ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-4525/2024

г. Красноярск

13 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена     «03» декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен             «13» декабря 2024 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Бутиной И.Н.,

судей: Петровской О.В., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Щекотуровой Я.С.,

при участии:

от ответчика - общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест»: ФИО1, представителя по доверенности от 27.09.2024, паспорт, диплом, справка о заключении брака № 62;

от истца - Прокуратуры Красноярского края: ФИО2., служебное удостоверение от 15.05.2024 ТО № 355637,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы краевого государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства», общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест», Правительства Красноярского края

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 27 июня 2024 года по делу № А33-4525/2024,

установил:

Прокуратура Красноярского края в интересах Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Красноярского края обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к краевому государственному казенному учреждению «Управление капитального строительства» (далее - КГКУ «УКС») и обществу с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест» (далее – ООО «ПСИ»):

- о признании недействительным контракта от 02.02.2023 № 24-01.1-23;

- о применении последствий недействительности контракта от 02.02.2023 № 24-01.1-23, обязании возвратить 105 282 066 рублей;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по контракту от 02.02.2023 № 24-01.1-23 за период с 17.04.2023 по день вынесения решения суда;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по контракту от 02.02.2023 № 24-01.1-23 за период со дня вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательств.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление делами Губернатора и Правительства Красноярского края; Правительство Красноярского края; Управление Федеральной антимонопольной службы по Красноярскому краю; Управление Федерального казначейства по Красноярскому краю.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.06.2024 иск удовлетворен.

Не согласившись с данным судебным актом, КГКУ «УКС», ООО «ПСИ» и Правительство Красноярского края обратились с апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых апеллянты просили отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований прокуратуры.

Доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с выводом суда о невозможности включения в предмет контракта одновременно выполнения работ по проектированию, строительству и вводу в эксплуатацию объектов капитального строительства.

Как полагают апеллянты, действующие нормы права не содержат требований о проведении закупки на право заключения спорного контракта конкурентными способами, в том числе посредством электронного аукциона или электронного конкурса.

Кроме того, по мнению КГКУ «УКС» к участию в деле необходимо было привлечь Министерство культуры Красноярского края.

В свою очередь, ООО «ПСИ» в жалобе обращает внимание суда на неправомерность начисления процентов за пользование денежными средствами, рассчитанных на остаток средств, размещенных на лицевом счете ООО «ПСИ» в Управлении Федерального казначейства по Красноярскому краю.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.08.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное разбирательство откладывалось, в составе суда производились замены.

От прокуратуры Красноярского края поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором последний возражал по их доводам.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

В судебном заседании представители прокуратуры и ООО «ПСИ» поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее и другие жалобы.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

На основании распоряжения Правительства Красноярского края от 01.02.2023 № 73-р, протокола заочного заседания межведомственной комиссии по мониторингу социально-экономической устойчивости Красноярского края и рассмотрению вопросов, направленных на стабилизацию положения региона в условиях санкций от 23.01.2023 № 1 определен единственный подрядчик на выполнение работ по подготовке проектной документации, выполнению инженерных изысканий, строительству объекта капитального строительства «Международный центр креативных индустрии «Поздеев Центр».

Между КГКУ «УКС» и ООО «ПСИ» заключен государственный контракт от 02.02.2023 № 24-01.1-23 на выполнение вышеуказанных работ.

Согласно пункту 1.3 контракта результатом работ является законченный строительством объект, в отношении которого в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности получено разрешение на ввод его в эксплуатацию.

В соответствии с пунктами 3.2 и 3.3 контракта цена определена сторонами в сумме                 1 754 701 100 рублей, источник финансирования - краевой бюджет.

В обоснование иска прокурор указал на то, что государственный контракт заключен с нарушением действующего законодательства, нарушающим публичные интересы, и подлежащим признанию недействительным в силу ничтожности.

В результате заключения КГКУ «УКС» государственного контракта от 02.02.2023 № 24-01.1-23 с единственными поставщиком (подрядчиком) ООО «ПСИ» предоставлен доступ к выполнению проектных, подрядных работ по максимально возможной цене без участия в какой-либо конкурентной борьбе, без подачи предложений о снижении цены контракта. Заключение контракта с единственным поставщиком и отсутствие конкурентных процедур способствовало созданию преимущественного положения единственного поставщика и лишило возможности других хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение контракта.

В рамках исполнения данного контракта заказчиком КГКУ «УКС» перечислен аванс ООО «ПСИ» в размере 105 282 066 рублей (платежное поручение от 14.04.2023 № 458118 на сумму 2 814 289 рублей 32 копеек, платежное поручение от 14.04.2023 № 458119 на сумму 102 467 776 рублей 68 копеек).

Прокуратура произвела начисление процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку за перечисление денежных средств по недействительным сделкам КГКУ «УКС» встречное предоставление не получало, за пользование денежными средствами в периоды времени, когда при получении аванса работы не были исполнены.

Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами в период с 17.04.2023 по 21.06.2024 представлен в материалы дела, размер процентов составил  16 139 703 рубля 07 копеек.

Полагая, что государственный контракт от 02.02.2023 № 24-01.1-23 заключен с нарушением действующего законодательства, поскольку заключен с единственным подрядчиком по максимально возможной цене без участия в какой-либо конкурентной борьбе, без подачи предложений о снижении цены контракта, что способствовало созданию преимущественного положения единственного поставщика (подрядчика) и лишило возможности других хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение контракта, прокуратура обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что спорный контракт нарушает положения статей 8, 24 Федерального закона от 05.04.2013  № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), противоречит принципам открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, эффективности осуществления закупок, установленным статьей 6 Закона № 44-ФЗ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения решения суда в силу следующего.

Предметом настоящего спора является требование о признании недействительным государственного контракта и о применении последствий недействительности сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Частью 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Статьей 6 Закона № 44-ФЗ установлены принципы контрактной системы в сфере закупок, к которым относятся принципы открытости и прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

Принцип обеспечения конкуренции предполагает конкурентный отбор участников закупок.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 24 Закона № 44-ФЗ заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя). Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений.

Заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 названного закона, при этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки (часть 5 статьи 24 Закона о контрактной системе).

Кроме того, закупка у единственного поставщика является неконкурентным способом определения поставщика (подрядчика, исполнителя) для обеспечения государственных нужд и допускается в исключительных случаях, исчерпывающий перечень которых приведен в статье 93 Закона о контрактной системе. Данный способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) является исключением из общих принципов законодательства о контрактной системе, направленных на максимальное обеспечение конкуренции при осуществлении закупок.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.10.2018 № 2613-О, положения статьи 8, частей 1 и 2 статьи 24, части 2 статьи 59 и пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ направлены на предотвращение злоупотреблений при осуществлении закупок в целях обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) для осуществления закупки у единственного поставщика заказчик обязан обосновать невозможность или нецелесообразность использования иных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя).

То есть возможность закупки у единственного поставщика является отступлением от общего правила, предусмотренного законом.

Судом установлено, что оспариваемый контракт заключен с подрядчиком как с единственным поставщиком без проведения конкурсных процедур, предусмотренных Законом о контрактной системе.

При этом в материалы дела не представлены доказательства невозможности заключения контракта на выполнение работ в установленном законе порядке, необходимости в спорных работах без заключения контракта вследствие аварий, иных чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, непреодолимой силы.

Ссылка апеллянтов на часть 2 статьи 15 Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого контракта) не свидетельствует о наличии предусмотренной законом возможности заключения спорного контракта с подрядчиком как с единственным поставщиком.

Как справедливо указано судом первой инстанции, Федеральный закон от 08.03.2022 № 46-ФЗ принят в целях защиты национальных интересов Российской Федерации, в том числе поддержки экономического сектора, в связи с недружественными действиями иностранных государств и международных организаций.

Между тем, каким образом заключение спорного контракта без соблюдения предусмотренных Законом № 44-ФЗ конкурсных процедур преследовало цель защиты национальных интересов Российской Федерации в связи с недружественными действиями иностранных государств и международных организаций, заявителями жалоб не указано при том, что сам по себе оспариваемый контракт не обладает признаками, из которых следует, что заключение контракта было необходимо для защиты упомянутых интересов Российской Федерации.

Поскольку предметом контракта выступает подготовка документации, инженерные изыскания, выполнение работ по строительству объекта и ввод его в эксплуатацию, то есть плановое поэтапное выполнение работ в сроки, пролонгированные во времени, то каких-либо чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, препятствующих проведению конкурентных процедур по заключению указанного контракта, судом не установлено.

В результате заключения рассматриваемого контракта подрядчик получил доступ к выполнению работ без конкурентной борьбы и был поставлено в преимущественное положение по сравнению с иными хозяйствующими субъектами – потенциальными участниками торгов, осуществляющими аналогичную деятельность.

Учитывая, что отсутствие публичных процедур и заключение контракта с единственным поставщиком способствовало созданию преимущественного положения общества и лишило возможности других субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение контракта, суд первой инстанции  пришел к верному выводу о том, что контракт принят с нарушением норм федерального закона.

Согласно пункту 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25) применительно к статьям 166 и 168 названного Кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Как разъяснено в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

С учетом изложенного, требование прокуратуры Красноярского края о признании недействительным государственного контракта от 02.02.2023 № 24-01.1-23 обоснованно удовлетворено судом первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 названной статьи установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Само по себе признание договора подряда недействительной сделкой не исключает обязанность заказчика оплатить фактически выполненные работы, результат которых ему передан и имеет для заказчика потребительскую ценность (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Вместе с тем признание государственного контракта ничтожной сделкой свидетельствует о выполнении работ в его отсутствие.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12, а также позиции, приведенной в пункте 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, выполнение работ в целях удовлетворения государственных (муниципальных) нужд без контракта не порождает у исполнителя права требовать оплаты соответствующего предоставления; никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Иной подход допускал бы поставку товаров, работ, услуг в обход норм Закона о контрактной системе (статья 10 Кодекса) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС16-1427, пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации « 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, пункт 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

С учетом изложенного подрядчик, являясь профессиональным участником правоотношений, знал, должен был знать, что выполняет работы вопреки предписаниям Закона № 44-ФЗ.

В силу пунктов 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В силу статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, привала, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке. Неосновательное обогащение возможно тогда, когда отсутствуют основания, установленные законом, иными правовыми актами или сделкой, или которые отпали впоследствии.

С учетом изложенного, верно установив, что контракт заключен с нарушением требований Закона о контрактной системе, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что фактическое выполнение работ в отсутствие надлежащим образом заключенного контракта не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные заказчиком денежные средства исполнителю являются неосновательным обогащением последнего, в связи с чем суд правомерно обязал подрядчика возвратить заказчику уплаченные во исполнение контракта денежные средства.

Истцом также заявлялось требование о взыскании с ООО «ПСИ» процентов за пользование чужими денежными средствами по контракту от 02.02.2023№ 24-01.1-23 за период с 17.04.2023 по день вынесения решения суда; а также о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по контракту от 02.02.2023 № 24-01.1-23 за период со дня вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

В пункте 48 Постановления № 7 указано, что проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности, уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Как установлено судом, спорный контракт между сторонами был заключен с казначейским сопровождением, в связи с чем ООО «ПСИ» был открыт специальный счет в территориальном органе Федерального казначейства.

Материалами дела также подтверждается и признается лицами, участвующими в деле, что во исполнение целей контракта денежные средства в размере 105 282 066 рублей в счет аванса были получены ООО «ПСИ» и размещены на лицевом счете в Управлении федерального казначейства, из которых 34 251 778 рублей 45 копеек с санкционирования органа казначейства были израсходованы подрядчиком исключительно на цели исполнения спорного контракта, а 71 030 287 рублей 55 копеек - оставались на лицевом счете Управления федерального казначейства.

При таких обстоятельствах следует признать, что факт пользования ООО «ПСИ» денежными средствами, на которые могут быть начислены проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подтверждены лишь в части суммы 34 251 778 рублей 45 копеек.

При формулировании такого вывода суд апелляционной инстанции исходит из того, что истец не пользовался и не мог пользоваться денежными средствам, оставшимися на лицевом счете в сумме 71 030 287 рублей 55 копеек.

Указанные денежные средства являлись целевыми и не были перечислены на расчетный счет ООО «ПСИ», то есть не были переданы подрядчику в полное его владение и распоряжение.

Согласно представленному в суд апелляционной инстанции отчету о состоянии лицевого счета № 

<

***> по состоянию 01.11.2024 и до настоящего времени остаток денежных средств на лицевом счете ООО «ПСИ» в Управлении федерального казначейства по Красноярскому краю составляет 71 030 287 рублей 55 копеек.

С учетом изложенных особенностей казначейского сопровождения контракта, принимая во внимание, что денежные средства в размере 71 030 287 рублей 55 копеек, по сути, представляют собой зарезервированные денежные средства для исполнения спорного контракта, которые так и не были запрошены ООО «ПСИ» для указанных целей, суд апелляционной инстанции счел необоснованным и несправедливым начисление процентов за пользование ООО «ПСИ» указанной суммой.

В рассматриваемой ситуации проценты подлежат начислению на использованную подрядчиком сумму 34 251 778 рублей 45 копеек.

Согласно расчету ООО «ПСИ» от 25.11.2024, не оспоренного лицами, участвующими в деле, размер процентов, начисленный на задолженность в сумме 34 251 778 рублей 45 копеек за период с 17.04.2023 по 21.06.2024 (дату, заявленную истцом) составляет 5 250 785 рублей 58 копеек.

Судом первой инстанции проверен расчет процентов и признан арифметически верным, соответствующим действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Также подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на денежные средства в размере 34 251 778 рублей 45 копеек, начиная с 22.06.2024, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, по день фактического возврата денежных средств.

При рассмотрении вопроса о применении к подрядчику ответственности за пользование чужими денежными средствами (на сумму находящихся на лицевом счете денежных средств и подлежащих взысканию в пользу КГКУ «УКС»), суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то обстоятельство, что в признании сделки недействительной имеется вина не только ООО «ПСИ», но и непосредственно заказчика, в чьих интересах контракт был заключен без проведения конкурсных процедур.

Довод КГКУ «УКС» о необходимости привлечения к участию в деле   Министерства культуры Красноярского края отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку обжалуемое решение не содержит выводов ни в мотивировочной, ни в резолютивной части судебного акта, которые бы непосредственно касались прав или обязанностей Министерства культуры Красноярского края.

В указанной ситуации у суда первой инстанции не было оснований для привлечения Министерства культуры Красноярского к участию в деле в качестве третьих лиц, в связи с чем, вопреки доводам апеллянтов, судом первой инстанции не было допущено нарушений норм процессуального права.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

При указанных выше обстоятельствах Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для изменения решения арбитражного суда от 27.06.2024 изложением резолютивной части в измененной редакции.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 27 июня 2024 года по делу № А33-4525/2024 изменить. Резолютивную часть решения изложить в следующей редакции.

«Иск удовлетворить частично.

Признать недействительным государственный контракт на выполнение работ по подготовке проектной документации, выполнению инженерных изысканий, строительству объекта капитального строительства Международный центр креативных индустрий «Поздеев Центр» от 02.02.2023 № 24-01.1-23, заключенный между краевым государственным казенным учреждением «Управление капитального строительства» и обществом с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест».

Применить последствия недействительной сделки, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест» в пользу краевого государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства» денежные средства в размере 105 282 066 рублей, 5 250 785 рублей 58 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 21.06.2024, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на денежные средства в размере 34 251 778 рублей 45 копеек, начиная с 22.06.2024, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, по день фактического возврата денежных средств.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройИнвест» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение иска».

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

И.Н. Бутина

Судьи:

О.В. Петровская

В.В. Радзиховская