АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

28 марта 2024 года Дело № А56-166599/2018  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Колесниковой С.Г., судей Казарян К.Г., Яковлева А.Э.,  

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 28.01.2022), от общества с  ограниченной ответственностью «Бекар. Коммерческая недвижимость»  ФИО4 (доверенность от 10.04.2023), от общества с ограниченной  ответственностью «БЕКАР Девелопмент» - ФИО4 (доверенность от  25.02.2021),  

рассмотрев 18.03.2024 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Ижорские просторы» ФИО2 на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 16.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А56-166599/2018/суб.2,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 31.01.2019 принято к производству заявление  ФИО5 о признании общества с ограниченной  ответственностью (далее - ООО) «Ижорские просторы», адрес: 196084, Санкт- Петербург, Митрофаньевское ш., д. 29, лит. А, пом. 21-Н, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).  

Решением от 26.08.2019 Общество признано несостоятельным  (банкротом), открыта процедура конкурсного производства с применением  правил параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Конкурсным  управляющим утвержден ФИО6.  

Определением от 30.09.2022 ФИО6 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего Общества, в этой должности  утвержден ФИО2.  

В рамках указанного дела от участников долевого строительства  поступило уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявление, о привлечении к  субсидиарной ответственности юридических лиц:  

- ООО «НАИ БЕКАР Девелопмент» (далее – ООО «БЕКАР Девелопмент») -  как технического заказчика, исполнявшего по факту и по договору все  полномочия застройщика от лица Общества;  

- генеральной подрядной организации ООО «СК «Кедр», выполняющей  всю строительную деятельность Общества при строительстве малоэтажного  жилого комплекса «Ижора Сити».  

Определением суда первой инстанции от 22.10.2022 заявление принято к  производству суда с присвоением номера А56-166599/2018/суб.2.  

В ходе рассмотрения обособленного спора 21.03.2023 конкурсный  

управляющий ФИО2 поддержал заявленные участниками строительства  требования к ответчикам, а также заявил о наличии оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость» и  ФИО1, в связи с чем ходатайствовал о  привлечении названных лиц в качестве соответчиков.  

Определением суда первой инстанции от 05.04.2023 в качестве  соответчиков привлечены ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость» и  ФИО1  

Определением от 16.09.2023, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  06.12.2023, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий, ссылаясь на  неправильное применение судами двух инстанций норм права и несоответствие  их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные  определение и постановление, дело направить на новое рассмотрение.  

Податель жалобы полагает необоснованным вывод апелляционного суда  о пропуске срока на обращение в суд с заявлением о привлечении к  субсидиарной ответственности, ссылаясь на необходимость исчисления  означенного срока с даты утверждения ФИО2, на недобросовестность  предшествующего конкурсного управляющего и его аффилированность с  должником и ответчиком.  

По мнению конкурсного управляющего, судами не применены подлежащие  применению положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона от 29.07.17 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее — Закон  

 № 266-ФЗ). 

ФИО2 также указывает, что в соответствии с положениями  параграфа 7 главы 9 Закона о банкротстве при определении признаков  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника  существенным и определяющим фактором является своевременное  исполнение застройщиком обязательств перед участниками строительства по  передаче объекта долевого строительства.  

Как отмечает податель жалобы, апелляционный суд неправильно  применил статью 61.12 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность  наступает независимо от факта причинения вреда.  

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на нарушение судами при  оценке доказательств норм процессуального права, в том числе части 2 статьи  69 АПК РФ.  

В отзыве на кассационную жалобу ООО «Бекар. Коммерческая  недвижимость», ООО «БЕКАР Девелопмент» просят обжалуемые судебные  акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы,  приведенные в кассационной жалобе, а ФИО1 и представитель ООО  «Бекар. Коммерческая недвижимость» и ООО «БЕКАР Девелопмент»  возражали против ее удовлетворения.  

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте  судебного заседания, представителей не направили, в связи с чем жалоба  рассмотрена в их отсутствие.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном  порядке.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение  

заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления  в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по  правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).  

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о  субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу  Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной  ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона 

 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами  при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017,  независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было  возбуждено производство по делу о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации в части  противодействия незаконным финансовым операциям», действовавшей с  30.06.2013 и на момент совершения ответчиком означенных конкурсным  управляющим сделок), если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие  лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц в том числе в случае, если документы  бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению)  и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к  моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат  информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской  Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо указанная информация  искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

Согласно действовавшим на момент разрешения спора положениям пункта  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается,  что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий  и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе в случае,  если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  

законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,  либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы; если причинен вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в  пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального  закона.  

В данном случае обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий и  участники долевого строительства связывают наличие оснований для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место как до,  так и после вступления в законную силу изменений, внесенных Законом  

 № 266-ФЗ . 

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по  основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть  подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо  узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня  признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной  причине он может быть восстановлен судом.  

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации» в пункт 5 статьи 10  Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о  привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности  по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о  банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо,  имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о  наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.  

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в течение  трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало  или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня  признания должника банкротом (прекращения производства по делу о  банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании  должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место  действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к  ответственности.  

При проверке заявления ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО «Бекар.  Коммерческая недвижимость» и ФИО1 о пропуске срока исковой  давности на обращение с настоящим заявлением суды верно исходили из  трехлетнего срока исковой давности, правильно применив означенные нормы с  учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, согласно  которой нормы о сроке исковой давности являются нормами материального  права, в связи с чем при подаче заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности срок исковой давности исчисляется в соответствии с нормами  закона, действовавшими на дату совершения действий, являющихся  основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (определения  

Верховного Суда РФ от 10.09.2018 по делу № 305-ЭС18-7255, от 08.02.2019  

 № 304-ЭС18-24534 по делу № А45-4285/2013). 

Суд первой инстанции посчитал срок исковой давности не пропущенным,  исходя из недоказанности того, что первоначально утвержденный конкурсный  управляющий должника обладал сведениями о наличии оснований для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.  

Апелляционный суд с данным выводом обоснованно не согласился и  применил срок исковой давности с учетом упомянутых норм Закона о  банкротстве, а также пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ).  

Вопреки утверждению подателя кассационной жалобы, апелляционный суд  верно исходил из того, что смена конкурсного управляющего не прерывает  течение срока исковой давности, поскольку в силу положений пункта 6 статьи  20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные  управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих  арбитражных управляющих.  

Суд апелляционной инстанции исходил из того, что для конкурсного  управляющего ФИО2 течение трехлетнего срока на предъявление  требования о привлечении контролирующих должника лица к субсидиарной  ответственности, установленного Законом о банкротстве, следует исчислять с  26.08.2019, поскольку он является процессуальным правопреемником  

ФИО6, надлежащих доказательств недобросовестного поведения  которого в материалы спора не представлено.  

Кроме того, отметил апелляционный суд, ФИО2, будучи утвержден  конкурсным управляющим 30.09.2022, действуя разумно и добросовестно мог и  должен был ознакомиться со всеми имеющимся в деле документами, в том  числе с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности участников  долевого строительства, направленного в суд первой инстанции 07.04.2022, и  составом участников должника. Как отметил апелляционный суд, обращаясь с  настоящим заявлением лишь 21.03.2023, конкурсный управляющий не заявил  ходатайство о восстановлении пропуска срока исковой давности и не обосновал  свое бездействие на протяжении более полугода с момента своего  утверждения.  

При этом апелляционный суд обоснованно указал, что ошибочный вывод  суда первой инстанции о соблюдении срока исковой давности не привел к  принятию неправильного судебного акта, поскольку суд, рассмотрев по  существу заявления конкурсного управляющего и участников, обоснованно  отказал в их удовлетворении.  

В результате анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ  доказательств, руководствуясь положениями статьи 53 ГК РФ, пункта 3 статьи  53.1 ГК РФ, статьи 2 Закона о банкротстве, в редакции, действовавший до  внесения изменений Законом № 266-ФЗ, пункта 1 статьи 61.10 Закона о  банкротстве, суды признали необоснованными доводы заявителей о том, что  ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость»,  являются контролирующими должника лицами в связи с осуществлением ими  действий по контролю за строительством многоквартирных домов,  застройщиком которых выступало Общество, тогда как ООО «СК «Кедр»  являлось генеральной подрядной организацией при строительстве МЖК «Ижора  Сити», выполняло всю строительную деятельность Общества.  

Суды исходили из недоказанности наличия у ООО «БЕКАР Девелопмент»,  ООО «СК «Кедр» и ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость» фактического  контроля над деятельностью должника, оказания ими влияния на принятие  

должником решений по заключению сделок и согласованию их условий.  

Как отметил апелляционный суд, заявителями не доказано, что названные  ответчики были наделены полномочиями на совершение сделок по исполнению  обязательств должника перед соинвесторами и совершили сделки либо  распоряжались денежными средствами должника при недостаточности  имущества должника для расчетов с другими кредиторами.  

Апелляционный суд проверил и отклонил доводы о наличии у ответчиков  статуса контролирующих должника лиц в связи с вхождением их в группу  компаний, принимая во внимание, что совпадений между участниками и  руководителями (аффилированными с ними лицами) ООО «Бекар.  Коммерческая недвижимость», ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО «СК «Кедр»,  с одной стороны, и Общества, с другой стороны, в спорный период не имелось.  Отсутствуют доказательства того, что ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО  «Бекар. Коммерческая недвижимость», ООО «СК «Кедр» являлись  бенефициарами Общества и получили от деятельности должника какую-либо  необоснованную финансовую и(или) имущественную выгоду, поскольку  фактически исполняли договорные обязательства и действовали в совместных  предпринимательских целях по строительству жилых комплексов, что не  свидетельствует о противоправном поведении субъектов гражданских  правоотношений и не может расцениваться как основание, свидетельствующее  о прямом влиянии ответчиков на осуществляемую должником деятельность.  

Отклоняя требования в отношении ФИО1, суды исходили из того,  что на момент указанных заявителями действий (бездействия), выразившихся в  заключении Обществом договоров займа от 15.10.2014 и от 23.12.2015 № 2 и  договора подряда от 01.11.2015 № 08-15 и неистребовании денежных средств  (по возврату займа и уплате процентов и оплате стоимости выполненных  подрядных работ), ФИО1 обладал лишь 24,5% долями в уставном  капитале должника, а статус единственного участника приобрел в результате  покупки доли участия в Обществе в размере 18,875% у ФИО7 и доли 51,125% у ФИО8 на  основании договоров от 10.07.2020.  

Установив, что доля ФИО1 в уставном капитале Общества до  10.07.2020 составляла менее 50%, суды верно посчитали, что он не может быть  отнесен к контролирующим должника лицам без установления факта  осуществления контроля деятельности должника и совершения действий  (бездействия), которые явились причиной банкротства должника.  

Между тем, посчитали суды, доказательства такого контроля со стороны  ФИО1 не представлены, равно как не доказано, что просрочка  исполнения обязательств по договору займа от 15.10.2014 (со сроком возврата  должником займодавцу - ООО «ПСК Промжилстрой» суммы займа и уплате  процентов в срок до 30.06.2015) применительно к масштабам деятельности  должника привела к наступлению у него объективного банкротства.  

Апелляционный суд также учел, что ФИО1 до 10.07.2020 являлся  миноритарным участником, не мог давать обязательные для исполнения  указания должнику, его голос на принятие большинства решений влияния не  имел. По общему правилу участник должника не отвечает признакам  контролирующего лица, определенным статьей 2 Закона о банкротстве, в  редакции, действующей до внесения изменений Законом № 266-ФЗ, а также  пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве при отсутствии сведений об  извлечении им выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.  

Поскольку в качестве основания для привлечения к субсидиарной  ответственности ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО «Бекар. Коммерческая  

недвижимость» и ООО «СК «Кедр» заявители ссылаются на заключение  ответчиками с должником сделок в период с 2014 года по 2016 год, а также на  доведение должника до банкротства в связи с их исполнением, суды правильно  применили нормы в редакции, действующей до вступления в силу Закона  

 № 266-ФЗ. 

Правильно применив положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве,  разъяснения, данные в пунктах 16, 23 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности  при банкротстве», суды пришли к выводу о недоказанности того, что именно  действия ответчиков по исполнению условий указанных заявителями договоров  привели к прекращению деятельности должника и невозможности полного  погашения требований кредиторов должника.  

Суды учли, что у должника отсутствуют претензии к ООО «БЕКАР  Девелопмент» за период действия договора от 24.11.2015 № 02/05-10/15-У  относительно условий исполнения данного договора. Судами установлено, что  все выполненные строительные работы по предмету договора от 24.11.2015  

 № 02/05-10/15-У соответствовали технической документации, обязанность по  консервации объекта строительства согласно условиям договора от 11.08.2016   № 11/08-16 возлагалась на Общество, однако, такое решение застройщиком не  принималось и до сведения ООО «БЕКАР Девелопмент» не доводилось.  

Из представленных ООО «СК «Кедр» документов суды выяснили, что все  работы в рамках договора от 11.08.2016 № 11/08-16 выполнены строго в  соответствии с рабочей документацией на возведение монолитных  железобетонных конструкций, исполнительная документация, акты  выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ  по форме КС-3 переданы техническому заказчику, замечаний и претензий  должник предъявлял.  

Неисполнение должником обязательств перед ООО «СК «Кедр» по оплате  работ на сумму 26 220 611,44 руб., выполненных в рамках договора от  11.08.2016 № 11/08-16, подтверждается решением Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2018 по делу  

 № А56-46519/2018, впоследствии требования ООО «СК «Кедр» были  установлены в реестре требований кредиторов должника.  

В связи с неисполнением должником обязательств по оплате выполненных  ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость» по договору от 24.11.2015  

 № 1/11/2015 работ требования данного контрагента должника, подтвержденные  вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.07.2018 по делу № А56-52316/2018,  установлены в реестре требований кредиторов должника.  

В материалах дела отсутствуют документальные подтверждения  убыточности сделок должника с ООО «БЕКАР Девелопмент», ООО «СК «Кедр»  и ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость», наступления у должника  объективного банкротства в результате заключения договоров от 24.11.2015  

 № 02/05-10/15-У, от 11.08.2016 № 11/08-16 и от 24.11.2015 № 1/11/2015, как и  иные доказательства, позволяющие суду определить соотношение размера  обязательств и активов должника на даты совершения данных сделок в целях  установления обстоятельств наступления у должника признаков  неплатежеспособности.  

Выводу судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к  субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче  заявления о признании должника банкротом, которая, по мнению конкурсного  

управляющего, должна была быть исполнена не позднее 11.09.2017, суды  правильно применили нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей  после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

По утверждению конкурсного управляющего, пунктом 10.9 устава Общества  установлено, что общее собрание его участников созывается генеральным  директором по его инициативе, по требованию ревизора, аудитора, а также  участников, обладающих не менее чем 1/10 от общего числа голосов участников  Общества, следовательно, ФИО1 мог обратиться с требованием об  инициировании собрания кредиторов в целях обращения в суд с заявлением о  банкротстве предприятия, поскольку признаки неплатежеспособности возникли  у должника уже 01.07.2015.  

Надлежаще оценив установленные в связи с означенным требованием  обстоятельства, руководствуясь положениями абзаца шестого пункта 1 и пункта  3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, правовой  позиции, приведенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 2 за 2016 год, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, суды пришли к выводу о  недоказанности условий для привлечения ФИО1 к указанной  ответственности.  

Суды исходили из того, что, как установлено вступившими в законную силу  судебными актами, при заключении кредитных договоров в 2014 и 2015 годах  должник не находился в состоянии объективной неплатежеспособности  (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2023  и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 31.07.2023 по  делу № А56-166599/2018).  

Согласно выводам судов, сделанным при рассмотрении обособленного  спора № А56-166599/2018/суб.1, должник стал отвечать признакам  неплатежеспособности 01.01.2019, обязанность по обращению в суд с  заявлением возникла 01.02.2019; вместе с тем, 31.01.2019 к производству суда  было принято заявление кредитора ФИО5, в связи с чем необходимость  направления заявления в суд о признании должника банкротом отпала.  

Судами верно отмечено, что наличие у Общества в 2015 году  неисполненных обязательств перед отдельным кредитором само себе не  свидетельствует о наличии у него признаков неплатежеспособности или  признаков недостаточности имущества в смысле статьи 2 Закона о банкротстве,  а задолженность по конкретному договору сама по себе не может  рассматриваться как признак ухудшающегося финансового состояния,  требующего соответствующих мер, равно как ухудшение финансового  состояния предприятия само по себе не отнесено статьей 9 Закона о  банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным  (банкротом).  

Конкурсным управляющим не доказано, что ответчиком были совершены  действия, направленные на наращивание кредиторской задолженности путем  принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств,  следовательно, дополнительная кредиторская задолженность не возникла,  таким образом, имущественный вред конкурсным кредиторам не был причинен.  

Признаков наличия в действиях ФИО1 умысла на причинение  вреда кредиторам должника, намеренного затягивания обращения в суд с  целью предоставления необоснованных преференций иным кредиторам или  третьим лицам судами не установлено.  

Апелляционный суд также принял во внимание, что ФИО1 выкупил  

доли у наследников мажоритарного участника должника в Обществе в целях  принятия мер по поиску инвесторов и последующей достройки имущественного  комплекса для передачи его участникам долевого строительства.  

При недоказанности даты возникновения обязанности об обращении с  заявлением в суд и факта причинения имущественного вреда конкурсным  кредиторам ввиду неинициирования общего собрания кредиторов для  обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом суды  обоснованно отклонили требования к ФИО1 по указанному основанию.  

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы  материального и процессуального права. Кассационная инстанция не находит  оснований для иной оценки представленных доказательств.  

Несогласие подателя жалобы с оценкой, данной судами фактическим  обстоятельствам дела, не может служить основанием для отмены обжалуемых  судебных актов.  

С учетом изложенного правовых оснований для отмены обжалуемых  судебных актов в соответствии с приведенными в кассационной жалобе  доводами не имеется.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 16.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А56-166599/2018/суб.2 оставить  без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с  ограниченной ответственностью «Ижорские просторы» ФИО2 – без удовлетворения.  

Председательствующий С.Г. Колесникова Судьи К.Г. Казарян 

А.Э. Яковлев