АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                       Дело №А65-19020/2023 

 

Дата принятия решения – 06 февраля 2024 года 

Дата объявления резолютивной части – 30 января 2024 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мусина Ю.С., при ведении аудио-протоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Акционерного коммерческого банка "Ак Барс" (ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>) к ФИО2, к ФИО3, к ФИО4 и к ФИО5, о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенных из ЕГРЮЛ ООО "АВТОСАЛОН ПРЕМИУМ" (ИНН 

<

***>), ООО "АГРОСТРОЙТРАНС-ОПТ" (ИНН: 

<

***>), ООО "АВТОСАЛОН-К" (ИНН: 

<

***>) и о взыскании 146 081 915 руб. 92 коп.,

с участием: 

от истца – ФИО6, по доверенности от 24.01.2023г.;

от ответчиков:

ФИО3 – ФИО7, по доверенности от 29.09.2023г.;

ФИО4 - ФИО7, представитель по доверенности от 29.09.2023г.;

ФИО2 – не явился, извещен;

ФИО5 - не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

Акционерный коммерческий банк "Ак Барс" (Публичное акционерное общество) (далее – «истец») обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2, г.Казань, к ФИО3, г.Казань, к ФИО4, г.Казань и к ФИО5, г.Казань (далее – «ответчики»), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенных из ЕГРЮЛ ООО "АВТОСАЛОН ПРЕМИУМ" (ИНН 

<

***>), ООО "АГРОСТРОЙТРАНС-ОПТ" (ИНН: 

<

***>), ООО "АВТОСАЛОН-К" (ИНН: 

<

***>) определив размер субсидиарной ответственности в сумме 146 081 915 руб. 92 коп. и о взыскании задолженности в размере 146 081 915 руб. 92 коп.

Исковые требования основаны на следующих обстоятельствах.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018г. по делу A65-8642/2018 с ООО «Автосалон Премиум», ООО «Агростройтранс-ОПТ» и ООО «Автосалон-К» в солидарном порядке в пользу ПАО «АК БАРС» БАНК (истец) взыскано 284 982 086 руб. - долга, 17 185 847,50 руб. - процентов за пользованием кредитом, 23 860,62 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 134 416,59 руб. неустойки и 193 423,39 руб. расходов по оплате госпошлины.

На основании судебного акта и исполнительных листов в отношении должников были возбуждены исполнительные производства о взыскании задолженности в пользу Банка.

Исполнительные производства были окончены на основании п.3 ч.1 ст.46 ФЗ "Об исполнительном производстве" в связи с невозможностью установления местонахождения должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

14.08.2020г. на основании соответствующего решения регистрирующего органа (МРИ ФНС N?18 по РТ) ООО «Автосалон-К» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

03.08.2021г. на основании соответствующего решения регистрирующего органа ООО «Агростройтранс-ОПТ» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности.

25.02.2022г. на основании соответствующего решения регистрирующего органа ООО «Автосалон Премиум» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ директором ООО «Автосалон-К» с 18.09.2015г. являлся ФИО3, участником Общества с 01.11.2010г. являлась ФИО2 (66,7% доли в уставном капитале) и с 22.06.2015г. ООО «Автосалон-С» (33,3% доли в уставном капитале, ликвидировано 23.07.2021г.);

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ директором ООО «Агростройтранс-ОПТ» с 11.10.2012г. являлся ФИО4, участником Общества с 21.08.2019г.- ФИО5 (33,2% доли в уставном капитале). 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ управляющей компанией ООО «Автосалон Премиум» с 17.04.2017г. являлось ООО УК «Акос» (ликвидировано 10.01.2021г.), а единоличным участником Общества с 26.10.2012г. являлась  ФИО2 (100% доли). 

На момент исключения из ЕГРЮЛ должники в солидарном порядке имели долг перед истцом в размере 146 081 915,92 руб.

Полагая, что ответчики являлись контролирующими лицами обществ – должников и по их вине истцу  причинены убытки в связи с неисполнением судебного акта, истец просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности на основании п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 53.1 ГК РФ и взыскать с них солидарно 146 081 915,92 руб., что составляет сумму непогашенной задолженности обществ по судебному решению.

В ходе рассмотрения дела суд, по ходатайству истца истребовал материалы регистрационного дела, информацию о счетах и выписки из расчетных счетов ООО «Автосалон Премиум», ООО «Агростройтранс-ОПТ» и ООО «Автосалон-К».

На запросы суда из МРИ ФНС №18 по РТ, МРИ ФНС №6 по РТ и от банков поступили запрошенные сведения и документы.

На запрос суда из ЗАГС Исполнительного комитета МО г. Казани поступил ответ, что ответчик - ФИО2 умерла 17 июля 2018 года.

Как следует из Свидетельства о смерти, представленной в материалы дела, ответчик -  ФИО5 умерла 26 сентября 2019 года.

От ответчика ФИО4 поступил отзыв, в котором он указывает, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.11.2019г. по делу №А65-6245/2017 в отношении него была завершена процедура реализации имущества, в связи с чем в течении трех лет с указанного момента он не имел права занимать должности в органах юридического лица в силу ст. 213.30 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В связи со смертью единственного участника общества – ФИО5 он был лишен возможности оформить прекращение трудовых отношений, в связи с чем был вынужден направить в адрес МРИ ФНС №18 по РТ заявление о недостоверности сведений о нем как о генеральном директоре ООО «Агростройтранс-ОПТ».

В судебном заседании представитель истца заявил ходатайство об истребовании материалов наследственного дела ФИО2 для принятия дальнейшего процессуального решения о процессуальной замене выбывшего ответчика его наследниками. В удовлетворении указанного ходатайства отказано, поскольку по смыслу положений ст. 48 АПК РФ и сложившейся правоприменительной практики указанной нормы, замена стороны спора его наследниками возможно лишь в случае, если сторона умерла после возбуждения арбитражного дела.

Представитель истца отказался от иска в отношении ответчиков ФИО2, ФИО4 и ФИО5. Отказ от иска в отношении указанных ответчиков судом принят.

В отношении ответчика ФИО3 истец поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просит взыскать с него всю заявленную сумму.

Представитель ответчика – ФИО3 исковые требования не признал. Указывает, что задолженность ООО «Автосалон-К» перед истцом возникла не из деятельности общества, а в результате заключения договора поручительства в качестве исполнения обязательств ООО «АКОС –Плюс». Позже указанная задолженность по соответствующему договору была на ООО «АКОС – Закамье». На дату возникновения задолженности у основного должника (октябрь 2017) и на дату принятия Одиннадцатым арбитражным судом постановления о взыскании с поручителей задолженности (18 октября 2018 года) все расчетные счета общества были уже закрыты. Общество с 2016 года фактически не осуществляла деятельность и не имела денежных средств и иного имущества для погашения задолженности.

Из информации, предоставленной МРИ ФНС №3 по РТ следует, что ООО «Автосалон-К»  имелись расчетные счета в АКБ «АК БАРС» (открыт 13.12.2011, закрыт 17.09.2015), в АКБ «Энергобанк» (открыт 17.06.2015, закрыт 26.08.2016) и в АКБ Банк «Спурт» (открыт 12.11.2010) Из информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел следует, что  решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2017 по делу №А65-25939/2017 Акционерный коммерческий банк «Спурт», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

На данные правовые нормы и ссылается истец, полагая, что участник и (или) руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО8" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)). 

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П указано, что смыслу положений статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Заявленные истцом требования, по сути, являются требованиями о взыскании убытков, причиненных противоправным поведением контролирующего лица контрагента (ст. 15, 1064 ГК РФ) в связи с чем требуется установление совокупности условий для данного вида гражданско-правовой ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда, вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными последствиями в виде имущественного вреда).

Поскольку долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда, для применения этой меры ответственности необходимо установить  - в чем выражается противоправное поведение, приведшее возникновению убытков у истца, когда и кем совершены эти действия (допущено бездействие).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П (далее - постановление N 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом, согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, исходя из положений ст. 65 АПК РФ и вышеуказанных разъяснений, при рассмотрении данной категории дел истец должен доказать наличие у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, а ответчик обязан доказать правомерность своего поведения и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления N 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что ООО «Автосалон-К» не имело денежных средств или иного имущества для исполнения обязательства перед истцом.

Как следует из материалов регистрационного дела (том 3, л.д. 119) 27.05.2018 ответчик ФИО3 направил в адрес участников общества заявление о досрочном расторжении трудового договора с 02.06.2018г. 

В связи со смертью единственного участника общества прекращение трудовых отношений с обществом не было оформлено надлежащим образом, в связи с чем 30.10.2018г. ответчик направил заявление о недостоверности в ЕГРЮЛ  сведений о нем как о генеральном директоре ООО «Автосалон-К». Как следует из удостоверяющей надпись посольства Российской Федерации, в тот момент ответчик уже был за пределами Российской Федерации, что подтверждает доводы ответчика о том, что заявление об увольнении было связано с переездом на постоянное место жительства за пределами России.

Суд неоднократно предлагал ответчику представить суду письменные пояснения с указанием – в чем выражается противоправное поведение ответчика и в чем выражаются убытки, возникшие в связи с таким противоправным поведением.

Такие доказательства суду не представлены. Материалы дела не содержат доказательств противоправного поведения ответчика, которые могли бы  привести возникновению у ответчика убытков в заявленном размере. Напротив, из материалов дела следует, что на дату возникновения задолженности у основного должника и на дату взыскания задолженности с поручителей у общества отсутствовало имущество, за счет которого могла бы быть погашена задолженность перед истцом.

С учетом изложенного суд отказывает в удовлетворении иска.

Судебные расходы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

Отказ от иска в отношении ответчиков - ФИО2, ФИО4 и ФИО5 принять, производство по делу в отношении указанных ответчиков прекратить.

В иске к ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

 

Судья                                                                                                              Ю.С. Мусин