Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А81-1732/2013

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 29 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКуклевой Е.А.,

судейГлотова Н.Б.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2  на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2023 (судьи  Горбунова Е.А., Аристова Е.В., Дубок О.В.) по делу № А81-1732/2013 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтеспецстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 30 180 000 руб.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтеспецстрой» (далее – общество, должник) Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу (далее - уполномоченный орган) обратилась в суд апелляционной инстанции с заявлением о пересмотре постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2016 по новым обстоятельствам.

Заявление уполномоченного органа мотивировано тем, что постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2022 по настоящему делу определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.03.2022 отменено, принят новый судебный акт, которым с ФИО3, ФИО4, ФИО2 в пользу должника солидарно взысканы убытки в сумме 7 192 520 руб., данным судебным актом установлено, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, недобросовестное поведение которого повлекло ухудшение имущественного положения должника.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.05.2023, отменено по новым обстоятельствам постановление апелляционного суда от 06.09.2016 в части проверки обоснованности требований ФИО2.

При новом рассмотрении постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.04.2016 в части рассмотрения заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 30 180 000 руб. задолженности изменено,  требования ФИО5 в сумме 30 180 000 руб., в том числе 30 000 000 руб. основного долга, 180 000 руб. процентов за пользование займом, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счёт имущества общества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве),в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт о включении требования в третью очередь реестра.

По мнению кассатора, применение апелляционным судом пункта 8 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного 29.01.2020 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (далее – Обзор судебной практики) неправомерно, поскольку взысканные с ФИО2 в пользу должника убытки не являлись причиной банкротства последнего, неправомерные действия, установленные постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2022 по настоящему делу, совершены ФИО2 и ФИО4, ФИО3 после возбуждения дела о банкротстве (в процедурах наблюдения и внешнего управления); требования ФИО2 не подлежали субординации, поскольку на момент рассмотрения судом вопроса об обоснованности его требования института субординации требований не существовало; реальность возникновения задолженности и правоотношений сторон не оспаривалась участвующими в деле лицами.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемого судебного акта, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, что определением суда от 23.10.2013 заявление общества с ограниченной ответственностью «Мостострой-12» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения.

Определением суда от 24.07.2015 введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждён ФИО6 (далее – внешний управляющий).

На стадии проведения в отношении должника процедуры внешнего управления арбитражным судом возбужден обособленный спор:

по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 30 180 000 руб. в реестр требований кредиторов должника (поручитель);

по заявлению Компании «RX EXPORT LIMITED» («Эр ИКС ЭКСПОРТ ЛИМИТЕД») Великобритания (далее - компания) о включении требования в размере 104 420 155,54 руб. в реестр требований кредиторов должника;

по заявлению внешнего управляющего о признании недействительным договора поручительства от 06.07.2013, по договору займа от 21.03.2011, заключенного между компанией и должником.

Определением суда от 28.04.2016 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования: ФИО2 – 30 180 000 руб.; компании - 104 420 155,54 руб.; в удовлетворении заявления внешнего управляющего отказано.

Судом также установлено, что требование ФИО2 к открытому акционерному обществу «ЗапСибСпецСтрой» (заёмщик, далее – общество «ЗССС») в вышеуказанном размере явилось основанием введения в отношении последнего процедуры наблюдения, требования ФИО7 включены в реестр требований кредиторов указанного общества (определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2015 по делу № А40-218677/2014).

Постановлением апелляционного суда от 06.09.2016 определение суда от 28.04.2016 изменено - требование ФИО2 в сумме 30 180 000 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника без обеспечения залогом его имущества; признан недействительным договор поручительства от 06.07.2013, заключённый между компанией и обществом; с компании в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. государственной пошлины; производство по заявлению компании прекращено.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.04.2017 внешним управляющим утверждён ФИО8.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.11.2017 открыта процедура конкурсного производства. 

Определением суда от 20.04.2021 конкурсным управляющим утверждён ФИО9 (далее – конкурсный управляющий).

Уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО3, ФИО10, ФИО4, ФИО2 73 379 582 руб. в возмещение убытков.

Определением суда от 28.03.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда от 02.09.2022 определение суда от 28.03.2022 отменено, принят новый судебный акт, с ФИО3, ФИО4, ФИО2 в пользу общества солидарно взыскано 7 192 520 руб. в возмещение убытков.

Указанным судебным актом установлено, что ФИО2, является лицом, контролирующим общество через управляющую компанию (единоличный исполнительный орган) и собственника 51% доли участия в его уставном капитале - открытое акционерное общество «ЗССС»; осуществляет контроль за ведением дела о банкротстве должника.

В период проведения в отношении общества процедуры банкротства должником под контролем ФИО2 совершены сделки по отчуждению 37 единиц специальной техники в пользу аффилированного с ним открытого акционерного общества «НоябрьскНефтеГазСпеСтрой» (далее – общество «ННГСС»), и предоставлению этой же техники должнику в аренду. Данные сделки признаны недействительными вступившим в законную силу постановлением апелляционного суда от 28.10.2019.

Совокупностью действий ФИО2 совместно с ФИО4, ФИО3, причинены убытки обществу в виде утраты им транспортных средств общей стоимостью 66 187 062 руб., удовлетворение требования уполномоченного органа на сумму 7 192 520 руб. обусловлено пропуском им срока исковой давности.

Постановлением апелляционного суда от 13.02.2023 отменено по новым обстоятельствам постановление апелляционного суда от 06.09.2016 в части проверки обоснованности требований ФИО5

Апелляционный суд, повторно оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о необходимости установления очерёдности удовлетворения требования ФИО2 за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты

Суд округа считает выводы апелляционного суда правильными.

При определении очерёдности удовлетворения требования ФИО2 суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался правовым подходом, изложенным в пункте 8 Обзора судебной практики, согласно которому контролирующее должника лицо, привлеченное к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, не может получить удовлетворение своего требования к должнику наравне с требованиями других кредиторов.

Данный пункт не указывает на необходимость субординации требований в зависимости от их правовой природы, а представляет собой частный случай влияния вины самого кредитора, создавшего невозможность исполнения, в том числе, перед ним, на порядок исполнения обязательств.

Суть данной позиции состоит в том, что, если контролирующее лицо виновными действиями создало ситуацию, при которой полное исполнение обязательств как перед ним, так и перед другими кредиторами стало невозможно и кредиторы получат лишь часть от причитающегося, такое контролирующее лицо несет риск возникшего неисполнения. Оно не вправе полагаться на то, что при банкротстве последствия его виновных действий будут относиться не только на него, но и на других кредиторов, а значит, контролирующее лицо не может получить удовлетворение в той же очередности, что и независимые кредиторы.

Такой подход вытекает и из общего принципа гражданского права, закрепленного в пункте 4 статьи 1 ГК РФ, по смыслу которого кредитор не может извлечь преимущества по отношению к другим кредиторам, если его действия (бездействие), за которые он несет ответственность в соответствии с законом, сделали невозможным исполнение другой стороной. Он не вправе перелагать результат своего виновного поведения на других кредиторов, а значит, и не может получить удовлетворение в той же очередности, что и последние.

Утверждения кассатора об отсутствии оснований для субординирования его требования в связи с привлечением его к ответственности в виде возмещения убытков правомерно отклонён судом апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Состав деликта, влекущего обязанность руководителя юридического лица по возмещению убытков подконтрольному ему обществу и деликта, влекущего для него правовые последствия в виде привлечения его к субсидиарной ответственности, имеют схожую структуру (гражданско-правовой характер), и аналогичны по необходимости установления пороков в действиях лица, контролирующего должника.

Отличия указанных правовых институтов заключаются в объеме негативных последствий для обязанного лица (руководителя). Так, при взыскании убытков причинитель вреда возмещает лицу, чьи права нарушены, размер фактически нарушенного права (статья 15 ГК РФ), в то время как при привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица размер ответственности равен совокупному размеру реестра требований кредиторов предприятия (абзац десятый пункта 4 статьи 10, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, выбранный судом тип ответственности контролирующего лица (субсидиарная ответственность либо убытки) перед подконтрольным ему предприятием за совершенный деликт, не имеет правового значения для целей определения последствий, наступаемых для такого лица от его неправомерного поведения в гражданском обороте.

В данном случае судом апелляционной инстанции установлены обстоятельства совершения контролирующим лицом противоправных действий, которые причинили должнику (конкурсной массе) убытки (вывод активов на сумму более 66 000 000 руб.), и привели к ситуации, при которой полное исполнение должником обязательств как перед ним, так и перед другими кредиторами стало невозможно. 

Как верно отмечено судом, указанные обстоятельства исключают возможность конкуренции требования ФИО5 наравне с иными кредиторами должника и учёта его требования в составе третьей очереди реестра, свидетельствуют о необходимости понижения очерёдности удовлетворения требования.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, исследованы судом апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку, не указывают на неправильное применение норм права, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2023 по делу № А81-1732/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Е.А. Куклева

СудьиН.Б. ФИО11

ФИО1