ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-100392/2024

18 августа 2025 года

г. Санкт-Петербург

 Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 18 августа 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Полубехиной Н.С. судей Изотовой С.В., Сухаревской Т.С. при ведении протокола судебного заседания: ФИО1 

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 05.08.2025  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11873/2025) общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2025 по делу № А56-100392/2024, принятое  

по иску общества с ограниченной ответственностью «А-Айсберг» к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль»  

о взыскании, 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «А-Айсберг» (далее – истец, Общество «А-Айсберг») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (далее – ответчик, Общество «Альфамобиль») о взыскании 6 497 775 руб. неосновательного обогащения.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий ООО «А-Айсберг» ФИО2.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2025 по делу № А56-100392/2024 исковые требования удовлетворены частично, с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» в пользу общества с ограниченной ответственностью «А-Айсберг» взыскано 2 322 852 руб. 09 коп. неосновательного обогащения; в удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что заключение, представленное истцом, выполнено в отсутствие фактического осмотра предмета исследования, без учета технического состояния автомобиля, при этом построенная функция зависимости не охватывает цены аналогов с годом выпуска, сопоставимым с годом выпуска объекта оценки  

(2016-2018 гг.), в связи с чем не может быть принято в качестве доказательства рыночной стоимости предмета лизинга (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»). При этом ответчик ссылается на представленные им заключения по определению стоимости имущества, из которых следует, что рыночная стоимость предметов лизинга соответствует цене продажи предметов лизинга (12 290 000 руб., или 10 241 666,67 руб. без учета НДС).  

Ответчик также полагает, что суд первой инстанции произвольно снизил размер штрафных санкций, применив положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе.  

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, представителя в судебное заседание не направил.  

Арбитражный апелляционный суд на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие не явившегося участника арбитражного процесса.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Между обществом с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (лизингодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «А-Айсберг» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга от 08.07.2022 N 1428-СРГ-22-АМ-Л.  

Условия договора лизинга изложены в тексте договора лизинга, который включает в себя приложение 1, приложение 2 и приложение 3, в котором изложены Общие условия лизинга, утвержденные Приказом Генерального директора ООО «Альфамобиль» и размещены на сайте Лизингодателя (www.alfaleasing.ru). Подписывая договор лизинга, лизингополучатель подтверждает, что ознакомлен с общими условиями и согласен с ними. Все термины и определения, используемые в договоре лизинга, трактуются в соответствии с общими условиями. Все условия, прямо не определенные в договоре лизинга, определяются в соответствии с общими условиями лизинга.  

Во исполнение условий договоров лизинга лизингодатель приобрел выбранные лизингополучателем предметы лизинга (грузовой самосвал БЦМ59 на шасси MAN) собственность, оплатив их полную стоимость, и передал предметы лизинга лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договорах лизинга и Общих условиях лизинга.  

Лизингодатель выполнил свои обязательства по договорам лизинга в полном объеме.  

В соответствии с договорами лизинга и Общими условиями лизинга лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи. Размеры и сроки оплаты лизинговых платежей определяются в графике лизинговых платежей.  

Согласно пункту 5 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.  

Исходя из указанных норм закона и условий договоров лизинга, в договорах лизинга был установлен порядок оплаты лизинговых платежей. Лизингополучатель, подписав график лизинговых платежей без возражений, согласился с его условиями, в том числе с условием об определении ставки и платы за финансирование, исходя из значений содержащихся в графике лизинговых платежей.  

Согласно подпункту «в» пункта 12.2 Общих условий лизинга (являющихся неотъемлемым приложением к договору лизинга) лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью отказаться от исполнения Договора лизинга и Общих условий и потребовать возмещения причиненных убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае, если просроченная задолженность лизингополучателя по полной уплате любого лизингового платежа, предусмотренного настоящими Общими условиями и Договором лизинга, превышает 15 (пятнадцать) календарных дней, независимо от того, был такой лизинговый платеж уплачен позднее, или не был уплачен.  

Судом установлено, что лизингополучатель ненадлежащим образом исполнял обязанности по оплате лизинговых платежей, допуская просрочки, чем нарушил условия договоров лизинга, в связи с чем договоры лизинга были расторгнуты лизингодателем в одностороннем порядке.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Закона о лизинге право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.  

На основании пункта 12.7 Общих условий лизинга при расторжении договора лизинга и Общих условий по основаниям, предусмотренным пунктом 12.2 Общих условий лизингодатель, вправе изъять предмет лизинга.  

Предметы лизинга были изъяты Лизингодателем, о чем составлены акты изъятия предмета лизинга.  

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В тоже время расторжение договора выкупного лизинга по причине, допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.  

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором,  

лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 Постановления Пленума ВС РФ N 17).  

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 Постановления Пленума ВС РФ N 17).  

В целях досудебного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию.  

Оставление ответчиком претензионных требований без удовлетворения явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.  

Суд первой инстанции, оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства, частично удовлетворил исковые требования.  

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд признал жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.  

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.  

Согласно ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.  

В силу ст. 625 ГК РФ к договорам лизинга применяются общие положения Кодекса об арендной плате.  

В соответствии со ст. 614 ГК РФ и ст. 15 Закона о лизинге арендатор (лизингополучатель) обязан своевременно и в полном объеме вносить плату за предоставленное в пользование имущество.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление N 17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ).  

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения  

причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 Гражданского кодекса РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.  

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.  

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.  

Согласно ч. 4 ст. 17 Федерального закона N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.  

Пунктом 3.4. Постановления N 17 установлено, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. То есть, в соответствии с приведенными правилами, при расторжении договора выкупного лизинга авансовый платеж не возвращается лизингополучателю, а учитывается при расчете сальдо встречных обязательств как сумма, на которую уменьшается закупочная цена предмета лизинга, таким образом устанавливается размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю.  

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил о том, что сальдо в пользу лизингодателя по указанному договору составляет 5 761 979 руб. 06 коп.  

Пункт 3.5. Постановления N 17 устанавливает два способа определения платы за финансирование:  

1) по формуле, предложенной в постановлении Пленума ВАС РФ N 17; 2) иным способом, если такой следует из договора лизинга. 

Способ определения платы за финансирование по формуле, предложенной в Постановлении N 17, нельзя применять для расчета, поскольку в договоре лизинга предусмотрен иной способ определения платы за финансирование. Формула из Постановления Пленума ВАС РФ применима только в том случае, когда плата за финансирование распределяется равномерно в течение всего использования договора лизинга. Вместе с тем во всех продуктах, связанных с инвестициями, плата за финансирование начисляется на остаток финансирования (т.е. дивергенцией). Таким образом, плата за финансирование в лизинге распределена неравномерно, а пропорционально остатку долга (т.е. начисляется на остаток финансирования ежемесячно), т.к. в основу лизинга заложен кредитный продукт.  

Общество «Альфамобиль» в договоре лизинга использует систему неравномерного распределения платы за финансирование. Система неравномерного распределения платы за финансирование, которую использует ответчик, заключается в следующем. Ежемесячный лизинговый платеж состоит из двух частей: суммы возврата финансирования и суммы платы за финансирование. Плата за финансирование рассчитывается на основании процентной ставки,  

которая остается неизменной на протяжении всего исполнения договора лизинга. Плата за финансирование начисляется на остаток долга по возврату финансирования. Из-за того, что ежемесячный остаток долга по возврату финансирования уменьшается за счет лизинговых платежей, размер платы за финансирование в каждом лизинговом платеже также соразмерно уменьшается. Поскольку в начале исполнения договора лизинга сумма долга по возврату финансирования значительная, плата за финансирование составляет большую часть лизингового платежа, а сумма возврата финансирования - меньшую. По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования - увеличивается. К концу договора исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую. Данные обстоятельства отражены в Общих условиях и графике лизинговых платежей.  

Таким образом, формула для расчета платы за финансирование, предложенная Пленумом ВАС РФ, создана для принципиально иной системы начисления платы за финансирование, чем та, которую использует Общество «Альфамобиль».  

Следовательно, формула из постановления Пленума ВАС РФ N 17 в данном случае не подлежит применению.  

В соответствии с п. 3.5. Постановления N 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.  

Размер платы за предоставленное лизингополучателю финансирование установлен п. 12.9 Общих условий, в соответствии с которым плата за предоставленное финансирование по договору лизинга выражается в процентах годовых и начисляется на остаток непогашенного финансирования.  

Исходя из условий договора лизинга, ставка платы за финансирование составит 20,94% годовых.  

В части расчета размеров платы за финансирование, размера финансирования, суммы оплаченных лизинговых платежей у сторон отсутствует спор.  

Рассматривая исковые требования, суд первой инстанции признал обоснованными доводы истца о необходимости применении при расчете сальдо отчета об оценке стоимости предметов лизинга, представленного Обществом «А- Айсберг». Таким образом, принимая во внимание, что представленный истцом отчет сделан на основании фактического осмотра транспортных средств после изъятия их у лизингополучателя, суд первой инстанции признал, что стоимость предметов лизинга, реализованных лизингодателем, соответствует стоимости реализации предметов лизинга, указанных в Отчете об оценке.  

Вместе с тем суд не учел, что согласно пункту 12.9. Общих условий, являющихся неотъемлемой частью договора лизинга, в случае расторжения Договора лизинга и возврата Предмета лизинга Лизингодателю (в том числе, в случае одностороннего изъятия Предмета лизинга), если полученные Лизингодателем от Лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного Предмета лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, задолженности по погашению предоставленного финансирования, убытков Лизингодателя и иных санкций,  

предусмотренных законом или Договором, то Лизингодатель вправе взыскать с Лизингополучателя соответствующую разницу.  

При этом стороны согласовали, что Лизингодатель вправе определить начальную цену реализации Предмета лизинга на основании отчета оценщика, при этом Стороны установили, что оценщик назначается Лизингодателем. В случае не реализации Предмета лизинга по указанной цене в течение 3х месяцев с момента передачи/изъятия Предмета лизинга, Лизингодатель вправе по своему усмотрению снизить стоимость Предмета лизинга с соответствующим перерасчетом завершающей обязанности Лизингополучателя по Договору лизинга.  

Из указанного следует, что для определения сальдо встречных предоставлений подлежит учету стоимость Предметов лизинга, определённая по договору реализации или заключению оценки, при этом Стороны установили, что оценщик назначается Лизингодателем.  

Со стороны истца в материалы дела представлен ОТЧЕТ ОБ ОЦЕНКЕ № 18-Ж/24 от 03.04.2024, согласно которому рыночная стоимость Объекта оценки БЦМ59 НА ШАССИ MAN TGS 41.480 8X8 BBWW, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, государственный регистрационный номер 

<

***> составляет 17 042 000 руб.  

 Со стороны ответчика представлены обоснованные доказательства, подтверждающие, что данное заключение не отвечает критериям относимости и допустимости, в связи с чем подлежит исключению из числа доказательств по настоящему делу при вынесении судом решения.  

Так, согласно представленной ответчиком рецензии, анализ вторичного рынка объекта оценки представлен диапазоном цен аналогов без информации об их параметрах (год выпуска, пробег, состояние) и конкретных ссылок на объявления (или копий интернет-страниц), что может вводить в заблуждение в части представления о реальном состоянии рынка на дату оценки; в отчете отсутствует информация о пробеге автомобиля, как о факторе, влияющем на его стоимость, что искажает итоговые расчетные показатели стоимости объекта оценки; отсутствует корректировка на пробег, а корректировка на год выпуска определена на основе данных о ценах 3-х аналогов с годами выпуска 2020, 2021 и 2022; построенная функция зависимости не охватывает цены аналогов с годом выпуска, сопоставимым с годом выпуска объекта оценки (2016-2018 гг.), что вводит в заблуждение в части итогового результата оценки (все расчетные показатели должны обосновываться соответствующими рыночными данными); ввиду непроведения осмотра проигнорирован такой ценообразующий фактор, как техническое состояние автомобиля, то есть наличие повреждений и необходимости проведения ремонта, отсутствует корректировка на пробег (в части определения реальной рыночной стоимости объекта оценки это является существенным недостатком данного отчета.  

 В нарушение пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 не учтены недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю.  

 Со стороны ответчика представлено Заключение об оценке изъятого имущества. Указанный отчет сделан на основании фактического осмотра транспортного средства после изъятия их у лизингополучателя.  

Выводы суда первой инстанции относительно того, что отчет, представленный ответчиком, сделан без учета данных о реальном состоянии возвращенных предметов лизинга, не соответствует обстоятельствам дела, поскольку в заключении отражены все недостатки, указанные в акте изъятия предмета лизинга.  

Кроме того, ответчиком также представлены доказательства добросовестности и разумности действий при реализации предмета лизинга, поскольку при реализации имущество было предложено неограниченному кругу лиц посредством размещения объявлений на сайтах по продаже автомобилей и спецтехники. Также в связи с невозможностью реализации предмета лизинга, Общество «Альфамобиль» обращалось к официальному дилеру Обществу «ПКФ «Ремэкс», ИНН 

<

***> для проведения диагностики данного транспортного средства и его последующего ремонта (Счет на оплату № 24-0004848 от 20.09.2024).  

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.  

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество), обогащение произошло за счет истца, а также размер неосновательного обогащения.  

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 17, указанная в пунктах 3.2 и 3.3 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент возврата и исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга, при условии его продажи в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом принимаются во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).  

Согласно пункту 4 Постановления № 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ – при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика. При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 28.06.2016 № 305-ЭС16-7931, Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 № 305-ЭС16-489).  

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.  

Между тем в силу положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность ответчика при реализации транспортных средств, не доказано, что у ответчика имелась  

реальная возможность реализации предмета лизинга по более высокой цене. Доказательств того, что реализация предмета лизинга осуществляется по заведомо заниженной цене, истцом в материалы дела не представлено.  

В то же время, отчет о рыночной стоимости, представленный истцом, не является доказательством неразумного поведения Общества «Альфамобиль», а является вероятной ценой предложения продажи похожих транспортных средств на рынке (корректировка на год выпуска определена на основе данных о ценах 3-х аналогов с годами выпуска 2020, 2021 и 2022; построенная функция зависимости не охватывает цены аналогов с годом выпуска, сопоставимым с годом выпуска объекта оценки (2016-2018 гг.).  

Согласно пункту 20 Обзора практики Верховного суда Российской Федерации от 27.10.2021, если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.  

С учетом положений Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и норм Федеральных Стандартов Оценки, устанавливающих возможность оценки имущества тремя различными способами, а также с учетом правового подхода, выраженного в Определении Верховного суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 310- ЭС15-11302 и пунктов.4.1 и 4.2 Постановления Конституционного суда Российской Федерации от 05.07.2016 № 15-П, о вероятностном характере определения рыночной стоимости, согласно которому предполагается возможность получения не одинакового результата оценки при ее проведении несколькими оценщиками, в том числе в рамках судебной экспертизы, по причинам, которые не связаны с ненадлежащим обеспечением достоверности оценки, учитывая, что оценочная стоимость имущества может меняться в зависимости от применяемых корректирующих коэффициентов (расчета износа, скидки на торг, скидки при переходе на вторичный рынок и т.д., спрос на имущество), расхождение между ценой реализации и оценочной стоимостью имущества менее чем на 50% не может быть признано существенным (разница в два раза). Расхождение между ценой в отчетах лизингополучателя и ценой реализации по договорам лизинга (отчетом представленным ответчиком) составило менее 50%, что свидетельствует об отсутствии существенной разницы между ценой реализации и оценочной стоимостью имущества. Кроме того, ответчиком приняты разумные и добросовестные действия по реализации предметов лизинга.  

Компанией представлены заключения по определению стоимости имущества, из которых следует, что рыночная стоимость предметов лизинга соответствует цене продажи предметов лизинга. Необходимо также отметить, что отчеты о рыночной стоимости имущества, составленные без осмотра транспортного средства и не учитывающие реальное состояние имущества, определяют вероятную стоимость транспортного средства и не является доказательством недобросовестного поведения лизингодателя при продаже третьему лицу. Таким образом, истцом не доказано неразумное и недобросовестное поведение ответчика при реализации изъятых автомобилей.  

На основании изложенного, при расчете сальдо встречных обязательств должна учитываться стоимость возвращенного предмета лизинга, на основании заключения, представленного лизингодателем, именно - 12 290 000 руб. (10 241 666,67 без учета НДС).  

В силу п. 3.2 Постановления N 17 при расчете сальдо встречных обязательств также подлежат учету установленные договором санкции.  

Согласно ст. 330 ГК РФ на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку).  

В данном случае пункт 7.1 договоров лизинга предусмотрено, что в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя неустойку в виде пени в размере 0,2% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.  

Поскольку само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование, т.е. до даты реализации предмета лизинга.  

Таким образом, ответчиком обоснованно в расчет сальдо включена неустойка.  

Согласно пункту 11.7. Общих условий, в случае нарушения лизингополучателем сроков регистрации предмета лизинга, предусмотренного пунктом 3.4.1 Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных пунктом 3.6 Общих условий, лизингодатель имеет право требовать от лизингополучателя штраф в размере 1 500 руб. за каждый день просрочки.  

В силу пункта 3.6. Общих условий в случаях, предусмотренных пунктом 3.4.1 Общих условий, лизингополучатель обязуется в течение 5 рабочих дней с даты государственной регистрации предмета лизинга передать по акту приема-передачи лизингодателю:  

- 3.6.1. Оригинал Паспорта Транспортного Средства (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации;  

- 3.6.2. Удостоверенную лизингополучателем копию Свидетельства регистрации транспортного средства (самоходной машины);  

- 3.6.3. Удостоверенную Лизингополучателем копию полиса ОСАГО. 

Ссылаясь на нарушение лизингополучателем срока предоставления удостоверенной лизингополучателем копии свидетельства о регистрации транспортного средства, лизингодатель начислил штраф в размере 736 500 руб.  

Согласно пункту 4.1. договора лизинга страхователем предмета лизинга на его стоимость от рисков утраты (гибели) и повреждения является лизингодатель.  

В целях обеспечения сохранности имущества в отношении предметов лизинга были заключены договоры (полисы) страхования.  

В силу пункта 4.2. договоров лизинга обязанность по оплате страховой премии лежит на лизингополучателе. Лизингополучатель обязан оплатить страховую премию за первый год страхования на основании полученного от лизингодателя счета, в любом случае до подписания акта приема-передачи предмета лизинга. В случае если договор страхования (полис) предусматривает периодичную оплату страховой премий, лизингополучатель обязан не позднее 10 рабочих дней до окончания срока страхования оплатить страховую премию на каждый последующий период в течение всего срока действия договора лизинга, а также оплатить стоимость обслуживания противоугонной системы, в случае, если ее наличие предусмотрено договором страхования, с обязательным предоставлением лизингодателю документов, подтверждающих оплату.  

Между тем, лизингополучатель обязательство по уплате страховой премии не исполнил, в связи с чем лизингодатель понес затраты на страхование предмета лизинга в размере 680 530 руб. 56 коп., которые также включил в расчет сальдо.  

В соответствии с частью 2 статьи 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.  

В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, транспортировку, ремонт, хранение и иные сопутствующие расходы несет лизингополучатель.  

Ответчик также включил в расчет сальдо расходы на хранение 73 360 руб., штраф за нарушение условий обслуживания в размере 260 000 руб., иные расходы в размере 65 840 руб.  

Ответчиком заявлено ходатайство о применении к размеру штрафов и неустойки положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.  

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 71 Постановления N 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

В абзаце втором пункта 71 Постановления N 7 разъяснено, что при взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).  

В связи с этим применение пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О; от 14.10.2004 N 293-О).  

Истец просил суд применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении штрафов, начисленных ответчиком на основании п. 11.7, 11.13 Общих условий, неустойки по п. 7.1 Общих условий.  

Учитывая, что непредставление документов, согласно п. 3.6 Общих условий не повлекло причинение ответчику каких-либо убытков, суд правомерно уменьшил размер штрафа по п. 11.7 Общих условий до 10 000 руб., а также штраф за нарушение условий обслуживания до 10 000 руб.  

Суд правомерно уменьшил также неустойку, начисленную по п. 7.1 Общих условий до суммы 307 997 руб. 81 коп., исходя из расчета ставки 0,1%.  

При применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд исходит из того, что мотивированного обоснования соразмерности суммы неустойки последствиям просрочки исполнения обязательства ответчиком не приведено. Сам факт нарушения обязательства по уплате лизинговых платежей, на который ссылается ответчик, не является таким последствием с учетом фактического возврата имущества лизингодателю. Доказательств наступления для истца неблагоприятных последствий в связи с нарушением обязательств, не представлено.  

В данном случае начисленная неустойка в размере как сумма компенсации его потерь является несоизмеримой с нарушенным интересом истца, нарушает баланс между наступившими для кредитора негативными последствиями ненадлежаще исполненного должником обязательства и тяжестью примененной к последнему гражданско-правовой ответственности.  

Таким образом, размер неустойки по договору применительно к фактическим обстоятельствам дела, существенно превышает учетную ставку банковского процента и не соизмерим размеру взыскиваемой неустойки с последствиями допущенного должником нарушения.  

Таким образом, судом снижена неустойка до 307 997 руб. 81 коп., штраф за нарушение условий обслуживания до 10 000 руб., штраф за просрочку предоставления копии СТС до 10 000 руб.  

Следовательно, сумма встречного предоставления лизингополучателя составляет 12 942 588,70 руб. без учета НДС (14 472 693,70 руб. с учетом НДС), а сумма встречного предоставления лизингодателя – 22 394 523,54 руб.  

Исходя из изложенного, размер сложившегося в пользу ответчика сальдо составил 9 451 934,80 руб. без учета НДС (7 921 829,80 руб. с учетом НДС).  

Таким образом, рассмотрев апелляционную жалобу и изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при принятии обжалуемого решения судом первой инстанции были неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, допущено несоответствие выводов, обстоятельствам дела, в связи с чем на основании пунктов 1 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2025 по делу № А56-100392/2024 отменить.  

В удовлетворении иска отказать.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «А-Айсберг» в пользу  

общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» 30000 руб. расходов по  

уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий Н.С. Полубехина  

Судьи С.В. Изотова  

 Т.С. Сухаревская