АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-14006/2019

г. Краснодар

24 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 24 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при ведении протокола помощником судьи Белоусовой Е.В., при участии в судебном онлайн-заседании от ответчиков: ФИО7 – ФИО1 (доверенность                               от 16.04.2021), ФИО2 – ФИО3 (доверенность                             от 18.04.2023), от кредитора – общества с ограниченной ответственностью «РЭИ»                   (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО4 (доверенность от 13.07.2022), в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Центральный проектно-технологический институт "ОРГЮГСТРОЙ"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО5 (представитель ФИО6 (доверенность от 10.05.2023) не присоединился к участию в онлайн-заседании, техническую возможность суд предоставил), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы ФИО7 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.01.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 по делу                                        № А53-14006/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Центральный проектно-технологический институт "ОРГЮГСТРОЙ"» (далее – должник) ООО «РЭИ» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7 и ФИО2 (далее – ответчики).

Определением от 26.01.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.03.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Суды установили, что действия учредителей должника ФИО7 (руководитель до банкротства общества) и ФИО2 способствовали банкротству должника. Суды на основе оценки доказательств сочли, что конкурсным управляющим доказана совокупность необходимых обстоятельств, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В кассационных жалобах ФИО7 и ФИО2 просят отменить судебные акты. Заявители указывают на неправильную оценку судами доказательств и отсутствие причинной связи между действиями ответчиков и причинением вреда кредиторам должника. Суды не учли, что на дату заключения сделок у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. По результатам финансового анализа установлено, что причиной несостоятельности (банкротства) явилось требование ПАО «Сбербанк», осуществившего гарантийный платеж в конце октября 2018 года, а не совершение сделок с учредителями должника. Период совершения оспоренных сделок лишь частично совпадает с периодом возникновения у должника кризисной ситуации.

В отзыве ПАО «Сбербанк России» просит оставить без изменения судебные акты. 

В судебном онлайн-заседании представители ФИО7 и ФИО2 поддержали доводы кассационных жалоб. Представитель кредитора высказался против удовлетворения жалоб, указав на законность судебных актов.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением от 27.06.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8. Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 29.06.2019. Решением от 28.01.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 Информация об этом опубликована в газете «КоммерсантЪ» № 18 (6739) от 01.02.2020.

23 августа 2022 года ООО «РЭИ» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО7, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В обоснование заявленных требований кредитор сослался на наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку контролирующие должника лица (ответчики) безвозмездно вывели через расчетный счет должника более 17 млн рублей, что привело к банкротству предприятия. 

Оценив представленные в дело доказательства и доводы сторон, удовлетворяя требования, суды обоснованно руководствовались следующим. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как следует из материалов дела, ФИО7 является участником должника с долей участия в уставном капитале 33%, а также являлась руководителем должника до даты признания его банкротом. ФИО2 является участником должника с долей участия в уставном капитале 67%.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8). 

Как указано в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. 

Постановлениями апелляционного суда от 16.03.2022 и от 18.03.2022 признаны недействительными сделками перечисление обществом денежных средств в пользу ФИО7 и ФИО2 Вступившими в законную силу судебными актами установлены следующие обстоятельства. ФИО7 и ФИО2 по договорам займа финансировали текущую деятельность должника. В период с 03.07.2017 по 29.10.2018 должник произвел возврат ФИО7 займа в размере 6 534 692 рублей 44 копеек и в период с 11.05.2017 по 29.10.2018 ФИО2 в размере 10 896 602 рублей 31 копейки. Суды указали, что целью финансирования ФИО7 и ФИО2 должника путем оформления договоров займа являлось пополнение оборотных денежных средств последнего и не обращение в суд с заявлением о собственном банкротстве, создавая видимость перед независимыми кредиторами определенного финансового благополучия. В связи с этим возврат участникам заемных денежных средств является изъятием вложенного, что свидетельствует о корпоративном участии ответчиков в деятельности должника и исключает квалификацию платежей в качестве сделок, совершенных в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

Вступившими в законную силу судебными актами установлены обстоятельства неисполнения должником обязательств перед контрагентами (ПАО «Сбербанк России», ООО «РЭИ»), срок исполнения которых наступил до даты совершения оспариваемых сделок. Суды сделали вывод о том, что действия ответчиков привели к невозможности должника удовлетворить требования кредиторов. Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. 

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вышеуказанные судебные акты о признании сделок недействительными в силу статьи 16, части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации носят преюдициальный характер при рассмотрении данного спора. 

Контролирующими должника лицами ФИО7 и ФИО2 со счета должника в свою пользу было выведено денежных средств в процентном соотношении 63,12% от всех включенных в реестр требований независимых кредиторов, что, безусловно, является значительным размером. Таким образом, как правильно отметили суды, исполнение данных сделок существенно ухудшило финансовое положение должника, в результате их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов должника. Выплаты учредителям производились после направления первой претензии от кредитора ООО «Торговый Дом "Электротехмонтаж"» – 05.09.2018.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности с судебными актами, вступившими в законную силу, а также наличие непогашенных требований кредиторов в размере более 27 млн рублей, включенных в реестр требований кредиторов, суды правомерно пришли к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Проверив материалы дела, суд округа соглашается с выводами судов в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Каких-либо доказательств добросовестности своих действий при осуществлении руководства должником ответчиками не представлено. Проверка материалов дела и доводов жалоб показала правильность выводов судов о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Заявители жалоб документально не опровергли правильности выводов судов. 

Поскольку формирование конкурсной массы не завершено, суд обоснованно до окончания расчетов с кредиторами приостановил производство по заявлению в части определения конкретного размера ответственности.

Доводы кассационных жалоб не влияют на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. 

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.01.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 по делу № А53-14006/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                            С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                           М.Г. Калашникова

                                                                                                                       Н.А. Сороколетова