АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-909/23 

Екатеринбург

01 июля 2024 г.

 

Дело № А76-14972/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Соловцова С.Н., Тихоновского Ф. И.,

при ведении протокола помощником судьи Зелёной С.А. рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области кассационные жалобы ФИО1 (далее – ответчик) и финансового управляющего ФИО2 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 по делу № А76-14972/2021 Арбитражного суда Челябинской области.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Челябинской области приняли участие: 

финансовый управляющий ФИО2 (лично, паспорт); 

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 02.03.2024).

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО5 (доверенность от 13.06.2024).

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.12.2021 ФИО6 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного 31.07.2019 должником и ФИО1 договора купли-продажи земельных участков с кадастровыми номерами 74:24:000000:1311 и 74:24:1103003:155, расположенных в Чесменском районе Челябинской области. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.10.2022 оспариваемый договор признан недействительным, применены последствия его недействительности в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО6 земельные участки.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 определение Арбитражного суда Челябинской области отменено, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 11.05.2023 постановление апелляционного суда от 27.12.2022 отменено, спор направлен на новое рассмотрение в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 определение суда первой инстанции от 19.10.2022 изменено: последствия недействительности сделки применены в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО6 земельные участки и взыскания с ФИО6 в пользу ФИО1 1 000 000 руб.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, ответчик и финансовый управляющий ФИО2 обратились в суд округа с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе ФИО1 приводит доводы о нарушении судом апелляционной инстанции норм процессуального права и несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить обжалуемое постановление и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Ответчик не согласен с выводом апелляционного суда о заключении сделки на нерыночных условиях, полагает, что представленное в материалы дела заключение эксперта не может быть признано доказательством, позволяющим установить действительную рыночную стоимость приобретенных земельных участков, поскольку эксперт использовал несопоставимые аналоги (земельные участки с иным назначением). Заявитель кассационной жалобы указывает, что им в материалы дела представлен отчет специалиста, содержащий иные выводы о стоимости земельных участков, и приводит доводы о том, что в ситуации представления в материалы дела документов о разной стоимости имущества противоречие могло быть устранено путем проведения повторной экспертизы, вместе с тем в удовлетворении такого ходатайства судом апелляционной инстанции отказано. Ответчик не согласен с суждениями апелляционного суда о том, что он не раскрыл доказательства осуществления или планирования деятельности с использованием приобретенных земельных участков, полагает, что представленные им справки подтверждают пояснения о попытках предоставления земельных участков в аренду третьим лицам для их использования под пашни и пастбища. Заявитель кассационной жалобы также оспаривает вывод судов о его аффилированности с должником, считает, что оснований для признания его осведомленным о противоправной цели заключения сделки и неплатежеспособности должника, сведения о которой опубликованы в открытых источниках позднее спорной сделки, не имеется.

Финансовый управляющий в своей кассационной жалобе просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. Управляющий не согласен с выводом апелляционного суда о наличии оснований для применения двусторонней реституции. ФИО2 указывает, что при отсутствии доказательств, подтверждающих финансовую возможность ответчика оплатить земельные участки и разумные экономические мотивы приобретения имущества коммерческого назначения, а также с учетом выводов об аффилированности сторон расписка о передаче должником своему кредитору 1 000 000 руб. в счет исполнения обязательств не является доказательством, безусловно подтверждающим оплату по спорному договору. Финансовый управляющий также отмечает, что, помимо спорных земельных участков, должником отчуждено иное имущество, выручка от продажи которого могла быть передана по расписке.

ФИО3 и финансовый управляющий в отзывах на кассационную жалобу ответчика по доводам ФИО1 возражают.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, 31.07.2019 между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец передал в собственность покупателю земельные участки с кадастровыми номерами 74:24:000000:1311, 74:24:1103003:155, площадью 237 000 кв. м каждый. 

В пункте 4 договора стороны определили, что стоимость каждого земельного участка составляет 500 000 руб., общая стоимость по договору составляет 1 000 000 руб., а также отразили, что денежные средства переданы до заключения договора. 

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 05.08.2019.

Дело о банкротстве ФИО6 возбуждено определением суда от 06.05.2021. Определением суда от 08.07.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, решением от 09.12.2021 должник признан банкротом, открыта процедура реализации имущества гражданина. 

Ссылаясь на то, что на дату продажи земельных участков у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, сделка совершена в пользу заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании договора купли-продажи от 31.07.2019 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Возражая против требований управляющего, должник представил решение Чесменского районного суда Челябинской области от 10.06.2021 по делу №2-74/2021, которым отказано в удовлетворении иска ФИО7 к ФИО1 и ФИО6 о признании недействительной сделки по переходу права собственности на спорные земельные участки.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия оснований для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Суд установил, что у должника на момент совершении сделки имелись просроченные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов, между должником и ответчиком имелась заинтересованность, доказательств, подтверждающих финансовую возможность ответчика произвести оплату по оспариваемому договору, не представлено (сделка является безденежной). Суд также принял во внимание, что в спорный период должника произвел отчуждение иного имущества: еще пяти земельных участков и семи объектов недвижимости.

Возражения должника о том, что ранее судом было отказано в признании сделки недействительной, отклонены судом как не препятствующие проверке сделки на предмет подозрительности по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Ответчик был извещен о рассмотрении спора, однако в суде первой инстанции участия не принимал, подал апелляционную жалобу, в которой указал на отсутствие доверительных отношений с должником, сослался на приобретение имущества по рыночной цене и внесение оплаты за счет своих накоплений от трудовой деятельности и сбережений матери (пенсии). 

Должник представил в суд апелляционной инстанции копию расписки от 01.08.2019 о передаче ФИО8 1 000 000 руб. в счет погашения задолженности; указал, что передал указанному лицу деньги, полученные от ФИО1

Суд апелляционной инстанции расписку к материалам дела приобщил, по результатам рассмотрения апелляционной жалобы пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной. 

Отменяя постановление апелляционного суда и направляя спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, кассационный суд указал на неверное распределение бремени доказывания с учетом пассивной процессуальной позиции ответчика. Суд округа указал, что копия расписки и пояснения должника о передаче кредитору 1 000 000 руб. подлежали оценке в совокупности с иными обстоятельствами, которые были приведены судом первой инстанции в подтверждение факта безденежности сделки; отметил, что из обстоятельств совершения сделки и ее условий судом первой инстанции верно установлена аффилированность сторон; обратил внимание на то, что в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие продажу имущества по заниженной цене, при этом заявленное финансовым управляющим ходатайство о назначении судебной экспертизы рыночной стоимости земельных участков в последующем не поддержано ввиду пассивной процессуальной позиции должника и ответчика в суде первой инстанции. Суд округа также указал, что с учетом специфики отчужденного имущества (земельные участки коммерческого назначения) существенным для разрешения дела является установление цели их приобретения.

При повторном апелляционном рассмотрении спора кредитор ФИО3 поддержал заявление финансового управляющего, а также просил учесть, что в отношениях с третьими лицами должник продолжает позиционировать себя как собственник земельных участков. Так, в состоявшемся в марте 2021 г. разговоре между должником, ответчиком и кредитором именно должник заявлял о поиске покупателей участков и о том, что они стоят более 100 млн руб. (ввиду возможного наличия полезных ископаемых). Пояснения кредитора приобщены судом к материалам дела.

Повторно пересмотрев спор, суд апелляционной инстанции согласился с заключением суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора купли-продажи недействительным в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63) предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Судами обеих инстанций установлено, что оспариваемая сделка совершена 31.07.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами также установлено, что на момент отчуждения земельных участков должник обладал признаками неплатежеспособности – он имел неисполненные обязательства перед ФИО7 в сумме более 4 млн руб. (наличие данной задолженности стало основанием для возбуждения дела о банкротстве; задолженность включена в реестр определением суда от 08.07.2021), перед ФИО3 в сумме более 600 тыс. руб. (включена в реестр определением суда от 07.09.2021) и перед публичным акционерным обществом «Росбанк» в сумме 1,2 млн руб. (включена в реестр определением суда от 08.11.2021). 

Требования кредиторов И-вых основаны на договорах займа, заключенных в 2016 – 2018 годах, наличие задолженности на стороне должника установлено вступившими в законную силу решениями суда общей юрисдикции, при этом из судебных актов следует, что обязательства по самому значительному займу (2 млн руб.) исполнялись до мая 2017 года, проценты по займу должник выплачивал с мая 2017 года по апрель 2019 года, однако начиная с мая 2019 года исполнение обязательства прекратилось в полном объеме; задолженность перед банком основана на кредитном договоре, при этом согласно расчету задолженности и выпискам по расчетным счетам должник прекратил исполнять обязательства начиная с июня 2019 года.

С учетом представления ответчиком отчета оценщика, согласно которому рыночная стоимость каждого земельного участка составляет 584 000 руб., а также возражений управляющего, мотивированных коммерческим назначением земельных участков и тем, что кадастровая стоимость каждого земельного участка составляет 1 722 990 руб. (против стоимости по договору 500 000 руб.), в рамках повторного апелляционного рассмотрения спора определением суда от 23.10.2023 по делу назначена судебная оценочная экспертиза.

Согласно представленному в суд заключению эксперта рыночная стоимость отчужденных земельных участков составляла 1 291 650 руб. каждый, что в несколько раз превышает цену продажи, согласованную договором.

Относительно цели приобретения ответчиком имущества коммерческого назначения и его использования в предпринимательской деятельности, ФИО1 первоначально (в апелляционной жалобе) указывал, что планировал заниматься пчеловодством либо сдавать участки в аренду, впоследствии увидел возможность перспективного использования данных земель в части разработки недр и стал работать в этом направлении. Акт осмотра от 19.09.2022, который представил финансовый управляющий в дело («в результате осмотра установлено, что на участках имеются карьерные выработки, что свидетельствует о наличии залегания полезных ископаемых»), как раз и свидетельствует о том, что покупатель реализовал свои правомочия после покупки. 

При новом рассмотрении дела ответчик настаивал на том, что приобретал участки для их использования по целевому назначению (для ведения товарного сельхозпроизводства), представил доказательства в подтверждение доводов о попытках сдать землю в аренду под пастбища и сенокосы (выданную 30.06.2023 справку администрации сельского поселения об отсутствии необходимости брать участки в аренду; выданную 03.07.2023 справку главы крестьянского (фермерского) хозяйства о том, что ФИО1 обращался к нему летом 2020 года с предложением взять в аренду два участка). 

Суд апелляционной инстанции признал несостоятельными доводы ответчика о наличии у него коммерческой цели приобретения спорных объектов, приняв во внимание, что ФИО1 предпринимателем не является, факт осуществления деятельности, соответствующей целевому назначению земельных участков не доказан. При этом из дела следует (и это пояснял сам ответчик, доказывая наличие у него финансовой возможности приобретения земельных участков), что основная деятельность ФИО1 заключалась в выполнении строительных работ, т.е. не была связана с товарным сельхозпроизводством. 

Приведенные обстоятельства (продажа имущества по существенно заниженной цене, отсутствие сведений о размещении объявления о продаже земельных участков в открытых источниках и непредставление доказательств использования приобретенного имущества после заключения сделки) в совокупности с представленными в материалы дела сведениями об обучении должника и ответчика в одной школе, о наличии между ними связи в социальной сети позволили суду апелляционной инстанции презюмировать осведомленность контрагента по сделке о неплатежеспособности должника и о направленности сделки на причинение вреда кредиторам.

Возражения ответчика о приобретении имущества по рыночной цене отклоняются. Вывод судов о совершении сделки по существенно заниженной стоимости основаны на представленных в материалы дела доказательствах – заключении эксперта и сведений о кадастровой стоимости земельных участков. 

Довод ответчика о необходимости проведения повторной судебной экспертизы подлежит отклонению. В силу статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительная экспертиза может быть назначена при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела; повторная же экспертиза проводится в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах. В рассматриваемом случае апелляционный суд пришел к выводу, что заключение эксперта каких-либо противоречий и неясностей не содержит, эксперт ответил на все поставленные перед ним вопросы, заключение мотивировано, составлено в соответствии с требованиями закона. При таких обстоятельствах, когда сомнений в достоверности и обоснованности выводов эксперта у судов не возникло, ходатайство ответчика о назначении повторной экспертизы правомерно отклонено, нарушений норм процессуального права в данной части судом не допущено.

Довод ФИО1 о том, что не может быть сделан вывод о его заинтересованности по отношению к должнику только лишь на том основании, что они обучались в одной школе, подлежит отклонению. 

Как уже было отмечено, осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В частности, многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения. В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 № 305-ЭС21-21196(5)).

В рассматриваемом случае суды, оценивая обстоятельства и условия заключения оспариваемой сделки, пришли к выводу о том, что действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными, соответственно, осведомленность ФИО1 о противоправной цели совершения сделки предполагается; данная презумпция ответчиком не опровергнута. 

Ссылка ответчика на то, что он планировал вести деятельность с использованием приобретенных земельных участков, правомерно отклонена судами с учетом отсутствия доказательств фактического использования приобретенных  участков с даты заключения сделки в 2019 году: ответчик не доказал ни осуществление добычи полезных ископаемых, как он указывал первоначально, ни сдачу имущества в аренду для сельского хозяйства.

Суд округа полагает подлежащим отклонению и довод ответчика о том, что законность сделки была предметом оценки суда общей юрисдикции; суды правомерно исходили из того, что рассмотрение требований о признании сделки недействительной в рамках искового производства не препятствует проверке ее на соответствие специальным нормам Закона о банкротстве. В качестве оснований для оспаривания сделки по отчуждению должником земельных участков кредитор указывал положения статей 166, 167, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, приводил доводы о том, что договор противоречит основам правопорядка и нравственности, вместе с тем в рассмотренном судами обособленном споре финансовым управляющим заявлено иное основание оспаривания – пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что предполагает исследование иного круга обстоятельств. Таким образом, рассмотрение заявления в рамках дела о банкротстве не являлось повторением процесса.

По вопросу применения последствий недействительности сделки суды приняли разные решения: суд первой инстанции, сделав вывод о том, что оплата по договору фактически не производилась, применил одностороннюю реституцию, обязав ФИО1 возвратить земельные участки в конкурсную массу ФИО6; суд апелляционной инстанции применил двустороннюю реституцию, возложив на ответчика обязанность возвратить земельные участки в конкурсную массу и взыскав с должника в пользу ответчика 1 000 000 руб. При этом апелляционный суд указал, что факт встречного предоставления по оспариваемой сделке подтвержден распиской о передаче должником денежных средств ФИО8; финансовым управляющим не доказано наличие у должника иного источника получения наличных денежных средств для расчета с кредитором; ответчиком даны правдоподобные объяснения относительно источника происхождения денежных средств для оплаты имущества.

Между тем данные выводы приведены судом в отрыве от иных обстоятельств, на которые ссылался управляющий, и которые были установлены судом первой инстанции при рассмотрении дела.  

Из материалов дела следует, что в целях проверки доводов финансового управляющего о безвозмездном отчуждении имущества и с учетом пассивной процессуальной позиции ответчика суд первой инстанции истребовал из налогового органа сведения о доходах покупателя имущества – ФИО1 в 2018 – 2020 годах. 

Проанализировав полученные сведения о том, что доход ответчика за 2018 год составил 25 тыс. руб., за 2019 год – 32 тыс. руб., суд первой инстанции сделал вывод о недоказанности наличия у ответчика финансовой возможности приобрести земельные участки по цене, указанной в договоре, единовременно уплатив за них соответствующую сумму. 

В рамках апелляционного производства ответчик не представил доказательства, подтверждающие наличие дохода (сбережений), достаточных для оплаты имущества, что опровергало бы приведенный вывод, по крайней мере, суд апелляционной инстанции такие доказательства не указал, мотивы, по которым суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в данной части, в постановлении не приведены в нарушение части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Далее, опровергая факт осуществления расчетов с ФИО8 за счет денежных средств, полученных от ФИО1, финансовый управляющий ссылался на то, что помимо оспариваемой сделки в период с июня 2018 года по март 2020 года должник произвел отчуждение пяти земельных участков и семи объектов недвижимости, данные обстоятельства были установлены определением суда от 30.12.2022 по другому обособленному спору в рамках настоящего дела и не оспаривались должником. По мнению управляющего, указанное обстоятельство свидетельствует о наличии у должника денежных средств для расчета с указанным кредитором и не позволяет достоверно установить факт осуществления расчетов по оспариваемой сделке, тем более, что иных доказательств, прямо или косвенно подтверждающих данный факт, ни ответчиком, ни должником не представлено. 

Суд апелляционной инстанции какую-либо оценку данному обстоятельству не дал, при этом ФИО6 не представлены доказательства и не раскрыты обстоятельства расходования полученных в результате отчуждения иного имущества денежных средств, тем самым не опровергнут довод управляющего о том, что для расчета с ФИО8 могли быть использованы денежные средства, полученные от иных сделок (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Необходимо также отметить, что суд первой инстанции четыре раза откладывал судебное заседание, предлагал ответчику и должнику представить отзывы, пояснения об обстоятельствах совершения сделки, доказательства оплаты по договору, однако ни должник, ни ответчик пояснения и доказательства суду не представили.

Установленные по делу обстоятельства и неустраненные участниками сделки сомнения относительно наличия встречного предоставления, на которые мотивированно указывали финансовый управляющий и кредитор, позволили суду первой инстанции признать, что целью совершения оспариваемой сделки был формальный перевод титула собственника земельных участков на номинального держателя (ответчика), чтобы избежать взыскания по обязательствам перед кредиторами. Суд апелляционной инстанции поддержал вывод суда первой инстанции о причинении оспариваемой сделкой вреда кредиторам, между тем неправильно распределил бремя доказывания и сделал неверный вывод относительно встречного предоставления. Доводы кассационной жалобы финансового управляющего в данной части следует признать обоснованными. 

В силу пункта 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Поскольку выводы суда первой инстанции основаны на объективном и всестороннем исследовании представленных доказательств и доводов сторон и соответствуют требованиям, предусмотренным статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа считает необходимым отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В связи с удовлетворением кассационной жалобы финансового управляющего с ответчика в пользу конкурсной массы должника подлежит взысканию 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 по делу № А76-14972/2021 Арбитражного суда Челябинской области отменить, определение суда первой инстанции от 19.10.2022 оставить в силе. 

Взыскать с ФИО1 в пользу конкурсной массы ФИО6 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Г.М. Столяренко 

 

Судьи                                                                            С.Н. Соловцов 

 

                                                                                            Ф.И. Тихоновский