АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-19710/2017

Резолютивная часть постановления объявлена  21 декабря 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 декабря 2017 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Клат Е.В.,

судей							Лукьяненко М.Ф.,

								Ткаченко Э.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Авхимович В.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «ФинСибИнвест-Строй» на определение от 27.09.2017 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Уколов А.А.) по делу № А45-19710/2017 по заявлению закрытого акционерного общества «ФинСибИнвест-Строй» (630112, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Писарева, д. 102, кв. 402, ИНН 5406365876, ОГРН 1065406159741) к обществу с ограниченной ответственностью «Альгеба» (630005, Новосибирская обл., г. Новосибирск, ул. Семьи Шамшиных, д. 97 А, ИНН 5406592011, ОГРН 1155476098580) о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Администрация г. Оби Новосибирской области.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Киселева И.В.) в заседании участвовали представители:

от закрытого акционерного общества «ФинСибИнвест-Строй» - Федоров Д.М., генеральный директор, решение от 17.12.2014, Городова Ю.А. по доверенности от 14.12.2017,

от Администрации г. Оби Новосибирской области - Зайцев А.С. по доверенности от 30.12.2016.

Суд установил:

закрытое акционерное общество «ФинСибИнвест-Строй» (далее – ЗАО «ФинСибИнвест-Строй», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Альгеба» (далее – ООО «Альгеба», заинтересованное лицо) о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения от 02.08.2017 Сибирского третейского суда по делу № 5222-СТС/ФА.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Администрация г. Оби Новосибирской области (далее – Администрация).

Определением от 27.09.2017 Арбитражного суда Новосибирской области в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» обратилось в суд с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение.

По мнению заявителя жалобы, выводы суда первой инстанции противоречат закону; судом не указано, в чем именно состоит нарушение публичного порядка; выводы суда о нарушении прав других лиц носят вероятностный характер; указывает, что вывод суда об искусственном увеличении задолженности без фактического выполнения работ прямо противоречит преюдициально установленным арбитражным судом фактам, обстоятельствам, имеющимся в третейском деле, основан лишь на пояснении Администрации г. Оби; у суда нет правовых оснований констатировать, что выдача исполнительного листа создаст незаконные преимущества в банкротстве; в кассационной жалобе содержится ссылка на судебную практику.

Представленный Администрацией в суд кассационной инстанции за один день до судебного заседания отзыв на кассационную жалобу, копия которого заблаговременно процессуальным оппонентам не направлена, судом кассационной инстанции в целях предотвращения злоупотребления системой и процедурой обжалования судебных актов во внимание не принят (часть 2 статьи 9, части 2, 3 статьи 41, части 1, 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представители ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе; представитель Администрации возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил оставить без изменения обжалуемое определение.

Проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286, 290 АПК РФ законность обжалуемого определения, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установлено судом, 02.08.2017 Сибирским третейским судом было вынесено решение о взыскании с ООО «Альгеба» в пользу ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» 120 063 900 руб. задолженности, 78 641 854 руб. 50 коп. процентов по коммерческому кредиту, 30 000 000 руб. неустойки, 90 000 руб. арбитражного сбора. Решение добровольно не исполнено.

Неисполнение ООО «Альгеба» данного решения третейского суда в добровольном порядке послужило основанием для обращения заявителя в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа.

Отказывая в удовлетворении требования заявителя, суд первой инстанции исходил из того, что принятое третейским судом решение от 02.08.2017 по делу № 5222-СТС/ФА нарушает основополагающие принципы российского права и противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Кассационная инстанция, оставляя обжалуемое определение без изменения, исходит из следующего.

В соответствии с положениями статьи 41 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее – Закон № 382-ФЗ) арбитражное решение признается обязательным и подлежит немедленному исполнению сторонами, если в нем не установлен иной срок исполнения. При подаче стороной в компетентный суд заявления в письменной форме арбитражное решение принудительно приводится в исполнение путем выдачи исполнительного листа в соответствии с настоящим Федеральным законом и положениями процессуального законодательства Российской Федерации.

В приведении арбитражного решения в исполнение путем выдачи исполнительного листа может быть отказано лишь по основаниям, установленным процессуальным законодательством Российской Федерации (статья 42 Закона № 382-ФЗ).

В силу части 4 статьи 238 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 АПК РФ, путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений, но не вправе переоценивать, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (информационное письмо от 26.02.2013 № 156), разъяснил, что арбитражный суд отказывает в признании и приведении в исполнение иностранных судебных или арбитражных решений по собственной инициативе, если установит, что такое признание и приведение в исполнение противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Верховный Суд Российской Федерации дал разъяснение, согласно которому, указанная правовая позиция о проверке третейских решений на соответствие публичному порядку государства исполнения по инициативе государственного суда в равной степени применима и к решениям внутренних третейских судов (Определение от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572).

Императивный характер исключительных полномочий государственного суда по защите публичного порядка при исполнении решений третейских судов не исключает права участников спора, третьих лиц ходатайствовать о проверке третейского решения по указанному основанию и приводить в подтверждение своего довода соответствующие доказательства. При этом довод о нарушении публичного порядка вправе заявить и лица, не участвовавшие в деле, но чьи права (охраняемые законом интересы) затронуты третейским решением, до установления правовой определенности по делу в рамках последовательной процедуры обжалования судебного акта.

Сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение третейского решения публичному порядку государства исполнения, должна обосновать наличие такого противоречия (пункт 3 Обзора, утвержденного информационным письмом от 26.02.2013 № 156).

Следовательно, при рассмотрении заявления о признании и приведении в исполнение третейского решения вопрос о защите интересов третьих лиц подлежит судебному контролю как элемент публичного порядка государства исполнения в силу полномочий государственного суда, в том числе ввиду заявления данного довода участниками разбирательства. Принудительное исполнение третейского решения, нарушающее публичный порядок, является судебной ошибкой, свидетельствующей о незаконности судебного акта.

Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в отношениях с неплатежеспособным должником, является важной функцией правосудия, являющейся элементом публичного порядка государства и осуществляющаяся с учетом принципов и норм законодательства о несостоятельности.

В настоящем случае Администрация указывала на нарушение исполнением решения третейского суда как общих принципов права (принципа добросовестности и запрета злоупотребления правом), так и специальных принципов законодательства о несостоятельности (запрета получения незаконных и необоснованных преимуществ кем-либо из кредиторов).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

При рассмотрении судами заявлений о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов необходимо учитывать разумность и добросовестность действий и поведения участников гражданских правоотношений в той степени, в какой это будет необходимо для обеспечения защиты прав и законных интересов третьих лиц, не участвовавших в деле, но о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт (пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Администрация указывала на недобросовестное и неразумное поведение участников третейского разбирательства, как при ведении предпринимательских отношений, так и при использовании третейского разбирательства в качестве средства разрешения спора.

При рассмотрении заявления ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, основываясь на том, что ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» и ООО «Альгеба» являются аффилированными лицами, заявление о выдаче исполнительного листа от ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» поступило в Арбитражный суд Новосибирской области 03.08.2017, то есть за 5 рабочих дней до рассмотрения Арбитражным судом Новосибирской области заявления Администрации о банкротстве ООО «Альгеба» (дело № А45-13768/2017, 09.08.2017) и включении в реестр требований кредиторов ООО «Альгеба» суммы долга в размере 72 806 961 руб., оценив предмет договора и согласованную сторонами стоимость проектных работ, суд первой инстанции констатировал, что все действия ЗАО «ФинСибИнвест-Строй» и ООО «Альгеба» по получению исполнительного листа Арбитражного суда Новосибирской области на принудительное исполнение решения третейского суда носят согласованный характер, направлены на причинение убытков кредиторам ООО «Альгеба», в том числе бюджету города Оби на сумму 72 806 961 руб. и федеральному бюджету на сумму 391 742 руб., являются злоупотреблением правом, решение третейского суда нарушает публичный порядок, так как создает в преддверии очевидного банкротства ООО «Альгеба» кредиторскую задолженность для целей получения преимуществ у собственника ООО «Альгеба» и директора ЗАО «ФинСибИнвест-Строй», которым является одно и то же физическое лицо (статья 10 ГК РФ).

Подобное поведение участников гражданского оборота, фактически направленное на создание искусственной задолженности, при отсутствии доказательств обратного, представляет собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находится в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права. В равной степени такие действия являются и формой незаконного использования третейского разбирательства, поскольку направлены не на обращение к третейскому суду как средству разрешения спора согласно его правовой природе, а на использование третейского разбирательства в целях злоупотребления правом. Такие интересы судебной защите не подлежат.

При таких обстоятельствах суд пришел к правомерному выводу о том, что приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации, следовательно, в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда судом отказано правомерно.

Доводы заявителя о том, что суд первой инстанции переоценил фактические обстоятельства, установленные третейским судом, по сути, пересмотрел решение третейского суда по существу, неверно установил основания для отказа в выдаче исполнительного листа, подлежат отклонению, так как предметом оценки суда первой инстанции явилась проверка соответствия публичному порядку самого третейского решения, соблюдение при его принятии основополагающих принципов права, то есть основных начал, которые обладают универсальностью, высшей императивностью; именно их нарушение явилось основанием для отказа в выдаче исполнительного листа.

При вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал представленные доказательства, дал им надлежащую оценку и правильно применил нормы процессуального права.

Иное толкование заявителем положений процессуального законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

При этом отказ в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда не является препятствием для повторного обращения в третейский суд, если возможность обращения в третейский суд не утрачена, или в арбитражный суд по общим правилам, предусмотренным настоящим Кодексом (часть 3 статьи 240 АПК РФ).

Нарушений требований процессуального законодательства, влекущих отмену судебного акта в порядке статьи 288 АПК РФ, судом не допущено. Определение отмене не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 27.09.2017 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-19710/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий					Е.В. Клат

Судьи									М.Ф. Лукьяненко

										Э.В. Ткаченко