ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-1985/2019

30 июня 2025 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6

Резолютивная часть постановления объявлена   23 июня 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 июня 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворона Б.И.,

при участии до перерыва судебного заседания:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 12.02.2024, ФИО3 по доверенности от 12.02.2024,

от финансового управляющего ФИО4: ФИО5 по доверенности от 16.05.2025,

после до перерыва судебного заседания:

ФИО6 лично, по паспорту,

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 12.02.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для суда первой инстанции, заявление ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО8 в лице ФИО1, ФИО9, ФИО10 в лице ФИО11,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (ИНН 

<

***>).

Решением суда от 04.07.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО12. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №122(6602) от 13.07.2019.

Определением суда от 27.02.2023 финансовым управляющим утвержден ФИО4.

ФИО1 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов требования по уплате алиментов на детей ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере 376 531,37 руб. с ходатайством о восстановлении срока на предъявление требования.  

Определением суда от 06.03.2025 признано обоснованным и подлежащим включению в первую очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО1 в размере 376 531,37 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявления отказать. По мнению подателя жалобы, требование ФИО1 основано на соглашении об уплате алиментов, которое имеет силу исполнительного документа, срок предъявления которого к принудительному исполнению истек. Управляющий ссылается также на то, что в удовлетворении ходатайства финансового управляющего о принятии встречного заявления о признании соглашения об уплате алиментов недействительным необоснованно отказано.

Как следует из материалов дела, должником и ФИО1 заключено соглашение об уплате алиментов от 28.02.2017 (далее – Соглашение). Пунктом 1 Соглашения установлено, что должник берет на себя обязательство ежемесячно выплачивать ФИО1 алименты на своих несовершеннолетних детей ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере ? части всех видов его заработка и доходов, получаемых им. В соответствии с пунктом 4 Соглашения должник обязуется уплатить ФИО1 алименты на своих несовершеннолетних детей за период с 01.01.2014 по 31.01.2017 в размере 700 000 рублей.  Согласно пункту 5 Соглашения после достижения совершеннолетия ФИО9, размер алиментов, предусмотренный в пункте 1 Соглашения, будет составлять ? часть всех видов его заработка и доходов, получаемых должником.

В пункте 9 Соглашения предусмотрено, что оно вступает в силу с момента подписания и действует до достижения ФИО8 совершеннолетия. Обязательство должника, указанное в пунктах 1, 5 Соглашения, исполнялось должником с 14.05.2017 по 25.11.2020 (за период с марта 2017 по октябрь 2020). Должником выплачены алименты в размере 603 560,29 руб., что подтверждается платежными поручениями.  В силу пункта 7 Соглашения соглашение об уплате алиментов имеет силу исполнительного листа.

Согласно пояснениям финансового управляющего,  у должника имеется на иждивении ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении которого должником и его матерью ФИО11 соглашение об уплате алиментов не заключено, однако, имеется решение суда о взыскании алиментов с должника и инициирован спор по жалобе ФИО11 на бездействие финансового управляющего по выплате алиментов на содержание этого ребенка. 

Как указывает финансовый управляющий на момент заключения  соглашения от 28.02.2017 между должником и ФИО1 у ФИО7 помимо ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелся третий несовершеннолетний ребенок ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который не учтен при установлении размера алиментов. В тоже время обязанность должника по выплате алиментов на несовершеннолетнего ФИО10 подтверждена решением Василеостровского районного суда города Санкт-Петербурга от 06.10.2022 по делу № 2-2869/2022. По мнению финансового управляющего, разумный размер алиментов должен составлять 1/6 на каждого из несовершеннолетних детей. При этом согласно соглашению от 28.02.2017 размер обязанности должника по уплате алиментов только двоим детям составил              18 918 руб., что при заработной плате должника в размере 20-25 тыс.руб. заведомо неисполнимо и затрагивает права несовершеннолетнего ФИО10

В силу части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Исходя из смысла и содержания нормы части 1 статьи 51 АПК РФ основанием для вступления в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является правовая ситуация, при которой судебный акт по рассматриваемому делу может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон. Третье лицо может быть привлечено по инициативе суда.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что для определения размера алиментов, подлежащих включению в реестр требований кредиторов должника необходимо привлечь детей должника ФИО10 в лице ФИО11, ФИО8 в лице ФИО1 и ФИО9 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в рассмотрении дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора. Поскольку ФИО11 заявляет о взыскании задолженности по алиментам, подлежащим выплате несовершеннолетнему ребенку, она также подлежит привлечению к участию в деле в качестве третьего лица.

Определением от 26.05.2025 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, привлек в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8 в лице ФИО1, ФИО9, ФИО10 в лице ФИО11

Отзыв ФИО1 не приобщен к материалам дела, поскольку представлен с нарушением требований части 3 статьи 65, статьи 262 АПК РФ, не раскрыт заблаговременно перед сторонами и судом.

Ввиду нахождения в очередном отпуске судьи Будариной Е.В., в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, судья Бударина Е.В. заменена на судью Сотова И.В.

Лица, участвующие в споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в связи с чем заявление рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и как указано ранее, должником и       ФИО1 заключено Соглашение. Пунктом 1 Соглашения установлено, что должник берет на себя обязательство ежемесячно выплачивать ФИО1 алименты на своих несовершеннолетних детей ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере ? части всех видов его заработка и доходов, получаемых им. В соответствии с пунктом 4 Соглашения должник обязуется уплатить ФИО1 алименты на своих несовершеннолетних детей за период с 01.01.2014 по 31.01.2017 в размере 700 000 рублей.  Согласно пункту 5 Соглашения после достижения совершеннолетия ФИО9, размер алиментов, предусмотренный в пункте 1 Соглашения, будет составлять ? часть всех видов его заработка и доходов, получаемых должником.

В пункте 9 Соглашения предусмотрено, что оно вступает в силу с момента подписания и действует до достижения ФИО8 совершеннолетия. Обязательство должника, указанное в пунктах 1, 5 Соглашения, исполнялось должником с 14.05.2017 по 25.11.2020 (за период с марта 2017 по октябрь 2020). Должником выплачены алименты в размере 603 560,29 руб., что подтверждается платежными поручениями.  В силу пункта 7 Соглашения соглашение об уплате алиментов имеет силу исполнительного листа.

В соответствии с пунктом 4 Соглашения стороны договорились, что      ФИО7 обязуется уплатить ФИО1 алименты на своих несовершеннолетних детей за период с 01.01.2014 по 31.01.2017 в размере     700 000 руб.

Обязательство должника, указанное в пункте 1, в пункте 5 Соглашения, исполнялось должником с 14.05.2017 по 25.11.2020 (за период с марта 2017 по октябрь 2020). Должником выплачены алименты в размере 603 560,29 руб., что подтверждается платежными поручениями и о чем указывает заявитель по спору. 

Неисполнение должником обязательств, предусмотренных в пункте 4 Соглашения послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с настоящим требованием. 

Финансовый управляющий обратился со встречным заявлением о признании недействительным Соглашения в части периодических платежей, превышающих 1/6 дохода должника на одного несовершеннолетнего ребенка, а также в части обязательства должника по выплате 700 000 руб. алиментов за период с 2014-2017 годы (пункт 4 Соглашения).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 33 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" требование кредитора и заявление об оспаривании по правилам главы III.1 Закона о банкротстве сделки, на которой оно основано, согласно частям 2 и 2.1 статьи 130 АПК РФ ввиду взаимосвязанности предметов споров, наличия общего состава лиц могут быть объединены в одно производство для совместного рассмотрения при условии, что это не приведет к чрезмерному затягиванию рассмотрения требования кредитора.

Апелляционный суд считает необходимым рассмотреть требование кредитора и заявление об оспаривании Соглашения совместно в рамках настоящего обособленного спора. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Дело о банкротстве должника возбуждено 18.01.2019, Соглашение заключено супругами 28.02.2017, то есть в период подозрительности, определённый пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По состоянию на дату заключения Соглашения у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредитором ФИО13 Срок исполнения обязательств кредитора-заявителя по делу о банкротстве ФИО13 наступил еще в 2013 году. Кроме того, на момент заключения Соглашения у должника имелся третий несовершеннолетний ребенок ФИО10, перед которым у должника имеются неисполненные алиментные обязательства и который не учтен должником при заключении Соглашения. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца 36 статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца 3 пункта 6 Постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Таким образом, в условиях наличия кредиторской задолженности, признаков неплатежеспособности, поскольку дело о банкротстве ФИО7 возбуждено именно в связи с наличием долга перед ФИО13

 Кроме того, апелляционный суд отмечает, что факт причинения вреда может быть доказан и иными способами в отсутствие признаков неплатежеспособности должника. 

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 №305-ЭС19-20861).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Апелляционный суд отмечает, что должник проявил готовность возложить на себя по Соглашению об уплате алиментов завышенные и чрезмерные, заведомо неисполнимые обязательства, значительно превышающие по своему размеру разумные и достаточные потребности детей в материальном содержании.

Согласно пункту 4 Соглашения стороны договорились, что должник обязуется уплатить супруге алименты на несовершеннолетних детей за период с 01.01.2014 по 31.01.2017 в размере 700 000 руб. В силу пункта 1 Соглашения должник обязуется ежемесячно выплачивать супруге алименты на двоих несовершеннолетних детей в размере 1/3 части всех видов дохода.

В силу пункта 1 статьи 81 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Поскольку Соглашение предусматривает порядок выплаты алиментов лишь для ФИО9 и ФИО8, но не учитывает алименты на ФИО10, разумный и законно установленный в СК РФ размер алиментов должен составлять 1/6 на каждого из несовершеннолетних детей.

При проверке сделки на предмет подозрительности установлению подлежит факт причинения вреда (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 №310-ЭС22-7258).

В рассматриваемом случае участники сделок по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными лицами.

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 12 постановления №48 внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168 и 170 ГК РФ).

Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2018 №305-ЭС18-1570, действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 СК РФ), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объёма первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов: с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

При этом следует учитывать, что в силу пункта 2 статьи 83 СК РФ размер алиментов на несовершеннолетних детей с родителей определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 №56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов»).

Особенность же настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению. 

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания данного соглашения, необходимо было соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, – и установления между названными ценностями баланса. 

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. 

Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению. 

Следовательно, недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения. Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина (определение Верховного Суда РФ от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2).

При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). 

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого 6 превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). 

Если же признак явного превышения размеров алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника. 

Апелляционным судом проанализировал конкретный доход ФИО7 и размер установленных алиментов, данные величины сопоставлены с количеством средств, необходимых для поддержания достойного уровня жизни его несовершеннолетних детей, удовлетворения их разумных потребностей в материальном обеспечении. 

В рамках настоящего дела установлено явное превышение размера алиментов на несовершеннолетних детей при уровне дохода должника в юридически значимый период времени в размере 20 000 руб. в месяц. При этом в Соглашении не обоснованно не учтен третий несовершеннолетний ребенок должника, перед которым у ФИО7 также имеется обязанность по содержанию и выплате алиментов, обязательства по выплате алиментов за  2014-2107 годы в размере 700 000 руб. (пункт  превышают размер доходов должника за соответствующий период, алименты на совершеннолетнего ребенка ФИО9 не являются алиментными обязательствами. 

Апелляционный суд отмечает, что лицо, вправе принять на себя добровольное обязательство, не являющееся алиментным применительно к главе 15 СК РФ, по денежному содержанию другого лица и в том случае, если отсутствуют предусмотренные законом условия для выплаты алиментов этому лицу и оно не отнесено к кругу лиц, имеющих право требовать алименты в судебном порядке (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2004 года, утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 06.110.2004). 

Такой договор о предоставлении денежного содержания другому лицу в случае его нотариального удостоверения в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 163 ГК РФ сам по себе силу исполнительного листа не имеет. Вместе с тем, задолженность, образовавшаяся в случае неисполнения лицом, принявшим на себя в силу названного договора обязательства по предоставлению денежных средств, может быть взыскана в судебном порядке лицом, в пользу которого он заключен. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" (далее – Постановление № 56), соглашение об уплате алиментов следует отличать от гражданско-правовых договоров о предоставлении содержания, заключенных между иными лицами, не относящимися к названным выше (например, договор о предоставлении содержания трудоспособному совершеннолетнему ребенку на период его обучения), на которые не распространяются правила, предусмотренные Семейным кодексом Российской Федерации в отношении соглашения об уплате алиментов (например, об индексации денежных сумм в соответствии со статьей 117 СК РФ). 

Сведения о том, что ФИО9 относится с 24.04.2018 (совершеннолетие) к лицам, которые имеют право на получение алиментов, перед судом не раскрыты, в связи с чем суд квалифицирует пункт 5 Соглашения в части алиментов, подлежащих выплате на совершеннолетнего ФИО9, как гражданско-правовую сделку по добровольному принятию ФИО14 обязательств по денежному содержанию совершеннолетнего ребенка.

По смыслу разъяснений, приведенных в пункте 43 Постановления № 56, в соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 89 и абзацем первым пункта 1 статьи 90 СК РФ алименты могут быть взысканы на такое лицо только лица, обладающими необходимыми для этого средствами, иск о взыскании алиментов с может быть удовлетворен судом, если взыскание с ответчика алиментов не приведет к невозможности удовлетворения жизненных потребностей данного лица и членов его семьи, которых он по закону обязан содержать, за счет средств, оставшихся после уплаты алиментов. 

В настоящем деле плательщик содержания в связи с наличием у него иных неисполненных обязательств, в том числе по содержанию несовершеннолетних детей,  не обладает необходимыми для выплаты ФИО9 установленного содержания средствами по причине неплатежеспособности. 

Согласно позиции Верховного суда, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

О недействительности Соглашения  в части размера алиментов, в том числе совершеннолетнему ФИО9  свидетельствует совокупность обстоятельств, в том числе значительный размер алиментов при отсутствии доказательств финансовой возможности должника выплачивать соответствующий размер алиментов на момент его заключения и в последующем. 

Согласно представленным в материалы дела сведениям о доходах      ФИО7 размер заработной платы должника с 2014 по 2016 годы составлял 20 000 руб. в месяц, с января по июль 2017 года – 25 000 руб. в месяц. Аналогичный размер заработной платы сохраняется у должника до настоящего времени. 

Исходя из сложившейся судебной практики, действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. 

Вместе с тем, сохранение совершеннолетнему ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота. 

В данном случае перед судом раскрыт реальный уровень дохода должника в спорный период и на момент заключения Соглашения, в связи с чем не опровергнуты возражения финансового управляющего о явно завышенном и чрезмерном характере содержания кредитора, которое причиняет вред иным кредиторам должника и свидетельствует о злоупотреблении правом в части размера алиментов, превышающий законно установленный размер алиментов. 

Таким образом, требование ФИО1, основанное на пункте 4 Соглашения, с учетом названных обстоятельств направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов. 

При таких обстоятельствах, с учетом наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, которая выражена в принятии на себя должником заведомо неисполнимых обязательств при наличии задолженностей перед иными кредиторами, в том числе по выплате алиментов, с целью искусственного создания ситуации, при которой денежные средства в размере 700 000 руб. направляются должником единовременно на уплату задолженности алиментов за предыдущие периоды, в  размере, превышающем его доходы, а также осведомленности супруги о противоправности действий должника, о наличии у последнего признаков неплатежеспособности при заключении Соглашения, что установлено судебным актом, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для признания Соглашения недействительным в части, превышающей 1/6 дохода должника. Таким образом, встречный иск финансового управляющего подлежит удовлетворению в указанной части. 

С учетом признания недействительным Соглашения в части, превышающем 1/6 дохода должника, отсутствуют правовые основания для удовлетворения требования о взыскании задолженности по алиментам согласно пункту 4 Соглашения. 

Как следует из материалов дела и не оспаривается кредитором, должник за период  с 14.05.2017 по 25.11.2020 за период с марта 2017 по октябрь 2020 ежемесячно выплачивал заявителю алименты, всего выплачены алименты в размере 603 560,29 руб.

Вопреки доводам заявителя алименты удерживались работодателем регулярно из заработной платы должника с указанием в назначении платежа на выплату алиментов из доходов ФИО7 за соответствующий период. При этом в платежных документах указано на удержание из дохода за конкретный период, а не период, за который выплачиваются алименты, как ошибочно полагает кредитор. При этом отнесение ФИО1 поступивших алиментов в счет исполнения текущих обязательств ФИО7 при наличии неисполненных обязательств по уплате алиментов за 2014-2017 годы не соответствует пункту 3 статьи 319.1 ГК РФ.

Таким образом, апелляционный суд установил, что обязательства должника по уплате алиментов за период с 2014-2017 годы согласно пункту 4 Соглашения исполнены должником с учетом признания данного Соглашения недействительным в размере, превышающем 1/6 доходов должника, и произведенных должником выплат по этому Соглашению, в связи с чем  требование ФИО1 о включении задолженности по алиментам в реестр является необоснованным. 

Положениями статьи 100 СК РФ предусмотрена нотариальная форма соглашения об уплате алиментов, которая, в силу пункта 2 статьи 100 СК РФ, имеет силу исполнительного листа. 

По общему правилу взыскание алиментов за прошедший период на основании соглашения производится в пределах трехлетнего срока, предшествующего предъявлению нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов к взысканию (пункт 1 статьи 113 СК РФ). Для целей банкротства это означает, что устанавливаются только требования в пределах указанного трехлетнего срока, возникшие до возбуждения дела. 

Вопреки позиции кредитора апелляционный суд пришел к выводу о том, что о наличии у должника неисполненных обязательств по выплате алиментов за 2014-2017 годы в размере 700 000 руб. ФИО1 узнала при заключении Соглашения от 28.02.2017. Таким образом, требования об уплате алиментов за период до 31.03.2021 при обращении кредитора в суд 31.03.2024 не подлежат удовлетворению также в связи с пропуском заявителем указанного трехлетнего срока. 

При таком положении встречный иск управляющего о признании недействительным Соглашения в части периодических платежей, превышающих 1/6 на одного несовершеннолетнего ребенка, подлежит удовлетворению, требование кредитора о включении в реестр задолженности по алиментам отклоняется апелляционным судом как необоснованное. 

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ФИО1 по правилам, установленным статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь частью 6.1 статьи 268, статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2025 по делу № А56-1985/2019/тр.6 отменить.

Признать недействительным соглашение об уплате алиментов 78 АБ 2575052 от 28.02.2017, заключенное ФИО7 и ФИО1, в части, превышающей 1/6 дохода ФИО7, на несовершеннолетнего ребенка. В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.

В удовлетворении требования ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в конкурсную массу ФИО7 7 500 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение встречного иска.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

И.В. Сотов

И.Ю. Тойвонен