АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-19700/2020

г. Краснодар

05 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05  апреля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Аваряскина В.В., судей Зотовой И.И. и Садовникова А.В., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «ИНЭ-Интерсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 11.12.2023), в отсутствие ответчика ? министерства строительства и архитектуры Ставропольского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третьих лиц: государственного казенного учреждения Ставропольского края «Управление капитального строительства», акционерного общества «Гипроздрав ? научно-проектный центр по объектам здравоохранения и отдыха», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу министерства строительства и архитектуры Ставропольского края на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.10.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 по делу № А63-19700/2020, установил следующее.

ООО «ИНЭ-Интерсервис» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к министерству строительства и архитектуры Ставропольского края (далее – министерство) о взыскании 24 673 805 рублей задолженности по государственному контракту от 03.06.2019 № 018ЭА-2019,5 798 344 рублей 18 копеек неустойки с 25.01.2020 по 21.02.2023, а также неустойки, начиная с 22.02.2023 по дату фактического исполнения решения суда (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

Министерство обратилось со встречным иском о взыскании с общества 2 678 975 рублей 09 копеек штрафа, 2 967 241 рубля 29 копеек неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по государственному контракту от 03.06.2019 № 018ЭА-2019 с 01.01.2020 по 24.01.2020.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГКУ Ставропольского края «Управление капитального строительства», АО «Гипроздрав – научно-проектный центр по объектам здравоохранения и отдыха».

Решением суда от 13.10.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 19.12.2023, первоначальные исковые требования удовлетворены частично; с министерства в пользу общества взыскано 24 673 805 рублей задолженности, 84 136 рублей судебных издержек, связанных с расходами на судебную экспертизу. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

Во встречном иске отказано. С общества взыскано в доход федерального бюджета 33 494 рубля государственной пошлины.

В кассационной жалобе и дополнении к ней министерство просит решение и постановление отменить, в удовлетворении исковых требований общества отказать в полном объеме, удовлетворить встречное исковое заявление. Податель жалобы указывает, что судом не исследован вопрос о периоде выполнения работ, по истечении десяти месяцев после подписания соглашения о расторжении контракта общество направило в адрес министерства акты о приемке выполненных работ  и справки о стоимости выполненных работ и затрат, в актах отсутствуют даты выполнения работ, установить период выполнения работ не представляется возможным, этот вопрос судом не исследовался, доказательства выполнения спорных работ до подписания соглашения о расторжении контракта отсутствуют, материалами дела не подтверждается вхождение спорных работ в предмет контракта, работы по погружению стальных свай шпунтового ряда выполнены не в полном объеме в нарушении проектной документации, министерство не согласовывало внесение изменений в проектную документацию по исключению работ по шпунтовому ограждению, невыполнение указанных работ в полном объеме является нарушением условий контракта. 

Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит жалобу оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям. 

Из материалов дела видно, что министерство (государственный заказчик) и общество (подрядчик) по итогам аукциона в электронной форме № 0121200004719000018 заключили государственный контракт № 018ЭА-2019 на выполнение подрядных работ по объекту «Строительство нового корпуса государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края "Краевая детская клиническая больница в городе Ставрополе"».

По условиям контракта подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по объекту «Строительство нового корпуса государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края "Краевая детская клиническая больница в городе Ставрополе"» в соответствии с проектной и рабочей документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, а государственный заказчик обязался обеспечить приемку и своевременную оплату указанных работ (пункт 1.1 контракта).

В силу пункта 2.1 цена составляет 1 621 348 195 рублей. Расчеты за непредвиденные работы и затраты производятся за фактически выполненные непредвиденные работы и затраты на основании актов о приемке выполненных работы (форма № КС-2) и справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3)в пределах сметных норм на эти виды работ и цены контракта (пункт 2.5 контракта).

В пункте 11.2 стороны согласовали, что при расторжении контракта по соглашению сторон государственный заказчик и подрядчик выявляют объем и стоимость выполненных работ, определяют объем незавершенного строительства и проводят взаиморасчет.

24 января 2020 года министерство и общество заключили соглашениео расторжении государственного контракта от 03.06.2019 № 018ЭА-2019 на выполнение подрядных работ по объекту.

В соответствии с пунктом 2 указанного соглашения на дату его заключения подрядчиком выполнены работы на сумму 99 120 488 рублей 93 копейки. Государственным заказчиком произведена оплата указанной суммы. Претензий на сумму 1 502 959 982 рубля 11 копеек подрядчик не имеет.

Общество, полагая, что при расторжении государственного контракта не были выполнены требования пункта 11.2 контракта, в связи с чем неверно установлена сумма фактически выполненных работ, направило в адрес министерства акты о приемке выполненных работ (форма № КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) на сумму 25 378 364 рубля 02 копейки.

Министерство письмом от 10.12.2020 № 01-06/10726 отказало в оплате указанных работ, ссылаясь на то, что государственный контракт расторгнут по соглашению сторон, в котором установлено, что на оставшуюся сумму 1 502 959 982 рубля 11 копеек подрядчик претензий не имеет, соответственно, взаимоотношения между министерством и обществом прекращены.

Поскольку меры досудебного порядка урегулирования спора не привели к его разрешению, общество обратилось в суд.

Министерство обратилось со встречным иском о взыскании с общества 2 678 975 рублей 09 копеек штрафа и 2 967 241 рубля 29 копеек неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по государственному контракту от 03.06.2019 № 018ЭА-2019.

При принятии судебных актов суды руководствовались следующим.

В силу части 1 статьи 4 Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, если иное не установлено Кодексом.

Спорные правоотношения возникли в рамках исполнения государственного контракта, правовое регулирование которого предусмотрено главой 37 Гражданского кодекса и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), а также общими положениями гражданского законодательства об обязательствах.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 711 Гражданского кодекса, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работ при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Порядок приемки заказчиком работ, выполненных подрядчиком, регламентирован статьями 720 и 753 Гражданского кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 720 Гражданского кодекса заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

В силу пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами.

Как следует из пунктов 8 и 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ. При непредставлении таких доказательств заказчиком односторонний акт приемки выполненных работ является основанием для оплаты в порядке, предусмотренном статьей 711 Гражданского кодекса, так как работы считаются принятыми.

Исковые требования общества мотивированы тем, что при заключении соглашения о расторжении государственного контракта от 03.06.2019 № 018ЭА-2019 стороны не учли часть выполненных подрядчиком работ, указанных в актах о приемке выполненных работ (форма № КС-2): смета № 1 восстановление проездов по ул. ФИО2 на сумму 105 875 рублей; смета № 2 восстановление проездов ул. Гагарина/ФИО2 на сумму 108 737 рублей 51 копейка; смета № 1 дополнительная вырубка деревьев 91 шт. на сумму 39 325 рублей 34 копейки; дополнительная замена кабельных линий 0,4 кВ и 10 кВ на сумму 1 275 915 рублей; смета № 5 дополнительный монтаж камеры ВК-1 на сумму 102 019 рублей 11 копеек; смета № 6 дополнительный монтаж камеры ВК-7 на сумму 95 418 рублей; смета № 01-10 перенос газопровода с ГНБ на сумму 999 342 рублей; смета № 8 площадка по холодильным установкам на сумму 609 613 рублей; смета № 02-01-1.1 общестроительные работы на сумму 15 785 657 рублей;  смета № 10 бурение котлована под шпунтовое ограждение на сумму 479 432 рубля 86 копеек; смета № 11 сварка арматурных стыков на сумму 92 445 рублей 69 копеек; вынос сетей 0,4 кВ на сумму 120 036 рублей; смета № 13 перекладка теплотрассы от ТК-6 на сумму 231 476 рублей 72 копейки; смета № 01-01 вынос водопровода на сумму 132 682 рубля 80 копеек; смета № 01-02 вынос канализации на сумму 940 592 рублей 07 копеек; смета № 01-03 вынос водостока на сумму 4 259 791 рублей 92 копейки. 

Акты по форме № КС-2 подписаны директором общества и главным специалистом по надзору за строительством ГКУ Ставропольского края «Управление капитального строительства» ФИО3 Допрошенный в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции свидетель ФИО3 подтвердил, что работы, указанные в поименованных актах, были выполнены обществом в полном объеме, об отсутствии претензий к объему выполненных работ свидетельствует его подпись на актах. 

Суды пришли к выводу, что указанные работы не были оплачены при расторжении контракта, что подтверждается письмом ГКУ СК «Управление капитального строительства» от 15.06.2023 № 508/04, в котором указано, что в расчете отсутствует задвоение объемов работ, принятых и оплаченных заказчиком на общую сумму 99 120 488 рублей 93 копейки. В ходе рассмотрения дела министерство также поясняло, что объем работ, указанный в представленных истцом актах приемки по форме № КС-2 не был учтен при  расторжении контракта, а также не вошел в состав суммы, оплаченной министерством по условиям соглашения о расторжении от 24.01.2020 в размере 99 120 488 рублей 93 копейки. Между тем, выполнение указанных работ входило в предмет заключенного контракта.

Довод министерства о том, что общество, подписав соглашение о расторжении контракта, не вправе претендовать на оплату выполненных работ, признан судом несостоятельным. Согласно абзацу второму пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – постановление Пленума № 35), расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время (прекращается обязанность подрядчика выполнять работы в будущем). При этом, обязанность заказчика оплатить работы, которые выполнены на момент расторжения договора, сохраняется в силу статьей 309, 310, 753 Гражданского кодекса, поскольку определяющим элементом подрядных правоотношений является результат выполненных работ, который непосредственно и оплачивается заказчиком. В соответствии со статей 415 Гражданского кодекса обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Вопреки доводам ответчика, из соглашения о расторжении государственного контракта от 24.01.2020 не следует воля общества на прощение долгов заказчика по  контракту от 03.06.2019 № 018ЭА-2019, равно как и не следует волеизъявление истца безвозмездно передать принадлежащее ему имущество. Суд апелляционной инстанции отметил, что исходя из смысла статей 415, 432, 572 Гражданского кодекса прощение долга является двусторонней сделкой, для заключения которой необходимо выражение согласованной воли обеих сторон, и которая считается состоявшейся при определении предмета сделки, то есть размера прощаемой задолженности, если предмет сделки определяется в денежном выражении. 

Оценив указанные обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований общества в части взыскания долга в размере 24 673 805 рублей.

В части требований общества о взыскании неустойки за период с 25.01.2020 по 21.02.2023 в размере 5 798 344 рублей 18 копеек, а также неустойки, начиная с 22.02.2023 по дату фактического исполнения решения, суды руководствовались следующим.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (пункт 4 статьи 329 Гражданского кодекса). 

24 января 2020 года министерством и обществом заключено соглашение о расторжении государственного контракта от 03.06.2019 № 018ЭА-2019 на выполнение подрядных работ по объекту. Учитывая, что названным соглашением стороны отказались от исполнения контракта, что не предполагает возникновение у сторон ответственности за нарушение его условий, поскольку ввиду акцессорности обязательства по оплате неустойки, оно не может существовать дольше основного обязательства. 

Министерством заявлены встречные исковые требования о взыскании с общества штрафа в размере 2 678 975 рублей 09 копеек, неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по государственному контракту от 03.06.2019 № 018ЭА-2019 в размере 2 967 241 рублей 29 копеек за период с 01.01.2020 по 24.01.2020.

В обосновании исковых требований министерство ссылается на то, что обществом при производстве земляных работ на объекте нарушена технология производства работ, а именно работы по устройству котлована выполнены без устройства шпунтового ограждения, предусмотренного проектными решениями. За факт неисполнения обязательств, министерство в соответствии с подпунктом 5 пункта 8.9 контракта начислило обществу штраф в сумме 2 678 975 рублей 09 копеек (0,4 % от цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 500 млн рублей до 1 млрд рублей (включительно). В связи с нарушением сроков выполнения подрядных работ пунктом 8.7 контракта определено требование об уплате неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком. Согласно расчету министерства сумма неустойки (пени) за период с 01.01.2020 по 24.01.2020 года составила 1 940 119 рублей 16 копеек.

Согласно заключению судебной экспертизы от 07.09.2022 № 191, экспертами установлено, что в устройстве шпунтового ограждения при производстве работ на объекте не было необходимости. Была возможность выполнения работ на объекте без устройства/установки шпунтового ограждения либо его устройства/установки не по всему периметру объекта. Объем выполненного обществом шпунтового ограждения на качественные и эксплуатационные характеристики объекта не повлиял. Учитывая изложенное, выполнение работ по устройству шпунтового ограждения котлована, как указали эксперты в заключении, не было необходимым ввиду того, что шпунтовое ограждение выполняет роль подпорного сооружения. 

Суд учел мнение эксперта об отсутствии необходимости в устройстве шпунтового ограждения при производстве работ на объекте и, что объем выполненного обществом шпунтового ограждения на качественные и эксплуатационные характеристики объекта не повлиял. В результате расторжения государственного контракта подрядчик был лишен возможности исполнить принятые на себя обязательства в полном объеме. 

Суд установил, виновные действия заказчика, препятствующие в проведении работ по контракту подтвержденные приговором Ленинского районного суда города Ставрополя от 24.11.2021 по делу № 1-611/2021, которым гражданин ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

При этом суды не согласились с доводом министерства о преюдициальном значении вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-23575/2019, которым подтверждено не исполнение обществом условий контракта, поскольку факт привлечения к административной ответственности общества в августе 2019 года не свидетельствует о том, что нарушения допускались обществом вплоть до окончания действия контракта; в то же время в материалах дела имеются доказательства того, что общество приступило к устройству шпунтового ограждения котлована, а позднее протоколом от 07.11.2019 № 7/11 установлено отсутствие необходимости устройства шпунтового ограждения котлована, что нашло подтверждение в заключении экспертизы, проведенной в рамках рассматриваемого дела. 

Принимая судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций не учли следующее.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса).

Стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другими законами или договором.

Согласно пункту 2 статьи 453 Гражданского кодекса при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В случае расторжения договора обязательства считаются прекращенными с момента заключения соглашения сторон о расторжении договора, если иное не вытекает из этого соглашения или характера изменения договора (пункт 3 статьи 453 Гражданского кодекса).

В пункте 2 постановления Пленума № 35 разъяснено, что последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – постановление Пленума № 16).

Из разъяснений, приведенных в пунктах 1 и 4 постановления Пленума № 16, следует, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 Гражданского кодекса.

Воспользовавшись названным правом, общество и министерство заключили соглашение о расторжении договора, в котором также указали, что заказчиком оплачены выполненные подрядчиком работы, на оставшуюся сумму по государственному контракту и к государственному заказчику подрядчик претензий не имеет (пункт 2); обязательства сторон по государственному контракту прекращаются с даты подписания названного соглашения (пункт 3).

Данное соглашение вступило в силу 24.01.2020, сторонами не расторгнуто и не признано недействительным в установленном законом порядке, доказательств, свидетельствующих о его ничтожности, в материалы дела не представлено. При этом не имеется оснований для квалификации соглашения о расторжении договора как договора дарения, поскольку в силу пункта 2 статьи 572 Гражданского кодекса обязательным признаком дарения должно служить вытекающее из этого соглашения очевидное намерение передать результат работ в качестве дара, однако такого намерения из соглашения от 24.01.2020 не усматривается.

При таких обстоятельствах, у министерства отсутствует обязанность по доказыванию оплаты стоимости работ по договору в полном объеме, так как данный факт следует из названного соглашения.

Поскольку взаимные обязательства сторон по договору прекращены соглашением о его расторжении, суды первой и апелляционной инстанций должны были оценить  основания для сдачи работ подрядчиком (27.11.2020) спустя десять месяцев после расторжения контракта и  взыскания с министерства заявленной обществом суммы.

При этом бремя доказывания факта выполнения спорных работ до момента расторжения контракта лежит на заказчике, не предъявившего их к приемке при расторжении контракта и заключении соглашения от 24.01.2020 указанная обязанность предусмотрена сторонами в пункте 11.2 контракта, из условий которого следует, что обязанностью общества является сдача работ, а министерства их принятие.

Более того, сделанный судами вывод о том, что выполнение спорных работ входило в предмет заключенного контракта не основан на доказательствах, имеющихся в материалах дела.

Согласно статье 64 Кодекса заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» вопросы права и правовых последствий оценки доказательств относятся к исключительной компетенции суда.

Таким образом, суд не вправе свои процессуальные полномочия по оценке представленных в дело доказательств перекладывать на эксперта. Ставя перед экспертом вопросы, суд должен исходить из того, что они не находятся в области права, а для ответа на данные вопросы требуются специальные знания в области науки, техники, искусства и других областях.

При этом поставленные судом первой инстанции перед экспертом вопросы о том, является ли свойства трубы примененной подрядчиком улучшенными по сравнению со свойствами трубы указанной в проектно-сметной документации и о необходимости шпунтового ограждения при производстве работ на объекте, возможность выполнения работ на объекте без устройства/установки шпунтового ограждения и его влияние на качественные и эксплуатационные характеристики объекта находятся в области права, поскольку связаны с необходимостью оценки выполнения обязательств предусмотренных контрактом.

Более того, вопросы поставленные перед экспертом не охватывают предмет доказывания по настоящему спору, в который входили обстоятельства выполнения спорных работ до момента расторжения контракта, их объем, стоимость и относимость к предмету контракта.

По этим же основаниям не верным является вывод суда, сделанный при исследовании требований встречного искового заявления о том, что эксперт подтвердил в своем заключении отсутствие необходимости устройства шпунтового ограждения котлована.

Согласно части 4 статьи 69 Кодекса вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Рассматривая встречное исковое заявление министерства, суды пришли к не верному выводу о том, что виновные действия заказчика, препятствующие в проведении работ по контракту подтверждены приговором Ленинского районного суда города Ставрополя от 24.11.2021 по делу № 1-611/2021, которым гражданин ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, судом в рамках названного дела не устанавливались обстоятельства, касающиеся исполнения сторонами государственного контракта № 018ЭА-2019 применительно к правилам Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона, регулирующего отношения, связанные с размещением заказов на выполнение работ для муниципальных нужд, поэтому действия ФИО4, исполнявшего обязанности председателя комитета Ставропольского края по государственным закупкам  не могут  быть квалифицированы как действия министерства в рамках заключенного контракта.

Оценка обоснованности требований о взыскании неустойки должна осуществляться по общим правилам арбитражного процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 7 статьи 71 Кодекса).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных судом фактов.

Поскольку суды в нарушение требований статей 71, 170, 271 Кодекса не оценили указанные доводы и доказательства и не привели мотивы, по которым не приняли их во внимание, а от установления данных обстоятельств зависит обоснованность требований министерства и общества.

С учетом изложенного, судебные акты подлежат отмене на основании части 1статьи 288 Кодекса, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Кодекса).

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, принимая во внимание задачи судопроизводства в арбитражных судах, конкретные обстоятельства дела, исходя из положений действующего законодательства, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному делу, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.10.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 по делу № А63-19700/2020 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

В.В. Аваряскин

 

Судьи

И.И. Зотова

 

А.В. Садовников