ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

15.02.2018                                                          

Дело № А40-7292/15

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 февраля 2018 года. 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.

судей Зеньковой Е.Л., Михайловой Л.В.

в отсутствие лиц, участвующих в деле

рассмотрев 13 февраля 2018 года 

кассационную жалобу ООО Скиф» 

на определение арбитражного суда города Москвы от 23.06.2017 года

и постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 13.10.2017 года

о признании недействительным договора поручительства от 02.12.2012 года № 3С-3, заключенного между АО «ВСП КНПЗ» и ООО «СКИФ» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод» 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы акционерное общество «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод» (АО «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим общества утвержден ФИО1.

Публикация соответствующего сообщения состоялась в газете «Коммерсантъ» от 05.03.2016 N 38.

Конкурсный управляющий АО «ВСП Крутогорский НПЗ» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора поручительства №3С-3 от 02.12.2012, заключенный между АО «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод» и ООО «Скиф» в обеспечение исполнения обязательств ООО «ВСП Траст».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 июня 2017 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2017 года, признан недействительным договор поручительства №3С-3 от 02.12.2012, заключенный между АО «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод» и ООО «Скиф».

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, ООО «Скиф» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции от 23 июня 2017 года и постановление суда апелляционной инстанции от 13 октября 2017 года отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 09.02.2018 года в соответствии со ст. 18 АПК РФ произведена замена председательствующего судьи Зверевой Е.А. на судью Холодкову Ю.Е.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

От ООО «ВСП Траст» в адрес суда поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя ООО «ВСП Траст», по существу на усмотрение суда.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 01.12.2010 г. между ООО «Старт» - «Продавец» и ООО «ВСП Траст» - «Покупатель» заключен договор поставки, согласно условиям которого Должник обязался уплатить за поставленное оборудование согласно Приложению №1 от 01.12.2010 г. в редакции Протокола разногласий (Приложение № 2) от01.12.2010 г. 39 977 674 руб. 78 коп. Продавец свои обязательства исполнил в полном объеме, что подтверждается Передаточным актом от 01.12.2010 г.

Покупатель оплатил поставленное оборудование лишь частично, перечислив на счет ООО «Старт» 995 534 руб. 01 коп., что подтверждается платежными поручениями № 339 от 22.12.2010 и № 364 от 29.12.2010г. В дальнейшем 25.01.2011 между сторонами было подписано Соглашение оновации, в соответствии с условиями которого Стороны договорились о заменеобязательства по уплате ООО «ВСП ТPACT» задолженности, вытекающей из Договора поставки от 01.12.2010 г. заемным обязательством. При этом стороны утвердили, что сумма займа (31 982 139, 87 руб.) по курсу Центрального Банка РФ на 15.01.2011 г. (1доллар США = 29,8516 рубля) составляет 1 071 371 долларов США.

При этом Должник обязался вернуть сумму займа равную 1 071 371 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка РФ, действующую на дату возврата, (п.2.4 Соглашения о новации) в срок до 10 ноября 2015 г. При этом, согласно п.2.1-2.2 указанного Соглашения, Должник обязался выплачивать проценты за пользование займом по ставке 9% годовых по 20 числам каждого месяца.

14.03.2012 между ООО «Старт», именуемым «Цедент» и ООО «Скиф»,именуемым «цессионарий», заключен Договор уступки прав требования (цессии) № 3, согласно которому Цедент в полном объеме уступил Цессионарию права требования к ООО «ВСП Траст», вытекающие из условий соглашения о новации от 25.01.2011 г. 02.12.2012 между ООО «Скиф» (Кредитор) и ЗАО «ВСП Крутогорский НПЗ» (Поручитель) заключен Договор Поручительства № ЗС-3, согласно условиям которого, Поручитель обязуется отвечать перед Кредитором за исполнение Обществом с ограниченной ответственностью «ВСП Траст» «заемщик», обязательств, вытекающих из условий Соглашения о новации от 25.01.2011 г., в соответствие п. 2.1-2.3 которого Заемщик обязался вернуть Кредитору сумму займа в размере 1 071 371 долларов США, а так же уплачивать проценты за пользование займом в размере 9 % годовых по 20-м числам каждого календарного месяца - в валюте РФ по курсу центрального Банка России на дату возврата или на дату подачи искового заявления о взыскании денежных средств по Соглашению о новации от 25.01.2011 г. в срок до 10 ноября 2015 г.

Конкурсный управляющий полагая, что сделка по заключению договора поручительства от 02.12.2012 является недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также ст.ст. 10, 168 ГК РФ, обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего должника, суды исходили из того, что договор  поручительства был заключен при наличии у должника признака недостаточности имущества и неплатежеспособности, при этом размер принятых обязательств превышал в 2 000 раз размер активов должника, определенный по данным бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату перед совершением указанной сделки. 

Также судами обеих инстанций установлено, что АО «ВСП Крутогорский НПЗ», АО «ВСП Процессинг», ООО «ВСП Траст» входят в одну группу компаний: решение о создании ООО «ВСП Траст», АО «ВСП Процессинг» и АО «ВСП Крутогорский НПЗ» принято одним и тем же физическим лицом - ФИО2, в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ единственным участником ООО «ВСП Траст» стал ООО «НЭОТЭК» (ИНН 

<

***>) - 100% долей в уставном капитале, единственным акционером АО «ВСП Процессинг», а также АО «ВСП Крутогорский НПЗ» является вышеуказанное общество.

В этой связи суды пришли к выводу, что ООО «Скиф», действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должно было проверить финансовое состояние всей группы компаний, в том числе и поручителя - ЗАО «ВСП Крутогорский нефтеперерабатывающий завод», и установить, что договор подписывается с целью причинения имущественного вреда интересам кредиторов должника.

Кроме того, суды пришли к выводу о злоупотреблении сторонами правом при заключении договора поручительства, поскольку между АО «ВСП Крутогорский НПЗ», АО «ВСП Процессинг», ООО «ВСП Траст» внутри группы сложился определенный механизм сотрудничества, указанные лица осуществляли единую хозяйственную деятельность и обладали общим экономическим интересом, в результате которой при заключении одной из них договора, требующего обеспечения, другая - становилась поручителем, о чем ООО «Скиф» не могло не знать.

Также суды исходили из того, что должник - АО «ВСП Крутогорский НПЗ», выступал в указанных отношениях поручителем, принимая на себя обязательства, многократно превышающие размер его активов, что, по сути, свидетельствует о формальности привлечения должника в заемные и обеспечивающие их правоотношения в качестве поручителя, при этом в течение трех лет деятельность компаний осуществлялась за счет заключения заемных и кредитных договоров, однако в результате постоянного целенаправленного наращивания кредиторской задолженности у всей группы компаний одновременно появились признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности.

Судами также установлено, что общества, входящие в одну группу компаний, в один период времени обратились в суд с заявлениями о признании их несостоятельными.

Суды указали, что ООО «Скиф», зная об осуществлении деятельности обществ в рамках группы компаний, приобретая права к ООО «ВСП Траст» в значительном размере, проверив реальное финансовое состояние обществ,  могло установить наличие кредиторской задолженности у всей группы  компаний в размере, многократно превышающем активы.

Суды указали, что в результате формального привлечения АО «ВСП Крутогорской НПЗ» в качестве поручителя у ООО «Скиф» появилось основание для включения в реестр требований кредиторов должника и реализации предоставленных законом прав конкурсного кредитора в настоящем деле. 

В результате же возникновения основных и обеспечивающих их правоотношений между ООО «Скиф», с одной стороны, и АО «ВСП Крутогорский НПЗ», ООО «ВСП Траст», с другой, ООО «Скиф» включился в реестр в рамках дел о банкротстве двух обществ - АО «ВСП Крутогорский НПЗ», ООО «ВСП Траст». 

Таким образом, возможность добросовестных кредиторов должников получить удовлетворение своих требований пропорционально уменьшилась, а, следовательно, указанные действия не могут быть расценены как добросовестные и направленные на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Также судами сделан вывод о том, что заключение договора поручительства с должником, имущество которого в тысячи раз меньше принятых на себя обязательств, привело к обязанности поручителя обратиться с самостоятельным заявлением о банкротстве и невозможности восстановления платежеспособности общества и удовлетворения требований добросовестных кредиторов, при этом ООО «Скиф» после завершения процедуры банкротства поручителя, оставаясь в реестре требований должника, у которого имеется имущество, оставляет за собой возможность удовлетворения требований.

Кроме того, суды в обжалуемых судебных актах указали, что в действиях АО «ВСП Крутогорской НПЗ» и ООО «Скиф» усматривается злоупотребление правом, а также суды сделали вывод о возможности банкротства всей группы в рамках одного дела.

Оспаривая вынесенные по делу судебные акты, ООО «Скиф» ссылалось на то, что заявитель не представил доказательств, свидетельствующих  о том, что, заключая договоры поручительства, общество преследовало цель причинить вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, заявитель указал, что ООО «Скиф» не является заинтересованным, либо аффилированным лицом по отношению к какому-либо из группы компаний, в которую суд включил должника по основному обязательству и его поручителей, что исключает возможность удовлетворения заявления об оспаривании сделки, поскольку отсутствие заинтересованности у ООО «Скиф» по отношению к другой стороне сделки означает отсутствие совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в частности, отсутствие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы указывает, что выводы суда о возможности однократного учета задолженности в реестре требований кредиторов должника и объединения дел о банкротстве противоречат закону. 

Также ООО «Скиф» в кассационной жалобе ссылается на то, что выводы судов о злоупотреблении правом со стороны ООО «Скиф» не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны при неправильном применении норм материального права.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление от 23.12.2010 N 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что согласно абзацами второму - пятому пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано в пункте 6 упомянутого Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацами 33, 34 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве одним из условий, подтверждающих наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, может явиться то обстоятельство, что стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Суды установили совокупность оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве с учетом всех вышеприведенных разъяснений.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

 Пунктом 3 данной нормы предусмотрено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на день заключения оспариваемого договора) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок должника по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В соответствии с подпунктом 1 и 8 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается: 1) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества. 8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку.

Как следует из фактических обстоятельств дела и установлено судами, между АО «ВСП Крутогорский НПЗ», АО «ВСП Процессинг», ООО «ВСП Траст» внутри группы сложился определенный механизм сотрудничества. Указанные лица осуществляли, по сути, единую хозяйственную деятельность и обладали общим экономическим интересом, в результате которой при заключении одной из них договора, требующего обеспечения, другая - безусловно становилась поручителем. 

Должник - АО «ВСП Крутогорский НПЗ» выступал в указанных отношениях поручителем, принимая на себя обязательства, многократно превышающие размер активов, что, по сути, свидетельствует о формальности привлечения должника в заемные и обеспечивающие их правоотношения в качестве поручителя. 

В течение трех лет деятельность компаний осуществлялась за счет заключения заемных и кредитных договоров, однако в результате постоянного целенаправленного наращивания кредиторской задолженности у всей группы компаний одновременно появились признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности. 

Общества, входящие в одну группу компаний, в один период времени обратились в суд с заявлениями о признании их несостоятельным (банкротом).

Суды обоснованно указали, что ООО «Скиф», зная об осуществлении деятельности обществ в рамках группы компаний, приобретая права к ООО «ВСП Траст» в значительном размере, проверив реальное финансовое состояние обществ,  могло установить наличие кредиторской задолженности у всей группы компаний в размере, многократно превышающем активы. 

Как следует из материалов настоящего банкротного дела, ООО «Скиф» вступило в заемные отношения с ООО «ВСП Траст» путем заключения цессии.

По истечении 7 месяцев с даты получения права требования к ООО «ВСП Траст» ООО «Скиф» принимает решение о дополнительном обеспечении исполнения обязательств основного заемщика вновь созданного лица в рамках группы компаний с размером поручительств по другим договорам с ООО «Скиф», в несколько тысяч раз превышающем размеры активов должника. 

Как правильно указали суды, указанные действия ООО «Скиф» свидетельствуют о том, что при заключении договора поручительства кредитор знал о том, что ООО «ВСП Траст» может не исполнить свои обязательства, поскольку после приобретения прав требований ООО «ВСП Траст» свои обязательства не исполнило в полном объеме. 

Суды правильно указали, что в результате формального привлечения АО «ВСП Крутогорской НПЗ» в качестве поручителя у ООО «Скиф» появилось основание для включения в реестр требований кредиторов всей группы лиц с целью контролируемого банкротства, в связи с чем возможность добросовестных кредиторов должников получить удовлетворение своих требований пропорционально уменьшилась.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 15.01.2018 № 305-ЭС17-20078 по настоящему делу.

Довод заявителя кассационной жалобы о неправомерности вывода суда первой и апелляционной инстанции о возможности банкротства всей группы юридических лиц в одном деле о банкротстве, признается судебной коллегией обоснованным и не основанным на нормах закона о банкротстве, однако указанный вывод не привел к принятию неправильного по существу судебного акта.

Иные доводы заявителя кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 289-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2017 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2017 года по делу № А40-7292/15 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья                        Ю.Е.Холодкова Судьи:           Е.Л. Зенькова

         Л.В. Михайлова