СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                        Дело № А03-11992/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 декабря 2022 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

Иващенко А. П., 

судей

Апциаури Л.Н.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 без использования средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№07АП-10622/2022(1)) на определение от 17.10.2022 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-11992/2020 (судья ФИО4) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Доверие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 к ФИО6, ФИО3, ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании с них 9 645 069,71 руб.

В судебном заседании приняли участие: без участия.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Алтайского края от 08.06.2021 (резолютивная часть объявлена 01.06.2021) общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Доверие» (далее – ООО «УК «Доверие», должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Информация о введении процедуры конкурсного производства опубликована в газете «Коммерсантъ» №100 от 11.06.2021. 

23.11.2021 через систему подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от 22.11.2021 в суд поступило заявление конкурсного управляющего к ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскания 9 645 069,71 руб. 

Требования уточнялись конкурсным управляющим. В качестве заинтересованных лиц привлечены также ФИО3, ФИО7 (далее – ФИО3, ФИО7).

Определением суда от 17.10.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО3, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Доверие». Производство по рассмотрению заявления в части размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить.

В обоснование к отмене судебного акта указано, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. ФИО3 не осуществлялось управление должником в силу приобретенной в 2015 году болезни. С 2015 года ФИО3 не заключалось каких-либо сделок от лица Общества. Доказательства фактического управления Обществом ФИО3 материалы дела не содержат. Какой-либо выгоды от деятельности ФИО7 заявитель не извлекла. В рамках настоящего обособленного спора допрос свидетелей о лице, осуществлявшем фактическое руководство деятельностью общества не осуществлялся. Судом первой инстанции не принято во внимание содержание обвинительного заключения в отношении ФИО7, в котором содержатся выводы о том, что именно ФИО7 осуществляла фактическое руководство деятельностью должника. 

В порядке статьи 262 АПК РФ конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Апеллянтом не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о наличии у нее статуса контролирующего должника лица.

АО «Алтайкрайэнерго» в отзыве на апелляционную жалобу поддерживает доводы конкурсного управляющего, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения.

Как установлено судом первой инстанции, должник состоит на учете в качестве налогоплательщика в Межрайонной ИФНС № 15 по Алтайскому краю по юридическому адресу: 6593221, 

<

...>. Основным видом экономической деятельности должника является строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 42.2). 

С 28.07.2009 единственным учредителем должника являлась ФИО3 Также ФИО3 являлась руководителем должника до 01.06.2015. 

ФИО3 является матерью ФИО6 и ФИО7 

ФИО7 являлась руководителем должника с 01.06.2015 по 20.02.2020, ФИО6 – с 20.02.2020 по 01.06.2021. 

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 9 043 060,74 руб. всех требований кредиторов, что подтверждается отчетом конкурсного управляющего. 

Текущие не оплаченные обязательства должника составляют 602 008,97 руб. 

Денежных средств и имущества, достаточного для погашения указанных требований конкурсным управляющим не выявлено. 

Таким образом, поступивших денежных средств недостаточно для погашения текущих обязательств должника, требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО6, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением.

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, исходил из доказанности неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также из непередачи бывшим директором должника документации конкурсному управляющему, что воспрепятствовало формированию конкурсной массы, а также из доказанности осуществления ответчиками руководства деятельностью должника.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 №73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017). 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного 10 процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Таким образом, учитывая подачу заявления о привлечении ФИО3, ФИО7, ФИО6 к субсидиарной ответственности 22.11.2021, то есть после 01.07.2017, в рассматриваемом обособленном споре подлежит применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действующей в настоящее время (то есть в редакции Закона № 127-ФЗ). 

При этом, учитывая, что период, в рамках которого ответчикам вменяются в вину бездействие за неподачу заявления о признании должника банкротом, определен с 01.06.2017 по 01.06.2017, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в настоящем случае применению подлежат материально-правовые нормы, действующие в период совершения вменяемых ответчикам в вину действий (бездействия) (то есть в редакции Закона № 134-ФЗ).

С учетом периода совершения привлекаемыми к ответственности лицами вменяемых им действий подлежат применению правила статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ, согласно которым (пункт 4) пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2, 61.3 названного Закона.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 этого Закона, влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в суд и подаче такого заявления.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц ФИО7 являлась руководителем ООО УК «Доверие» с 01.06.2015 по 20.02.2020, ФИО6 являлась руководителем ООО УК «Доверие» с 20.02.2020 по 01.06.2021.

Таким образом, ФИО7 и ФИО6 являются субъектами правоотношений по привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника банкротом, что апеллянтом не оспаривается.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ). 

Статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность обращения должника в течение месяца в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в случаях если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В соответствии с приведенными в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснениями, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, возлагается на привлекаемое к ответственности лицо.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, входит установление следующих обстоятельств:

возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Основанием для привлечения руководителя должника или индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Апелляционный суд принимает во внимание, что из определения Арбитражного суда Алтайского края по делу № А0З-11992/20 от 26.10.2021 следует, что всего за период с января по декабрь 2017 года за потребление электроэнергии на цели содержания общего имущества МКД начислено, с учетом изменения размера исковых требований, 732 815 руб. 91 коп. платы, в том числе за январь 117 557 руб. 39 коп., за февраль 24 284 руб. 90 коп., за март 79 841 руб. 59 коп., за апрель 41 577руб. 90 коп., замай 5 7 862руб. 10 коп., за июнь 49 657 руб. 80 коп., за июль 27 840 руб. 66 коп., за август 67 005руб. 12 коп., за сентябрь 51 483 руб. 33 коп., за октябрь 60 088 руб. 76 коп., за ноябрь 53 348руб. 96 коп., за декабрь 102 312 руб. 41 коп., которую ответчик не оплатил.

Следовательно, по состоянию на 01.06.2017 у ООО УК Доверие имелась задолженность в сумме 321 123,88 руб., неоплаченная до настоящего времени.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, а именно:

недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Апелляционный суд принимает во внимание, что на протяжение осуществления деятельности должника с 01.06.2017 ни одним из руководителей должника (ФИО7, ФИО6) не предпринималось каких-либо мер по погашению образовавшейся задолженности перед кредиторами, что привело к наращиванию задолженности, включенной, впоследствии в реестр требований кредиторов должника и непогашенной в связи с отсутствием у должника достаточного имущества.

Учитывая длительное бездействие последовательно сменивших друг друга руководителей должника по погашению задолженности перед кредиторами, по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также то обстоятельство, что ответчиками не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о наступлении признаков неплатежеспособности у должника на дату 01.06.2017 (статья 65 АПК РФ), судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о неисполнении ФИО7 и (или) ФИО6 как руководителями должника возложенной на них обязанности по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением до 01.07.2017.

Именно прежними руководителями должника создана такая система управления должником, когда обязательства перед контрагентами длительное время не исполнялись, задолженность не погашалась, при этом, должник продолжал принимать на себя новые обязательства, чем только увеличивалась его долговая нагрузка.

На основании изложенного выше, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве (в редакции закона № 134-ФЗ).

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим также было указано на непередачу бывшими руководителями должника документации должника конкурсному управляющему.

Учитывая, что период, в рамках которого ответчикам вменяются в вину бездействие за непередачу документации должника конкурсному управляющему (в течение трех дней со дня утверждения конкурсного управляющего, то есть до 04.06.2021), суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в настоящем случае применению подлежат материально-правовые нормы, действующие в период совершения вменяемых ответчикам в вину действий (бездействия) (то есть в редакции Закона № 127-ФЗ).

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из материалов дела следует, что в период, за три года до возбуждения дела о банкротстве ООО «УК Доверие» и до признания должника банкротом с 23.11.2017 по 01.06.2021 руководителем должника произведено снятие денежных с расчетного счета предприятия на общую сумму 26 491 172,87 руб. В качестве основания указано «На заработную плату и выплаты социального характера». 

С 23.11.2017 по 20.02.2020 - 18 197 018,78 руб. (период полномочий ФИО7) и в период ФИО6 (с 20.02.2020 по 01.06.2021) - 8 294 154,09 руб. 

Документов, подтверждающих указанные выплаты, ни конкурсному управляющему, ни в материалы дела не представлено.

Судом первой инстанции по результатам оценки представленных ответчиками в материалы дела доказательств сделан вывод о том, что авансовые отчеты, имеющиеся на предприятии, не могут быть признаны надлежащим доказательством законности действий заинтересованных лиц, учитывая, что из указанных документов следует приобретение материалов и оплата услуг работниками предприятия, учредителем и иными лицами; между тем, услуга или материалы приобретались в интересах ООО УК «Доверие», например, оплата имущественных налогов учредителя не относится к деятельности предприятия, также, невозможно установить, что эти материалы поступили на предприятие, где и кем они были использованы.

Денежные средства снимались с назначением «На заработную плату и выплаты социального характера». Однако, документов, подтверждающих выплаты заработной платы и выплат социального характера с размере 26 491 172,87 руб. заинтересованными лицами в материалы дела не представлено, конкурсному управляющему не передано.

Между тем, как верно указано судом первой инстанции, отсутствие указанной документации исключает возможность анализа обоснованности произведенных расходов.

Решением от 08.06.2021 (резолютивная часть оглашена 01.06.2021) суд первой инстанции истребовал у бывшего руководителя должника ФИО6 в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Согласно доводам конкурсного управляющего, документация в отношении должника в полном объеме не передана до настоящего времени.

В апелляционной жалобе ФИО3 ссылается на недоказанность наличия оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности, ввиду отсутствия у нее статуса контролирующего должника лица, учитывая, что ФИО3 с 2015 года в связи с болезнью не осуществляла руководство деятельностью должником.

Оценивая приведенные апеллянтом доводы, апелляционный суд исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: 

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии.

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 является матерью двух бывших директоров ООО УК «Доверие» ФИО6 (с 20.02.20 г. по 01.06.21 г.) и ФИО7 (с 01.06.15 г. по 20.02.20 г.).

До июня 2015 г. ФИО3 являлась руководителем должника.

Делая вывод о наличии у ФИО3 статуса контролирующего должника лица, суд первой инстанции исходил из показаний свидетелей (бывших работников должника: ФИО8 - электромантер, ФИО9 - слесарь, ФИО10 - инспектор отдела кадров), полученных в рамках проверки сообщения об уголовном правонарушении, совершенном ФИО7

Так, согласно опроса данных свидетелей, «фактически предприятием руководила ФИО3, она была собственницей предприятия. Ежедневные планерки слесарей и технических работников предприятия вела ФИО3 она занималась распределением задач по техническому обслуживанию домов, согласно поступающим заявкам от собственников помещений МКД. ФИО7 такие планерки не посещала, она занималась только юридическими вопросами, касаемо взыскания долгов через суд с неплательщиков. Таким образом, всеми хозяйственными и финансовыми вопросами распоряжалась ФИО3 Зарплату наличными я получал только от ФИО3.».

Довод апеллянта о недопустимости опроса свидетелей для настоящего обособленного спора не свидетельствует о том, что конкурсным управляющим при обращении в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности не было приведено обоснованных доводов о наличии у нее статуса контролирующего должника лица.

В силу части 65 АПК РФ бремя доказывания по опровержению обоснованных доводов о наличии у ответчика статуса контролирующего должника лица возлагается на ответчика.

Вместе с тем, доказательств того, что ФИО3 в действительности с 2015 года не осуществляла фактическое руководство деятельностью должника, апеллянтом в материалы дела не представлено: не представлены доказательства того, что поставленный ФИО3 диагноз в 2015 году не позволял ей осуществлять такое руководство.

Ссылка на выводы, изложенные в обвинительном заключении в отношении ФИО7 в части того, что ФИО7 осуществляла руководство деятельностью должника, а предоставление ФИО3 займов должнику было обусловлено обращением к ней ФИО7 без объяснений причин недостаточности денежных средств, не опровергает выводы суда об осуществлении ФИО3 фактического руководства деятельностью должника.

Судом установлены также иные документально подтвержденные факты непосредственного участия ФИО3 в управлении ООО УК «Доверие», в частности, предоставление займов предприятию, оформление доверенности на представление интересов ООО УК «Доверие» во взаимоотношениях с физическим и юридическими лицами, а также контролирующими органами, оплата счетов за оказанные услуги, выплата заработной платы работникам УК «Доверие» со своего счета. 

Указанные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

Часть платежей, которые являются приложением к авансовым отчетам направлены на погашение личных долгов ФИО3 (за счет предприятия), например: платеж от 21.01.2021 - оплата аренды земли договор 326 от 28.09.2011 на сумму 2 000 руб.; платеж от 11.01.2021 - оплата аренды земли договор 199 от 28.08.2020 на сумму 4 623 руб.; платеж от 08.01.2021 - оплата аренды земли договор 326 от 28.09.2011 на сумму 5 200 руб.; платеж от 02.01.2021 - оплата аренды земли договор 326 от 28.09.2011 на сумму 15 000 руб.; платеж от 05.01.2021 - оплата аренды земли договор 326 от 28.09.2011 на сумму 3 600 руб.; платеж от 11.02.2021 оплата аренды земли договор 199 от 28.08.2020 на сумму 4 623 руб.; платеж от 11.02.2021 задолженность по решению суда 2-2111/2020 (оплата аренды земли договор) на сумму 10 700 руб.; платеж от 10.03.2021 задолженность по решению суда 2-2111/2020 (оплата аренды земли договор) на сумму 10 500 руб.; платеж от 11.03.2021 оплата аренды земли договор 199 от 28.08.2020 на сумму 4 623 руб. 

При этом, ООО УК «Доверие» стороной по договорам аренды не являлось, а решение вынесено в отношении задолженности лично ФИО3

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции сделан вывод, что ФИО3 контролировала хозяйственную деятельность общества с учетом имеющегося у нее профессионального опыта, проводила планерки, определяла производственные задачи, распределяла денежные средства, выдавала заработную плату работникам должника, в связи с чем ФИО3 имеет непосредственное отношение к наступлению неплатежеспособности должника, наращиванию им кредиторской задолженности (в том числе, ввиду использования денежных средств Общества на личные нужды, а также ввиду выбора соответствующей модели руководства должником).

По убеждению апелляционного суда, доводы апеллянта направлены на переоценку установленных судом по делу обстоятельств, выражают только несогласие с вынесенным судебным актом в отсутствие доказательств нарушения судом норм материального и процессуального права.

Позиция апеллянта об иной оценке представленных в материалы дела доказательств также не свидетельствует о незаконности оспариваемого акта, поскольку оценка доказательств производится судом на основании статьи 71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из смысла положений статей 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве следует, что требование о взыскании убытков носит субсидиарный характер по сравнению с требованиями о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц, таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей; совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным названным Федеральным законом; в случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, т.е. убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Окончательный размер ответственности ФИО7, ФИО6, ФИО3 судом не определен.

Учитывая, что в рассматриваемом случае вопрос о размере субсидиарной ответственности должника не может быть рассмотрен до завершения всех мероприятий конкурсного производства и установления факта невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника, поскольку привлечение лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований кредиторов и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны, суд первой инстанции обоснованно приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.

В нарушение статьи 65 АПК РФ апеллянтом не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих об отсутствии вины руководителей и контролирующих должника лиц, а также доказательств того, что в спорный период действия руководителей должника не выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота применительно к фактическим обстоятельствам дела.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

           Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 17.10.2022 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-11992/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в  порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Алтайского края.      

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                            А.П. Иващенко

Судьи                                                                                                          Л.Н. Апциаури

                                                                                                                     ФИО1