20 (неустойка с учетом снижения ниже 0.1%)+14 300 (доп.расходы) = 3 223 855, 52.

Итого: 3 223 855, 52 руб. - 3 223 855, 52 руб.=0.

Судом первой инстанции установлено наличие обстоятельств, при которых истец, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру договорных правоотношений сторон, принял все зависящие от него меры для своевременного (надлежащего) исполнения обязательства.

В соответствии с абз. 1 п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора" при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Договор лизинга в виде проекта был направлен в адрес истца и последним подписан без замечаний, условие о штрафе в п. 13 договора сформулировано четко и ясно, штрафная санкция за несоблюдение условия о предоставлении соглашения с банком также было определено в договоре, не являлось скрытым, в процессе согласования и подписания не оспаривалось истцом, протокол разногласий в части указанного условия в адрес ответчика не направлялся. Доказательств обратного истцом не представлено.

Присоединение к условиям договора также не являлось и не могло являться для истца вынужденным. Условие о штрафной неустойке за непредставление соглашения с банком оговорено непосредственно в договоре лизинга и являлось индивидуальным, поскольку в Общих правилах лизинга аналогичные условия отсутствуют. Обратное истцом также не доказано.

Кроме того, не представлено истцом и доказательств введения истца в заблуждение путем включения в договор условия о штрафных санкциях, а также отсутствия у истца возможности отказаться от заключения договора в случае несогласия с его условиями.

Судом первой инстанции обосновано принято во внимание наличие достаточного времени и возможности у лизингополучателя для заключения соглашения с любым банком по своему выбору, что позволило бы избежать применения штрафной неустойки. Истцом не представлено доказательств того, что он пытался заключить соглашение с банками в оговоренные сроки и получил отказ.

Доказательств отсутствия своей вины в нарушении принятого по договору обязательства не представил (п. 2, п. 3 ст. 401 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о правомерности начисления и учета ответчиком штрафных санкций.

Отклоняется апелляционным судом довод апелляционной жалобы о наличии обстоятельств непреодолимой силы, повлиявших на исполнение истцом принятых на себя по договору обязательств.

В соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, ст. 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

ВС РФ в Постановлении Пленума от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в п. 8 названного Постановления разъяснено, что в силу п. 3 ст. 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в ответе на вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020), для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация.

В силу изложенного, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Таким образом, распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в данном случае не является обстоятельством непреодолимой силы. При этом сложная финансовая ситуация, отсутствие денежных средств, на которые ссылается истец, без учета иных фактических обстоятельств не является безусловным основанием для освобождения или отсрочки исполнения обязательства.

Вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ истцом не доказана невозможность своевременной уплаты лизинговых платежей и заключения соглашения о безакцептном списании по не зависящим от него причинам.

Объективных доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств непреодолимой силы, а также принятии истцом, как профессиональным участником гражданского оборота, всех зависящих от него разумных мер к исполнению обязательства в срок, в материалах дела не имеется.

Согласно п. 60 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

В п. 65 указанного Постановления Пленума ВС РФ разъясняется, что по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). 

В силу п. 67 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7 если договором установлена неустойка за неисполнение обязанностей, связанных с последствиями прекращения основного обязательства, то условие о неустойке сохраняет силу и после прекращения основного обязательства, возникшего на основании этого договора (пункт 3 статьи 329 ГК РФ). 

Согласно п. 16 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ от 27.10.2021 – далее Обзор ВС РФ от 27.10.2021, само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не является основанием для прекращения начисления неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей.

Неустойка может быть установлена за нарушение любого договорного обязательства, а не только обязательства по осуществлению основного имущественного предоставления. В частности, неустойка может быть согласована за непредоставление банковской гарантии (Постановление Президиума ВАС РФ от 13 октября 2011 г. N 5531/11), за уклонение от заключения основного договора на основании предварительного (Постановление Президиума ВАС РФ от 12 февраля 2013 г. N 13585/12), за нарушение правил безопасности дорожного движения при выполнении работ (Постановление Президиума ВАС РФ от 9 июля 2013 г. N 1488/13) и т.п.

По правовой природе соглашение о безакцептном списании является способом обеспечения исполнения обязательств, включение которого в существенные условия Договора лизинга было согласовано Истцом, последствия неисполнения обязательства ему также были известны. 

Взамен соглашения к банковскому счету истец мог предоставить иное обеспечение, например, поручительство или залог, однако сам согласился с таким способом, подписал договор и нарушил обязательство.

В силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В силу п. 1 и 2 ст. 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора, в связи с чем могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Установленная по соглашению сторон неустойка является договорной, условия по ее применению определены исключительно по их усмотрению. Истец является индивидуальным предпринимателем и осуществляет свою предпринимательскую деятельность на свой риск.

При заключении договора истец должен был предвидеть наступление установленных пунктом 13 Договоров лизинга неблагоприятных последствий в случае нарушения условий договора.

Суд первой инстанции с учетом обстоятельств дела правильно истолковал положения статьи 333 ГК РФ, которая позволяет уменьшить неустойку, и не предусматривает возможности полного освобождения от установленной сторонами ответственности.

Таким образом, полное освобождение от ответственности стороны, умышленно нарушившей взятое на себя обязательство, не соответствует положениям гражданского законодательства и нарушает баланс интересов сторон. Снижение размера неустойки в данном случае является достаточным инструментом для недопущения возникновения на стороне ответчика необоснованной выгоды и защиты интересов истца, которые были приняты во внимание судом первой инстанции с учетом всех обстоятельств дела, при этом судом был правильно определен размер завершающей обязанности сторон по договору лизинга. Поскольку иное не установлено законом, комбинация штрафа и пени может являться допустимым способом определения размера неустойки за одно нарушение: начисление пени производится в целях устранения потерь кредитора, связанных с неправомерным неисполнением денежного обязательства перед ним за соответствующий период, а применение штрафа является санкцией за нарушение обязательства как такового, призванной исключить стимулы неправомерного поведения контрагента ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2023)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023). При этом полное освобождение от ответственности стороны, умышленно нарушившей взятое на себя обязательство, не соответствует положениям гражданского законодательства и нарушает баланс интересов сторон.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2007 N 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

Лизингополучатель, являясь профессиональным участником предпринимательской деятельности, для которого действующим законодательством установлен повышенный стандарт осмотрительности, самостоятельно несет риск любых последствий своих действий и решений, в том числе пропуск срока давности.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в силу чего в удовлетворении апелляционной жалобы надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.09.2024 по делу № А56-53608/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

В.В. Черемошкина

Судьи

Н.С. Полубехина

 Т.С. Сухаревская