АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-146/2020

г. Салехард

05 января 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании. 

Полный текст решения изготовлен 05 января 2023 года.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Курековой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску государственного казённого учреждения «Дирекция дорожного хозяйства Ямало-Ненецкого автономного округа» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Реском - Тюмень» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о взыскании 174114964 руб. 92 коп., при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Счетной палаты Ямало-Ненецкого автономного округа (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

при участии в заседании:

от истца – представить ФИО2 по доверенности № 18 от 18.02.2022. ФИО3 по доверенности № 121 от 08.08.2022,

от ответчика (по веб-конференции) – представитель ФИО4 по доверенности № 51 от 15.03.2022,

от третьего лица – председатель Счетной палаты ЯНАО ФИО5, удостоверение № 13 от 01.07.2021, представитель ФИО6 по доверенности № 37 от 27.12.2021,

УСТАНОВИЛ:

государственное казённое учреждение «Дирекция дорожного хозяйства Ямало-Ненецкого автономного округа» (далее – ГКУ «Дирекция дорожного хозяйства ЯНАО») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Реском-Тюмень» (далее – ООО «Реском-Тюмень») о взыскании неосновательного обогащения в размере 80734751 руб.

Ответчик в отзывах по делу требования истца оспорил.

Определением суда от 21.01.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Счетная палата Ямало-Ненецкого автономного округа (далее – Счетная палата ЯНАО).

Третье лицо поддержало позицию истца.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 07.09.2020 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2020, в удовлетворении иска было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 07.06.2021 решение от 07.09.2020 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 15.12.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-146/2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции предложил дать оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, представленным доказательствам, установить фактические обстоятельства, в том числе, касающиеся срока исковой давности, а также связанные с определением объема выполненных и оплаченных работ; при необходимости рассмотреть вопрос о назначении экспертизы. Также суд кассационной инстанции предложил привести мотивы, по которым были отвергнуты ссылки истца на результаты проверки, из которых ему стало известно о выполнении работ в меньшем размере; определить момент, с которого истец узнал о неосновательности обогащения, о том, что цель платежа не будет достигнута; привести в судебном акте мотивы с указанием конкретных доказательств по представленным расчетам завышенных объемов работ, в том числе со ссылками на документацию к контракту, исполнительную документацию, акты формы КС-2 и справки формы КС-3, по примененным коэффициентам и расстоянию перевозки; дать оценку доводам сторон со ссылкой на дело № А81-8347/2019 с учетом тождества предмета и оснований, установленных обстоятельств, учитывая, что в рамках названного дела и по настоящему делу заявлены требования по одному и тому же контракту.

Определением суда от 29.06.2021 дело принято на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела определением от 07.10.2021 суд по ходатайствам сторон назначил судебную экспертизу, поручив ее проведение экспертам Союза «Торгово-промышленная палата Тюменской области» ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 Производство по делу было приостановлено на срок проведения экспертизы. 

По результатам экспертизы в суд поступило заключение № 042-04-00010 от 30.03.2022. Экспертиза проведена экспертами ФИО7, ФИО8 Производство по делу возобновлено определением суда от 06.04.2022.

От сторон и третьего лица поступили письменные объяснения, отзывы и возражения по делу, в том числе, с учетом результатов судебной экспертизы.

От эксперта Союза «Торгово-промышленная палата Тюменской области» ФИО7 поступили письменные пояснения с учетом отзывов истца и третьего лица.

По ходатайству третьего лица суд заслушал объяснения эксперта ФИО7 по представленному в суд экспертному заключению.

От истца в материалы дела поступило ходатайство о дополнительном экспертном исследовании по настоящему делу, которое было впоследствии снято с рассмотрения представителем истца. Представитель истца в судебном заседании 19.10.2022 просил данное ходатайство не рассматривать.

До принятия решения арбитражным судом истец в судебном заседании уточнил исковые требования. Так, истец уточнил основание иска и увеличил размер исковых требований в части неосновательного обогащения по 2-му и 5-му пусковым комплексам до 162228263 руб. 92 коп. (затраты на перевозку грунта из выемки в отвал), а также заявил отказ от иска в части требования о взыскании неосновательного обогащения по 1-му пусковому комплексу в размере 11886701 руб. 00 коп. (завышение объема песка для устройства земляного полотна). 

От ответчика поступили доводы по уточненным исковым требованиям.

На основании ст. 49 АПК РФ суд принял уточнение исковых требований и частичный отказ от иска.

Представитель ответчика просил в удовлетворении требований истца отказать. Ответчик указывал на выполнение работ в полном соответствии с технической и сметной документацией к контракту, отсутствие оснований для пересмотра твердой цены контракта, а также на истечение срока исковой давности по заявленным требованиям.

Третье лицо поддержало позицию истца, а также заявило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО УК «Юграгидрострой», а также о привлечении специалиста – заместителя главного государственного инспектора автономного округа в области охраны окружающей среды ФИО12 для разъяснения вопросов, отраженных в ходатайстве от 19.10.2022.

Суд в удовлетворении ходатайства Счетной палаты ЯНАО о привлечении третьего лица отказал на основании ст. 51 АПК РФ, поскольку судебный акт по настоящему делу не затрагивает прав и обязанностей ООО УК «Юграгидрострой». Кроме того, ст. 51 АПК РФ предусматривает, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда. Возможность привлечения третьего лица по ходатайству третьего лица, процессуальным законодательством не предусмотрена. 

Необходимости в привлечении специалиста суд также не усмотрел, поскольку вопросы, в отношении которых третье лицо просит получить консультацию специалиста, разрешаются на основании письменных доказательств (ст. 68 АПК РФ), необходимость для суда в разъяснении вопросов профессионального характера по поступившим документам отсутствует. 

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей участвующих в деле лиц, оценив представленные доказательства, суд установил, что между ГКУ «Дирекция дорожного хозяйства ЯНАО» (заказчик) и ООО «Реском-Тюмень» (подрядчик) заключен государственный контракт № 206/12-ДХ от 30.01.2012 на выполнение работ по строительству автомобильной дороги объекту «Сургут-Салехард, участок Надым-Салехард, км 1191- км 1241» (далее - контракт).

Согласно п. 1.1 контракта, подрядчик по техническому заданию заказчика принимает на себя обязательства выполнить работы по строительству автомобильной дороги «Сургут - Салехард, участок Надым - Салехард, км 1191 - км 1241», а государственный заказчик берет на себя обязательства принять работы и оплатить их в соответствии с условиями настоящего контракта.

В соответствии с п. 3.1 контракта общая стоимость работ по контракту составляет 9304333342 руб. 

Пунктом 7.2 контракта установлено, что срок начала выполнения работ: дата подписания контракта сторонами; срок окончания выполнения работ: 20.12.2015.

Стоимость работ и сроки их выполнения корректировались дополнительными соглашениями сторон, представленными в материалы дела.

В силу п. 8.1. контракта приемке и оплате подлежат полностью законченные объекты или виды (этапы) работ.

 Согласно п. 3.4 контракта, оплата за выполненные работы производится в форме промежуточных платежей на основании предоставленных подрядчиком до 25 числа отчетного месяца акта приемки выполненных работ (форма КС-2), справки (форма КС-3) в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента их подписания.

В соответствии с п. 8.4. контракта ежемесячная приемка работ производится  до 25 числа каждого месяца. Основанием для приемки государственным заказчиком выполненных работ являются представленные подрядчиком: исполнительная документация, фотоотчет по видам выполненных работ  с привязкой к строительному пикетажу, журнал учета выполненных работ (форма Кс-6а), акт приемки выполненных работ (форма КС-2), справки (форма КС-3).

Как указано в п. 8.8 контракта, в случае установления заказчиком в процессе выполнения работ, при приемке очередного вида (этапа) работ, несоответствия качества выполненных подрядчиком работ, акт приемки выполненных работ не подписывается до момента устранения выявленных нарушений.

Согласно представленным в дело документам о приемке результата работ за 2012-2017 годы, ответчик выполнил, а истец принял выполненные работы без замечаний по качеству, объёму и стоимости.

Истец оплатил принятые работы, что сторонами не оспаривается.

По результатам проверки использования бюджетных средств, выделенных на строительство и реконструкцию автомобильных дорог общего пользования регионального или межмуниципального значения Ямало-Ненецкого автономного округа, предусмотренных государственной программой Ямало-Ненецкого автономного округа «Развитие транспортной инфраструктуры на (2014 - 2020 годы)» (акт проверки от 15.03.2018), Счетной палатой ЯНАО сделан вывод о завышении стоимости работ.

По итогам проверки Счетная палата ЯНАО вынесла истцу представление от 30.08.2019 № 2501-08/30, согласно которому в рамках заключенного контракта ГКУ «Дирекция дорожного хозяйства ЯНАО» допущено неправомерное использование денежных средств окружного бюджета в размере 80 734 751 руб.

Во исполнение требований Счетной палаты ЯНАО, истец направлял в адрес ответчика письмо от 20.09.2019 № 305 с предложением вернуть денежные средства.

Отказ ответчика в возврате денежных средств послужил основанием для обращения истца в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.

В рамках первоначального рассмотрения дела исковые требования были основаны на перерасчете Счетной палатой ЯНАО стоимости работ по принятым и оплаченным истцом актам КС-2 за период с 2012 по 2017 годы в общей сумме 80734751 руб. (22216 + 2892306 + 8972179 + 13698860 + 55149190).

Из представления Счетной палатой ЯНАО, искового заявления и пояснений представителя истца следовало, что выводы о завышении объемов работ и их стоимости связаны с применением иных коэффициентов и плеча возки, чем те, которые установлены документацией к контракту.

Так, завышение на общую сумму 11886701 руб. 00 коп. было исчислено путем применения коэффициента уплотнения грунта 1,08 (вместо сметного 1,1), а именно:

- согласно пункту 5.2 представления (пункт 1 искового заявления) 22216 руб. относятся к завышению объема песка для выполнения работ по устройству земляного полотна по 1 пусковому комплексу за 2012 — 2016 годы (на 42,42 м3). 

- согласно пункту 5.3 представления (пункт 2 искового заявления) 2892306 руб. относятся к завышению объема песка для выполнения работ по устройству земляного полотна по 1 пусковому комплексу за 2012 — 2017 годы (на 1541,86296 м3). 

- согласно пункту 5.4 представления (пункт 3 искового заявления) 8972179 руб. относятся к завышению объема песка для выполнения работ по устройству земляного полотна по 1 пусковому комплексу за 2013 год (на 13554 м3). 

При  новом рассмотрении дела суд по ходатайствам сторон провел судебную экспертизу, по результатам которой поступило экспертное заключение № 042-04-00010 от 30.03.2022. На разрешение эксперта были поставлены, в том числе, следующие вопросы:

1) какой геометрический объем грунта использован и подтвержден исполнительной документацией по 1 пусковому комплексу?

2) каким относительным коэффициентом уплотнения грунта следует руководствоваться подрядчику при выполнении работ по 1 пусковому комплексу: как по проектной документации или как в техническом задании?

3) соответствует ли объем грунта, предъявленный подрядчиком к оплате по КС-2, КС-3 по 1 пусковому комплексу, объему, подтвержденному исполнительной документацией по уплотнению грунта (журналу контроля плотности земляного полотна, актам, ведомостям и иной исполнительной документацией)? Если не соответствует, то каково несоответствие и какая ценовая разница?

В экспертном заключении № 042-04-00010 от 30.03.2022 при ответе на вопрос № 2 эксперт пришел к выводу о том, что подрядчику следовало руководствоваться относительным коэффициентом уплотнения грунта как в техническом задании к государственному контракту № 206/12-ДХ К=1,1. При этом, отвечая на вопрос № 3, эксперт указал, что объем грунта, предъявленный подрядчиком к оплате по КС-2, КС-3 по 1 пусковому комплексу представлен в таблице № 2 и составляет 677709,49163 куб.м. Объем грунта, подтвержденный исполнительной документацией, составляет 698514,71 куб.м. (с учетом коэффициента уплотнения К=1,1). Таким образом, объем грунта по исполнительной документации превышает объем грунта, предъявленный подрядчиком к оплате по КС-2, КС-3, на 20805,21837 куб.м. Стоимость не предъявленного к оплате песка составляет: 20805,21837 куб.м. х 1412,3 руб./куб.м. = 29383209,90 руб. Даже с коэффициентом К-1,08 разница не предъявленного ответчиком грунта составит: 677709,49163 куб.м. - 698514,71 куб.м. х 1,08/1,1 = - 8104,951 куб.м.

Таким образом, согласно результатам судебной экспертизы, завышение объема песка для выполнения работ по устройству земляного полотна по 1 пусковому комплексу отсутствовало, с чем согласился истец, указав в уточнении иска, что объем песка, предъявленный к оплате по устройству земляного полотна по 1 пусковому комплексу подтвержден, в связи с чем сумма 11886701 руб. подлежит исключению из объема исковых требований. Представитель истца в судебном заседании 19.10.2022 заявил об отказе от иска в данной части.

На основании ст. 49 АПК РФ суд принял частичный отказ истца от иска, поскольку это не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

Производство по делу в указанной части подлежит прекращению в порядке п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Кроме того, при первоначальном обращении с иском в суд завышение на общую сумму 68848050 руб. было обосновано истцом со ссылкой на расчеты Счетной палаты ЯНАО следующим:

 - согласно пункту 5.5 представления (п. 4 искового заявления) 13698860 руб. относятся к завышению объема перевозки непригодного грунта из выемки в отвал. Завышение исчислено путем применения плеча возки протяженностью 10 км (вместо сметного 17 км),

- согласно пункту 5.6 представления (п. 5 искового заявления) 55149190 руб. относятся к завышению объема перевозки непригодного грунта из выемки в отвал. Завышение исчислено путем применения плеча возки протяженностью 10 км (вместо сметного 26 км).

При новом рассмотрении дела истец в данной части увеличил размер исковых требований и уточнил основание иска. Так, истец указал, что ответчиком не предоставлена документация, подтверждающая дальность транспортировки непригодного грунта, в том числе и на 10 км. Поскольку ответчик документально не подтвердил затраты на перевозку грунта из выемки в отвал, истец сам произвел расчет размера неосновательного обогащения, отнеся к таковому все затраты на перевозку грунта из выемки в отвал по тем же актам КС-2, справкам КС-3, что и при первоначальном рассмотрении дела:

По 2-му пусковому комплексу (сметная дальность перевозки 17 км.):

- по акту КС-2 от 08.12.2014 № 1, справка КС-3 от 08.12.2014 № 8 в сумме 2800257,78 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 23.12.2015 № 2, справка КС-3 от 23.12.2015 № 10 в сумме 10059866,28 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 27.11.2017 № 5, справка КС-3 от 27.11.2017 № 13 в сумме 11165168,79 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 27.11.2017 № 6, справка КС-3 от 27.11.2017 № 13 в сумме 6556934,07 руб. (с НДС), всего сумма исковых требований по 2-му пусковому комплексу за 2012-2017 годы составляет 30582226 руб. 92 коп.

По 5-му пусковому комплексу (сметная дальность перевозки 26 км.):

- по акту КС-2 от 20.11.2013 № 17, справка КС-3 от 20.11.2013 № 4 в сумме 28086411,91 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 25.12.2013 № 3, справка КС-3 от 25.12.2013 № 6 в сумме 30538423,48 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 04.07.2014 № 9, справка КС-3 от 04.07.2014 № 7 в сумме 27045766,83 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 08.12.2014 № 12, справка КС-3 от 08.12.2014 № 8 в сумме 45942445,56 руб. (с НДС),

- по акту КС-2 от 23.12.2015 № 4, справка КС-3 от 23.12.2015 № 10 в сумме 32989,22 руб. (с НДС), всего сумма исковых требований по 5-му пусковому комплексу за 2012-2017 годы составляет 131646037 руб. 00 коп.

Таким образом, общая сумма неосновательного обогащения, предъявленная истцом по 2 и 5 пусковым комплексам при новом рассмотрении дела, составляет 162228263 руб. 92 коп.

Отказывая в удовлетворении указанных уточненных исковых требований, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

На основании статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Согласно статье 746 ГК РФ, оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

Согласно п. 6.2. контракта, подрядчик обязан производить работы в полном соответствии с Проектом (технической документацией), рабочими чертежами и требованиями документов технического регулирования, линейным графиком производства работ (приложение № 2.1, 2.2, 2.3, 2.4).

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Результат работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 ГК РФ, пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», далее - Информационное письмо № 51).

Как следует из материалов дела, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат, которые указаны истцом, подписаны сторонами без возражений. Проектно-сметная документация к контракту предусматривает использование показателей плеча возки, примененных ответчиком. Сметная документация к контракту получила положительное заключение Управления государственной экспертизы проектной документации ЯНАО № 5-2-1-0422-11 от 02.12.2011. 

Так, в соответствии с представленной в дело проектной (сметной) документацией по объекту «Строительство автомобильной дороги «Сургут-Салехард», участок Надым-Салехард, км 1191 –1241» предусмотрены затраты по вывозу непригодного грунта.

Из материалов дела следует, что к оплате по спорным актам принимались затраты на перевозку грунта из выемки в отвал на расстояние 17 км по шифру расценки СЦП1-3-17-1 «Перевозка грузов автомобилями – самосвалами (работающими вне карьеров), расстояние перевозки 17 км: класс груза 1», на расстояние 26 км по шифру расценки СЦП1-3-26-1 «Перевозка грузов автомобилями – самосвалами (работающими вне карьеров), расстояние перевозки 26 км: класс груза 1».

Как указывали истец и третье лицо, в соответствии с Инженерным проектом на строительство автомобильной дороги Сургут-Салехард, участок Надым-Салехард, км 1191 – км 1241, шифр: 89273-АД.СР.2 (том 3 книга 3, приложение Г, листы 1-10; том 3 книга 6, приложение Д изм, лист 15) разработка грунта производится экскаватором емкостью ковша 1 м3 с перемещением в отвал до 10 км. Вместе с тем, место расположения карьера для вывоза непригодного грунта из выемки Инженерным проектом не установлено. В исполнительной документации (Общие журналы работ за 2013-2015 годы) записи о выполнении работ по перевозке грунта из выемки в отвал отсутствуют. Ответчиком документы, подтверждающие дальность транспортировки непригодного грунта, и документы, подтверждающие вывоз непригодного грунта, на проверку не представлены (договор аренды земельного участка, разрешение на вывоз на карьер от правообладателя и т.п.).

При указанных обстоятельствах Счетная палата ЯНАО производила расчет стоимости перевозки грунта из выемки в отвал на расстояние до 10 км. по шифру расценки СЦП1-3-10-1 «Перевозка грузов автомобилями – самосвалами (работающими вне карьеров), расстояние перевозки 10 км: класс груза 1», а истец на основании такого расчета предъявлял к взысканию с ответчика сумму переплаты (неосновательного обогащения в связи с оплатой затрат на перевозку непригодного грунта из выемки в отвал в завышенном объеме).

Ответчик возражал по требованиям истца и доводам Счетной палаты ЯНАО, представленными документам, указывая, что экземпляр Инженерного проекта, переданного ему в работу заказчиком, содержит иные данные, чем График распределения земляных масс, предоставленный истцом.

Так, Инженерный проект содержит Покилометровую ведомость объемов земляных работ (Инженерный проект, шифр: 89273-АД.СР.2, том 3, книга 3, приложение В), которая предусматривает транспортировку грунта из выемки в отвал по 2 пусковому комплексу на расстояние 17 км. Кроме того, локальный сметный расчет на земляное полотно 2 пускового комплекса № 02-01-01 исходит из следующего: «Перевозка грузов автомобилями-самосвалами (работающими вне карьеров), расстояние перевозки 17 км. (раздел грунт из выемки, пересечение строки 8 и колонки 3). При заключении дополнительного соглашения № 8 к контракту от 17.12.2015 в новой редакции было изложено Техническое задание к контракту. В разделе 2.1. «Устройство земляного полотна» Главы 2 «Земляное полотно» новой редакции Технического задания для грунта для устройства насыпи, грунта для устройства дополнительного слоя в выемке, грунта из выемки предусмотрена транспортировка на расстояние до 17 км. Таким образом, для 2 пускового комплекса установлено договорное условие относительно дальности плеча возки грунта на расстояние 17 км. Соответственно, Покилометровой ведомостью объемов работ 5 пускового комплекса (Инженерный проект, шифр: 89273-АД.СР.5, том 3, книга 6, приложение Д изм) транспортировка грунта из выемки осуществляется на расстояние 26 км. В соответствии с Локальным сметным расчетом № 02-01-01 «Земляное полотно», 5 пусковой комплекс, поз. 8 предусмотрена перевозка грузов самосвалами (работающими вне карьеров), расстояние перевозки 26 км. Техническим заданием в части работ по устройству земляного полотна на 5 пусковом комплексе, раздел 2.1. транспортировка грунта в отвал предусмотрена на расстояние 26 км.

Следовательно, акты выполненных работ составлялись ответчиком на основе проектной и сметной документации к контракту. 

При уточнении исковых требований истец заявил о том, что неосновательное обогащение возникло в связи с тем, что работы по вывозу непригодного грунта в отвал оплачены, но не выполнялись, поскольку документы, подтверждающие вывоз такого грунта и дальность его транспортировки не представлены.

Таким образом, предположение истца о том, что работы по вывозу грунта не выполнялись, построено исключительно на отсутствии в его распоряжении документации по данным видам работ.

Между тем, обстоятельства, касающиеся отсутствия соответствующей исполнительной документации, были известны истцу еще при приемке работ.

 Никакой дополнительной первичной, исполнительной документации, предусмотренной контрактом, касающейся выполнения работ, в материалы дела при судебном исследовании ответчиком не было представлено. Вся имевшаяся первичная документация, которая исследовалась в рамках настоящего дела, была как у истца, так и у третьего лица при проведении как первичной проверки при приемке работ, так и последующего финансового контроля.

По правилам статьи 720 ГК РФ при приемке работ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат). Заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки).

По смыслу приведённой нормы закона для предъявления требований о пересмотре объема, стоимости выполненных работ истцу следует доказать, что недостатки в работах не могли быть обнаружены при их приёмке. Таких доказательств истцом в материалы дела не представлено.

Обстоятельства исполнения контракта, на которые истец ссылается в уточненном иске, должны были быть установлены заказчиком при обычном способе приемки.

В соответствии с пунктами 5.2.5 — 5.3 контракта истец исполняет в отношении производимых подрядчиком работ следующие контрольные функции:

— утверждает перечень лиц, которые от его имени уполномочены осуществлять контроль и технический надзор за проведением работ и проверку качества используемых материалов, конструкций, оборудования, принимать скрытые и законченные работы и давать предписания о прекращении или временной приостановке работ;

— осуществляет контроль за производством работ, надлежащим оформлением рабочей и исполнительной документации, соответствием объема и качества работ проектам и документам технического регулирования на производство и приемку этих работ;

— при выявлении фактов нарушения подрядчиком организации и методов ведения работ, определенных проектом организации строительства, отступлений от требований к качеству работ, предусмотренных проектом и требованиями документов технического регулирования, дает предписание подрядчику о приостановке работ до устранения выявленных нарушений, устанавливает сроки устранения этих нарушений (дефектов) и делает соответствующую запись в журнал производства работ;

— имеет право беспрепятственного доступа ко всем видам работ в любое время суток в течение всего периода работ, а также производит соответствующие записи в журнале производства работ по объекту, дает обязательные для подрядчика предписания при обнаружении отступлений от утверждённой документации и действующих документов технического регулирования.

Суд исходит из того, что, из доводов истца следует, что при явном и очевидном отклонении от требований проектно-сметной документации (ответчик вообще не вывозил грунт из выемок в отвал), истец принимал предъявляемые объемы работ по вывозу грунта.

Доказательства того, что такие действия стали следствием противоправных виновных (преступных) действий конкретных должностных лиц, которые привлечены к ответственности, суду не представлено. Следовательно, последствия приемки работ без проверки должны относиться на государственного заказчика.

Если принятие объемов работ было проведено без надлежащей проверки, истец, не заявив возражений, при явном характере недостатков лишается права в последующем ссылаться на такие недостатки и требовать возврата уплаченных денежных средств.

Тем не менее, из материалов дела следует, что работы по устройству дорожного полотна выполнялись ответчиком. Работы по вывозу грунта при устройстве дороги были предусмотрены Техническим заданием и проектной документацией к контракту. В ходе исполнения контракта заказчик не заявлял подрядчику о нарушении технологии работ. Сторонами подписаны акты о соответствии параметров построенного объекта «Строительство автомобильной дороги Сургут-Салехард, участок Надым-Салехард, км 1191 – км 1241» 1 стадия строительства, проектной документации (в том числе, акт от 10.10.2020 по второму пусковому комплексу, акт от 11.11.2020 по пятому пусковому комплексу).

При этом заказчик при производстве работ также не заявлял, что грунт не вывозился подрядчиком либо складировался (использовался) в месте производства работ.

В общих журналах работ отражены работы по разработке грунта в выемке экскаватором с погрузкой в автосамосвалы и вывозом в отвал. Следовательно, такие работы производились, что опровергает утверждение истца о том, что необходимо исключить данные объемы работ в целом из стоимости выполненных работ.

При рассмотрении дела ответчик заявил, что грунт из выемок вывозился в карьер 4Г.

Как таковое расстояние перевозки от места производства работ до карьера для 2 пускового комплекса – 17 км., для 5 пускового комплекса – 26 км. подтверждено как проектной документацией (книга 1 том 4 л. 28 Инженерного проекта, 89273-АД.ПОС.ПЗ (т. 6 л.д. 67 оборот)), так и фактическими обстоятельствами дела. Данные обстоятельства также нашли отражение во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 17.01.2021 по делу № А81-6809/2020.

Кроме того, в рамках дела № А81-8347/2019 ГКУ «Дирекция дорожного хозяйства ЯНАО» и Счетная палата ЯНАО заявляли аналогичные доводы, не принимая от ООО «Реском-Тюмень» работы по актам КС-2 от 19.04.2019 № 1 – 5 по вывозу непригодного грунта на расстояние более 10 км., ссылаясь на отсутствие доказательств вывоза грунта и его утилизации.

В рамках дела № А81-8347/2019 проведена судебная экспертиза, которой не установлено завышение предъявленных к оплате по контракту объемов работ (акты по форме КС-2 от 19.04.2019 № 1 - 5, справка по форме КС-3 от 19.04.2019 № 21), в том числе, касающихся вывоза грунта в отвал.

Восьмым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 14.12.2020 по делу № А81-8347/2019 отклонены доводы о необоснованности предъявления к оплате услуг по перевозке на расстояние 26 км. как не подтвержденные документально и основанные на предположениях относительно объективных затрат подрядчика. Так, суд апелляционной инстанции исходил из того, что в составе ЛСР утверждена расценка на перевозку грунта на расстояние 26 км (поз. 8 локального сметного расчета N 02-01-01 «земляное полотно (V пусковой комплекс)». Помимо этого, подтверждением фактического места расположения объекта и карьера является геодезическая схема промеров расстояния, согласно которой расстояние от гидронамывного карьера до пикета 270 (т.е. до трассы) составляет 5,232 км. Далее от пикета 270 до середины 5 пускового комплекса (пикет 470 + 80) расстояние составляет 20,280 км. Итого, 25,512 км; данная величина подлежит округлению до 26 км, поскольку в сметной нормативной базе перевозка учитывается на кратное 1 км расстояние. Таким образом, расстояние до 5 пускового комплекса подтверждается проектной документацией и геодезической съемкой.

При производстве судебной экспертизы по настоящему делу перед экспертами, в том числе, был поставлен вопрос: является ли непригодный грунт возвратным материалом согласно условиям контракта? Компенсировал ли подрядчик заказчику стоимость непригодного грунта по статье расходов «Временные здания и сооружения»? Если да, то подлежат ли оплате заявленные подрядчиком затраты по его перевозке? Подтверждается ли перевозка грунта на расстояния, указанные в актах КС-2 по 2 и 5 пусковым комплексам? Если подтверждается по факту на другое расстояние, то какая стоимость оплаты по подтвержденному расстоянию? Если не подтверждается, то определить, какая сумма от перевозки грунта излишне оплачена?

В экспертном заключении № 042-04-00010 от 30.03.2022 при ответе на данный вопрос указано следующее: 

«В отношении непригодного грунта информация в контракте отсутствует. Непригодным для отсыпки является растительный слой и торф из выемки в местах пересечения объектом болот. Согласно проекту, том 4 книга 1 «Проект организации строительства», шифр 89273-АД.ПОС, лист 28, торф вывозится за пределы болота на расстояние до 1 км. В дальнейшем торф используется для приготовления торфо-песчаной смеси для планировки откосов с транспортировкой до 5 км.

Техническим зданием, п.2.2 «Дополнительные работы», предусмотрена выторфовка и транспортировка торфа на расстояние до 1 км, а п.2.4 «Укрепительные работы» транспортировка торфа на 5 км, что соответствует проекту.

Следовательно, непригодный грунт, согласно контракту и проекту, является возвратным.

Согласно п. 1.1 – 1.3 ГСН 81-05-01-2001 «Сборник сметных норм затрат на строительство временных зданий и сооружений», к временным зданиям и сооружениям относятся специально возводимые или приспосабливаемые на период строительства производственные, складские, вспомогательные, жилые и общественные здания и сооружения, необходимые для производства строительно-монтажных работ и обслуживания работников строительства. Затраты на строительство титульных временных зданий и сооружений определяются в процентах от сметной стоимости строительных и монтажных работ по итогам глав 1-7 (графы 4 и 5) сводного сметного расчета стоимости строительства и учитывают затраты на строительство и последующую разборку временных зданий и сооружений.

Таким образом, выплаты по статье «Временные здания и сооружениям» идут на компенсацию затрат подрядчика на создание бытовых условий для рабочих и ИТР, занятых на строительстве объекта, включая: устройство площадки для вагон-городка и подъездов к ней; передислокацию вагон-бытовок для обогрева, переодевания и отдыха; обеспечение их электроэнергией, водой и теплом; затрат на ремонт и амортизацию выгон-бытовок. Следовательно, выплаты по статье расходов «Временные здания и сооружения» не могли пойти на компенсацию стоимости непригодного грунта подрядчику и, следовательно, затраты по его перевозке подлежат оплате.

В актах выполненных работ по 2-му пусковому комплексу № 1 от 08.12.2014 г. предъявлена перевозка грунта на расстояние 17 км. Согласно Техническому заданию (глава 2, п.2.1 «Устройство земляного полотна») предусмотрен транспорт грунта из карьера на 17 км, что соответствует расстоянию, предъявленному в акте выполненных работ №1.

В актах выполненных работ по 5-му пусковому комплексу №3 от 25.12.2013 г., №17 от 20.11.2013 г., №9 от 04.07.2014 г., №12 от 08.12.2014 г, №4 от 23.12.2015 г. предъявлена перевозка грунта на расстояние 26 км. Согласно Техническому заданию (глава 2, п.2.1 «Устройство земляного полотна») предусмотрен транспорт грунта из карьера на 26 км, что соответствует расстоянию в актах.

То есть, перевозка грунта на расстояния, указанные в актах КС-2 по 2 (17 км) и 5 (26 км) пусковым комплексам подтверждается условиями Государственного контракта №206/12-ДХ».

Истец и третье лицо в своих письменных пояснениях указывают, что экспертами не исследовался вопрос относимости грунта от устройства выемок к непригодному грунту (к такому грунту экспертами отнесен торф от разработки выторфовок). Расстояние перевозки грунта, принятое экспертами по Техническому заданию, является расстоянием вывоза песка из карьера к месту проведения работ, а не вывоза непригодного грунта. Исполнительной документацией – Общим журналом работ – не определено фактическое место нахождения отвала, куда вывозился непригодный грунт.

Суд по ходатайству третьего лица вызвал эксперта ФИО7 в судебное заседание для дачи пояснений по экспертному заключению. От эксперта также поступили письменные ответы на отзывы истца и третьего лица.

Из ответов эксперта усматривается, что непригодным грунтом принят переувлажненный или заторфованный грунт. Вопрос относительно грунта из выемок, вывозимого в карьер (отвал), экспертами не исследовался.

Вместе с тем, от проведения дополнительной экспертизы истец отказался, соответствующее ходатайство от 09.08.2022 снял с рассмотрения суда (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Ни истец при приемке работ в 2013-2017 годах, ни третье лицо при проведении финансовой проверки в 2018 году не сочли необходимым устанавливать конкретное место, куда вывозился грунт и определять фактическую дальности плеча возки. Расчеты Счетной палаты ЯНАО строились исключительно на разнице между предъявленной ответчиком к оплате дальностью возки и принятой Счетной палатой ЯНАО дальностью в 10 км. согласно откорректированной проектной документации.  

Ни на момент приемки работ в 2013-2017 годах, ни при проведении финансовой проверки в 2018 году сам факт выполнения ответчиком соответствующего вида работ под сомнение не ставился.

Истец потребовал от ответчика представить документацию по данному виду и объему работ только в письме исх. от 04.08.2021 № 89-2851-01-08/5243.

Ответчик на запрос истца указал в письме от 26.08.2021 № 2287 на отсутствие документации, фиксирующей место, куда вывозился грунт.

Согласно п. 6.1.14. контракта, предусмотрено ведение подрядчиком исполнительной документации, в частности, журналов производства работ.

При этом в соответствии с п. 5.2.9 контракта одним из обязательств заказчика является передача подрядчику перечня исполнительной документации, необходимой для приемки объекта заказчиком.

Вместе с тем, при приемке работ по вывозу грунта заказчик не требовал от подрядчика подтверждения объемов работ по вывозу грунта. При осуществлении истцом строительного контроля за ходом выполнения работ каких-либо требований о составлении специальных по форме документов по вывозу грунта или замечаний при выполнении ответчиком работ по вывозу непригодного грунта не поступало. Стоимость транспортировки грунта предъявлялась ответчиком и принималась истцом в соответствии с условиями контракта и на основании сметной документации к контракту.

Предъявление такого требования по прошествии разумного времени после приемки и оплаты работ лишило подрядчика возможности сбора доказательств, позволяющих объективно установить обстоятельства выполнения работ.

Так, как указал ответчик, внутренняя документация ответчика (путевые листы, товарно-транспортные накладные и т.п.) не сохранилась по причине истечения пятилетнего срока ее хранения.

В подтверждение факта вывоза грунта ответчик при рассмотрении дела представил пояснения своих работников, спутниковые фотоснимки гидронамывного карьера 4Г с остатками непригодного грунта, протоколы испытаний № 150-09.22 и № 151-09.22 от 06.09.2022 в подтверждение наличия грунта в карьере. Ответчик пояснил, что пользовался технологическим проездом от дороги Надым-Салехард к карьеру 4Г весь период строительства дороги, в 2019 году был завершен процесс оформления аренды лесного участка по проекту «Подъездная автомобильная дорога к гидронамывному карьеру 4Г» (договор аренды лесного участка № 404/Л-19 от 29.08.2019 заключен с Департаментом природно-ресурсного регулирования, лесных отношений и развития нефтегазового комплекса ЯНАО, площадью участка 9,3953 га, расторгнут в 2022 году). 

Счетная палата ЯНАО оспаривала данные доказательства. Третье лицо представило пояснения о возможности вывоза ответчиком грунта в иные карьеры, расположенные вдоль дороги «Салехард-Надым», а также о том, что ответчиком не доказан факт вывоза непригодного грунта (супесь песчаную к таковому нельзя отнести), правомерность вывоза грунта в карьер 4Г в отсутствие разрешений правообладателя карьера, разрешений и согласия департамента экологии. Третье лицо ссылалось также на нарушение обязательных требований (ГОСТ) при отборе проб грунта согласно документам ответчика. Согласно акту Департамента природных ресурсов и экологии ЯНАО № 134-2022/01-Ф от 30.09.2022, произведен осмотр территории гидронамывного карьера, сделан вывод об отсутствии фактов причинения вреда (ущерба) или возникновения угрозы причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям, сведений о нарушениях обязательных требований, о готовящихся нарушениях обязательных требованиях или признаках нарушений обязательных требований. 

Кроме того, третье лицо ссылается на то, что в случае складирования резерва грунта и плодородного слоя почвы за границами постоянного или временного отвода, установленного проектом, подрядчик обязан осуществить аренду земельного участка и рекультивацию за свой счет (п. 6.7 контракта). Однако ответчик не представил доказательства аренды земельного участка с разрешенным видом использования – хранение, утилизация непригодного грунта.

Представитель третьего лица в судебном заседании 19.10.2022 ходатайствовал о привлечении в качестве специалиста заместителя главного государственного инспектора автономного округа в области охраны окружающей среды ФИО12 для разъяснения вопросов, отраженных в ходатайстве от 19.10.2022.

Специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам (ст. 55.1 АПК РФ).

Согласно ст. 87.1 АПК РФ в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора, арбитражный суд может привлекать специалиста. Специалист дает консультацию добросовестно и беспристрастно исходя из профессиональных знаний и внутреннего убеждения. Консультация дается в устной форме без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда.

Между тем, при ознакомлении с представленными доказательствами у суда не возникло вопросов, требующих разъяснений лица, обладающего профессиональными знаниями по соответствующей специальности.

Представленные доказательства могут быть оценены судом без разъяснений специалиста. При этом вопросы, для разъяснения которых третье лицо просило привлечь специалиста, подлежат установлению путем исследования письменных доказательств (ст. 68 АПК РФ). 

В связи с указанным в удовлетворении заявленного ходатайства о привлечении специалиста суд отказал.

При этом суд исходит из того, что представленные доказательства не позволяют для целей разрешения спора установить, соответствует ли состав грунта гидронамывного карьера составу грунта из выемок при строительстве дороги, поскольку такое сравнение не проводилось. От назначения дополнительной экспертизы по вопросам, относящимся к использованию непригодного грунта, истец отказался. Осмотры, на которые ссылаются участвующие в деле лица, не являются экспертным исследованием ни по характеру, ни по своему объему.

При этом суд учитывает, что эксперт ФИО7 при даче суду объяснений по экспертному заключению в отношении непригодного торфа указал, что установить, где и как складировался торф, на сегодня невозможно, это нужно было делать в процессе строительства.

Суд полагает, что данное утверждение в полной мере распространяется и на грунт из выемок, вывозимый в отвал.

В настоящее время невозможно достоверно установить, откуда, как и в каком количестве, куда вывозился грунт, использовался ли впоследующем (причем грунт мог использоваться как правомерно, так и неправомерно). Никаких достоверных сведений о хозяйственной деятельности на карьере 4Г или на иных карьерах, на которые указывает третье лицо, не имеется. Достоверные сведения о состоянии карьера в 2013-2017 годах отсутствуют. При этом для разрешения спора между сторонами по вопросу неосновательного обогащения не имеет значения, ввозился (вывозился) ли грунт в соответствии с установленными правилами, оформлением разрешительных документов от правообладателя карьера или нет, для отношений сторон важен факт вывоза грунта в отвал. 

Неблагоприятные последствия невозможности объективного установления обстоятельств, касающихся факта и объема вывоза грунта, исходя из обстоятельств настоящего дела, по мнению суда, должны возлагаться на заказчика по следующим причинам.

Так, оплате подлежат фактически выполненные работы, надлежащего качества, выполненные в соответствии с условиями контракта, норм и правил.

В соответствии с пунктом 12 Информационного письма № 51 наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ. Указанное разъяснение в совокупности с рядом норм ГК РФ, в частности - статьями 753 - 756, направлено на защиту заказчика от недобросовестных действий подрядчика.

В случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения (пункт 1 статьи 1102 ГК РФ).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Вместе с тем, спорные отношения возникли из договора подряда, в которых сторона, подписавшая акт без замечаний, должна доказать свои возражения в отношении такого акта. Предъявление требований из указанных правоотношений по правилам о неосновательном обогащении не меняет характер, существо сложившихся правоотношений.

Другими словами, если заказчик сразу не истребовал документы о подтверждении объемов работ, подписал акты о приемке выполненных работ, то должен опровергать презумпцию надлежащего выполнения работ, а не возлагать обязанность по доказыванию надлежащего исполнения на ответчика.

Следовательно, истец не может быть освобожден от обязанности доказывать свои возражения против объемов работ, принятых по подписанным им актам о приемке выполненных работ. 

При этом бремя опровержения заявленных возражений должно быть для ответчика потенциально реализуемым.

Суд, изучив обстоятельства дела, приходит к выводу о том, что позиция, когда истцу (заказчику) достаточно высказать сомнения в обоснованности принятых им без документации и в отсутствие проверки объемов работ, а ответчик по прошествии существенного периода времени (в том числе более десяти лет после приемки работ)  лишен возможности сбора и предоставления доказательств, подтверждающих факт выполнения работ, позволяющих достоверно установить обстоятельства дела, противоречит принципам справедливого судебного разбирательства, основанного на состязательности и равноправии сторон в арбитражном процессе.

Необоснованно долгое (относительно к периоду выполнения, приемки и оплаты работ) предъявление сформулированного истцом уточненного требования ничем не обусловлено. Все обстоятельства, положенные в основу иска, были известны истцу уже на момент приемки и оплаты работ.

Суд при разрешении спора также учитывает, что нормы бюджетного законодательства, законодательства о государственных закупках, гражданского законодательства, а также судебная практика ориентируют суды на установление баланса частных и публичных интересов.

Добросовестный исполнитель должен иметь возможность доказать законность и добросовестность своих действий, в частности, соразмерность стоимости работ их объему, а значит соответствие полученных средств фактически достигнутому качеству, равно как и иные обстоятельства, опровергающие чрезмерность расходов.

Вместе с тем, предъявление таких требований к исполнителю также должно соответствовать разумности и добросовестности.

Публичный элемент отношений, связанный с освоением бюджетных денег по государственному контракту, не может обусловливать непропорциональное распределение бремени доказывания, когда, исходя из позиции истца (заказчика), на ответчика (подрядчика) через 5-10 лет возлагается обязанность доказать обстоятельства выполнения работ документами, которые не были востребованы самим заказчиком при приемке работ, обязанность по хранению которых столь длительное время не возложена на ответчика законом и которые у общества, по его утверждению, уже отсутствуют (уничтожены) за давностью хранения. 

Само по себе отсутствие в материалах дела исполнительной документации, на что ссылается теперь истец, не позволяет считать те или иные обстоятельства установленными, в то время как невозможность представления документов ответчиком вызвана несвоевременностью истребования у него таких документов истцом, а объективная возможность достоверного установления обстоятельств иным способом в настоящее время отсутствует. 

Последствия того, что возможность объективного установления обстоятельств, касающихся вывоза грунта в отвал, объемов фактически выполненных работ, в настоящее время отсутствует должна возлагаться (при отсутствии сведений о том, что ситуация имела место ввиду противоправных (преступных) действий конкретных лиц) не на подрядчика, сдавшего работы, а на заказчика, который такие работы принял по имеющимся документам, без надлежащей проверки, и своевременно не заявил по ним возражений.

Суд приходит к выводу о том, что истец в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил суду надлежащих доказательств выполнения ответчиком работ в ином объеме и с иной стоимостью, чем предусмотрено проектно-сметной документацией к контракту и первичной документацией о приемке работ, не доказал факт неосновательного обогащения ответчика. 

Кроме того, исходя из сути позиции истца относительно длящегося характера отношений по государственному контракту, о наличии или отсутствии неосновательного обогащения следовало бы утверждать только после сопоставления взаимных предоставлений по контракту в целом. Между тем, истец делает расчеты по настоящему делу исключительно по отдельным актам КС-2, не анализируя иные отношения по контракту. Однако, материалами дела, в частности, судебной экспертизой по настоящему делу установлены фактически выполненные объемы работ, подтвержденные исполнительной документацией, которые не были учтены в КС-2, представленных в дело. При этом оплата в порядке предоплаты истцом не вносилась, а имела место только по факту приемки предъявленных к оплате работ.

В сведениях Официального сайта zakupki.gov.ru переплата по контракту не отражена.

При этом при рассмотрении в суде арбитражных дел, в частности, А81-8347/2019, А81-3926/2020, А81-5907/2020, А81-275/2021, А81-6809/2020, факт неосновательного обогащения ответчика за счет истца при исполнении контракта в целом (по иным видам и объемам работ) не был установлен, в свою очередь, требования подрядчика о взыскании стоимости работ удовлетворялись судом.

Таким образом, суд полагает, что совокупностью собранных по делу доказательств истец не опроверг обстоятельства, зафиксированные в совместных двусторонних актах приемки выполненных работ и не доказал наличие на стороне ответчика неосновательного обогащения, подлежащего взысканию.

Кроме того, с учетом заявления ответчика о применении исковой давности, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

В силу общего правила пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При этом применительно к обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 ГКРФ).

Суд кассационной инстанции в постановлении от 07.06.2021 указал определить момент, с которого истец узнал о том, что обогащение ответчика стало неосновательным, когда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута.

Соответственно, течение срока исковой давности начинается со дня, когда истцу стало известно об обстоятельствах, на основании которых истец утверждает о неосновательности обогащения ответчика.

По предмету и основанию уточненного иска, суд полагает, что о фактических обстоятельствах выполнения, приемки и оплаты спорных работ, положенных в основу уточненного иска, истцу должно было быть известно, соответственно, при приемке и оплате данных работ. Таким образом, течение срока исковой давности по требованию о неосновательном обогащении следует определять с момента оплаты истцом спорных актов КС-2.

Если при первоначальном обращении в суд с иском истец исходил из факта проведения третьим лицом проверки и по ее результатам перерасчета в виде разницы выполненных и оплаченных работ с учетом показателей плеча возки по проектной и сметной документации, из чего сделал вывод (узнал) о неосновательном обогащении ответчика, то при уточнении требований в рамках нового рассмотрения дела истец связывает факт превышения оплаты над выполненными работами с тем, что ответчик не выполнял объемы работ в принципе, а именно: не возил грунт в отвал, в связи с чем истец сам производит расчет неосновательного обогащения.

Соответственно, если ранее истец связывал течение исковой давности с тем, что ему стало известно о нарушениях со стороны ответчика, когда он получил результаты проверки Счетной палаты ЯНАО с соответствующими расчетами, то в настоящее время истец вообще не основывает свои требования на проверке Счетной палаты ЯНАО, его доводы и расчеты уточненного иска не имеют отношения к расчетам, проводившимся Счетной палатой ЯНАО.

Как установлено судом, оплата по справке КС-3 от 08.12.2014 № 8 произведена истцом 09.12.2014, по справке КС-3 от 23.12.2015 № 10 – 24.12.2015, по справке КС-3 от 27.11.2017 № 13 – 30.11.2017, по справке КС-3 от 20.11.2013 № 4 – 21.11.2013, по справке КС-3 от 25.12.2013 № 6 - 25.12.2013, по справке КС-3 от 04.07.2014 № 7 - 17.07.2014. Платежи проводились истцом со ссылками на спорные акты КС-2, предусматривающие объемы и стоимость выполненных работ. При этом никаких последующих уточнений, изменений, корректировок ни объемов работ по данным актам, ни оплат по данным актам не производилось (за исключением акта КС-2 от 23.12.2015 № 4 с корректировкой в акте КС-2 от 19.04.2019 ввиду ошибки ответчика).

Поэтому данные платежи характер промежуточных не носили. Приемка спорных объемов работ и их оплата прекращали исполнением соответствующие обязательства сторон в рамках контракта. Сам по себе длящийся характер исполнения контракта в данном случае не влиял на течение срока исковой давности по заявленным требованиям.

Претензия истца от 20.09.2019 № 305 получена ответчиком 09.10.2019. Ответ на претензию получен истцом 18.10.2019. Первоначальный иск подан 14.01.2020. Уточненное исковое требование поступило в суд 05.10.2022.

Таким образом, с учетом заявления ответчика, истек срок исковой давности в отношении следующих требований.

По 2-му пусковому комплексу:

- по акту КС-2 от 08.12.2014 № 1, справка КС-3 от 08.12.2014 № 8 в сумме 2800257,78 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 09.12.2014, закончилось 09.12.2017;

- по акту КС-2 от 23.12.2015 № 2, справка КС-3 от 23.12.2015 № 10 в сумме 10059866,28 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 24.12.2015, закончилось 24.12.2018;

Итого истек срок давности по требованиям на сумму 12860124 руб. 06 коп.

По 5-му пусковому комплексу:

- по акту КС-2 от 20.11.2013 № 17, справка КС-3 от 20.11.2013 № 4 в сумме 28086411,91 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 21.11.2013, закончилось 21.11.2016;

- по акту КС-2 от 25.12.2013 № 3, справка КС-3 от 25.12.2013 № 6 в сумме 30538423,48 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 25.12.2013, закончилось 25.12.2016;

- по акту КС-2 от 04.07.2014 № 9, справка КС-3 от 04.07.2014 № 7 в сумме 27045766,83 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 17.07.2014, закончилось 17.07.2017;

- по акту КС-2 от 08.12.2014 № 12, справка КС-3 от 08.12.2014 № 8 в сумме 45942445,56 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 09.12.2014, закончилось 09.12.2017;

- по акту КС-2 от 23.12.2015 № 4, справка КС-3 от 23.12.2015 № 10 в сумме 32989,22 руб. (с НДС), течение срока исковой давности началось 24.12.2015, закончилось 24.12.2018;

Итого истек срок давности по требованиям на сумму 131646037 руб. 00 коп.

Всего требования за пределами срока исковой давности составляют 144506161руб. 06 коп.

Ссылки истца на позицию суда в деле № А81-8347/2019 относительно применения исковой давности не могут быть приняты во внимание, поскольку обусловлены иными фактическими обстоятельствами.

Так, в деле № А81-8347/2019 суд не применил исковую давность к требованиям ООО «Реском-Тюмень» об оплате выполненных работ с учетом длящегося характера отношений сторон по контракту, поскольку исходил из того, что имели место промежуточные платежи по промежуточным актам, суммы промежуточных платежей определялись не объемом выполненных работ, а объемом выделенного на данные цели финансирования из соответствующего бюджета, право подрядчика на получение оплаты выполненного спорного объема работ реализовано путем направления акта выполненных работ для соответствующей оплаты и нарушено с момента, когда он такую оплату не получил.

Между тем, в рассматриваемом случае судом установлено, что акты выставлялись на фактически выполненный объем работ, который в последующем, в том числе после окончания срока действия контракта (20.12.2020), не корректировался, оплата проводилась соответственно актам. Следовательно, в рассматриваемом случае акты не носили характера промежуточных, после приемки работ и их оплаты обязательства по данным актам считались прекращенными исполнением. С учетом того, что на момент оплаты истец должен был знать об обстоятельствах, на которые он ссылается как на основание требований, срок исковой давности подлежит исчислению непосредственно после оплаты актов. 

Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 17.01.2021 по делу № А81-6809/2020 (оставлено без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 15.04.2021, постановлением суда кассационной инстанции от 12.08.2021) по иску ГКУ «Дирекция дорожного хозяйства ЯНАО» к ООО «Реском - Тюмень», при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Счетной палаты ЯНАО о взыскании неосновательного обогащения в размере 386453220 руб. применен срок исковой давности в отношении требований, заявленных по актам КС-2 от 08.12.2014 № 1, от 23.12.2015 № 2, от 20.11.2013 № 17, от 25.12.2013 № 3, от 04.07.2014 № 9, от 08.12.2014 № 12, от 23.12.2015 № 4.

Суд не усматривает оснований при аналогичных обстоятельствах применять иной подход, чем в деле № А81-6809/2020, относительно течения срока исковой давности в отношении иных требований, основанных на этих же актах КС-2. 

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика неосновательного обогащения.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии со статьей 34 Бюджетного кодекса Российской Федерации принцип эффективности использования бюджетных средств означает, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).

Указанный принцип получил особое развитие в законодательстве, связанном с обеспечением государственных и муниципальных нужд.

В статье 1 Закона № 44-ФЗ указано, что настоящий Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

Последующий финансовый (бюджетный) контроль является важным элементом бюджетных отношений, в том числе - связанных с государственными закупками.

Данные требования законодательства известны участникам отношений в сфере государственных закупок и формируют у добросовестных участников таких отношений определенные разумные ожидания, связанные с результатами такого контроля в публичных интересах.

Следовательно, факты, установленные в рамках последующего финансового (бюджетного) контроля и влияющие на отношения сторон по исполнению государственного контракта, подлежат судебной оценке на основе необходимых процессуальных средств, предусмотренных законодательством.

При этом, поскольку последующий финансовый (бюджетный) контроль направлен на реализацию публично-значимых целей бюджетного законодательства и законодательства о государственных закупках, а именно - на защиту общего публичного интереса в экономичном и эффективном расходовании бюджетных средств при государственных закупках, действия сторон частноправового характера (подписание соответствующих актов приемки, соглашений и т.п.) сами по себе не могут нивелировать публично-значимые цели.

Указанное соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 07.09.2021 № 305-ЭС21-5987.

Вместе с тем, в настоящем деле финансовый контроль и использование его результатов при первоначальном обращении с иском в суд имели место как по истечении разумных сроков с момента приемки и оплаты работ, так и по истечении срока исковой давности по большей части требований о возврате уплаченных денежных средств, что повлекло неэффективность данных мероприятий для целей судебного разбирательства.  

В силу статьи 110 АПК РФ по результатам рассмотрения дела суд распределяет судебные расходы.

Поскольку судебный акт по существу спора по настоящему делу принят не в пользу истца, издержки в сумме 260000 руб., связанные с проведением судебной экспертизы, относятся на истца по правилам ст. 110 АПК РФ и покрываются за счет средств, внесенных истцом на депозит суда.

Государственная пошлина по иску не взыскивается с истца в доход федерального бюджета, поскольку истец от ее уплаты освобожден (ст. 333.37 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 150, 151, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Принять отказ государственного казённого учреждения «Дирекция дорожного хозяйства» Ямало-Ненецкого автономного округа (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) от иска к обществу с ограниченной ответственностью «Реском - Тюмень» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в части требований о взыскании 11886701 руб. 00 коп.

Производство по делу № А81-146/2020 в указанной части прекратить.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья

О.В. Курекова