ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-18452/2024

Дело № А72-6358/2019

г. Самара

28 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 марта 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Бондаревой Ю.А.,  Машьяновой А.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Цветиковым П.А.

с участием:

от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 01.03.2025 года.

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 17 марта 2025 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05 ноября 2024 года в рамках дела № А72-6358/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

Решением от 16.11.2020 (резолютивная часть объявлена 13.11.2020) процедура реструктуризации долгов ФИО3 прекращена. ФИО3  признана несостоятельным (банкротом); в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим ФИО3 утвержден ФИО1, член Ассоциация «МСРО АУ».

03.04.2023 через канцелярию Арбитражного суда Ульяновской области поступило заявление финансового управляющего об установлении процентов по вознаграждению, в котором просит суд установить финансовому управляющему должника ФИО3 – ФИО1 проценты по вознаграждению от реализации имущества.

24.05.2023 через канцелярию Арбитражного суда Ульяновской области поступило заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО1, в котором просит суд: установить факт ненадлежащего исполнения обязанностей арбитражным управляющим ФИО1 выразившиеся в: 

1. Необоснованном включении командировочных расходов в сумме 11 715, 00 руб.

2. В отсутствии установления и выплаты мораторных процентов, в размере 146129,62 руб. 

3. Снизить размер вознаграждения финансового управляющего ФИО1 до 0 руб.

Определением от 25.05.2023 заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО1 принято к производству, объединены заявления №А72-6358-5/2019 и №А72-6358-6/2019 в одно производство для  их совместного рассмотрения с присвоением объединенному заявлению №А72-6358-5/2019. 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2023 (резолютивная часть от 26.07.2023) заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области оставлено без удовлетворения. Заявление арбитражного управляющего удовлетворено частично. Арбитражному управляющему ФИО1 установлена сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 198 159,24 руб. В остальной части заявление оставлено без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2023 (резолютивная часть от 16.10.2023) определение Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2023 по делу №А72-6358/2019 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения. 

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.01.2024 (резолютивная часть от 23.01.2024) определение Арбитражного суда Ульяновской области от 31.07.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2023 по делу №А72-6358/2019 в обжалуемой части отменено. Обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

05 ноября 2024 года вынесено определение следующего содержания:

«Заявление арбитражного управляющего удовлетворить частично.

Установить арбитражному управляющему ФИО1 сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 204 371,29 руб.

В остальной части заявление оставить без удовлетворения.»

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05 ноября 2024 года в рамках дела № А72-6358/2019.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 декабря 2024   г. апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 января 2025 года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 февраля 2025 года рассмотрение апелляционной жалобы отложено.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2025 года  произведена замена судьи Гольдштейна Д.К. на судью Машьянову А.В.

В соответствии с ч.5 ст.18 АПК РФ рассмотрение апелляционной жалобы осуществляется с самого начала.

Представитель финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, в судебном заседании просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда пришла к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Согласно абзацу пятому пункта 1 статьи 20.3, пункту 1 статьи 20.6, пункту 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве арбитражному управляющему гарантировано право на получение вознаграждения в деле о банкротстве в размерах и в порядке, установленных настоящим Законом, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно второму абзацу пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина, составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина.

Выплата суммы процентов за проведение процедуры реализации имущества гражданина осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате реализации имущества гражданина (абзац второй пункта 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве), и данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлено общее положение о добросовестности и разумности действий арбитражного управляющего при исполнении им своих обязанностей. В Законе о банкротстве предусмотрено, что выплата вознаграждения арбитражному управляющему производится за совершение деятельности в процедурах банкротства в интересах должника и кредиторов, а размер вознаграждения устанавливается за осуществление им полномочий арбитражного управляющего.

Окончательная оценка деятельности арбитражного управляющего, определение объема и качества выполненных им работ является прерогативой суда, который вправе решить вопрос об уменьшении выплаты вознаграждения, в том числе, в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него обязанностей.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" разъяснено, что согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В связи с этим, а также учитывая, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 ГК РФ), применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

При этом следует учитывать, что в соответствии с правовой позицией, приведенной в пункте 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 г., в отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве выплата суммы процентов за проведение процедуры реализации имущества гражданина осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате реализации имущества гражданина.

Как следствие, возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При представлении должником доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей процедуры банкротства, препятствовал ей, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

Таких доказательств ни должником, ни кредитором в материалы дела представлено не было.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от «19» сентября 2022 г. (резолютивная часть объявлена «15» сентября 2022 г.) по делу о банкротстве № А72-6358/2019 заявление финансового управляющего удовлетворено в части. Утверждено измененное Положение о порядке, условиях и сроках проведения торгов в редакции финансового управляющего за исключением п.10.5 Положения.

П. 3.2 Положения о порядке, условиях и сроках проведения торгов устанавливает размер вознаграждения финансового управляющего в размере, установленном п. 13 ст.20.6 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Указанное определение ни должником, ни кредитором не обжаловано.

В связи с этим суд пришел к выводу, что проценты подлежат установлению в размере семь процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от «07» июля 2023 г. (резолютивная часть объявлена «07» июля 2023 г.) по делу о банкротстве № А72-6358/2019 заявление финансового управляющего удовлетворено.

Установлен размер мораторных процентов, подлежащих выплате ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области, в размере 146 392,09 руб. Признаны общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4 мораторные проценты, подлежащие выплате ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области, в размере 146 392,09 руб.

Чеком-ордером (операция 21) от «07» июля 2023 г. указанные мораторные проценты выплачены уполномоченному органу.

Остаток денежных средств на специальном счете должника, с учетом подлежащей выплате супружеской доли от реализации совместно нажитого имущества и невыплаченного вознаграждения финансового управляющего составляет 1 165 776 рублей 06 копеек.

Суд учитывал, что в отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и 3 применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

По аналогии с процедурой реструктуризации долгов гражданина при исчислении таких процентов учитываются удовлетворенные конкурсным управляющим включенные в реестр требования всех очередей. 

Суд признал необходимым для определения размера процентов арбитражного управляющего принять во внимание: сумму удовлетворенных реестровых требований в размере 1 250 440 руб. 68 коп., понесенных текущих расходов в размере 1 443 728 руб. 48 коп. и выплаченных мораторных процентов в размере 146 392 руб. 09 коп., а всего 2840561 руб. 25 коп.

Также в пользу уполномоченного органа было произведено взыскание по исполнительному производству № 136885/22/73042-ИП от 06.05.2022, возбужденному «06» мая 2022 г. на основании судебного приказа № 2А-863/2022, выданного «22» февраля 2022 г. мировым судьей судебного участка № 1 Железнодорожного района Железнодорожного судебного района г. Ульяновска в отношении должника в размере 52845 рублей 34 копейки и 4373 рубля 62 копейки и 1000 рублей 00 копеек, 790 рублей 00 копеек, 20019 рублей 66 копеек, «30» мая 2022 г., «13» апреля 2022 г., «30» августа 2021 г., «11» августа 2021 г., «31» мая 2021 г., соответственно. Указанные средства были взысканы со специального счета, открытого на имя должника.

Таким образом, всего было выплачено 2 919 589 руб. 87 коп. за счет средств, поступивших в конкурсную массу должника, в связи с чем суд установил арбитражному управляющему ФИО1 сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 204 371,29 руб. 

Случаев признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинения убытков должнику, а также наличия периодов, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий, судом не установлено. 

В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  заявление арбитражного управляющего следует удовлетворить частично и установить арбитражному управляющему ФИО1 сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 204 371,29 руб.

Повторно рассмотрев обособленный спор в пределах доводов апелляционной жалобы в части, направленной на новое рассмотрение, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, сделанными при повторном рассмотрении дела. 

Направляя спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.01.2024 N Ф06-27717/2022 по делу N А72-6358/2019 указано на следующие обстоятельства. 

Определением от 07.09.2023 требования кредиторов ФИО3 признаны удовлетворенными. Производство по делу N А72-6358/2019 о банкротстве ФИО3 прекращено в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. При этом сумма удовлетворенных реестровых требований составила 1 250 440,68 руб., понесенных текущих расходов в размере 1 434 013,48 руб. и выплаченных мораторных процентов в размере 146 392,09 руб., а всего - 2 830 846,25 руб.

Обращаясь с заявлением о взыскании процентов по вознаграждению, финансовый управляющий ссылался на то, что в соответствии с положением о реализации имущество на торгах реализовано на сумму 3 818 941,30 руб., в связи с чем руководствуясь пунктами 3, 4 статьи 213.9 и пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве просил установить проценты по вознаграждению от реализации имущества в размере 267 325,89 руб. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования финансового управляющего частично, пришел к выводу, что поскольку производство по делу о банкротстве прекращено в связи  с погашением требований кредиторов,  то по аналогии с процедурой реструктуризации долгов гражданина при исчислении таких процентов в процедуре реализации имущества следует учитывать при расчете процентов только удовлетворенные конкурсным управляющим требования всех очередей. Таким образом, суд определил процент арбитражного управляющего в размере 7 процентов от удовлетворенных требований в размере 198 159,24 руб., а не в размере 7 процентов от стоимости реализованного имущества. 

В силу абзаца второго пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

В рассматриваемом случае в обоснование заявления финансовый управляющий сослался на то, что в результате реализации принадлежавшего должнику имущества выручено 3818941,30 руб. Однако, суды необоснованно сослались на аналогию с процедурой реструктуризации долгов гражданина и рассчитали проценты не в соответствии с вышеуказанной нормой Закона о банкротстве.

Указания, приведенные в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.01.2024 N Ф06-27717/2022 по делу № А72-6358/2019, о толковании норм материального права в соответствии с ч. 2.1 ст.289 АПК РФ, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Таким образом, суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела исходил из того, что в рассматриваемом случае проценты по вознаграждению финансового управляющего ФИО1 подлежали расчету в размере 7 процентов от стоимости реализованного имущества.

Вместе с тем суд первой инстанции при новом рассмотрении спора пришел к выводам о том, что по аналогии с процедурой реструктуризации долгов гражданина при исчислении таких процентов учитываются удовлетворенные конкурсным управляющим включенные в реестр требования всех очередей, и для определения размера процентов арбитражного управляющего принял во внимание: сумму удовлетворенных реестровых требований, понесенных текущих расходов и выплаченных мораторных процентов.

Данный вывод суда первой инстанции по указанным выше мотивам не может быть признан обоснованным. 

Апелляционный суд также не может согласиться с выводами суда о необходимости расчета процентов применительно к п.13 ст. 20.6 Закона о банкротстве, поскольку установление процентов в указанном порядке относится к процедуре конкурсного производства. Порядок определения процентов носит императивный характер, при этом арбитражный управляющий не заявлял о добровольном уменьшении ему размера процентов. 

Апелляционным судом также учитывалось, что определения суда от 12.07.2021 и от 19.09.2022 непосредственно в мотивировочной части не содержат оценку пункта 3.2 Положения о порядке, условиях и сроках проведения торгов, в связи с чем по мнению суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать, что проценты подлежат установлению в ином размере, не предусмотренном Законом о банкротстве для процедуры реализации имущества. 

Кроме того, суд первой инстанции также включил в базу для расчета процентов от стоимости удовлетворенных требований платежи, которые произведены в пользу уполномоченного органа по исполнительному производству № 136885/22/73042-ИП от 06.05.2022, возбужденному «06» мая 2022 г. на основании судебного приказа № 2А-863/2022, выданного «22» февраля 2022 г. мировым судьей судебного участка № 1 Железнодорожного района Железнодорожного судебного района г. Ульяновска в отношении должника в размере 52845 рублей 34 копейки и 4373 рубля 62 копейки и 1000 рублей 00 копеек, 790 рублей 00 копеек, 20019 рублей 66 копеек, «30» мая 2022 г., «13» апреля 2022 г., «30» августа 2021 г., «11» августа 2021 г., «31» мая 2021 г., соответственно. Указанные средства были взысканы со специального счета, открытого на имя должника.

Между тем при первом рассмотрении спора суд апелляционной инстанции в постановлении от 19.10.2023 указал на следующее обстоятельство. Суд апелляционной инстанции полагал, что указанные суммы текущих платежей обоснованно не учтены судом первой инстанции в расчете процентного вознаграждения, учитывая индивидуальный вклад в их погашение со стороны финансового управляющего, а также то обстоятельство, что списание этих сумм производилось по платежным документам судебного пристава-исполнителя в рамках возбужденного исполнительного производства; совершение этих платежей носило не добровольный, а принудительный характер.

Оснований для иного вывода и иной оценки этих обстоятельств при новом рассмотрении дела у суда первой инстанции по мнению апелляционного суда не имелось. Несмотря на то, что вышеуказанные платежи направлены на погашение требований кредиторов, в этом не имелось индивидуального вклада финансового управляющего. 

В Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.01.2024 N Ф06-27717/2022 по делу N А72-6358/2019 также указывалось на следующее. 

Согласно выводам суда кассационной инстанции суды, указав на то, что при определении размера учитывали конкретных обстоятельств дела, вклад арбитражного управляющего ФИО1 в достижение целей процедуры, соблюдение баланса интересов участников дела о банкротстве, встречный характер стимулирующего вознаграждения, не отразили и не исследовали вопрос о снижении вознаграждения и какие действия или бездействия привели к снижению размера процентов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" (далее - Постановление N 97), правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ); применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 N 305-ЭС21-9813, от 05.05.2023 N 306-ЭС20-14681, от 05.05.2023 N 306-ЭС20-12147, от 23.10.2023 N 306-ЭС21-13461(4), пункте 23 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства.

При представлении доказательств того, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей процедуры банкротства, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Оценивая доводы заявителя апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходил из того, что размер стимулирующего вознаграждения зависит от объема реальных действий управляющего в деле о банкротстве. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание правовую позицию, указанную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2023 N 306-ЭС20-14681(13) по делу N А57-10966/2019. 

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце первом пункта 5 постановления №97, данное вознаграждение управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), к нему применяются правила о договоре возмездного оказания услуг. 

Объем обязанностей конкурсного управляющего изложен в пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве, конкретизирован и дополнен в других статьях этого Закона (в частности, в статьях 130, 139). В обобщенном виде обязанности конкурсного управляющего сводятся к выполнению следующих мероприятий:

1) принятие имущества должника, проведение его инвентаризации и оценки;

2) принятие мер, направленных на обеспечение сохранности данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

3) выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (в том числе посредством оспаривания сделок с предпочтением и подозрительных сделок, истребования имущества из чужого незаконного владения и т.п.);

4) взыскание дебиторской задолженности;

5) формирование и ведение реестра требований кредиторов, подача возражений относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

6) организация и проведение торгов по реализации имущества должника; 

7) привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролировавших его лиц, предъявление к этим лицам исков о возмещении убытков;

8) погашение требований кредиторов.

Указанный перечень мероприятий, закрепленный в Законе о банкротстве, определяет объем и содержание деятельности конкурсного управляющего, то есть существенное условие договора возмездного оказания услуг (его предмет), по которому управляющим истребуется оплата в виде процентов (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

За надлежащее осуществление всей этой деятельности (выполнение всех мероприятий) конкурсному управляющему применительно к пункту 1 статьи 781 ГК РФ причитается как фиксированное, так и процентное вознаграждение в полном размере, указанном в пунктах 3, 3.1 и 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

Если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, то применительно к правилам об ответственности за недоброкачественность оказанных услуг, закрепленным в абзаце третьем пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, размер его вознаграждения может быть соразмерно уменьшен (пункт 5 постановления N 97). Равным образом, управляющий, оказавший лишь часть услуг из тех, что предусмотрены Законом о банкротстве и составляют предмет соответствующего договора, по причинам объективного (например, отсутствие необходимости в проведении тех или иных мероприятий) или субъективного характера (например, выполнение ряда мероприятий кредитором) не вправе рассчитывать на получение полной (максимальной) выплаты.

При ином подходе, позволяющем не учитывать реальный объем услуг, оказанных управляющим, нарушается принцип встречного исполнения обязанностей исполнителем и заказчиком: ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (пункты 1, 3 статьи 328 ГК РФ, статья 781 ГК РФ). Согласно правовой позицией Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце четвертом пункта 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного 20.12.2016, проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода; погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

В силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий со дня его утверждения осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления. Применительно к акционерным обществам Центральным банком Российской Федерации одобрен Кодекс корпоративного управления (приложение к письму Банка России от 10.04.2014 N 06-52/2463), призванный повысить эффективность работы органов управления акционерных обществ, содержащий положения рекомендательного характера, в том числе по вопросу об установлении вознаграждения руководителя. Согласно пункту 4.3.1 части "А" названного Кодекса вознаграждение исполнительного органа общества должно определяться таким образом, чтобы обеспечивать разумное и обоснованное соотношение его фиксированной части и переменной части, зависящей от результатов работы общества и личного (индивидуального) вклада руководителя в конечный результат.

При установлении судами процентного вознаграждения в максимально возможном размере, без оценки личного (индивидуального) вклада управляющего в достижение результата нивелируется стимулирующее воздействие данной части вознаграждения.

При подобном установлении процентного вознаграждения сталкиваются интересы кредиторов и конкурсного управляющего. Так, финансирование деятельности управляющего, в том числе расходов на выплату ему вознаграждения, осуществляется по общему правилу за счет должника. Вместе с тем, при недостаточности конкурсной массы для погашения всех текущих обязательств и требований, включенных в реестр, упомянутые расходы косвенно перекладываются на гражданско-правовое сообщество кредиторов, последние утрачивают возможность получить удовлетворение своих требований за счет той части имущественной массы должника, которая была израсходована на выплату вознаграждения. Таким образом, определение суммы процентного вознаграждения арбитражного управляющего вне связи с объемом фактически оказанных им услуг приводит к дисбалансу: создает необоснованные преимущества управляющему, востребовавшему оплату за неоказанную услугу, посредством вторжения в имущественную сферу кредиторов должника, не получивших причитающееся.

Необходимость сопоставления  объема услуг, реально оказанных управляющим, с истребуемой суммой процентного вознаграждения, входит в предмет доказывания, имеет существенное значение для правильного разрешения обособленного спора. 

В данном случае в обобщенном виде обязанности финансового управляющего сводятся к выполнению следующих мероприятий:

1) принятие имущества должника, проведение его инвентаризации и оценки;

2) принятие мер, направленных на обеспечение сохранности данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

3) выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (в том числе посредством оспаривания сделок с предпочтением и подозрительных сделок, истребования имущества из чужого незаконного владения и т.п.);

4) взыскание дебиторской задолженности;

5) формирование и ведение реестра требований кредиторов, подача возражений относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

6) организация и проведение торгов по реализации имущества должника; 

7) погашение требований кредиторов.

За выполнение всех указанных мероприятий Законом о банкротстве предусмотрена возможность выплатить управляющему вознаграждение в размере 100% от удовлетворенных требований. 

Из обстоятельств настоящего дела о банкротстве следует, что финансовым управляющим ФИО1 выполнены не все мероприятия, предусмотренные Законом. 

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.02.2025 по делу №А72-9/2019 по спору, принятому при аналогичных обстоятельствах, суд кассационной инстанции указал на необходимость указания  мотивов, которые позволили суду сделать вывод о том, каков удельный вес вклада конкурсного управляющего в достижение положительного результата; оценки вклада конкурсного управляющего с позиции процентного соотношения объема выполненных им мероприятий и предпринятых действий к общему объему.

В связи с этим, определяя размер процентов финансового управляющего ФИО1, суд апелляционной инстанции исходил из следующего расчета. 

Обязанности  финансового управляющего

Выполнено 

Процент соотношения объема выполненных мероприятий и предпринятых действий к общему объему

Итого %

1) принять имущество должника, провести его инвентаризацию и оценку;

Да

20

20

2) обеспечить сохранность данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

Нет

5

0 

3) выявить и принять меры к возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц;

Нет

10

0

4) взыскать дебиторскую задолженность;

Нет

5

0

5) сформировать и вести реестр требований кредиторов, подавать возражения относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

Да

10

10

6) организовать и провести торги по реализации имущества должника

Да

40

40

7) погасить требования кредиторов.

Да

10

9,5

100

79,5

Начислено 100% процентной части вознаграждения = 267325,89 руб. 

79,5% = 212524,08 руб. 

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что основными мероприятиями в данном деле о банкротстве, направленными на формирование конкурсной массы, являлись проведение инвентаризации и оценки имущества в виде трех земельных участков, а также проведение публичных торгов по реализации имущества должника. Из материалов дела следует, что указанные мероприятия проведены финансовым управляющим высокоэффективно, имущество продано по цене, которая позволила полностью удовлетворить требования кредитора, а также выплатить ему мораторные проценты и погасить текущие платежи.  

В связи с этим суд присвоил этим мероприятиям в совокупности  весовой критерий 60 процентов (п.1 и 6 таблицы). 

Вместе с тем иные предусмотренные Законом о банкротстве мероприятия выполнены не в полном объеме. В силу особенностей имущества не обеспечивалась сохранность данного имущества и его эффективное использование до момента реализации; не требовалось выявление и принятие мер к возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц; не осуществлялись меры по взысканию дебиторской задолженности. Указанным мероприятиям (п.2, 3 и 4 таблицы) суд присвоил в совокупности весовой критерий 20 процентов. 

Финансовым управляющим сформирован и велся реестр требований кредиторов, что оценено судом в 10 процентов. 

Погашение требований кредитора финансовым управляющим выполнено, произведены расчеты с единственным кредитором. При этом, учитывая, что в отношении небольшой части перечисленных выше платежей списание сумм производилось по платежным документам судебного пристава-исполнителя в рамках возбужденного исполнительного производства, то есть при этом не имелось индивидуального вклада в их погашение со стороны финансового управляющего, финансовому управляющему подлежит  установлению за это мероприятие вознаграждение в размере 9,5% от весового критерия 10%.

Таким образом, принимая во внимание, что финансовым управляющим ФИО1 мероприятия в деле о банкротстве ФИО3 выполнены на 79,5% от общего объема запланированных и подлежащих выполнению мероприятий, ему подлежит установлению процентное вознаграждение в размере 79,5% от 100% (267325,89 руб.), что составляет 212524 руб. 08 коп.

В остальной части доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, поскольку вопреки доводам апелляционной жалобы финансовому управляющему ФИО1 не подлежит выплате процентное вознаграждение в полном объеме по причине неполноты проведенных мероприятий в деле о банкротстве должника. Определение суммы процентного вознаграждения арбитражного управляющего вне связи с объемом фактически оказанных им услуг приводит к дисбалансу: создает необоснованные преимущества управляющему, востребовавшему оплату за неоказанную услугу, посредством вторжения в имущественную сферу должника, который в связи с этим необоснованно лишается части денежных средств, причитающихся к возврату ему после завершения процедуры банкротства.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, обжалуемое определение следует изменить в части размера процентов, как принятое с нарушением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

В соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в связи с ее частичным удовлетворением подлежат отнесению на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05 ноября 2024 года по делу № А72-6358/2019 изменить в части размера процентов, изложив абзац второй резолютивной части следующим образом. 

Установить арбитражному управляющему ФИО1 сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 212524 руб. 08 коп. 

В остальной части определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05 ноября 2024 года по делу № А72-6358/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО3 в пользу арбитражного управляющего ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 1295 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                Я.А. Львов

Судьи                                                                                               Ю.А. Бондарева

                                                                                                                      А.В. Машьянова