ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-160874/2020-52-1189

20 августа 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть решения изготовлена 22 июля 2021 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Галиевой Р.Е. (единолично), 

рассмотрев в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 АПК РФ,

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» (665824, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 16.08.2006, ИНН: 

<

***>)

к ответчику: акционерному обществу страховая компания «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» (117342, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА ПРОФСОЮЗНАЯ, ДОМ 65, КОРПУС 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 24.12.2004, ИНН: 

<

***>)

о взыскании выплаты страхового возмещения по факту смерти ФИО1, застрахованного на основании заявления на страхование от 29.01.2018 (кредитный договор № 

<

***> от 

<

***>) в размере 239 783, 82 руб. 

без вызова сторон.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу страховая компания «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» (далее – ответчик) о взыскании выплаты страхового возмещения по факту смерти ФИО1, застрахованного на основании заявления на страхование от 29.01.2018 (кредитный договор № 

<

***> от 

<

***>) в размере 239 783, 82 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.04.2021, решение Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2020 и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021, отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что суды обеих инстанций отказали в удовлетворении иска на основании статей 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку пришли к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком. При этом суды исчисляли начало течения срока исковой давности с даты смерти заемщика. Выводы судов о пропуске истцом срока исковой давности противоречат положениям действующего законодательства, поскольку истец, обратившись в суд 03.09.2020, не пропустил срок исковой давности с учетом того, что узнал об отказе страховщика в страховой выплате не ранее 20.07.2020 (уведомление АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» от 20.07.2020).

Спор рассмотрен с учетом указаний Арбитражного суда Московского округа, изложенных в постановлении от 27.04.2021.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.05.2021 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Ко дню принятия решения суд располагал сведениями о получении сторонами копии определения о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, что является надлежащим извещением в силу статей 121, 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в порядке главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату принятия решения на основании доказательств, представленных в течение установленного судом срока. 

От ответчика 16.08.2021 в материалы дела поступила апелляционная жалоба, на основании чего суд составляет мотивированное решение.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив, имеющиеся в деле доказательства, а также изучив судебно-арбитражную практику (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2020 № Ф05-14833/2020 по делу № А40-51559/2020), суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Истец в обоснование иска сослался, что 29.01.2018 между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор об уступке прав (требований) №УСБ00/ПАУТ2018-8 (далее - договор цессии), на основании которого ПАО «БАНК УРАЛСИБ» передало ООО «ТРАСТ» права к Клиентам вытекающие из условий Кредитных договоров / Договоров банковского счета, согласно Акту уступки прав (требований), в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 

<

***> заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (далее по тексту - Банк).

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 500 000 руб., под 18 % годовых, на срок по 05.05.2016.

В соответствии с п.2.1., 2.2 договора цессии Банк передал ООО «ТРАСТ» все права (требования) вытекающие из условий Кредитных договоров.

В договоре уступки прав (требований), заключенном между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», указано, что его предметом является передача всех прав (требований) по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договорам, заключенным между цедентом и должниками (заемщики, поручители).

К ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения кредитных обязательств по кредитному договору в размере – 654 502, 06 руб.

На основании Договора цессии, ч. 3 ст.385, ст. 388, ст.390 Гражданского кодекса Российской Федерации Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № 

<

***> от 

<

***> заключенному между ФИО1 и заявление на страхование от 

<

***> подписанное ФИО1

В день подписания кредитного договора 

<

***> ФИО1 подписал Полис страхования, в котором выразил свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования жизни и здоровья (далее - Договор страхования) заемщика потребительского кредита ОАО «БАНК УРАЛСИБ», оплатив страховую премию в размере 49 500 руб. 

<

***>, страховщик – АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ».

В соответствии с Заявлением на страхование страховыми случаями являются: смерть застрахованного лица от любых причин. 

Банк является выгодоприобретателем по Договору страхования при наступлении страхового случая в сумме фактической задолженности по кредиту (сумма основного долга и проценты по кредиту).

Таким образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

В соответствии со ст.421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, в котором могут предусмотреть способ обеспечения исполнения обязательств (ст.329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Перечень приведенных в ст.329 Гражданского кодекса Российской Федерации способов исполнения обязательств не является исчерпывающим, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо перечисленных в названной норме способов и другими способами предусмотренными законом или договором.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в п.4 Обзора судебной практики по гражданским делам связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного суда Российской Федерации от 22.05.2013 «в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк».

То обстоятельство, что Банк является выгодоприобретателем и исходя из договора установил за собой право на получение страховой выплаты равной размеру задолженности заемщика в случае его смерти или наступления инвалидности, свидетельствует о его воле на исполнение кредитного договора, путем получения от страховщика страховой выплаты, которая обеспечивает требование по кредитному договору.

Учитывая, что в случае полного погашении кредита, участие ФИО1 в программе страхования автоматически прекращается, следовательно, договор страхования от несчастных случаев и болезней был заключен истцом как обеспечительные меры исполнения обязательств по возврату заемных средств по кредитному договору.

Страховые суммы по этому договору определены пределами суммы выданного кредита и изменяются в течение срока действия этого договора и не могут превышать задолженности застрахованного по кредитному договору.

Из указанного условия следует, что при отсутствии задолженности заемщика по кредитному договору страховая, договор страхования прекращается.

Таким образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора № 

<

***> от 

<

***> ПАО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ».

В ст.384 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на пропеты.

Следовательно, в момент перехода права требования по Кредитному договору, заключенному с ФИО1 к ООО «ТРАСТ» перешло право обращения в Страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая по факту смерти по любой причине ФИО1 и право (требование) получения страховой выплаты, как способ обеспечения исполнения основного кредитного обязательства (ст.329,384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что замена выгодоприобретателя по договору страхования допускается только с согласия застрахованного лица и по его письменному уведомлению страховщика страхователем, поскольку в рассматриваемом случае страхование производилось на случай смерти застрахованного лица и страховщик обязался возместить Банку убытки в пределах страховой суммы при наступлении определенного случая - смерти застрахованного. Суд также отмечает, что учитывая, что предметом страхования в данном случае явился риск возникновения ущерба у кредитора вследствие именно этого события, смерти застрахованного лица, наступление которого подтверждено истцом, у страховщика возникает обязанность по выплате страхового возмещения истцу.

Указанный вывод согласуется с выводами изложенными в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2020 по делу № А40-303486/2019.

В период действия Договора страхования – 28.09.2014 наступила смерть ФИО1, данный факт подтверждает справка о смерти выданная отделом ЗАГС по Ангарскому району и г. Ангарску Иркутской области от 20.06.2020 № А-03727 (причина смерти: перелом черепа; пассажир, находившийся в легковом автомобиле и пострадавший при столкновении с тяжелым грузовым автомобилем или автобусом в результате дорожного несчастного случая). Таким образом, факт наступления страхового случая (смерть по любой причине) в дополнительном доказывании не нуждается.

Согласно ст.934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Из содержания заявления на страхование следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору, но не более страховой суммы. Страховая сумма составляет – 550 000 руб. 

Истец указал, что сумма задолженности ФИО1 по кредитному договору составила 654 502, 06 руб., в связи с чем, истец считает что сумма страховой выплаты составляет 239 783, 82 руб.

ООО «ТРАСТ» 29.06.2020 в адрес Страховщика направило уведомление о наступлении страхового случая исх. № 162312. К уведомлению прилагались следующие документы: копия кредитного договора № 

<

***> от 

<

***>; копия банковского ордера от 

<

***> № 35393285, копия Полиса страхования от 

<

***>, копия банковского ордера от 

<

***> № 35412647, копия договора об уступке прав (требований) от 29.01.2018 № УСБ00/ПАУТ2018-8 с приложением № 1, копия платежного поручения от 29.01.2018 № 2249, оригинал справки о смерти № А-03727 от 20.06.2020.

Факт отправки уведомления подтверждает список № 78 внутренних почтовых отправлений от 29.06.2020, почтовая квитанция.

Причина смерти – перелом черепа в результате ДТП, данное событие не является основанием для освобождения страховщика от страховой выплаты (п.2 ст.963 Гражданского кодекса Российской Федерации), следовательно, в данной ситуации у страховщика отсутствуют основания для освобождения от страховой выплаты.

Суд отмечает, что в соответствии со п. 3 ст. 963 Гражданского кодекса Российской Федерации Страховщик не освобождается от выплаты страхового возмещения по договору страхования гражданской ответственности за причинение вреда жизни или здоровью, если вред причинен по вине ответственного за него лица.

Согласно ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности, признан судом необоснованным, по следующим основаниям.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (пункт 2 статьи 966 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 11750/13, в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, т.к. до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.

Как было установлено выше, 29.06.2020 ООО «ТРАСТ» в адрес Страховщика направило уведомление о наступлении страхового случая исх. № 162312 с приложенными документами. 

ООО «ТРАСТ» 29.07.2020 в адрес АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» направило претензию (исх.№ 190636). Факт отправки претензии подтверждает список № 108 внутренних почтовых отправлений от 29.07.2020.

Суд отмечает, что течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.

Разрешая спор по существу, суд считает, что ООО «ТРАСТ», как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы, подтверждающие факт наступления страхового случая смерти ФИО1 и выполнило обязанности, возложенные на него ст.939 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Необходимые Страховщику документы, как профессиональный участник страховых правоотношений имел право запросить самостоятельно в силу ч.8 ст. 10 Закон РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и заявления на страхование.

Как указывалось выше в соответствии с договором цессии и ст.ст. 382, 384, 388, 389.1, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации Банк передал ООО «ТРАСТ» вместе с правами (требованиями) по просроченным кредитам физических лиц, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав  (требований),  права, обеспечивающие исполнение обязательств, вытекающих из кредитных договоров, т.е. Банк передал свои права требования выгодоприобретателя по договорам страхования.

Таким образом к ООО «ТРАСТ» в силу закона и договора цессии перешло право обратиться к Страховщику с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения. Кроме того, силу норм главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

В соответствии с п. 1 ст. 927 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином, юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В порядке ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Доводы ответчика о том, что истцом не доказан факт наступления страхового случая, судом признан необоснованными, исходя из следующего.

Истцом в адрес ответчика было направлено заявление о наступлении страхового случая, с приложениями надлежащим образом заверенных документов.

Предоставление иных документов истцом не представляется возможным, в связи с отсутствием у ООО «ТРАСТ» права запрашивать подобные документы в силу положений ФЗ от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации и ФЗ от 27.07.2006 №152-ФЗ «О персональных данных». 

В соответствии с ч. 8 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» организации и индивидуальные предприниматели обязаны предоставлять страховщикам по их запросам документы и заключения, связанные с наступлением страхового случая и необходимые для решения вопроса о страховой выплате, в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Истец, как выгодоприобретатель по договору страхования, представил документы, подтверждающие факт наступления смерти должника и выполнил все обязанности, возложенные на него ст. 939 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, ответчик самостоятельно необходимые ему для рассмотрения заявления документы не запрашивал. 

Ответчиком в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные истцом доказательства, документально не опровергнуты, факт того, что смерть застрахованного лица не является страховым случаем не доказан.

Доводы ответчика о том, что истец не является выгодоприобретателем по договору страхования, судом признан необоснованными, учитывая, что материалами дела подтверждается уступка права требования по кредитному договору. Договор цессии в установленном порядке не оспорен. 

При этом согласно ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. 

Данное положение регламентирует отношения, связанные с заменой выгодоприобретателя другим лицом по воле страхователя и направлено на защиту выгодоприобретателя (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 №1600-О-О). 

В силу п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, запрет установленный п. 2 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации не может распространяться на случаи, когда замена выгодоприобретателя происходит по его собственной воле в силу норм главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При этом, суд также отмечает, что формальное отсутствие какого-либо документа, необходимого для осуществления страховой выплаты, не устраняет объективности возникновения ущерба у страхователя, поэтому наличие указанных обстоятельств не исключает возникший у страхователя ущерб из числа страховых случаев. 

Учитывая, что ответчиком доказательства выплаты страхового возмещения в размере 239 783, 82 руб. суду не представлены, то данная сумма подлежит взысканию в судебном порядке. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ.

На основании ст.ст. 2, 9, 10, 11, 12, 15, 307- 310, 927-966 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст.ст. 9, 65, 66, 71, 102, 106, 110, 121, 123, 167-171, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с акционерного общества страховая  компания «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ»  задолженность в размере 239 783, 82 руб., госпошлину в размере 7 796 руб.

Решение по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению. Решение может быть обжаловано в течение 15-ти дней со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд, а в случае составления мотивированного решения - в течение 15-ти дней со дня принятия решения в полном объеме. Подача апелляционной жалобы не приостанавливает исполнение решения.

Судья

Р.Е. Галиева