АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8949/21 

Екатеринбург

17 января 2022 г.

 

Дело № А76-25137/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Кудиновой Ю.В., Тихоновского Ф.И.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Уралстар-М» (далее – общество «Уралстар-М») на решение Арбитражного суда Челябинской области от 07.04.2021 по делу № А76-25137/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель закрытого акционерного общества «Монолит» – ФИО1 (доверенность от 02.02.2021).

 

В Арбитражный суд Челябинской области 03.07.2019 обратились закрытое акционерное общество «Практика» (далее – общество «Практика») в лице ФИО2 и общество «Уралстар-М» (далее также истцы) с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о взыскании убытков в сумме 2 866 682 руб. 39 коп. (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 07.04.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 и общество «Уралстар-М» обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят решение от 07.04.2021 и постановление от 09.08.2021 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявители указывают на то, что исковые требования в части взыскания убытков в сумме 1 992 478 руб. 79 коп. связаны не с самим договором уступки права требования, а с заключением обществом «Практика» с Банком «Снеженский» кредитного договора от 24.04.2017 № 6523/3 для оплаты полученных от банка прав требований и последующих расходов на оплату обществом «Практика» Банку договорных процентов в размере существенно превышающим мораторные проценты, предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Истцы обращают внимание на то, что, во-первых, в настоящем деле отсутствуют доказательства того, что в материалах обособленного спора по требованию общества «Практика» о включении задолженности в реестр требований кредиторов в деле № А76-27214/2016 о банкротстве общества «Монолит» имеются какие-либо конкретные доказательства нарушения прав общества «Практика», о которых ФИО2 при ознакомлении должен был узнать; во-вторых, в судах первой и апелляционной инстанций неоднократно указывалось на то, что о кредитном договоре ФИО2 узнал от своего представителя только после ознакомления последнего (28.01.2018) с материалами обособленного спора по делу № А76-22240/2017 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Завод Монолит» (далее – общество «Завод Монолит»); в?третьих, для исчисления срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков, связанных с оплатой процентов по кредитному договору, имеет значение не момент заключения такого договора, а момент уплаты процентов. Кроме того, податели жалобы отмечают, что расчет мораторных процентов при вынесении обжалуемых судебных актов и сопоставление таких процентов с договорными процентами при расчете размера убытков судами не производился.

Также заявители считают, что судами неправильно распределено бремя доказывания, поскольку именно ответчик ФИО3 должен был доказать, что в результате заключенной им сделки предполагалось получение выгоды обществом, отмечают отсутствие надлежащего согласия и одобрения сделок, совершенных ФИО3 от имени общества «Практика». 

Кроме этого истцы выражают несогласие с выводом судов об отсутствии оснований для взыскания с ФИО3 убытков в связи с привлечением общества «Практика» к административной ответственности, отмечая, что  в случаях неразумного и недобросовестного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, директор отвечает перед юридическим лицом за причинённые убытки, в данном случае суды не дали оценку обстоятельствам разумности и добросовестности действий ФИО3 при назначении работника, ответственного за соблюдение правил производства, продажи и учета оружия, из-за неправомерных действий которого общество «Практика» было привлечено к административной ответственности.

Помимо изложенного, в кассационной жалобе изложены доводы о том, что в судебных актах отсутствует мотивированное обоснование отклонения всех заявленных оснований, для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков, указано на нарушение судами норм процессуального права в виде необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств. 

В отзыве ФИО3 по доводам кассационной жалобы возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Дополнительные документы, приложенные к отзыву, поименованные в пунктах 1,2 приложения, судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются, поскольку представляют собой судебные акты, содержащиеся в общедоступном информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», размещенном на официальном сайте арбитражных судов в информационно-коммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru»). Фактическому возврату вышеуказанные документы не подлежат, так как поданы в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь в суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании убытков с ФИО3, истцы ссылались на следующие обстоятельства. 

Обществом «Практика» в лице ФИО3 18.06.2019 была совершена сделка по предоставлению обществу «Монолит» денежных средств для погашения требований кредиторов последнего, включенных в реестр требований в сумме 9 330 327 руб. 09 коп. в порядке статьи 125 Закона о банкротстве.

Как указывали истцы, денежные средства были предоставлены на правах беспроцентного займа, данная сделка была совершена в личных интересах ФИО3 в ущерб интересам общества «Практика» без надлежащего согласия или последующего одобрения такой сделки органами общества.

По мнению истцов, убыток в связи с заключением и исполнением ФИО3 от имени общества «Практика» данной сделки составил 10 199 440 руб. 18 коп. Также истцы просили взыскать 163 472 руб. 44 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.06.2019 по 19.09.2019.

Между обществом «Практика» в лице ФИО3 и Банком «Снежинский» был заключен договор уступки прав требования от 21.04.2017 № 4396/3-У, в результате которого Банк уступил обществу «Практика» право требования к обществу «Монолит», возникшее из кредитного договора от 26.11.2013 № 4396/3 в сумме 5 038 356 руб. 16 коп.  Цена приобретения указанных прав составила 5 232 534 руб. 24 коп.

С позиции истцов, убыток в связи с заключением и исполнением данного договора составил 2 248 207 руб. 95 коп. Кроме того, истцы просили взыскать с ответчика 1 992 478 руб. 79 коп. убытков в связи с уплатой процентов за пользование кредитными средствами Банка по кредитному договору за период с 21.04.2017 по 17.02.2021, а также 61 551 руб. – за неполученные проценты, рассчитанные по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также в обоснование исковых требований заявлено то, что общество «Практика» в период с 21.04.2017 и по настоящее время несет расходы по оплате услуг своих представителей для участия в процедурах несостоятельности (банкротства) общества «Монолит», общества «Завод Монолит» и корпоративных спорах в арбитражных делах № А76-40291/2019, № А76-41748/2020, в деле о взыскании займа № А76-40554/2019. 

При этом представителями общества «Практика» и представителями лично ФИО3 являются одни и те же лица (ФИО4, ФИО5 и другие), которые, по мнению заявителей, получая оплату от общества «Практика», фактически защищают личные интересы ФИО3 в корпоративном конфликте с ФИО2, ФИО6 и другими акционерами. 

По расчету истцов общий размер убытков, причиненных обществу «Практика» сделками заключенными ФИО3 на оказание обществу необоснованных юридических услуг составляет 155 000 руб.

Кроме того в качестве одного из эпизодов указано, что Управлением Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Челябинской области в отношении общества «Практика» было вынесено постановление от 19.09.2017 № 74ЛРР060110917000058 о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 20.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде взыскания штрафа в сумме 300 000 руб.

В данном случае истцы полагали, что убытки в сумме 300 000 руб. подлежат взысканию с ФИО3, поскольку из-за его действий по принятию сотрудника на работу, который нарушил правила производства, продажи и учета оружия, на общество был наложен штраф в вышеуказанной сумме.

На основании вышеизложенных обстоятельств, с учетом принятых судом первой инстанций в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса уточнений требований, общая сумма иска составила 2 866 682 руб. 39 коп. 

Ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица; принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации или до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычно для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункт 2 Постановления № 62).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Постановления № 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать их наличие у юридического лица.

Исследовав и оценив, представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения, участвующих в деле лиц в части требований о взыскании с ФИО3 убытков за предоставление обществу «Монолит» денежных средств в сумме 9 330 327 руб. 09 коп. (впоследствии размер основного долга снижен истцами до 2 руб.), установив, что за счет данных денежных средств, зачисленных обществом «Практика» на специальный банковский счет общества «Монолит», были удовлетворены требования восьми конкурсных кредиторов общества «Монолит» в процедуре банкротства (дело № А76-27214/2016), в том числе и общества «Практика» (размер погашенного требований составил 5 038 356 руб. 16 коп.), в связи с чем определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.07.2019 дело № А76-27214/2016 о банкротстве общества «Монолит» было прекращено; учитывая, что предоставление обществу «Монолит» денежных средств было одобрено решением Совета директоров общества «Практика» (протокол от 23.09.2019 № 19-3), которое в установленном законом порядке не отменено и недействительным не признано, суды первой и апелляционной инстанций правомерно не установили наличие у общества «Практика» убытков по данной части требований, равно как и наличия убытков за пользование чужими денежными средствами в связи с предоставлением обществу «Монолит» беспроцентного займа.

Рассмотрев исковые требования в части взыскания убытков за заключение договора уступки от 21.04.2017 № 4397/3-У, в результате которого было приобретено право требования к обществу «Монолит», принадлежавшее Банку «Снежинский», принимая во внимание, что приобретенное обществом «Практика» у Банка право требования было обеспечено залогом недвижимого имущества, стоимость которого значительно превышает размер задолженности; учитывая, что общество «Практика» и общество «Монолит» входят в одну группу компаний и согласно пояснениям ФИО7, неопровергнутых истцами, действия по приобретению данного права требования были осуществлены с целью сохранения в собственности группы компаний дорогостоящего имущества, судебные инстанции, заключили, что осуществляя от имени общества «Практика» действия, связанные с приобретением у Банка прав требований, ФИО3 вёл себя добросовестно и разумно, и исключительно в интересах обществ, что исключает  недобросовестность действий ответчика, как один из обязательных элементов для привлечения его к ответственности в виде убытков, в связи с чем отказали в данной части требований.

Кроме того, суды признали необоснованными требования о взыскании убытков на сумму 61 551 руб. 16 коп. – процентов по статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации от суммы 232 534 руб. 24 коп., потраченных на приобретение требований у Банка, поскольку заявляя данное требование, истцы не учли, что общество «Практика» в статусе конкурсного кредитора  общества «Монолит» получило и право на мораторные проценты, правовая природа которых тождественна правовой природе процентов за пользование чужими денежными средствами, при этом начисление данных процентов возможно как на сумму задолженности по договору займа, так и на проценты за пользование займом,  в связи с чем не усмотрели правовых оснований для взыскания с ответчика убытки по данному эпизоду.

Относительно судебных расходов в сумме 155 000 руб., которые являются, по мнению истцов, убытком общества «Практика», подлежащим взысканию с ФИО3, суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали на то, что обращение за юридической помощью является реализацией прав общества «Практика», которое осуществлено исключительно в целях обеспечения защиты интересов данного общества, в связи с чем правомерное поведение, направленное на обеспечение защиты интересов общества «Практика, не может быть основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности. С учетом изложенного требования истцов в данной части признаны необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Рассмотрев обоснованность иска в части взыскания с ФИО3 убытков в сумме 300 000 руб. за наложение на общество «Практика» административного штрафа в соответствующей сумме, учитывая, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор – ответчик, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, установив отсутствие указаний истцов на конкретные совершенные ответчиком противоправные действия, наличие причинной связи между противоправными действиями ответчика и возникшими убытками, суды заключили, что сам по себе факт привлечения юридического лица к административной ответственности не является автоматическим основанием для привлечения единоличного исполнительного органа юридического лица к ответственности в виде взыскания убытков, поскольку не свидетельствует об обстоятельствах недобросовестности и неразумности действий ответчика.

Также апелляционным судом принято во внимание, что согласно решению Челябинского областного суда от 15.02.2018 года по делу № 7-233/2018, а также судебных актов, вынесенных в рамках дела № А76-30206/2017, ФИО3 не является лицом, ответственным за привлечение общества «Практика» к административной ответственности.

С учетом изложенного, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об ином, суды констатировали отсутствие  причинно-следственной связи между действиями ответчика и образовавшимися у общества «Практика» убытками, в связи с чем суды пришли к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков исходя из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для применения деликтной ответственности.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все указанные обстоятельства, проанализировав доводы истцов и соотнеся их с пояснениями ФИО3, приняв во внимание наличие корпоративного конфликта, заявление ФИО3 о пропуске истцом срока исковой давности относительно требований, основанных на договоре уступки, которое признано обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявленных требований.

Суд округа по результатам изучения доводов кассационной жалобы оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.

Изложенный в кассационной жалобе довод о том, что о нарушении прав общества «Практика» ФИО2 узнал от своего представителя только после ознакомления последнего (28.01.2018) с материалами обособленного спора по делу № А76-22240/2017, в связи с чем срок на судебную защиту, предусмотренный статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, не истек судом округа отклоняется, поскольку были предметом исследования и оценки судов и мотивированно отклонен. Судами первой и апелляционной инстанций верно установлено, что ФИО2 мог узнать о факте заключения между обществом «Практика» и Банк «Снежинский» договора от 21.04.2017 № 4397/3-У как минимум с 18.05.2017, поскольку именно с этого момента он получил статус лица, участвующего в деле № А76-27214/2016 о банкротстве общества «Монолит», при этом определением суда от 23.05.2017 по указанному делу было удовлетворено заявление Банка о процессуальном правопреемстве в связи с заключением договора уступки от 21.04.2021. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Указание на то, что при вынесении обжалуемых судебных актов судами не был произведен расчет мораторных процентов окружным судом не принимаются, поскольку обязанностью суда является проверка представленного в подтверждение размера исковых требований расчета истца и ответчика на соответствие нормам материального права (статьи 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.72006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству»). При этом, вопреки доводов кассационной жалобы, из материалов дела не следует, что истцы в суде первой и апелляционной инстанций заявляли требование о взыскании в качестве убытков суммы разницы между суммой процентов по кредиту и суммой мораторных процентов, данные доводы заявлены впервые при подаче настоящей кассационной жалобы, в связи с чем не могут являться предметом проверки в порядке кассационного производства и служить основанием для отмены состоявшихся судебных актов (статья 286, часть 1 статьи 287, часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

По данному основанию судом округа не принимаются во внимание доводы кассационной жалобы о нарушении порядка принятия  Советом директоров общества «Практика» решений, оформленных протоколом от 23.09.2019 № 19-3, поскольку ранее указанные доводы в судах нижестоящих инстанций не заявлялись, доказательства признания решения Совета директоров, в установленном порядке недействительным суду не представлялось. 

Доводы кассационной жалобы о том, что судами не дана оценка всем доводам и представленным в материалы дела доказательствам, подлежат отклонению, поскольку нарушений положений статьи 170, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом кассационной инстанции не установлено. То обстоятельство, что в судебных актах не указаны какие-либо конкретные доказательства либо доводы не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судами не были исследованы и оценены. Из определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции усматривается, что все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и, что по ним судами были сделаны соответствующие выводы. При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судами не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны судов.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств несостоятелен, поскольку разрешая заявление об истребовании доказательств и отказывая в его удовлетворении, суд первой инстанции и апелляционный суд исходили из отсутствия оснований, установленных частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Указание на неверное распределение бремени доказывания по спору отклоняется, суды руководствовались разъяснениями, данными в Постановлении № 62, учли то, что ответчик проявил активную позицию по спору, предоставил мотивированные возражения по заявленным требованиям, которые истцами не опровергнуты.

Согласно сведениям, размещенным в информационной системе «Картотека арбитражных дел», следует, что между участниками общества имеется корпоративный конфликт.

Применение норм гражданского законодательства при наличии корпоративного конфликта должно быть основано на необходимости соблюдения разумного баланса экономических интересов отдельных участников спора и общества в целом, механизм взыскания убытков не должен использоваться в качестве средства давления по корпоративным вопросам (по управлению в обществе, избранию руководителя, стратегии развития и т.д.).

Соответственно, в условиях продолжающегося корпоративного конфликта вопрос о наличии либо отсутствии оснований для возмещения руководителем общества убытков должен исследоваться и получить соответствующую правовую оценку исходя из совокупного анализа не только всех установленных по данному делу обстоятельств, но и с учетом действий и поведения всех сторон корпоративного конфликта в целом, не ограничиваясь формальной констатацией наличия либо отсутствия нарушения конкретной нормы права в отдельном рассматриваемом споре.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2003 № 12-П, при рассмотрении дела необходимо исследование фактических обстоятельств дела по существу и недопустимо установление только формальных условий применения нормы права.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что при рассмотрении настоящего спора суды исследовали и оценили все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства; изложенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов с учетом установленных судами обстоятельств и не свидетельствуюто нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по споруи вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286  288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Несоответствия выводов судебных инстанций представленным сторонами доказательствам или установленным на основании имеющейся доказательственной базы фактическим обстоятельствам и, как следствие, нарушений применения при разрешении спора норм материального права, судом округа не установлено.

Процессуальных нарушений, в том числе являющихся в силу норм части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела также не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 07.04.2021по делу № А76-25137/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Уралстар-М» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                              Ф.И. Тихоновский