АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-3665/2021

г. Краснодар

11 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 апреля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при ведении протокола помощником судьи А.В. Милица, при участии в судебном заседании с использованием видеоконференц-связи Арбитражного суда Ростовской области от Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области – ФИО1 (доверенность от 11.03.2024),  в отсутствие в судебном заседании конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом “Горняк”» ФИО2, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.07.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2023 по делу                 № А53-3665/2021 (Ф08-11202/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый дом “Горняк”» (далее – должник) Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о замене взыскателя – должника в рамках привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника на Федеральную налоговую службу в лице Межрайонной инспекции налоговой службы № 25 по Ростовской области (далее – инспекция) и выдаче исполнительного листа.

Определением от 23.07.2023, оставленным без изменения постановлением                                     от 08.09.2023, произведена замена взыскателя с должника на инспекцию о взыскании с ФИО3 задолженности в размере 236 457 рублей 86 копеек. Выдан исполнительный лист следующего содержания: «Взыскать с ФИО3 в пользу ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 25 по Ростовской области 236 457 рублей 86 копеек».

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 (далее – управляющий) просит отменить определение и постановление, дело направить на новое рассмотрение. Податель жалобы считает, что оспариваемые судебные акты вынесены с существенным нарушением норм материального и процессуального права. Управляющий полагает, что, допуская возможность уступки прав требования о привлечении к субсидиарной ответственности, законодатель не распространил такую возможность на требования о взыскании убытков, размер которых не связан с размером обязательств должника перед его кредиторами и, в отличие от положений статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), не зависит от завершения расчетов с кредиторами. Исходя из анализа правоприменительной практики, вопрос о возможности применения по аналогии статьи 61.17 в части распоряжения правом требования о взыскании убытков подлежит рассмотрению на собрании кредиторов. Также заявитель отметил, что новый исполнительный лист в связи с заменой взыскателя выдаче не подлежит, поскольку исполнительный лист на взыскание с ФИО3 в пользу должника выдан судом 30.01.2023. Выдавая исполнительный лист инспекции, суд не указал суммы и очередность погашения требования в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве, в связи с чем с погашением задолженности по исполнительным листам, выданным должнику и инспекции, нарушается очередность удовлетворения требований кредиторов. Управляющий полагает, что в данном случае необходимо было вернуть исполнительный лист ФС № 039402557 в суд без исполнения и выдать новые исполнительные листы должнику и инспекции, где указать конкретные суммы и очередность удовлетворения каждой суммы, с учетом 2-й очереди задолженности по оплате труда двадцати работников. Также судом неверно произведен расчет суммы взыскания по исполнительному листу, выданному инспекции. 

В отзыве и дополнении к нему управление просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель управления поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Как следует из материалов дела, инспекция обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением от 18.02.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением от 20.10.2021 должник признан несостоятельным (банкротом). В отношении него открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре как отсутствующего должника. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 из числа членов Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Определением от 18.06.2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2022, упрощенная процедура банкротства прекращена, введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В рамках настоящего дела управляющий должника обратился с заявлением о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО3 в размере 3 300 000 рублей.

Определением от 07.11.2022 с ФИО3 в пользу должника взысканы убытки в сумме 3 300 000 рублей. Судебный акт вступил в законную силу.

Управляющему выдан исполнительный лист ФС № 039402557.

22 февраля 2023 года управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о замене взыскателя – должника в рамках привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника на инспекцию и выдаче исполнительного листа.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 32, 61.16, 61.17, 61.20 Закона о банкротстве, пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), и правовой позицией, касающейся возможности уступки права требования о взыскании убытков в порядке статьи 61.17 Закона о банкротстве, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 27.07.2020 № 302-ЭС20-4894(3), от 04.10.2021 № 307-ЭС21-17035, от 17.01.2022 № 305-ЭС21-25898, от 11.02.2022 № 306-ЭС22-1507,  от 19.12.2022 № 302-ЭС21-28111(2), от 21.12.2022 № 304-ЭС22-23785 по делу № А27-15380/2016, от 06.03.2023 № 307-ЭС22-20271(3) по делу № А13-2125/2021.

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного производства является последовательное и эффективное проведение мероприятий по получению наибольшей выручки от реализации имущества должника, максимальное наполнение конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований кредиторов должника. 

Для реализации этой цели Закон о банкротстве предоставил кредиторам и уполномоченным органам, требования которых не были удовлетворены за счет имущества должника-банкрота, иные вспомогательные правовые средства, в том числе возможность получить удовлетворение за счет имущества лиц, контролировавших должника, посредством привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника либо взыскания с них убытков в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 61.17 Закона о банкротстве урегулированы отношения по распоряжению кредиторами правом требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Однако данная статья не содержит указания на возможность применения соответствующего механизма в отношении распоряжения кредиторами своим правом требования о привлечении контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, равно как не содержит эта статья и соответствующего запрета.

Соответственно ключевой вопрос, подлежащий разрешению при рассмотрении настоящего дела, состоит в возможности применения положений о выборе способа распоряжения субсидиарной ответственностью к требованию о возмещении убытков с контролирующих лиц.

По смыслу пункта 2 постановления № 53 субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника фактически представляет собой разновидность иска о взыскании убытков. 

Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания, в том числе посредством введения презумпций вины ответчика (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007 (2)).

Вместе с тем при соотнесении субсидиарной ответственности с требованием о взыскании убытков с контролирующих лиц следует различать ответственность за вред, причиненный третьим лицам (кредиторам), и ответственность за вред, причиненный самому должнику. В отличие от субсидиарной ответственности, которая всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника, убытки могут быть направлены на возмещение имущественных потерь как кредиторов, так и самой корпорации (акционеров/участников). Ввиду этого в зависимости от имущественного интереса, на защиту которого направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.

По заявлению о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде взыскания убытков по корпоративным основаниям прямым выгодоприобретателем выступает должник (его акционеры), ввиду чего цена такого иска законодательно не ограничена размером требований кредиторов (пункт 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве). Она определяется по правилам статей 15, 53.1, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и равна сумме всех убытков, причиненных организации.

Предъявляя такой иск, кредиторы являются лишь процессуальными истцами, наделенными в силу пунктов 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве полномочиями выступать от имени (вместо) корпорации и ее акционеров. При этом корпоративные убытки (в отличие от кредиторских) изначально не принадлежат сообществу кредиторов, поскольку направлены на возмещение вреда, причинного собственникам юридического лица. Удовлетворение от такого права требования кредиторы в процедуре банкротства могут получить лишь с учетом правил статей 134, 142 Закона о банкротстве в форме распределения конкурсной массы, пополненной на сумму взыскания такой задолженности либо суммы, полученной от реализации данного права требования на торгах.

Иной правовой природой обладают кредиторские убытки (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 61.13 Закона о банкротстве). С точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации приобретает отрицательное значение. 

Само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков принадлежит не корпорации, а сообществу кредиторов (конкурсной массе). В отсутствие кредиторов права на привлечение к субсидиарной ответственности или на возмещение кредиторских убытков (равно как и на конкурсное оспаривание) не имеется как такового. Поэтому должник (корпорация) в такой ситуации выступает лишь номинальным держателем права от имени сообщества кредиторов.

То обстоятельство, что право на привлечение к субсидиарной ответственности принадлежит кредиторам, обусловливает наличие у них полномочий на распоряжение этим правом в соответствии с пунктом 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве. Данной нормой предусмотрены три способа распоряжения требованием: 

1) взыскание задолженности по требованию; 

2) продажа требования с торгов; 

3) уступка кредитору части требования в размере требования кредитора.

Реализация первых двух способов осуществляется в деле о банкротстве, конкурсная масса пополняется путем взыскания денежных средств с контролирующего должника лица или путем возмездной уступки требования к нему. Распределение конкурсной массы производится с соблюдением очередности, установленной статьями 134, 142 Закона о банкротстве. 

Третий же способ подразумевает замену взыскателя в части соответствующей суммы, для чего суд выдает на имя каждого такого кредитора как взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения его требования в соответствии со статьей 134 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве). Суть этого способа распоряжения состоит в том, что кредиторы, будучи действительными собственниками права требования, прекращают представительские функции должника, принимая решение в дальнейшем самостоятельно реализовывать права в отношении принадлежащего им актива.

Таким образом, вопрос о возможности распоряжения правом на возмещение убытков должен разрешаться исходя из того, какой интерес защищает это право. Поскольку кредиторские убытки, как и субсидиарная ответственность, принадлежат самим кредиторам и имеют своей целью возместить вред, причиненный кредиторам должника, к ним возможно применение механизма, установленного статьей 61.17 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024 по делу № 305-ЭС23-22266 (А40-169761/2018).

Следует также учитывать, что размер права требования о взыскании кредиторских убытков может не покрывать размера требований всех кредиторов. Аналогичная ситуация складывается и при снижении размера субсидиарной ответственности (абзац второй пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Однако данное обстоятельство не может являться основанием для отступления от очередности, установленной статьями 134 и 142 Закона о банкротстве, в связи с чем при выборе кредитором способа распоряжения правом требования в виде его переуступки первоначально необходимо соблюсти очередность удовлетворения текущих и реестровых требований, а при недостаточности средств – пропорциональность размеру требований кредитора соответствующей очереди. 

Суды, изучив представленные в материалы дела доказательства, установили, что инспекцией выбран способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

Суды установили, что управляющим в установленном порядке сообщение о праве выбора способа распоряжения правом требования о взыскании убытков по аналогии с реализацией права требования о привлечении к субсидиарной ответственности не опубликовано. Доказательства направления в адрес кредиторов сообщения о праве выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в материалы дела не представлены. Отчет по итогам процедуры выбора способа распоряжения управляющим в материалы дела также не представлен. В целях реализации права, предусмотренного подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве инспекция в десятидневный срок направила заявление в адрес управляющего о выборе способа распоряжения правом требования к субсидиарному ответчику в виде уступки кредитору части этого требования в размере требования кредитора. Инспекцией вышеуказанный порядок выбора способа распоряжения правом требования должника о взыскании убытков к ФИО3 соблюден.

Суды указали, что избрание инспекцией способа распоряжения правом требования о взыскании убытков с бывшего руководителя должника путем уступки права требования не приведет к нарушению прав других кредиторов, поскольку данное требование подлежит уступке пропорционально размеру требования инспекции. 

При этом, относительно правовой природы взысканных убытков, следует отметить, что определением от 07.11.2022 по настоящему делу, установлено причинение ФИО3 убытков кредиторам в размере 3 300 000 рублей. Так, конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением в рамках данного определения указал, что в отсутствие подтверждающих обоснованность совершенных банковских операций по перечислению с расчетного счета денежных средств, действия ФИО3 не имели оснований, повлекли необоснованное уменьшение конкурсной массы должника в сумме 68 931 800 рублей, и как следствие, причинили кредиторам должника убытки в указанном размере.

Также судами первой и апелляционной инстанций проверен расчет на предмет его соответствия принципам очередности и пропорциональности погашения требований кредиторов.

Учитывая изложенное, выводы о наличии оснований для процессуальной замены должника на его правопреемника обоснованы. 

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы подателя жалобы, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, по существу направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и сделанных судами на их основании выводов о фактических обстоятельствах, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции (часть 1, 3 статьи 286, часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.07.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2023 по делу № А53-3665/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                           И.М. Денека

Судьи                                                                                                          М.Г. Калашникова

                                                                                                                     Н.А. Сороколетова