2106/2020-86271(12) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-21211/2019

г. Владивосток

30 июня 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 июня 2020 года. 

Полный текст решения изготовлен 30 июня 2020 года. 

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Шипуновой О.В. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению  

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***> дата регистрации 08.12.2006,  ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Амурская область с. Смирновка)  

к обществу с ограниченной̆ ответственностью Строительная компания  "Востокстроймеханизация" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата  регистрации 18.12.2007)  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно  предмета спора, – общество с ограниченной̆ ответственностью "Восточный  транспортный сервис"  

о взыскании основной̆ задолженности в размере 1 225 000 рублей̆, пени в  размере 448 105 рублей, рассчитанные на дату 03.10.2019, пени на дату  фактического исполнения обязательства с 04.10.2019  

при участии в заседании: от истца – лично ФИО2, паспорт; от ответчика – не явился, извещен; 

от третьего лица – ФИО3, по доверенности от 28.10.2019,  паспорт, диплом;  

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2  обратился в Арбитражный суд Приморского края с иском к обществу с  ограниченной ответственностью Строительная компания  "Востокстроймеханизация" о взыскании основной задолженности в  размере 1 225 000 рублей, пени в размере 448 105 рублей, рассчитанные на  дату 03.10.2019, пени на дату фактического исполнения обязательства с  04.10.2019  

Ответчик в судебное заседание представителя не направил, о месте и  времени рассмотрения дела извещен по известному суду адресам.  

Суд в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) проводит судебное заседание в  его отсутствие.  

Истец поддержал ходатайство об уточнении исковых требований, в  котором просил изменить основание начисления предъявленной ко  взысканию пени с пункта 1.1 дополнительного соглашения от 18.02.2019  на пункт 1.1 договора цессии от 18.02.2019.  

Третье лицо против удовлетворения ходатайства об уточнении  исковых требований возражало.  

Суд объявил технический перерыв. 

После технического перерыва судебное заседание продолжено в том  же составе суда, при участии тех же представителей сторон.  

Руководствуясь статьей 49 АПК РФ, суд принял заявленные  уточнения как не противоречащие закону и не нарушающие права других  лиц.  

Третье лицо заявило ходатайство о фальсификации дополнительного  соглашения к договору уступки права (требования) от 18.02.2019.  

Истец ходатайство об исключении дополнительного соглашения из  доказательства поддержал. Возражал против исключения доказательства в  рамках ходатайства о фальсификации.  

Третье лицо оставило разрешение данного вопроса на усмотрение  суда.  

В рамках ходатайства о фальсификации доказательств судом  отобрана подписка у лиц, участвующих в деле, о предупреждении об  уголовной ответственности в соответствии со статьями 303, 306 УК РФ.  

Суд отказывает в исключении данного доказательства на основании  следующего.  

В соответствии с частью 3 статьи 75 АПК РФ документы,  полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в  том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети  "Интернет", а также документы, подписанные электронной подписью в  порядке, установленном законодательством Российской Федерации,  допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке,  которые предусмотрены АПК РФ, другими федеральными законами,  иными нормативными правовыми актами или договором.  

В соответствии с частью 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по  делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими  федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых  арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,  обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а  

также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела.  

Доказательство по отношению к устанавливаемому обстоятельству  выступают подтверждением того или иного факта, таким образом прямое  доказательство имеет приоритет перед косвенным, а само доказательство,  положенное в основу устанавливаемого факта должно быть исследовано  судом в силу части 1 статьи 10 АПК РФ.  

В тоже время, в соответствии с частями 4, 5 статьи 71 АПК РФ,  каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с  другими доказательствами, никакие доказательства не имеют для  арбитражного суда заранее установленной силы.  

Исходя из части 3 статьи 71 АПК РФ, доказательство признается  судом достоверным, если в результате его проверки и исследования  выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют  действительности.  

Нормы АПК РФ не предусматривают такого процессуального  действия, как исключение судом документов из числа доказательств. Такое  исключение допустимо лишь в порядке статьи 161 АПК РФ по заявлению  лица, участвующего в деле, о фальсификации доказательства  представленного другим лицом.  

С учетом вышеизложенного ходатайство истца о признании  доказательства, а именно дополнительного соглашения к договору уступки  права (требования) от 18.02.2019 неотносимым и исключении документа из  числа доказательств по делу, судом отклоняется.  

Изучив представленные доказательства, суд пришел к выводу о  необоснованности заявления третьего лица о фальсификации  доказательств по делу.  

Исходя из смысла статьи 161 АПК РФ, с учетом положений статьи  303 УК РФ фальсификация доказательств представляет собой совершение  

лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных  действий, направленных на искажение действительного содержания  объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном деле  в качестве доказательств. Фальсификация доказательств предполагает  сознательное искажение представляемых доказательств, производимое  путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих  действительный смысл и содержащих ложные сведения.  

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих  рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на  исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу.  

Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм  проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности  (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от  22.03.2012 № 560-О-О).  

Вместе с тем, судом установлено, что третьим лицом кроме самого  факта заявления о фальсификации не заявлено ни одного довода, который  бы прямо или косвенно свидетельствовал о фальсификации доказательств  (дополнительного соглашения от 18.02.2019). При этом, все  обстоятельства, доводы и возражения третьего лица, указанные в  заявлении о фальсификации доказательств и письменных пояснениях,  сводятся к несогласию и отрицанию факта подписания данного документа  третьим лицом.  

Судом не установлено, что имело место сознательное искажение  представленных доказательств, то есть в рамках данного дела не  установлен прямой умысел лица, участвующего в деле, в фальсификации  доказательств. Третьим лицом не представлены в материалы дела  доказательства утраты печати.  

Помимо этого, в соответствии с частью 5 статьи 159 АПК РФ  арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или  

ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом,  участвующим в деле. Суд также учитывает то обстоятельство, что  ходатайство о фальсификации заявлено третьим лицом в судебном  заседании - 15.06.2020.  

Кроме того, в рассматриваемом случае спорное дополнительное  соглашение к договору цессии от 18.02.2019 не является доказательством  по делу ввиду принятия судом заявленных истцом уточнений оснований  иска, согласно которым истец строит свою позицию по делу относительно  только договора цессии от 18.02.2019, не основывая свои требования на  положениях дополнительного соглашений к договору цессии от  18.02.2019.  

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу  являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими  федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых  арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,  обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а  также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела.  

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные  доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения  экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и  материалы.  

В соответствии с частью 8 статьи 75 АПК РФ письменные  доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в  форме надлежащим образом заверенной копии.  

В рассматриваемом случае истцом в материалы дела представлены  оригиналы договора уступки права (требовании) и дополнительного  соглашения от 18.02.2019, подписанные уполномоченным от ООО «ВТС»  лицом.  

Учитывая вышеизложенное, суд отклоняет ходатайство о  фальсификации доказательств по делу.  

Истец против удовлетворения ходатайств о назначении судебных  экспертиз и приостановлении производства по делу возражал.  

Третье лицо поддержало ранее заявленные ходатайства о назначении  экспертизы и приостановлении производства по делу.  

Истец заявил ходатайство об исключении документов,  представленных третьим лицом из правоохранительных органов.  

Третье лицо против удовлетворения данного ходатайства возражало. 

Суд отказывает в исключении данных доказательств в порядке  статьи 71 АПК РФ.  

Как указывалось выше, доказательствами по делу являются сведения  о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие  или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения  лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение  для правильного рассмотрения дела.  

Нормы АПК РФ не предусматривают такого процессуального  действия, как исключение судом документов из числа доказательств. Такое  исключение допустимо лишь в порядке статьи 161 АПК РФ по заявлению  лица, участвующего в деле, о фальсификации доказательства  представленного другим лицом.  

Заявления о фальсификации документов, представленных третьим  лицом из правоохранительных органов, истец не заявлял, доказательств  недостоверности содержащихся в них сведений истцом не представлено,  следовательно, суд будет оценивать представленные в материалы дела  документы в соответствии со статьей 71 АПК РФ.  

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 15.06.2020  объявлен перерыв до 17 часов 00 минут 22.06.2020, о чем вынесено  протокольное определение.  

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания  размещена на официальном сайте Арбитражного суда Приморского края в  информационном сервисе «Календарь судебных заседаний».  

После окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же  составе суда, при участии в заседании: истец лично, паспорт; от третьего  лица – ФИО4, по доверенности от 28.10.2019, паспорт, диплом.  

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен надлежащим  образом, в материал дела представил письменные пояснения, в которых  поддержал ходатайство третьего лица о проведении судебных экспертиз и  приостановлении производства по делу. В порядке статьи 156 АПК РФ  судебное заседание проводится в его отсутствие.  

Истец возражал против удовлетворения ходатайств о назначении  судебной экспертизы, приостановлении производства по делу, заявил, что в  договоре цессии от 18.02.2019 в пункте 1.10 допущена техническая  опечатка в указании года заключения договора оказания юридических и  консалтинговых услуг от 19.06.2018, просит считать верным - 19.06.2017.  

Третье лицо оставило разрешение вопроса по ранее заявленным  ходатайствам на усмотрение суда, поддержало правовую позицию  изложенную ранее.  

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих  при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний,  арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица,  участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

В случае, если назначение экспертизы предписано законом или  предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о  фальсификации представленного доказательства либо если необходимо  проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд  может назначить экспертизу по своей инициативе.  

Третьим лицом в ходе судебного разбирательства по делу заявлено  ходатайство о назначении технической и почерковедческой экспертизы  дополнительного соглашения к договору уступки права (цессии) от  18.02.2019. Просил на разрешение эксперта поставить следующие  вопросы: соответствуют ли даты подписания документов датам, указанным  в реквизитах документов?; могли ли документы быть изготовлены позднее  тех дат, которые указаны в документах?; выполнена ли подпись на  дополнительном соглашении от 18.02.2019 директором ООО «ВТС»  Вороновым СВ. или иным лицом?; выполнен ли на дополнительном  соглашении от 18.02.2019 оттиск печати ООО «ВТС» в период времени,  которым датирован документ – 18.02.2019?; является ли оттиск печати на  ДС от 18.02.2019 тождественным представленному на экспертизу образцу  печати ООО «ВТС»?  

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ  заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и  оцениваются наряду с другими доказательствами.  

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях,  когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для  установления которых требуются специальные познания, а, следовательно,  ходатайство заявителя о назначении экспертизы не создает обязанности  суда ее назначить.  

В рассматриваемом случае суд учитывает то обстоятельство, что  истец не строит свою правовую позицию на представленном в материалы  дела дополнительном соглашении.  

Кроме того, суду не представлены ответы с экспертных учреждений  о возможности проведения указанной экспертизы, срок и стоимости ее  проведения, а также доказательства внесения третьим лицом денежных  средств по оплате судебной экспертизы на депозит арбитражного суда, в  связи с чем, суд расценивает указанное ходатайство как действие третьего  

лица, направленное на необоснованное затягивание рассмотрения данного  спора, что с учетом представления участниками спора всей  доказательственной базы, является недопустимым и нарушающим право  лиц - непосредственных участников настоящего дела на судопроизводство  в разумный срок.  

Суд с учетом положений статьи 82 АПК РФ его отклоняет, признав,  что назначение экспертизы по делу является правом суда и  представленных по делу доказательств достаточно для рассмотрения спора  по существу, а удовлетворение ходатайства повлечет необоснованное  затягивание сроков рассмотрения дела, увеличение судебных расходов по  делу и, как следствие, нарушение процессуальных прав сторон.  

Суд также не находит оснований для удовлетворения ходатайства  третьего лица о приостановлении производства по делу до вступления в  законную силу итогового судебного акта по делам № А51-2780/2020 и   № А51-2779/2020 на основании следующего.  

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд  обязан приостановить производство по делу в случае невозможности  рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого  Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным  (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей  юрисдикции, арбитражным судом.  

По смыслу названной нормы одним из обязательных оснований для  приостановления производства по делу является невозможность  рассмотрения дела до разрешения по существу другого дела (принятия и  вступления судебного акта в законную силу).  

Возражая против удовлетворения исковых требований, третье лицо  заявило, что имеется спор о признании договора уступки права (цессии) и  дополнительного соглашения от 18.02.2019 по договору № 07-06/2018 от  07.06.2018 (дело № А51-2779/2020) и договора уступки права (цессии) и  

дополнительного соглашения от 18.02.2019 по договору № 05-02/2018 от  05.02.2018 (дело № А51-2780/2020) недействительными.  

Суд отмечает, что обстоятельства, исследуемые в другом деле,  должны иметь значение для арбитражного дела, рассмотрение которого  подлежит приостановлению, то есть могут влиять на рассмотрение дела по  существу. Кроме того, указанные обстоятельства должны иметь  преюдициальное значение по вопросам об обстоятельствах,  устанавливаемых судом по отношению к лицам, участвующим в деле.  

Поскольку в рассматриваемом случае в рамках договора уступки  права (требования) фактически взыскивается переданная задолженность по  договору № 07-06/2018 от 07.06.2018, результат рассмотрения дела А51- 2780/2020, в рамках которого оспаривается договор цессии о передачи  задолженности по договору № 05-02/2018 от 05.02.2018, не имеет правового  значения для настоящего дела.  

Довод заявителя ходатайства об указании в договоре уступке права  требования в качестве зачета взаимных требований обязательства,  возникшие в рамках договора оказания юридических и консалтинговых  услуг, как неисполненные истцом обязательства, судом отклоняется, как  противоречащий материалам дела, а также с учетом предмета настоящего  спора.  

Наличие неразрешенного до настоящего времени спора о признании  недействительными договора уступки права (цессии) и дополнительного  соглашения от 18.02.2019 недействительными само по себе не  свидетельствует о невозможности рассмотрения настоящего дела, по  которому исковые требования заявлены на основании указанных договора  и дополнительного соглашения, виду наличия в материалах дела  письменных пояснений третьего лица, согласно которым на момент  подписания договора цессии третье лицо имело намерение предать право  требования задолженности по договору № 07-06/2018 от 07.06.2018 истцу.  

Кроме того, сам по себе факт предъявления иска об оспаривании  указанных договора и дополнительного соглашения, либо невыполнения  услуг по иным договорам не свидетельствует о невозможности  рассмотрения настоящего дела и не влечет правовых последствий в виде  приостановления производства по нему.  

Наличие в производстве арбитражного суда спора о признании  договора недействительным не препятствует рассмотрению настоящего  дела, так как заявленные требования имеют самостоятельное основание и  иной предмет доказывания.  

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ), сделка недействительна по основаниям,  установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая  сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может  быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.  Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она  нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего  сделку, в том числе, повлекла не благоприятные для него последствия  (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).  

Договор цессии относится к оспоримым сделкам, который в  установленном процессуальном порядке на момент вынесения решения по  настоящему делу не признан недействительным, при этом, соответствует  требованиям статей 382 - 390 ГК РФ.  

К представленному постановлению о признании потерпевшим от  19.02.2020, запросу в рамках уголовного дела суд относится критически,  поскольку какой-либо приговор суда, вступивший в законную силу, по  результатам рассмотрения соответствующего уголовного дела отсутствует.  

При этом права и законные интересы заявителя ходатайства не  нарушаются, поскольку не лишают сторону в последующем обратиться с  

заявлением в порядке главы 37 АПК РФ о пересмотре судебного акта по  новым или вновь открывшимся обстоятельствам, при наличии для того  правовых оснований.  

 Исковые требования заявлены со ссылкой на положения договора  уступки права (требования) от 18.02.2019, по которому истцу передано от  ООО «Восточный транспортный сервис» право к ООО  «ВостокСтройМеханизация» в части взыскания основного долга,  возникшего по договора от 07.06.2018 № 07-0/2018 об оказании  возмездных услуг строительной техники с экипажем.  

 Ответчик иск не оспорил, письменный отзыв по существу  заявленных требований не представил.  

Третье лицо исковые требования оспорило, сославшись на  фальсификацию дополнительного соглашения к уступки права (цессии) от  18.02.2019, а также указало, что в арбитражном суде рассматривается дело  по заявлению третьего лица о признании договора передачи уступки права  (цессии) и дополнительного соглашения к нему недействительными.  

Из представленных в материалы дела доказательств суд установил  следующее.  

Между ООО «СК «ВСМ» (заказчик) и ООО «ВТС» (исполнитель)  заключен договор об оказании возмездных услуг строительной техники с  экипажем № 07-06/2018 от 07.06.2018, согласно пункту 1.1 которого  исполнитель по заявке заказчика предоставляет за плату услуги по  использованию спец. автоцистерны, с предоставлением услуг по  управлению техники на участке 3-я очередь углепогрузочного комплекса, в  порту восточный. Внешний железнодорожный транспорт, Этап 3 (парк  Новый) – отвал, общей протяженностью 5.8 км. Маршрут поливочной  машины указан в транспортной схеме.  

В рамках указанного договора исполнитель оказал заказчику услуги,  которые последний не оплатил.  

18.02.2019 между ООО «ВТС» (сторона 1) и ИП Черныш С.П.  (сторона 2) заключен договор об уступки права требований (цессии),  согласно пункту 1.1 которого сторона 1 уступает, а сторона 2 принимает  право требования к ООО «СК «ВСМ» в части взыскания основного долга,  возникшего по договору № 07-06/2018 от 07.06.2018 об оказании  возмездных услуг строительной техники с экипажем на сумму 1 225 000  рублей.  

На основании пункта 1.2 договора сторона 1 подтверждает  передаваемое право требования в должнику в соответствии с настоящим  договором документами:  

- договор № 07-06/2018 oт 07.06.2018 об оказании возмездных услуг  строительной техники с экипажем;  

- маршрутный лист движения спецтехники на расстояние 5,8 км; 

- акт приема-передачи выполненных работ № 1203 от 31.08.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1203 от 31.08.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1368 от 30.09.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1368 от 30.09.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1554 от 31.10.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1554 от 31.10.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1591 от 15.11.2018 на  сумму 175 000 рублей;  

- счет-фактура № 1591 от 15.11.2018 на сумму 175 000 рублей.  

Уступка права (требования) Стороны я к должнику, осуществляемая  по договору, является возмездной (пункт 1.6 договора).  

В соответствии с пунктом 1.7 договора цессии сторона 2 обязуется  уплатит стороне 1 сумму, равную 1 225 000 рублей, путем проведения  взаимозачета.  

В пункте 1.10 договора стороны согласовали, что по результатам  зачета взаимных требований у стороны 2 отсутствует дебиторская  задолженность перед стороной 1 за произведенную уступку права  требования к должнику в размере 1 225 000 рублей, указанную в  соответствии с пунктом 1.1 договора, а у стороны 1 дебиторская  задолженность перед стороной 2 в рамках договора оказания юридических  и консалтинговых услуг № 19/06/18 от 19.06.2018 сократилась до 483 300  рублей.  

С учетом уточнений истца в судебном заседании номер и дата  договора оказания юридических и консалтинговых услуг читать как   № 19/06/17 от 19.06.2017.  

В пункте 1.16 договора стороны договорились, что договор может  быть изменен или прекращен по письменному соглашению сторон, а также  в других случаях, предусмотренных законодательством Российской  Федерации настоящим договором.  

Пунктом 4.2 договора предусмотрено, что за нарушение срока  оплаты, при отсутствии мотивированных возражений исполнитель имеет  право требовать от заказчика уплату пени в размере 0,1% от суммы  задолженности за каждый день просрочки.  

Актом приема-передачи документов от 18.02.2019 ООО «ВТС»  передало ИП ФИО2 документы, подтверждающие передачу долга,  возникшего по договору оказания услуг:  

- договор № 07-06/2018 oт 07.06.2018 об оказании возмездных услуг  строительной техники с экипажем;  

- маршрутный лист движения спецтехники на расстояние 5,8 км; 

- акт приема-передачи выполненных работ № 1203 от 31.08.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1203 от 31.08.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1368 от 30.09.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1368 от 30.09.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1554 от 31.10.2018 на  сумму 350 000 рублей;  

- счет-фактура № 1554 от 31.10.2018 на сумму 350 000 рублей;  

- акт приема-передачи выполненных работ № 1591 от 15.11.2018 на  сумму 175 000 рублей;  

- счет-фактура № 1591 от 15.11.2018 на сумму 175 000 рублей.  

20.03.2019 истец направил в адрес ответчика претензию с  предложением оплатить образовавшуюся задолженность, а также  начисленную пеню.  

Ответчик на претензию не ответил, задолженность не оплатил, в  связи с чем, истец обратился в суд с настоящим иском.  

Суд, рассмотрев материалы дела, считает исковые требования  подлежащими удовлетворению в части в силу следующего.  

В соответствии со статьями 307, 309 ГК РФ обязательства должны  исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями  обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при  отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями  делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.  

Статьей 310 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от  исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не  допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.  

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного  оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать  

услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную  деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан  оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в  договоре возмездного оказания услуг.  

Поскольку положения статьей 779, 781 ГК РФ связывают  возникновение обязанности заказчика по оплате оказанных услуг с фактом  их оказания, у ответчика возникла обязанность по оплате фактически  оказанных услуг.  

По общему правилу статьи 408 ГК РФ лишь надлежащее исполнение  является основанием для прекращения обязательства.  

Материалами дела подтверждается, что между ООО «СК «ВСМ»  (заказчик) и ООО «ВТС» (исполнитель) заключен договор об оказании  возмездных услуг строительной техники с экипажем № 07-06/2018 от  07.06.2018, предметом которого являются услуги по использованию спец.  автоцистерны, с предоставлением услуг по управлению техники на участке  3-я очередь углепогрузочного комплекса, в порту Восточный. Внешний  железнодорожный транспорт, Этап 3 (парк Новый) – отвал, общей  протяженностью 5.8 км.  

В подтверждение оказанных услуг в материалы дела представлены  маршрутный лист движения спецтехники на расстояние 5,8 км; акт  приема-передачи выполненных работ и счет-фактура № 1203 от 31.08.2018  на сумму 350 000 рублей; акт приема-передачи выполненных работ и счет- фактура № 1368 от 30.09.2018 на сумму 350 000 рублей; акт приема- передачи выполненных работ и счет-фактура № 1554 от 31.10.2018 на  сумму 350 000 рублей; акт приема-передачи выполненных работ и счет- фактура № 1591 от 15.11.2018 на сумму 175 000 рублей; платежные  поручения № 3956 от 23.07.2018 на сумму 280 000 рублей, № 4746 от  

03.09.2018 на сумму 350 000 рублей, подтверждающие частичную оплату  ООО «СК «ВСМ» оказанных ООО «ВТС» услуг.  

Таким образом, стоимость оказанных работ в рамках договора об  оказании возмездных услуг строительной техники с экипажем  подтверждается представленными документами. Акты приема-передачи  выполненных работ подписаны уполномоченными лицами, имеют печати  соответствующих юридических лиц, подтверждают фактическое  исполнение обязательств между сторонами, и принятие выполненных  работ контрагентом, поскольку акты подписаны без возражений, что  свидетельствует об отсутствии между ними каких-либо разногласий.  

Кроме того, согласно разъяснениям, данных в пункте 5  Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.10.2000 года № 57 "О некоторых вопросах практики  применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации",  при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183  Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует принимать во  внимание, что под прямым последующим одобрением сделки  представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное  одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно  контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента;  конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об  одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ,  услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата  процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других  сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и  обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает  первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба  об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.  

При этом, наличие подписанных актов приема-передачи  выполненных работ и счетов являются основанием для оплаты указанных  услуг, что следует из пункта 3.3. договора об оказании возмездных услуг  строительной техники с экипажем, а также подписание актов выполненных  работ является одобрением совершения соответствующих действий в  рамках заключенной сделки законными представителями юридических  лиц.  

Факт наличия задолженности ООО «СК «ВСМ» перед ООО «ВТС»  не оспорены, доказательств ее отсутствия в соответствии со статьей 65  АПК РФ в материалы дела не представлены.  

Непосредственно договор об оказании возмездных услуг  строительной техники с экипажем подписаны со стороны исполнителя и  договор уступки права (требования) со стороны цедента одним и тем же  лицом - директором ООО «ВТС», что свидетельствует о согласованности  выраженной воли на совершение указанных действий.  

Кроме того, отклоняя ссылку третьего лица на то обстоятельство, что  истец в рамках договора оказания консалтинговых и юридических услуг   № 19/06/17 от 19.06.2017 за период с июня 2017 года по декабрь 2018 года  по оказал услуги третьему лицу некачественно, о чем последнему стало  известно только в октябре 2019, суд учитывает тот факт, что и договор  оказания услуг от 19.06.2017 и договор цессии от 18.02.2019 подписаны  тем же лицом.  

Согласно пунктам 1.4, 1.5 договора оказания консалтинговых и  юридических услуг № 19/06/17 на каждый договор, заключенный между  ООО «ВТС» и третьими лицами, оформляется отдельная заявка на  предоставление консалтинговых и юридических услуг или юридических  услуг.  

В соответствии с пунктом 2.1 договора обязанность по оплате услуг  по заявке наступает на дату полного исполнения обязательств заказчиком и  

получения полной оплаты по договору, заключенному заказчиком с  третьими лицами, на сопровождения которого подавалась заявка. О дате  фактического окончания исполнения договора заказчик извещает  исполнителя. На основании уведомления сторонами оформляется акт  приемки выполнены работ (пункт 2.2 договора).  

Из системного толкования указанных положений суд предполагает,  что на момент подписания договора цессии ООО «ВТС» должно было  знать о неисполнении или ненадлежащем исполнении ИП ФИО2  своих обязанностей в рамках договора оказания услуг. Довод третьего лица  о том, что директор ООО «ВТС» был введен в заблуждение и полагал, что  услуги оказаны, материалами дела не подтверждается.  

Кроме того, в письменных пояснениях третьего лица, имеется ссылка  на подписанный обеими сторонами договор № 19/06/17, акт приемки  выполненных работ от 04.01.2019.  

На момент рассмотрения настоящего спора факт неоказания ИП  ФИО2 услуг надлежащего качества судом не установлен,  доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование),  принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть  передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может  перейти к другому лицу на основании закона.  

Если иное не предусмотрено законом или договором, право  первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и  на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В  частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие  исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права,  в том числе право на неуплаченные проценты (статья 384 ГК РФ).  

В силу статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом)  другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит  закону.  

Условия договора уступки прав от 18.02.2019 соответствуют  требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации  (Перемена лиц в обязательстве) (далее – ГК РФ), доказательств обратного  суду не представлено. В предмет договора уступки входит согласование  конкретного обязательства, в котором осуществляется замена кредитора.  

В обоснование доказательств заключения договора уступки права  требования, истцом представлен акт приема-передачи документов, а  также уведомление ответчика об уступке прав требования долга.  

Таким образом, в соответствии со статьей 382 ГК РФ, произошел  переход прав кредитора другому лицу по сделке.  

При этом, суд учитывает, что помимо изложенного, в соответствии с  разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О  применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 3 статьи 1  ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и  при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4  статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего  незаконного или недобросовестного поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные  интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ  

добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность  их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из  сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и  последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей  права полностью или частично, а также применяет иные меры,  обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих  лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК  РФ), например, признает условие, которому недобросовестно  воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно  наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает,  что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет  правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).  

Таким образом, суд считает, что в связи с изложенными  положениями необходимо оценить поведение сторон относительно  наличия (отсутствия) воли на сохранение условий сделки, а также на  предмет добросовестности поведения после ее заключения и наличия  оснований другим лицам полагаться на действительность сделки.  

В рамках настоящего спора суд также учитывает, что исходя из  смысла пункта 2 статьи 1 ГК РФ, статьи 421 ГК РФ граждане и  юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на  основе договора и в определении любых не противоречащих  законодательству условий договора.  

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ следует, что  лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках  предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск,  должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность  при заключении сделок.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в  Определении от 04.06.2007 № 366-О-П со ссылкой на Постановление от  24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять  экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами  предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают  самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового  характера такой деятельности существуют объективные пределы в  возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.  

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены  на стадии заключения договора (соглашения), при его исполнении на  определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской  деятельности.  

Учитывая изложенное, суд считает, что третье лицо,  осуществляющее предпринимательскую деятельность, являясь  профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, для  которого действующим законодательством установлен повышенный  стандарт осмотрительности, при должной степени заботливости несет риск  негативных последствий своего делового просчета.  

Кроме того, третье лицо знало о содержании всех пунктов договора,  при заключении договора за разъяснением его исполнения к истцу не  обращался.  

Из материалов дела не следует, что во время заключения договора у  сторон имелись разногласия относительно существа сделки или мотивов ее  заключения.  

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в  деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на  основание своих требований и возражений. В силу части 2 статьи 9 АПК  РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий  совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Более того, суд исходит из того, что в соответствии с пунктом 1  статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и  принимает на себя гражданские обязанности через свои органы,  действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и  учредительными документами.  

Пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14- ФЗ) предусмотрено, что руководство текущей деятельностью общества  осуществляется единоличным исполнительным органом общества или  единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным  исполнительным органом общества.  

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности  действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и  совершает сделки (подпункт 1 пункта 3 статьи 40 Закон № 14-ФЗ).  

Согласно выписке из Единого государственного реестра  юридических лиц, лицом, имеющим право действовать без доверенности  от имени ООО "ВТС" в спорный период, является директор ФИО5,  который подписал, в том числе договор передачи уступки права  (требования) и договоры по оказанию услуг.  

Полномочия лиц, подписавших договор, сторонами не оспариваются.  

После подачи настоящего иска в суд третье лицо представило  уведомление от 26.11.2019 о расторжении договора уступки права (цессии)  от 18.02.2019.  

Исходя из правового смысла пункта 1 статьи 450 ГК РФ расторжение  договора возможно по соглашению сторон. Аналогичные положения  содержит пункт 1.16 договора уступки права (требования). Таким образом,  учитывая, что истец оспаривает расторжение указанного договора,  соглашение о расторжении договора, подписанное обеими сторонами, суду  не представлено, третьим лицом не представлены доказательства  

расторжения указанного договора в судебном порядке, у суда отсутствуют  основания считать спорный договор цессии расторгнутым.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие  обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для  правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных  доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).  

Принимая во внимание непредставление ответчиком в нарушение  положений части 1 статьи 131 АПК РФ, пункта 3 статьи 41 АПК РФ  письменного отзыва на иск, а также документов, свидетельствующих о  надлежащем выполнении обязательств в рамках возникших  правоотношений или об отсутствии оснований для их оплаты, доводы  истца о нарушении ответчиком вышеуказанных денежных обязательств  согласно пункту 3.1 статьи 70 АПК РФ считаются признанными  ответчиком, в связи с чем, в силу пункта 3 статьи 70 АПК РФ истец  освобожден от необходимости доказывания указанных доводов.  

Такая процессуальная позиция ответчика, надлежащим образом  извещенного судом о наличии предъявленных к нему материально- правовых требований, свидетельствует об отсутствии у него каких-либо  возражений по предъявленному иску, что согласуется с положениями  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исходя из принципов равноправия сторон и состязательности  арбитражного процесса (статьи 8 и 9 АПК РФ), а также положений статьи  65 АПК РФ об обязанности доказывания нежелание представить  доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от  опровержения того факта, на наличие которого аргументировано, со  ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент.  Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие,  несет риск наступления последствий такого своего поведения.  

Поскольку на момент рассмотрения спора ответчик не представил  доказательств оплаты спорной суммы, суд приходит к выводу, что  требование истца о взыскании 1 225 000 рублей задолженности подлежит  удовлетворению.  

Рассмотрев требование истца о взыскании неустойки в размере  448 105 рублей за период с 07.07.2018 по 03.10.2019 суд не находит  оснований для ее удовлетворения в силу следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательства  может обеспечиваться неустойкой (пеней, штрафом), предусмотренной  законом или договором.  

Неустойкой (штрафом, пени) признается определенная законом или  договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в  случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в  частности в случае просрочки исполнения.  

В пункте 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений  гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за  нарушение обязательств" разъяснено, что на случай неисполнения или  ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке  исполнения, законом или договором может быть предусмотрена  обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму  (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме -  штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1  статьи 330 ГК РФ).  

В силу части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из  сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда  правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования,  перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в  обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее  

правопреемником и указывает на это в судебном акте; правопреемство  возможно на любой стадии процесса.  

Исходя из п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения  положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц, в обязательстве на основании  сделки" следует, что в силу п. 3 ст. 423 ГК РФ договор, на основании  которого производиться уступка, предполагается возмездным, если из  закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не  вытекает иное.  

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума Верховного  Суда РФ от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих  положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и  толковании договора", условия договора подлежат толкованию в  системной взаимосвязи с основными началами гражданского  законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями  ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права  (статьи 3, 422 ГК РФ).  

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431  ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение  содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое  значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым  участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно  (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не  следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.  

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не  позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее  незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).  Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия  договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.  

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с  другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431  ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их  системной связи и с учетом того, что они являются согласованными  частями одного договора (системное толкование).  

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели  договора и существа законодательного регулирования соответствующего  вида обязательств.  

В пункте 4.2 договора услуг строительной техники с экипажем № 0706/2018 от 07.06.2018 между ООО «СК «ВСМ» (заказчик) и ООО «ВТС»  (исполнитель) стороны согласовали, что за нарушение срока оплаты, при  отсутствии мотивированных возражений исполнитель имеет право  требовать от заказчика уплату пени в размере 0,1% от суммы  задолженности за каждый день просрочки.  

Вместе с тем, в соответствии договором об уступки права требований  (цессии) от 18.02.2019 между ООО «ВТС» (сторона 1) и ИП ФИО2  (сторона 2), исходя из буквального толкования пункта 1.1 сторона 1  передала стороне 2 право требования к ООО «СК «ВСМ» именно в части  взыскания основного долга, право на взыскание неустойки стороной 1  стороне 2 не передавалось.  

По общему правилу, уступка требования об уплате сумм неустойки,  начисляемых в связи с нарушением обязательства, в том числе  подлежащих выплате в будущем, допускается как одновременно с  уступкой основного требования, так и отдельно от него (пункт 14  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 "О  некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского  кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на  основании сделки").  

При этом суд критически оценивает ссылку истца на пункт 1.5  договора при заявлении требования о взыскании пени, учитывая  положения статьи 431 ГК РФ, и правовую позицию, изложенные выше,  при толковании пункта 1.1 договора.  

На основании изложенного у суда отсутствуют основания для  взыскания с ответчика в пользу истца неустойку.  

Иные доводы лиц, участвующих в деле, судом также рассмотрены,  признаются необоснованными, и не имеющими самостоятельного  правового значения для рассмотрения настоящего дела с учетом  установленных выше обстоятельств.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате  государственной пошлине относятся на ответчика пропорционально  удовлетворенным требованиям.  

Руководствуясь статьями 82, 110, 143, 144, 167-170, 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

р е ш и л:

В удовлетворении ходатайств о назначении судебных экспертиз и  приостановлении производства по делу отказать.  

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ  ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ  "ВОСТОКСТРОЙМЕХАНИЗАЦИЯ" в пользу индивидуального  предпринимателя ФИО2 1 225 000 рублей основной  долг, а также 25 250 рублей судебные расходы по оплате государственной  пошлины.  

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

 Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд  Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый  арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного  округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения  

в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции. 

Судья О.В. Шипунова 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 26.05.2019 23:10:05

 Кому выдана Шипунова Ольга Владимировна