АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-20806/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Ишутиной О.В.,

судей                                                         Бедериной М.Ю.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы ФИО10, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Топливно-Энергетическая компания Сибири» ФИО2 (далее – конкурсный управляющий), ФИО3 на определение Арбитражного суда Кемеровской области          от 14.10.2022 (судья Душинский А.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Усанина Н.А.) по делу № А27-20806/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Топливно-Энергетическая компания Сибири» (653052, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «ТЭКС», должник).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Межрайонная ИФНС России № 20 по Новосибирской области, Межрайонная ИФНС России № 11 по Кемеровской области – Кузбассу.

В заседании принял участие представитель Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, налоговый орган) – ФИО4 по доверенности от 12.04.2022                  № 02-23/009286.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника его конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении солидарно ФИО10, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 185 002 633,69 руб.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО10, ФИО10, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; признано не доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; с     ФИО7 и ФИО10 в конкурсную массу должника взыскано солидарно       50 069 393, руб. убытков; с ФИО8, ФИО9, ФИО10 в конкурсную массу должника взыскано солидарно 9 398 504,83 руб. убытков; с ФИО9 и ФИО10 в конкурсную массу должника взыскано солидарно 2 350 000 руб. убытков; приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества «ТЭКС» до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2022, ФИО10, ФИО3, конкурсный управляющий обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022, определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2022 в обжалуемой части оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит изменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций в части, исключив из мотивировочной части определения следующие выводы суда первой инстанции: «довод конкурсного управляющего о наличии признаков объективного банкротства по состоянию на 22.10.2018 суд считает несостоятельным, так как само по себе наличие обязанности по оплате товара перед конкретным поставщиком не является безусловным свидетельством неплатежеспособности»; дополнить мотивировочную часть судебных актов выводами суда кассационной инстанции о доказанности конкурсным управляющим факта неисполнения контролирующим должника лицом обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В обоснование кассационной жалобы конкурсного управляющего приведены следующие доводы: суды пришли к ошибочным выводам о недоказанности наступления неплатежеспособности должника 22.10.2018 после возникновения задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Максима» (далее – общество «Компания «Максима»); суды не учли, что Седьмой арбитражный апелляционный суд при рассмотрении апелляционной жалобы финансового управляющего имуществом ФИО10 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 27.10.2021 по делу № А27-20244/2019 установил наличие признаков неплатежеспособности общества «ТЭКС» в октябре 2018 года.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение суда от 14.10.2022 и постановление апелляционного суда от 28.11.2022 в части ее привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы ФИО3 приведены следующие доводы: она работала главным бухгалтером должника и обладала узким кругом обязанностей, в которые входил прием, обработка первичной документации, представленной руководителем общества «ТЭКС», внесение данных, представляемых руководителем в программу 1С бухгалтерия, разработка бланков бухгалтерских документов и т.д., не была вовлечена в деятельность должника; акт налоговой проверки, решение налогового органа, в которых отражены показания свидетеля ФИО11 в рамках налоговой проверки, не являются надлежащими доказательствами ее причастности к деятельности должника и его контрагентов; ФИО11 не был допрошен при рассмотрении настоящего обособленного спора; в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о ее вовлеченности в действия контролирующих должника лиц, повлекшие банкротство должника; признание недействительной сделки, совершенной между должником и ФИО3, не свидетельствует о наличии оснований для признания ФИО3 контролирующим должника лицом.

В кассационной жалобе ФИО10 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций.

В обоснование кассационной жалобы ФИО10 приведены следующие доводы: выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам; судами не учтены его доводы о том, что он является конечным контролирующим лицом должника; привлечение к субсидиарной ответственности других ответчиков, взыскание с них убытков необоснованно.

Дополнительные доказательства, приложенные к кассационным жалобам ФИО10, ФИО3 не приобщены к материалам дела с учетом разъяснений, приведенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Отзыв на кассационные жалобы ФИО3 и ФИО10, представленный Федеральной налоговой службой, не приобщен к материалам дела в связи с отсутствием надлежащих доказательств направления лицам, участвующим в обособленном споре (части 1, 2 статьи 279 АПК РФ).

В отзывах на кассационные жалобы ФИО3 и ФИО10 конкурсный управляющий указывает на отсутствие, по его мнению, оснований для их удовлетворения.

До судебном заседания, в суд округа поступило ходатайство ФИО3 о приостановлении производства по ее кассационной жалобе в связи с подачей в суд первой инстанции заявления о пересмотре определения суда от 22.01.2021, вынесенного по заявлению ФНС России о включении требований в реестр, по новым обстоятельствам, а также до рассмотрения апелляционных жалоб  конкурсного управляющего должником на решения налогового органа, на основании которых требования ФНС России включены в реестр.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд округа не находит оснований для его удовлетворения, поскольку указанные ФИО3 обстоятельства не препятствуют рассмотрению кассационной жалобы, отсутствуют оснований для приостановления производства по кассационной жалобе с учетом положений статей 143, 144 АПК РФ. Обстоятельства, названные в ходатайстве, возникли после принятия обжалуемых судебных актов и не влияют на проверку законности судебных актов.

В судебном заседании представитель ФНС России просил оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Законность определения суда и постановления апелляционного суда проверена судом округа в пределах доводов кассационных жалоб, учитывая, что ФИО10 обратился с кассационной жалобой в защиту своих прав, не уполномочен представлять других ответчиков.

Как следует материалов дела, определением Арбитражного суда Кемеровской области от 09.09.2019 к производству принято заявление общества «Компания «Максима» о признании должника банкротом, определением того же суда от 15.10.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, а решением суда от 18.09.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

ФИО10 и ФИО10 являются супругами.

Согласно сведениям из Единого государственного реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) общество «ТЭКС» создано 07.08.2012.

По состоянию на 31.08.2017 участниками должника являлись ФИО10        (62,5 % доли), ФИО10 (37,5 % доли).

По состоянию ЕГРЮЛ на 26.09.2017 и до настоящего времени единственным участником должника является ФИО10

Генеральными директорами общества «ТЭКС» являлись: с 22.04.2016 по 30.08.2017  ФИО10, с 07.08.2012 по 21.04.2016 и с 31.08.2017 по 15.09.2020 ФИО10

ФИО3 в период с 01.04.2013 по март 2019 года являлась главным бухгалтером общества «ТЭКС».

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО10, ФИО10, ФИО3 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал следующие основания:

ФИО10 не передал бухгалтерскую и иной документацию должника, не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом;

ФИО10, ФИО10, ФИО3 совершили сделки, повлекшие утрату основных активов общества и возникновение новых обязательств при отсутствии реальной возможности их погашения, а также недоимки по налогам, пеням, штрафам.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из доказанности наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО10 в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника, ФИО10, ФИО10, ФИО3 в связи с совершением неправомерных действий, повлекших банкротство должника.

Кроме того, суд первой инстанции счел доказанными основания для взыскания убытков в конкурсную массу с ФИО10 солидарно с другими ответчиками (ФИО7, ФИО8, ФИО9).

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По итогам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Эпизод доказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации должника конкурсному управляющему.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве бывший руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Подпунктом 2 пункта 2 названной статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция наступления ответственности в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В настоящем случае суды установили, что определение Арбитражного суда Кемеровской области от 05.11.202о об истребовании документов, ФИО10 не исполнено.

Принятые конкурсным управляющим в отсутствие документации меры по поиску имущества должника не привели к пополнению конкурсной массы, взыскание дебиторской задолженности в отсутствие документации должника невозможно.

ФИО10 не доказано, что отсутствие документации должника не привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, не представлено достоверных доказательств принятия им необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, ФИО10 не опровергнута презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и ее действиями (бездействием).

Суды правомерно признали доказанным наличие оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника.

Эпизод с совершением действий, повлекших возникновение задолженности по налогам.

Как следует из материалов дела, ИФНС России по Ленинскому району               города Новосибирска в отношении должника проведена выездная налоговая проверка, по итогам которой принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 18.11.2020 № 09-23/3113.  По итогам налоговой проверки установлена неуплата налога на добавленную стоимость, налога на прибыль в общей сумме 120 893 967,92 руб., в том числе налога 93 413 702 руб., пени 24 965 232,92 руб., штрафы 2 515 033,00 руб. Проверяемый период с 01.01.2016 по 01.01.2017.

Налоговой проверкой установлено совершение должностными лицами должника действий по искажению сведений о действительных фактах хозяйственной жизни с целью получения дохода от налоговой экономии (фискального дохода).

В частности, установлено, что поставка нефтепродуктов по документам, заявленным от имени обществ с ограниченной ответственностью «ИНВЕСТ-ТРЭЙД», «СТЭЛС», «Система», «Энергия-Трейдинг», фактически не осуществлялась, оформление документов с указанными организациями имело формальный характер.

Исказив сведения о фактах хозяйственной жизни, подлежащих отражению в налоговом (бухгалтерском) учете и налоговой отчетности, общество «ТЭКС» неправомерно уменьшило суммы НДС, налога на прибыль.

Кроме того, решением налогового органа от 27.01.2020 № 09-23/12/1/1 должник привлечен к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 245 600 руб. за непредставление в установленный срок налогоплательщиком в налоговые органы 1228 документов, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации (далее -       НК РФ), ответственность за которое предусмотрена пунктом 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 200 руб. за каждый не представленный документ.

Помимо этого, Межрайонной ИФНС России № 11 по Кемеровской области в отношении должника проведена выездная налоговая проверка, по итогам которой принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 17.11.2020 № 16, должнику доначислены налог на добавленную стоимость, налог на прибыль в размере 20 254 562 руб., пени – 3 052 659,98 руб., штраф 2 025 456,20 руб.

Решением налогового органа от 17.11.2020 установлено занижение налоговой базы по налогу на прибыль организаций, неправомерное на уменьшение суммы подлежащего уплате налога на добавленную стоимость путем искажения фактов хозяйственной жизни – поставки нефтепродуктов обществом с ограниченной ответственностью «Энергия-Трейдинг».

В период совершения налоговых правонарушений генеральными директорами должника являлись: с 22.04.2016 по 30.08.2017 ФИО10; с 07.08.2012 по 21.04.2016, с 31.08.2017 по 15.09.2020 ФИО10

ФИО10, ФИО10 являются супругами, участвовали в капитале должника, являлись его бенефициарами. По сути, через должника велся семейный бизнес.

При рассмотрении настоящего обособленного спора нашел подтверждение довод конкурсного управляющего о том, что задолженность по налогам, установленная в ходе налоговых проверок, являлась существенной (составляет около 50 % требований реестра) и наряду с задолженностью перед конрагентами должника привела к банкротству общества.

ФИО10 и ФИО10, являющиеся контролирующими должника лицами, не могли не осознавать последствия действий, направленных на неуплату налогов.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

В настоящее время аналогичная презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями по совершению ряда сделок закреплена в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Материалами настоящего спора подтверждено совершение ФИО10 и ФИО10 недобросовестных действий, сделок с сомнительными контрагентами, осуществление ими фиктивного документооборота должника с целью занижения должником налоговой базы, что привело к неуплате и доначислению налогов, пени, штрафов; впоследствии указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного суды правомерно констатировали доказанность оснований привлечения ФИО10 и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с совершением действий, повлекших банкротство последнего.

Вместе с тем суд округа пришел к выводу о преждевременности выводов судов о доказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО10 и ФИО10 главного бухгалтера ФИО3

Выводы судов относительно ФИО3 основаны на обстоятельствах занятия ею должности главного бухгалтера должника, а также свидетельских показаниях         ФИО11 (номинального руководителя обществ «Инвест-Трейд», «Система»), полученных в рамках налоговой проверки, согласно которым ФИО3 составляла бухгалтерскую и иную документацию названных обществ, хранила печати организаций.

Суды указали, что ФИО3 исказила сведения, содержащиеся в первичных документах по сделкам должника (договоры, счета-фактуры, товарные накладные).

Вместе с тем суды не сослались на договоры, товарные накладные, подписанные от имени должника или его конрагентов ФИО3

В решениях налогового органа также отсутствуют указания на такие документы.

Свидетельские показания, полученные в ходе налоговой проверки, не являются надлежащим доказательством обстоятельств, указанных ФИО11 Из материалов дела не следует, что ФИО3 участвовала в ходе налоговой проверки, при допросе свидетеля ФИО11, при рассмотрении материалов налоговой проверки, имела возможность заявлять возражения относительно свидетельских показаний и выводов налогового органа.

ФИО11 не был привлечен в качестве свидетеля при рассмотрении настоящего обособленного спора в соответствии со статьей 56 АПК РФ.

Кроме того, свидетельские показания сами по себе не доказывают факты составления, хранения документов, искажения сведений (статья 68 АПК РФ). Такие обстоятельства подлежат, прежде всего, документальному подтверждению.

С учетом изложенного налоговому органу необходимо предложить представить документы, свидетельствующие о составлении ФИО3, занимавшей должность главного бухгалтера должника, искаженной бухгалтерской, налоговой отчетности должника, о согласованном характере ее действий и действий контролирующих должника лиц, приведших к банкротству должника.

Правая позиция относительно права лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, на судебную защиту посредством рассмотрения компетентным судом его возражений относительно обоснованности требования уполномоченного (налогового) органа, основанного на результатах проведенных в отношении должника мероприятиях налогового контроля, следует из определения Верховного Суда Российской Федерации     от 06.03.2023 № 303-ЭС22-22958.

При рассмотрении настоящего спора необходимо установить совершила ли ФИО3 действия по оспариванию решений налогового органа, на которых основано требование о ее привлечении к субсидиарной ответственности, по участию в рассмотрении налоговых споров, связанных с принятием таких решений, учитывая сложившуюся ранее судебную практику разрешения соответствующих заявлений лиц, не являющихся представителями должника, правовые позиции, приведенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 303-ЭС22-22958  .

Поскольку суды не установили все обстоятельства, необходимые для разрешения спора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, определение суда и постановление апелляционного суда в указанной части подлежат отмене, а обособленный спор в соответствующей части - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий также просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10 в связи с совершением ряда сделок, негативно повлиявших на имущественное положение должника.

Суды двух инстанций по итогам исследования представленных в дело доказательств пришли к выводу о том, что ответчики – ФИО7, ФИО8, ФИО9, находящиеся в родственных и дружеских отношениях с ФИО10 и участвующие в совершении сделок по выводу активов должника (которые в отдельности не повлекли банкротство должника) не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности. Вместе с тем с учетом разъяснений, приведенных в пунктах 20, 23 Постановления № 53, исходили из наличия оснований для взыскания с них убытков солидарно с         ФИО10

ФИО7, ФИО8, ФИО9 с кассационными жалобами на определение суда и постановление апелляционного суда о взыскании с них убытков не обращались. ФИО10 в его кассационной жалобе ссылается на отсутствие оснований для взыскания убытков с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ссылаясь на наличие только его вины в возникновении убытков на стороне должника. Доводы относительно ошибочности выводов судов о причинении должнику убытков в результате совершения сделок с участием ФИО7, ФИО8, ФИО9 в кассационной жалобе не приведены.

Выводы судов двух инстанций о доказанности оснований для взыскания убытков с ФИО10 солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО9 соответствуют материалам обособленного спора.

С учетом доводов кассационных жалоб, выводов, изложенных в настоящем постановлении, кассационные жалобы ФИО10, ФИО10 не подлежат удовлетворению.

Суд округа также не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должником, который просит исключить из мотивировочных частей судебных актов выводы о недоказанности возникновения у должника признаков объективного банкротства на 22.10.2018.

Указанный вывод судов основан на исследовании представленных в дело доказательств, в том числе касающихся возникновения задолженности перед обществом «Компания «Максима».

Суды обоснованно исходили из того, наличие неисполненных обязательств перед отдельным кредитором не свидетельствует о наступлении объективного банкротства должника. В постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 по делу № А27-20244/2019 указано на наличие задолженности перед кредиторами, свидетельствующее о неплатежеспособности, но не об объективном банкротстве.

Выводы судов об отсутствии оснований считать возникшей обязанность       ФИО10 по подаче заявления о признании должника банкротом после 22.10.2022, не нарушают права кредиторов, учитывая установление оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности в связи с совершением действий, повлекших банкротство должника, невозможность удовлетворения требований кредиторов, соотношение размера ответственности по установленным основаниям и в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 по делу № А27-20806/2019 отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Топливно-Энергетическая компания Сибири» ФИО3. В указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области. В остальной обжалуемой части названные судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО10, конкурсного управляющего должником ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  О.В. Ишутина

 

Судьи                                                                                                                 М.Ю. Бедерина

ФИО1