ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

                                                               Дело № А68-5660/2020

       (20АП-990/2022)

Резолютивная часть постановления объявлена 17.03.2022

Постановление  изготовлено в полном объеме 24.03.2022

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                Волковой Ю.А., судей Афанасьевой Е.И. и Мосиной Е.В., при ведении протокола до перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва секретарем судебного заседания ФИО2, при участии в судебном заседании до перерыва: от общества с ограниченной ответственностью «Импориа» - представителя                           Станкевича В.К. (доверенность от 07.12.2021), после перерыва в отсутствие заинтересованных лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Импориа» на определение Арбитражного суда Тульской области от 24.01.2022 по делу № А68-5660/2020 (судья Шингалеева Т.А.),                            принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Импориа»                                         (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки, 

 

УСТАНОВИЛ:

29.06.2020 ФИО3 (далее - должник, ФИО3) обратился в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Тульской области от 05.10.2020 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее - финансовый управляющий).

Назначено судебное заседание по рассмотрению, итогов процедуры реализации имущества гражданина.

Сообщение о введении процедуры реализации в отношении должника опубликовано в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве сообщение                       № 5558560 от 04.10.2020, в печатном издании «Коммерсантъ» №186(6907) от 10.10.2020 № объявления 77231267526.

02.06.2021 общество с ограниченной ответственностью «Импориа» (далее -                       ООО «Импориа») обратилось в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании недействительной сделкой договора займа от 18.08.2018, заключенного между должником и ФИО5 (далее - ФИО5) и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств, перечисленных ФИО5 в ходе процедуры банкротства, и исключении из реестра требований кредиторов должника требований ФИО5

Определением Арбитражного суда Тульской области от 24.01.2022 заявление общества с ограниченной ответственностью «Импориа» о признании сделки ФИО3 недействительной и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Импориа» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просило отменить определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на то, что договор займа является недействительной сделкой, поскольку расписка была написана должником незадолго до подачи заявления о банкротстве либо после для искусственного увеличения задолженности с целью освобождения от исполнения обязательств перед добросовестными кредиторами.

Полагает, что действия ФИО5 по не представлению в суд оригинала расписки и ее заявление об исключении из материалов дела указанного документа за ненадобностью после заявления о фальсификации данного доказательства, являются подозрительными.

Указывает, что 17.08.2018 ФИО5 был выдан потребительский кредит в 600 000 руб. согласно данным из ПАО Сбербанк (т. 3 л. д. 5), что, по мнению апеллянта, является противоречивым, поскольку ФИО5 выдала взаймы должнику                               1 000 000 руб., а за день до выдачи данного займа оформила кредит в банке в 600 000 руб. под проценты.

Считает, что у должника отсутствовал потенциал выплатить 1 000 000 руб. в срок, поскольку суммы займа и процентов значительно превышали доходы должника                         (т. 2 л. д. 46-50).

По мнению апеллянта, вывод суда первой инстанции о преюдициальности судебного акта при разрешении обособленного спора по отношению к настоящему спору противоречит закону и сложившейся судебной практике.

В материалы дела от ФИО3 поступил отзыв, в котором последний возражал против доводов апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения. 

В судебном заседании до перерыва, объявленного 10.03.2022 представитель                     ООО «Импориа» поддерживал доводы апелляционной жалобы.

На основании статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 10.03.2022 объявлялся перерыв до 17.03.2022, о чем на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе сервиса «Картотека арбитражных дел» размещена соответствующая информация. После перерыва судебное заседание продолжено.

16.03.2022 в суд апелляционной инстанции от ООО «Импориа» поступило ходатайство о приобщении в материалы дела проекта судебного акта, а также общество просило рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствии своего представителя.

После перерыва лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 18.08.2018 между ФИО5 и ФИО3 заключен договор займа путем передачи наличных денежных средств должнику в размере 1 000 000 рублей, с условием о возврате денежных средств в срок не позднее 31.12.2019.

Сторонами договора составлена расписка от 18.08.2018, в соответствии с которой ФИО3 получил от ФИО5 денежные средства в размере 1 000 000 рублей сроком по 31.12.2019.

В качестве доказательства возможности предоставления займа в указанном размере ФИО5 предоставлена банковская выписка о состоянии вклада от 18.08.2018.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 16.03.2021 по делу                           № А68-5660-4/2020 требование ФИО5 по договору займа от 18.08.2018 в размере 1 254 137,26 рублей, в том числе: 1 000 000 рублей - задолженность по договору займа, 140 890,55 рублей - проценты за пользование денежными средствами,                                113 246,71 рубль - проценты по правилам статьи 395 ГК РФ признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника - ФИО3

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 (резолютивная часть объявлена 12.05.2021) определение Арбитражного суда Тульской области от 16.03.2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Импориа» - без удовлетворения.

Ссылалась на то, что договор займа от 18.08.2018 является мнимой сделкой, поскольку денежные средства не передавались займодавцем заемщику, и совершена для вида без намерений создать правовые последствия, ООО «Импориа»  обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании договора займа от 18.08.2018 недействительной сделкой на основании статьи 10 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Иск о признании подозрительной сделки недействительной направлен на защиту прав кредиторов, понесших от данной сделки имущественные потери, независимо от того, кем этот иск подан - арбитражным управляющим или одним из кредиторов.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление      № 63), разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы Ш.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим, по правилам главы Ш.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 17 Постановления № 63 разъяснено, что в порядке главы Ш.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы Ш.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).

Гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 ГК РФ).

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Общие начала недопустимости злоупотребления правами закреплены в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно положениям которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Из положений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие лица, участвующие в деле. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В связи с чем, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве).

При этом, как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Факт передачи суммы займа должен быть подтвержден доказательствами.

Как верно указал суд первой инстанции,  обстоятельства фактического исполнения сторонами оспариваемого договора установлены в ходе рассмотрения заявления ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 задолженности по оспариваемому договору займа возражений относительно его мнимости, злоупотребления правом и отсутствия реальности хозяйственных отношений ООО «Импория» заявлено не было.

Довод ООО «Импориа» о том, что задолженность является фиктивной, поскольку усматривается наличие дружеских отношений ФИО5 и должника правомерно отклонен судом первой инстанции как несостоятельный, поскольку, должник и ответчик не опровергали доводы заявителя о личном знакомстве и дружеских отношениях, что само по себе не свидетельствует о недобросовестности их намерений.

В данном случае для признания сделки ничтожной необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Таким образом, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки.

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 170 ГК РФ необходимо установить наличие либо сговора между должником и ответчиком, либо осведомленности ответчика о подобных действиях должника.

Данных доказательств в материалы дела не представлено.

Судебная коллегия соглашается с судом первой инстанции о том, что условия, предусмотренные статьей 170 ГК РФ для признания договора займа мнимой или притворной сделкой, отсутствуют.

Судом первой инстанции при разрешении обособленного спора по делу                                № А68-5660-4/2020 проверялись основания и финансовая возможность предоставления ФИО5 займа должнику. Наличие финансовой возможности подтверждено документально и заявителем не опровергнуто.

Из материалов дела следует, что, не согласившись с определением Арбитражного суда Тульской области от 06.13.2021 по делу № А68-5660-4/2020 о включении требования ФИО5 по договору займа от 18.08.2018 в размере 1 254 137,26 рублей в реестр требований кредиторов должника, ООО «Импориа» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой оспаривало достоверность договора займа от 18.08.2018 и факт передачи денежных средств по договору займа                    от 18.08.2018.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 (резолютивная часть объявлена 12.05.2021) определение Арбитражного суда Тульской области от 16.03.2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Импориа» - без удовлетворения.

Суд первой инстанции верно отметил, что фактически доводы ООО «Импориа», приведенные в обоснование настоящего заявления, направлены на переоценку уже установленных обстоятельств.

Как следует из частей 2, 3 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011                    № 30-П отмечает, что преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Вместе с тем, возражая против заявленных требований ФИО5 указала, что 23.07.2018 совместно с ФИО6 была совершена сделка по продаже квартиры по адресу: Тульская обл., г. Тула, Привокзальный р-н,                               ул. Демонстрации, д. 148а, кв. 54, стоимость реализации квартиры составила                                    4 800 000 рублей.

Денежные средства, полученные от продажи данной квартиры, поступили на счёт ФИО5

Именно из указанных денежных средств был предоставлен заем ФИО3 по расписке от 18.08.2018. Также, в указанный период времени ФИО5 имела постоянный доход.

07.10.2021 от УФНС России по Тульской области в материалы дела поступили сведения о доходах по форме 2-НДФЛ за 2017-2020 гг., представленных в отношении ФИО5 Кроме того, согласно ответу налогового органа, по данным налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2018 год, представленной ФИО5, доход от продажи квартиры составил 2 400 000 рублей.

Довод ООО «Импориа» о том, что расписка была написана должником не                               в 2018 году, а в период подготовки должником заявления о банкротстве правомерно отклонен судом первой инстанции как несостоятельный, поскольку как поясняла ФИО5 в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции,  оригинал расписки от 18.08.2018 был уничтожен, так как отсутствовала необходимость его сохранения.

Кроме того, гражданское законодательство не обязывает физических лиц хранить договор займа в течение неопределенного периода времени, в данном случае расписку. Между тем, копия расписки от 18.08.2018 у ФИО5 сохранилась.

Также не нашел своего подтверждения довод заявителя, что ФИО5 совершила действия по искусственному наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Учитывая отсутствие доказательств мнимости сделки (статья 170 ГК РФ), иная оценка арбитражным судом обстоятельств исполнения сторонами оспариваемого договора будет являться пересмотром вступившего в законную силу решения суда в обход соответствующей процедуры, предусмотренной процессуальным законодательством, что не отвечает принципу законности (статья 6 АПК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления ООО «Импория» о признании договора займа от 18.08.2018, заключенного между должником и ФИО5, недействительной сделкой.

Доводы апелляционной жалобы о том, что копия выписки о состоянии вклада на имя ФИО5 от 18.08.2018 подтверждает лишь возможность предоставления займа в указанном размере, однако не подтверждает факт передачи денежных средств ФИО3, отклоняется судебной коллегией, поскольку факт передачи ФИО3 денежных средств подтверждается распиской ФИО3 в получении денежных средств в размере 1 000 000 руб. 

Доводы ООО «Импориа» о том, что закрытие вклада не подтверждает снятие денежных средств с расчетного счета кредитора, а также их расходование в иных целях носят предположительный характер, вследствие чего не могут быть положены в основу судебного акта.

Кроме того, финансовая возможность  ФИО5 подтверждается также представленными в материалы дела сведениями о доходах по форме 2-НДФЛ                                     за 2017-2020 гг. и данным налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2018 год в отношении ФИО5 (т. 2, л.д. 34-39).

Также из выписки по счету № 40817810555866418126 из ПАО «Сбербанк России», принадлежащего   ФИО5,  усматривается снятие ею 22.08.2018 наличных денежных средств в размере 5 350 000 рублей, что близко к дате  составления расписки от 18.08.2018.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны обоснованно отклоненным доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 24.01.2022 по делу                                          № А68-5660/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Е.И. Афанасьева

Е.В. Мосина