ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-19767/2016

18 сентября 2017 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     05 сентября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 сентября 2017 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Мельниковой Н.А.

судей  Савиной Е.В., Фуркало О.В.

при ведении протокола судебного заседания:  Тутаевым В.В.

при участии:  

от истца: Королюк О.В. по доверенности от 21.080.2017, Герчакова Л.Е. по доверенности от 21.08.2017, Белова Ю.Ю. по доверенности от 23.08.2017

от ответчика (должника): Волынец А.И. по доверенности от 05.12.2016

от 3-го лица: 1) не явился, извещен; 2) не явился, извещен; 3) Тарасенко А.С. по доверенности от 04.12.2015; 4) не явился, извещен; 5) не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-16750/2017) ЗАО "Юридическая Фирма Единой Энергетической Системы" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.05.2017 по делу № А56-19767/2016 (судья  Васильева Н.А.), принятое

по иску (заявлению) АО Банк "Советский"

к ЗАО "Юридическая Фирма Единой Энергетической Системы"

3-е лицо: 1) ООО "СовБанкКонсалт", 2) MYSARI HOLDINGS LTD, 3) Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», 4) ООО "Коллектор 19", 

5) конкурсный управляющий  ООО "Коллектор 19" Винокуров С.С.

о признании сделки недействительной

установил:

акционерное общество Банк «Советский» (далее – Банк, истец) в лице руководителя временной администрации по управлению Банком - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к закрытому акционерному обществу «Юридическая Фирма Единой Энергетической Системы» (далее – ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС», Общество, ответчик) о признании недействительными заключенных между Банком и Обществом договоров поручительства и залога прав требований от 26.03.2015 к договору процентного займа № ЮЭ-СБК 17/12/14 от 17.12.2014.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО "СовБанкКонсалт" (ООО «СБК»), MYSARIA HOLDINGS LTD ( Компания), Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" (ГК «АСВ»), ООО «Коллектор 19», временный управляющий ООО «Коллектор 19» Винокуров С.С. (в настоящее время – конкурсный управляющий) 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.05.2017 исковые требования удовлетворены.

Договор поручительства от 26.03.2015 к договору процентного займа № ЮЭ-СБК 17/12/14 от 17.12.2014, заключенный между ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» и АО Банк «Советский» признан недействительным.

Договор залога прав требований от 26.03.2015 к договору процентного займа №ЮЭ-СБК 17/12/14 от 17.12.2014, заключенный между ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» и АО Банк «Советский» признан недействительным.

На указанное решение ответчиком подана апелляционная жалоба, в которой, указывая на неправильное установление судом фактических обстоятельств дела, просит судебный акт отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемые в рамках настоящего дела договоры залога прав (требований) и поручительства от 26.03.2015, заключенные между АО Банк «Советский» и ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС», являются неотъемлемым элементом инвестиционного механизма, предназначенным для предоставления гарантий возврата Заимодавцам-Инвесторам денежных средств, перечисленных по договорам займа, однако суд первой инстанции оставил без внимания все данный факт. Также не дана судом и надлежащая оценка экономической заинтересованности Банка в совершении оспариваемых сделок.

Вместе с тем, отчуждение Банком неликвидной дебиторской задолженности по стоимости, многократно превысившей рыночную, является той экономической выгодой, которая при наличии «фактической» аффилированности между поручителем и основным должником, создает более чем достаточное основание для предоставления Заимодавцам, перечислившим денежные средства на условиях возвратности, собственного поручительства, залога прав (требований) и акций Банка.

В данном случае, совершение сделок по отчуждению прав (требований) позволило Банку единовременно получить 2 302 845 527,53 руб., улучшить собственные финансовые показатели, как путем увеличения чистых активов на указанную сумму, так и уменьшением объема резервирования на покрытие сомнительных ссуд и иных активов с 3 230 156 тыс. руб. (ОКУД 0409115 «Информация о качестве активов кредитной организации» по состоянию на 01.12.2014) до 2 079 561 тыс. руб. (ОКУД 0409115 «Информация о качестве активов кредитной организации» по состоянию на 01.01.2015).

Ответчик считает, что именно Банк являлся выгодоприобретателем последовательного ряда сделок. Предоставление обеспечения Банком в виде поручительства и залога при вышеуказанных обстоятельствах не только экономически оправдано, но и соответствует характеру сложившихся между сторонами правоотношений, поскольку фактически является обеспечением возвратности денежных средств, предоставленных Заимодавцами Банку.

Вместе с тем, суд первой инстанции, квалифицируя сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пришел к ошибочному вывод, что в результате заключения оспариваемых сделок Банк не предоставил дополнительные гарантии исполнения основного обязательства, а фактически сам стал основным должником, хотя им является ООО «СБК», что не допустимо и наносит вред кредиторам Банка.

Напротив, поручитель (Банк) получил имущественное предоставление в виде выгоды от продажи основному должнику (ООО «СовБанкКонсалт») низколиквидных портфелей однородных ссуд по цене, многократно превышающей рыночную. А получение экономических выгод было бы невозможно без предоставление займов со стороны Заимодавцев.

Судом не учтено, что ООО «СовБанкКонсалт» и АО Банк «Советский» являлись фактически аффилированными лицами, систематически заключали сделки в интересах Банка, имели устойчивые хозяйственные связи, направленные на оптимизацию резервирования проблемной задолженности Банка. Подобный характер правоотношений вкупе с экономической выгодой, полученной в результате отчуждения неликвидных прав (требований) по цене многократно превышающей рыночную, и обусловил экономическую целесообразность заключения договоров залога прав (требований) и поручительства

С учетом изложенного ответчик полагает, что судом первой инстанции необоснованно отклонены доводы ответчика об общности экономических интересов АО Банк «Советский» и ООО «СовБанкКонсалт», объясняющие мотивы заключения Банком оспариваемых сделок и доказывающие их экономическую целесообразность, наличие которой исключает возможность признания данных сделок недействительными на основании норм статей 10, 168 ГК РФ.

В отзыве на апелляционную жалобу MYSARIA HOLDINGS LTD, указывая на, что договор поручительства и договор залога прав требований от 26.03.2016 заключенные между ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» и АО Банк «Советский» не могут быть признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве ввиду отсутствия причинения ущерба имущественным правам Банка и его кредиторов, а также на основании статей 10, 168 ГК РФ как совершенные при злоупотреблении правом ввиду наличия экономического интереса Банка в их совершении, просит, обжалуемый судебный акт отменить, апелляционную жалобу ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС»  удовлетворить.

В отзывах на апелляционную жалобу, АО Банк «Советский», ГК «Агентство по страхованию вкладов», указывая на законность и обоснованность принятого решения, просят оставить обжалуемый акт без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.       

В судебном заседании представитель ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, а представители АО Банк «Советский», ГК «Агентство по страхованию вкладов» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, по доводам, изложенным в отзыве, просили решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу части 3 статьи 156,  части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы по существу в их отсутствии.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 17.12.2014 ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» (займодавец) заключило с ООО «СБК» (заемщик) договор процентного займа      №ЮС-СБК 17/12/14, в рамках исполнения которого ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» перечислило на расчетный счет ООО «СБК», открытый в АО Банк «Советский»,            800 000 000 руб. 

Согласно п.1.5 договора займа ООО «СБК» обязуется возвратить полученные денежные средства в течение 75 календарных дней с момента перечисления средств на счет Заемщика (фактически до 10.03.2015). 

26.03.2015 стороны договора займа, а также Банк подписали дополнительное соглашение, в соответствии с п.3 которого установили, что заемщик обязуется возвратить денежные средства, полученные от займодавца, в течение 24 месяцев с момента поступления денежных средств на расчетный счет заемщика. Кроме того из п.5 данного дополнительного соглашения следует, что Банк обязался в день его заключения заключить с ответчиком Договор поручительства, которым солидарно отвечать перед Займодавцем за исполнение заемщиком всех обязательств по договору займа. В соответствии с п.6 дополнительного соглашения Банк также обязался в день его заключения заключить с ответчиком Договор залога, которым предоставить в залог ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» в обеспечение всех обязательств заемщика по Договору займа права требования к физическим лицам по кредитным договорам Банка. 

26.03.2015 Банк (в качестве поручителя) и ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» заключили договор поручительства, согласно п.1.1 договора поручительства поручитель обязался солидарно отвечать перед ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» за возврат сумы займа, уплату процентов, а также уплату штрафных санкций по Договору займа. Кроме того 26.03.2015 Банк (в качестве залогодателя) и ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» заключили Договор залога, предмет залога: права требования к заемщикам Банка.

31.07.2015 ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» и ООО «СБК» подписали дополнительное соглашение к Договору займа, согласно п.2  которого, его стороны пролонгировали сроки возврата займа и установили график платежей, в соответствии с которым сумма займа должна быть полностью возвращена до 01.09.2017. Стороны дополнительного соглашения конвертировали сумму займа в доллары США и установили, что размер задолженности составляет 13 438 992 доллара США и п.6 дополнительного соглашения установили, что займодавец имеет право требовать досрочный возврат всей суммы займа в случае однократного нарушения заемщиком срока платежа по возврату сумы займа и/или процентов, начисленных на сумму займа, более чем на 1 день.

07.04.2016 ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» (цедент) заключило с Компанией MYSARIA HOLDINGS LTD (цессионарий) договор уступки права требования (цессии) № 04/16-1 (Договор цессии), которым цессионарию в полном объеме были уступлены все права займодавца по Договорам займа, поручительства и залога. Как следует из п.1.2 Договора цессии, право требования, передаваемое цедентом по данному договору, перешло к цессионарию в момент его подписания сторонами.

В феврале 2016 года в Банк поступило уведомление-требование от ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» выплатить Компании MYSARIA HOLDINGS LTD сумму займа в размере 13 135 239,20 доллара США (с учетом совершения одного платежа ООО «СБК»), а также 179 360,06 долларов США процентов начисленных на сумму займа.

Оспаривая указанные договора поручительства и залога, истец сослался на положениях пункта 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая в этой связи, что Приказом ЦБ РФ от 23.10.2015 № ОД 2888 на Агентство с 23.10.2015 возложены функции временной администрации Банка, в т.ч. функции, предусмотренные статьей 189.34 Закона о банкротстве, а право Банка в лице временной администрации – Агентства (ее руководителя) на оспаривание сделки в порядке искового производства в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по заявленным основаниям вытекает из статей 61.1 пункт 1, 61.9 и 189.40 пункт 1 Закона о банкротстве. В обоснование исковых требований истец указал, что оспариваемые договоры залога и поручительства заключены с целью причинения имущественного вреда кредиторам Банка, который на момент их совершения имел признаки недостаточности имущества; сделки совершены за рамками обычной хозяйственной деятельности, поскольку Банк, не имея никакого экономического интереса, принял на себя безвозмездные обязательства неплатежеспособного ООО «СБК» перед ответчиком, что нанесло вред кредиторам Банка; при том, что сделки (залог и поручительство) не согласовывались кредитным  комитетом Банка и не отражены на его внебалансовых счетах бухгалтерского учета, а заключение оспариваемых сделок являлось злоупотреблением правом со стороны ответчика и бывшего руководителя Банка.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве, удовлетворил исковые требования, признав их обоснованными.

Выслушав мнение представителей сторон, изучив материалы дела, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что сделками признаются действия юридических и физических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательств и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Таким образом, исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 6 Постановления № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Оценив представленные в дело доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции признал, что на момент заключения договора поручительства и Договора залога финансовое состояние Банка отвечало признакам недостаточности имущества, непосредственно перед заключением данных сделок Банк допускал искажение своей бухгалтерской и иной отчетности, то есть оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов Банка.

Кроме того, недостаточность имущества Банка подтверждается п.2.1 Плана участия ГК «АСВ» в предупреждении банкротства АО Банк «Советский» (далее - План участия), согласно которому по результатам анализа финансового положения Банка на 09.07.2015, проведенного (с апреля по июнь 2015 года) Банком России на основании Приказа Банка России от 09.07.2015 № ОД-1609 «О проведении анализа финансового положения банка ЗАО Банк «Советский» (г. Санкт-Петербург)», у Банка был выявлен значительный объем проблемных активов, по которым необходимо было создать дополнительный резерв (13 389,7 млн. руб.) что приводит к уменьшению стоимости данных активов в бухгалтерском учете; из бухгалтерских балансов Банка по состоянию на 01.07.2015 и на 01.03.2015 следует, структура его активов на указанные даты идентична, следовательно, с учетом данных анализа финансового положения Банка на 09.07.2015, приведенных в пункте 2.1. Плана участия, дополнительное резервирование по проблемным активам также необходимо было создать и на последнюю отчетную дату перед совершением оспариваемых сделок. 

Судом первой инстанции установлено, что превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей Банка над стоимостью его активов по состоянию на 01.03.2015 составило 6 971 440 тыс. руб., то есть на дату заключения договора поручительства и договора залога Банк отвечал признаку недостаточности имущества.

Кроме того, ухудшение финансово-экономического состояния Банка на дату заключения оспариваемых договоров подтверждается тем, что еще до их заключения Банк России в связи с неудовлетворительной финансовой устойчивостью Банка неоднократно вводил ограничения на проведение Банком различных банковских операций (в том числе, на привлечение денежных средств физических лиц во вклады в рублях и иностранной валюте (до востребования и на определенный срок); на открытие банковских счетов физических лиц в рублях и иностранной валюте; на привлечение денежных средств физических лиц на банковские счета в рублях и иностранной валюте; на привлечение денежных средств физических лиц путем продажи им ценных бумаг Банка). В частности, предписанием от 24.11.2014 №15-0-74-2/ДСП Банк России с 25.11.2014 ввел ограничения на совершение вышеуказанных банковских операций сроком на шесть месяцев, то есть и на момент заключения оспариваемых сделок. В Письме Банка России от 28.05.2014 № 15-0-74-2/12110ДСП указано об ухудшении финансовой устойчивости Банка; в письме Банка России от 20.10.2014 №15-0-74-2/ДСП отмечается неудовлетворительная финансовая устойчивость Банка.

Отсутствие в бухгалтерском балансе Банка по состоянию на 01.03.2015 сведений о превышении обязательств Банка над стоимостью его активов, которое установлено в анализе финансового положения Банка, свидетельствует о том, что непосредственно перед совершением оспариваемых сделок Банк искажал документы своей бухгалтерской отчетности, при этом искажение бухгалтерской отчетности Банка подтверждается предписанием Банка России от 21.10.2015 №Т-15-0-74-2/4960 ДСП, в котором указано: «установленные нарушения по оценке кредитного риска и недосоздание резервов указывают на представление кредитной организацией в Банк России существенно недостоверной отчетности по формам 0409101 «Оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации», 0409118 «Данные о концентрации кредитного риска», 0409123 «расчет собственных средств (капитала) (Базель III)», 0409135 «Информация об обязательных нормативах и о других показателях деятельности кредитной организации», поскольку она скрывает реальное финансовое состояние Банка и не отражает наличие у Банка оснований для принятия мер по предупреждению несостоятельности банкротства, а также основания для отзыва лицензии на осуществление банковских операций».

Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, в совокупности с установленным признаком недостаточности имущества Банка, подтверждают направленность (цель) оспариваемых сделок на причинение имущественного вреда кредиторам Банка.

Кроме того, согласно данным бухгалтерского баланса ООО «СБК» по итогам 2014 года (последняя отчетная дата перед заключением договоров поручительства и залога), выручка ООО «СБК» составила 0 руб., убыток по итогам 2014 года составил 315 000 000 руб., недостаточность имущества на конец 2014 года -                  218 000 000 руб. 

Таким образом, сумма средств, которыми ООО «СБК» располагало по итогам 2014 года, составила 6 000 000 руб., выручка по итогам 2013 года составила 17 245 тыс. руб., а денежные средства - 3 000 руб., что также прямо подтверждает невозможность исполнения обязательств ООО «СБК» по договору займа перед ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС». При этом и другой поручитель по обязательствам ООО «СБК» - ООО «Коллектор 19» по итогам 2014 года имел признаки недостаточности имущества в размере 1 726 тыс. руб.

Судом первой инстанции также учтено, что на момент совершения оспариваемых сделок ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» предоставило ООО «СБК» отсрочку на исполнение обязательств по возврату суммы займа и процентов путем заключения дополнительного соглашения к договору займа, что также указывает на невозможность исполнения заемщиком своих обязательств, при том, что ООО «СБК» не представило доказательств исполнения обязательств перед ответчиком по договору займа, и более того, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.10.2016 (резолютивная часть объявлена 24.10.2016) по делу № А56-65116/2016 в отношении ООО «СБК» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника на основании требования ООО «Пром-Торг» в размере 6 300 000 руб., а определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2017 (резолютивная часть объявлена 10.02.2017) по делу № А56-61228/2016 введена процедура наблюдения в отношении ООО «Коллектор 19» (еще одного поручителя по обязательствам ООО «СБК»), основанием к введению процедуры послужило требование в размере 1 169 219 руб. 48 коп. В настоящее время ООО «Коллектор 19»

В настоящее время ООО «Коллектор 19» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него введено конкурсное производство.

С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов Банка, так как на момент заключения оспариваемых договоров, действуя разумно и осмотрительно, ответчик, как и сам Банк, обязаны были располагать информацией о финансовом состоянии ООО «СБК», и проявляя требующуюся от них по условиям оборота осмотрительность, могли ознакомиться с бухгалтерской отчетностью ООО «СБК», при том, что необходимая информация могла быть получена ими самостоятельно от ООО «СБК», в таких открытых информационных ресурсах, как «СПАРК-Интерфакс» или «Контур-Фокус», а также в органах статистики на основании пункта 5.10 постановления Правительства Российской Федерации от 02.06.2008 № 420 «О федеральной службе государственной статистики».

Кроме того, заключение договора поручительства и договора залога по обязательствам ООО «СБК», в отношении которого ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» и Банку при проявлении должной осмотрительности должно было быть известно, что деятельность должника убыточна и ООО «СБК» не располагает активами, достаточными для возврата суммы займа, не может признаваться разумным и осмотрительным поведением.

Судом первой инстанции, также обосновано указано, что правовая природа обеспечительных сделок (их предназначение) - это создание дополнительных гарантий исполнения основного обязательства, тогда как оспариваемые сделки указанному предназначению не отвечают, поскольку 26.03.2015 Банк выступил поручителем и залогодателем по обязательствам заемщика – ООО «СБК» на сумму 800 млн. руб., при этом обеспечительные обязательства не были отражены на внебалансовых счетах бухгалтерского учета Банка, договоры поручительства и залога не проходили процедур внутрибанковских согласований, а в отношении          ООО «СБК» на момент заключения оспариваемых договоров, Банку и ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» заведомо было известно, что данный заемщик никогда не сможет исполнить принятые на себя обязательства, то есть, Банк не предоставил дополнительные гарантии исполнения основного обязательства, а фактически сам стал основным должником, хотя им является ООО «СБК», что не допустимо и наносит вред кредиторам Банка.

При изложенных обстоятельствах, апелляционная инстанция находит правильным и обоснованным вывод суда о том, что при заключении оспариваемых договоров поручительства и залога ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» знало о том, что данные сделки совершаются с целью ущемления имущественных интересов кредиторов Банка, поскольку последний выступает поручителем и залогодателем по обязательствам финансово несостоятельной организации, которая не сможет исполнить свои обязательства по договору займа, и с которой невозможно будет взыскать денежные средства, выплаченные ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС», при том, что оспариваемые сделки подпадают под трехлетний срок, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, судом первой инстанции установлена совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также наличие факта злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок, что с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», не соответствует требованиям статьи 10 ГК РФ.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов, в том числе, связанных с их корпоративными взаимоотношениями; в соответствии с пунктом 1 статьи 60 ГК РФ основная цель деятельности коммерческой организации - извлечение прибыли, и как следует из пункта 3.1 Устава Банка, действовавшего на момент заключения сделок, последний является коммерческой организацией, которая входит в единую банковскую систему Российской Федерации и имеет целью получение прибыли за счет оказания услуг физическим и юридическим лицам.

Вместе с тем, доказательств того, что заключение оспариваемых сделок обусловлено наличием у их сторон или у Банка и ООО «СБК» единого экономического интереса или иной разумной экономической цели, не представлено. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Предоставление поручительства и залога по обязательствам заемщика, который отвечает признакам недостаточности имущества, не имеет разумных целей, влечет за собой неоправданные экономические риски для поручителя (залогодателя) в виде искусственного создания кредиторской задолженности. Установление в дополнительном соглашении от 26.03.2015 к договору займа целевого назначения в виде оплаты ООО «СБК» прав требований, приобретаемых у АО Банк «Советский», наличие интереса Банка в оспариваемых сделках не подтверждает; доводы ответчика о том, что заемные денежные средства выдавались непосредственно Банку, опровергаются материалами дела (договор займа, заключенный с ООО «СБК» и выписка по расчетному счету ООО «СБК»). Доводы ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» о том, что между ООО «СБК» и Банком существовала история договорных отношений, со ссылкой на то, что 2011 года    ООО «СБК» приобретало права требования у Банка, а ООО «СБК» использовало, полученные от ответчика денежные средства, для расчетов с Банком, не опровергают тот факт, что в результате заключения договора поручительства и залога, кредиторам Банка был причинен имущественный вред. Равным образом, о наличии обоснованного интереса в предоставлении поручительства и залога не говорят иные, предоставленные в материалы документы, например, копия соглашения от 17.12.2017, поименованного «инвестиционный меморандум» (при том, что заемщиком в нем именуется ООО «СБК», безусловная обязанность Банка в предоставлении обеспечения данным документом не предусмотрена). Кроме того, данное соглашение по своей правовой природе не является договором, его заключение не повлекло за собой возникновение гражданских прав и обязанностей для сторон.

Напротив, судом установлено, что с 2011 года у Банка и ООО «СБК» отсутствовали корпоративные связи, на момент заключения оспариваемых сделок Банк не мог давать обязательные для ООО «СБК» указания, в том числе, по заключению сделок и по распоряжению денежными средствами.

Договоры поручительства и залога являются для должника безвозмездными, т.е. отсутствует какая - либо выгода от их заключения. В рассматриваемом случае заключение оспариваемых сделок не было направлено на реализацию нормальных экономических интересов Банка, даже если последний рассчитывал, что ООО «СБК» использует заемные денежные средства для расчетов с Банком, поскольку предоставление обеспечения полностью перекладывало обязательства ООО «СБК» перед ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС» на Банк. Наличие любых финансовых проблем, если они имеются у Общества, не освобождают органы управления действовать добросовестно и разумно при осуществлении руководства деятельности Обществом. В результате заключения спорных договоров Банк не получил какого-либо встречного исполнения ни со стороны ответчика, ни со стороны ООО «СБК». Таким образом, заключение спорных договоров поручительства улучшило положение ООО «СБК» и ухудшило положение Банка, хотя предоставление поручительства для должника не было обязательным. 

ЗАО «ЮРЭНЕРГО ЕЭС», ООО «СБК» и Компания MYSARIA HOLDINGS LTD не представили суду достоверных доказательств того, в чем заключался для истца экономический интерес в заключении оспариваемых сделок.

Рассмотрев и оценив представленные в дело Компанией MYSARIA HOLDINGS LTD заключения (отчеты об оценке прав требований, которые ООО «СБК» приобрело у Банка от 20.12.2016 №0067-К, от 01.03.2017 №0018-К) и Банком (экспертное заключение №45/17 от 19.01.2017 на отчет об оценке от 20.12.2016 №0067-К и экспертное заключение от 20.03.2017 №436/2017), суд пришел к выводу, что они обладают признаками относимости к предмету заявленных требований, так как определение рыночной стоимости прав требований не относится к предмету настоящего спора по оспариванию обеспечительных сделок; при том, что представленные в дело заключения не могут рассматриваться судом в качестве экспертных, так как судом по делу не проводилась судебная экспертиза.

С учетом изложенного, апелляционная инстанция согласна с выводом суда первой инстанции об обоснованности требований истца и подлежащим удовлетворению на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ.

Оснований для переоценки изложенных выводов, апелляционный суд не находит, как сделанных в результате детального и всестороннего исследования и оценки обстоятельств дела, имеющихся доказательств и доводов (возражений) сторон, отклоняя в частности доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, исходя из того, что с учетом должной степени разумности, осмотрительности и добросовестности, ответчик не только мог, но и должен был принять все достаточные и допустимые меры для выяснения финансового состояния как основного (заемщика - ООО «СБК»), так и акцессорного (Банка) должника, и коль скоро он этого не сделал (не представил безусловных доказательств, что при принятии всех возможных мер для выяснения указанных  обстоятельств, он не имел возможности реально оценить платежеспособность сторон сделки) на него ложатся неблагоприятные последствия совершения недействительной сделки, что тем более верно в силу наличия связи между Банком и ООО «СБК», о чем, как оно само ссылается, в т.ч. апелляционной жалобе, Общество было осведомлено и – соответственно – должно было осознавать, что при финансовых показателях заемщика фактически его требования о погашении заемных обязательств может быть исполнено исключительно за счет Банка.

Довод ответчика о необходимости учитывать всю совокупность сделок, включающих и оспариваемые по настоящему делу, отклоняются апелляционной инстанцией как направленные, по его мнению, на финансирования Банка, поскольку ответчик при этом не обосновал наличие его интереса в этой операции, а совокупность обстоятельств дела как раз свидетельствует, что в результате совершения сделок Банк утратил ранее принадлежащие ему права требования (уступленные в пользу ООО «СБК») с одновременным возникновением у него и обязательств по возврату в пользу Общества (а позднее – в связи с заключением договор цессии – Компании, которая, как ссылается истец и не оспорено (документально не опровергнуто) ответчиком, уже предъявила Банку соответствующие требования) денежных средств, полученных последним, как ссылается общество, в оплату уступленных прав требования, т.е. в итоге совокупность всех операций (сделок) повлекла ухудшение положения Банка, а именно – утрату им своего имущества (прав требований) фактически без получения встречного обеспечения (наличия у него обязанности возвратить полученные денежные средства).

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции, обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме, выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При указанных обстоятельствах основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Излишне уплаченная ответчиком при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина в размере 3000 руб. подлежит возврату из федерального бюджета на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 29.05.2017 по делу №  А56-19767/2016  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ЗАО «Юридическая Фирма Единой Энергетической Системы» из федерального бюджета 3000 руб. излишне уплаченной государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.А. Мельникова

Судьи

             Е.В. Савина

               О.В. Фуркало