ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула                                                                                                      Дело № А68-11461/2017

20АП-7586/2018

Резолютивная часть постановления объявлена   04.12.2018

Постановление в полном объеме изготовлено    10.12.2018

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тучковой О.Г., судей Григорьевой М.А.., Волковой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 01.04.2014), от общества с ограниченной ответственностью «Цветочный сад» – ФИО4 (доверенность от 22.10.2018), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тульской области от 15.10.2018 по делу № А68-11461/2017 (судья Козлова И.В.),  

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Тульской области от 12.12.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Цветочный сад» (ИНН 

<

***>, ОГРН     

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО5.

ФИО2 (Московская обл., г. Видное) обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении требований в реестр требований кредиторов «Цветочный сад» в размере 118 984 982 руб. 55 коп. (с учетом уточнений).

Определением суда от 03.04.2018 к рассмотрению заявления привлечен ФИО6

Определением суда от 15.10.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Тульской области от 15.10.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения лиц, участвовавших в деле, явившихся в судебное заседание, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, в обоснование требований заявитель указывает, что между должником и ФИО6 (первоначальный кредитор) были заключены договоры займа от 12.11.2007 № 1, от 20.11.2007 № 2, от 26.05.2008 № 3.

Денежные требования по возврату займа по указанным договорам займа переданы заявителю по договору уступки денежного требования от 16.10.2012 б/н. 

Определением суда первой инстанции от 10.07.2018 ФИО6 было предложено представить документы, подтверждающие, что финансовое положение (с учетом доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства.

Определение суда от 10.07.2018 ФИО6 не исполнил.

От  АО «Россельхозбанк» в материалы дела поступили копии платежных поручений №1 от 03.06.2008, №1 от 24.06.2008, №14 от 02.07.2008, №476 от 04.09.2008, №527 от 25.09.2008, №559 от 30.09.2008, №526 от 06.10.2008.

В материалы дела поступил оригинал письма ООО «Чеховский сад» №10/03, направленного ФИО6 10.03.2010; оригинал договора займа №1 от 12.11.2007, копия договора займа №1 от 12.11.2007, копия дополнительного соглашения к договору займа от 12.11.2007, оригинал дополнительного соглашения к договору займа от 12.11.2007, копия платежного поручения №2 от 20.11.2007, оригинал квитанции к приходному кассовому ордеру №1226 от 21.07.2010, оригинал квитанции к приходному кассовому ордеру №1226 от 21.07.2010.

В материалы дела поступили копия договора займа №2 от 20.11.2007 с приложением копии дополнительного соглашения от 20.11.2007, оригинала дополнительного соглашения №2 от 01.12.2008, платежного поручения №3 от 28.11.2007; копия договора займа №3 от 26.05.2008 с приложением копии дополнительного соглашения от 26.08.2008, оригинала дополнительного соглашения №2 от 01.12.2008.

Определением суда от 10.07.2018 ФИО6 было предложено представить документы, подтверждающие, что финансовое положение (с учетом доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства.

Определение суда от 10.07.2018 ФИО6 не исполнено.

В пояснениях заявитель указал, что перечисления ООО «Гигант» (ИНН 

<

***>) и ЗАО «Троицкий спиртзавод» (ИНН 

<

***>) от имени                   ФИО6 (первоначального кредитора) были направлены в счет взаиморасчетов между указанными лицами; данные денежные средства перечислены за ФИО6, что следует из назначения платежа; приняты к учету должником и впоследствии пересчитаны в рублях в сумме, эквивалентной соответствующей сумме в Евро, в полном размере, именно, перед ФИО6; сами указанные третьи лица ООО «Гигант» и ЗАО «Троицкий спиртзавод» данные перечисления не оспаривали, своих требований заявить уже не могут, поскольку их деятельность прекращена.

Довод временного управляющего ФИО5 о том, что предоставленные займы носят характер корпоративного займа, не подтверждены документально.

ФИО6 (первоначальный кредитор) не был участником должника, таким образом, оценка данного займа как корпоративного исключается.

Сам договор займа не носит характер замены корпоративного обязательства перед кредитором (деньги предоставлены отдельным платежным поручением по отдельному договору займа) и из такого участия не вытекает.

Возражая против заявленных требований, должник указал, что протоколом №1 от 25.05.2007, учреждено ООО «Чеховский сад». Согласно указанному протоколу, учредителем ООО «Чеховский сад» является ООО «Гигант».

Как следует из материалов дела, учредителем ООО «Гигант», в период времени с 2003 по 2012 год (заявление о выходе ФИО6 из общества), являлся ФИО6

Поскольку ФИО6 являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику в указанный период, заем, предоставленный им по договорам займа от 12.11.2007, от 20.11.2007 и 26.05.2008 является корпоративным.

Данный факт также подтверждается следующими обстоятельствами:

-                      аффилированность сторон;

-                      длительный срок предоставления займа;

-                      низкая процентная ставка по займу;

-                      наличия условий о моратории на взыскание займа (пункты 7.2. договоров займа):

-                      указание на то, что заем является субординированным;

-                      согласованность действий всех участников на предоставление Обществу субординированных займов (протокол № 1 об учреждении ООО «Чеховский сад», пункт 7 повестки дня);

-                       наличие бизнес-плана, по условиям которого 15% средств, необходимых для строительства тепличного комплекса, предоставляется участниками ООО «Чеховский сад».

Вынося обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно статьям 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия  разногласий  относительно этих  требований  между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(1,2), от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2) сформировал подход, в соответствии с которым при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласнокоторым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) сдолжником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения ВС РФ от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС15-3973).

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Возможность признания лица конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом обязательства, лежащего в основании требования к должнику. Учредители (участники) юридического лица (должника) по обязательствам, вытекающим из такого участия, не могут являться его конкурсными кредиторами.

Правоотношения, связанные с участием в обществе с ограниченной ответственностью, регламентируются Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ             "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Статья 8 названного Федерального закона определяет права участников общества: участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном законом и уставом общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке; принимать участие в распределении прибыли; продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, предусмотренном законом и уставом общества; выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу, если такая возможность предусмотрена уставом общества, или потребовать приобретения обществом доли в случаях, предусмотренных законом; получить в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость. Участники общества имеют также другие права, предусмотренные названным Федеральным законом.

В предусмотренных указанным Федеральным законом и уставом общества случаяхправам участников корреспондируют соответствующие обязанности общества; при ихненадлежащем исполнении участники общества вправе предъявить обществу своиимущественные и неимущественные требования, вытекающие                         из данных правоотношений. Таким образом, к обязательствам должника перед его учредителями (участниками), вытекающим из участия в обществе, относятся обязательства, корреспондирующие корпоративным правам участников и регулируемые нормами корпоративного законодательства.

По смыслу статьи 1 ГК РФ гражданские права должны осуществляться добросовестно и разумно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 6 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (утв. Президиумом ВС РФ от 04.03.2015), в силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указал на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника, исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801). Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе.

При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о  согласии на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника. Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов, подразумевает, в числе прочего, оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана.

Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества, требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305- ЭС17-17208).

К тому же, изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей   выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

Закон о банкротстве (абзац 8 статьи 2) не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)», утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 г. по делу №А40-10067/2016.

Протоколом №1 от 25.05.2007 учреждено ООО «Чеховский сад». Согласно указанному протоколу, учредителем ООО «Чеховский сад» является ООО «Гигант» (50,11% доли).

Как следует из материалов дела, учредителями ООО «Гигант» с 2003 по 2012 год (заявление о выходе ФИО6 из Общества), являлись ФИО6 (50% доли) и ФИО7 (50% доли).

Исходя из протоколов №4 и №5 внеочередного общего собрания участников от09.04.2009 и 10.04.2009, ФИО6 и ФИО7 участвовали и принималирешение об одобрении  крупных сделок ООО «Чеховский сад» (правопреемник должника), в том числе по предоставлению обеспечения ОАО «Россельхозбанк» для открытия второго аккредитива для совершения оплаты по контракту.

Кроме того, согласно протоколу №1 от 25.05.2007, по седьмому вопросу приняты следующие решения:

1.      Утвердить проект бизнес-плана ООО «Чеховский сад».

2.      Сформировать оборотные средства ООО «Чеховский сад» в следующем порядке:

 

2.1     Участники ООО «Чеховский сад» обязуются предоставить ООО «Чеховский сад» субординированные займы в общей сумме и на условиях в соответствии с утвержденным бизнес – планом.

2.2     Участники ООО «Чеховский сад» в целях формирования оборотных средств ООО «Чеховский сад» на период до предоставления ими субординированных займов дают согласие на получение ООО «Чеховский сад» займа в сумме до шести миллионов рублей. Смета расходов за счет средств займа утверждается Генеральным директором ООО «Чеховский сад» в соответствии с утвержденным бизнес – планом.

Договоры займа от 12.11.2007 № 1, от 20.11.2007 №2, от 26.05.2008 №3 предусматривают возврат суммы займа единовременным платежом, и предусматривают погашение после удовлетворения всех кредиторов заёмщика.

В платежных поручениях №476 от 04.09.2008, №527 от 25.09.2008, №559 от 30.09.2008, №526 от 06.10.2008 в назначении платежа указано: уплата субординированного займа за ФИО6

Таким образом, в данном случае природа первоначальных заёмных средств, направлена на компенсирование негативных результатов воздействия на хозяйственную деятельность должника со стороны ФИО6 через ООО «Гигант», являлось механизмом пополнения оборотных средств должника, что исключает возможность включения первоначальных заемных обязательств ФИО6 в реестр требований кредиторов должника, поскольку уже в рамках возбужденной процедуры банкротства используется для формального наращивания подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Договор цессии, на основании которого ФИО2 приобрел права требования к должнику, являются гражданско-правовыми сделками только для заключивших его сторон и не трансформирует по своей правовой природе первоначальное обязательство должника в части предоставления заемных средств аффилированным лицом.

В связи с изложенным судом отклоняется довод апелляционной жалобы о том, предоставленные займы не являются корпоративными.

В статье 19 Закона о банкротстве указано, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ФЗ "О защите конкуренции" группой лиц признается хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Заёмные обязательства носили корпоративный характер, возврат займа предусмотрен в конце срока. Таким образом, предоставленные ФИО6 займы вытекают из факта участия ООО «Гигант» в ООО «Чеховский сад» (правопреемник должника), что так же следует из представленного Бизнес-плана, которым предусмотрено, что финансирование проекта будет осуществлено из нескольких источников, в том числе собственные средства участников ООО «Чеховский сад» - учредители компании вносят собственные денежные средства на счет ООО «Чеховский сад» (30,01%) от общей суммы финансирования проекта в форме субординированных займов.

Предоставление субординированного займа сопряжено для заимодавца с повышенными рисками, которые заключаются, в том числе в возможности невозврата предоставленных денежных средств - такой заем имеет иную степенью защищенности по сравнению с обычными займами и является смешанным видом инвестирования, схожим по своей природе со взносом в уставной капитал.

В этой связи, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности применения к правоотношениям сторон норм гражданского законодательства о договоре займа без учета специфики договора субординированного займа. Суд апелляционной инстанции соглашается с  указанным выводом.

С учетом изложенного, обоснованно признав, что правовая природа обязательства после его уступки не изменилась, суд первой инстанции правомерно отклонил требования ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов третьей очереди в размере 118 984 982 руб. 55 коп. 

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием заявителя с выводом суда о том, что предоставленные займы являются корпоративными. 

Данный довод судом во внимание не принимается, поскольку противоречит материалам дела. 

По своей сути доводы апелляционной жалобы сводятся к иной, чем у суда, трактовке обстоятельств и норм права и не опровергают правомерности и обоснованности выводов арбитражного суда первой инстанции. Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется.

Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 15.10.2018 по делу № А68-11461/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

О.Г. Тучкова 

 

Судьи

 

                          М.А. Григорьева

                          Ю.А. Волкова