СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6297/2022(5,6,8)-АК

Дело № А60-13465/2021

20 февраля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 февраля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего    Чепурченко О.Н.,  

судей                                  Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В.,  

при ведении протокола судебного заседания секретаря судебного заседания ФИО1,

при участии в режиме веб-конференции посредством использование информационной системы Картотека арбитражных дел:

конкурсного управляющего ФИО2, паспорт,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4, конкурсного управляющего Тебенко Евгения Алексеевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 декабря 2023 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ООО «Школа развития «Клевер Клуб»

вынесенное в рамках дела № А60-13465/2021 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Компания Большая медведица»  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.03.2021 принято к производству заявление ООО «РСК Групп» о признании ООО «Компания Большая медведица» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 28.04.2021 заявление ООО «РСК Групп» признано обоснованным; в отношении ООО «Компания Большая медведица» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением арбитражного суда от 13.09.2021 ООО «Компания Большая медведица» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО7, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

22 февраля 2022 года в арбитражный суд поступило пять заявлений и.о. конкурсного управляющего ФИО7 об оспаривании сделок должника, в котором просил признать недействительными сделками перечисление должником денежных средств в пользу ФИО5 в размере 3 301 240,37 руб., ФИО6 в размере 4 288 688,34 руб., ФИО3 в размере 2 149 227,80 руб., ФИО4 в размере 324 250 руб., ООО Школа развития «Клевер клуб» в размере 5 405 456 руб.

Определением от 25.02.2022 указанные заявления были приняты к производству арбитражного суда для совместного рассмотрения.

ФИО3, ФИО4 против удовлетворения заявленных требований возражал.

С целью правильного разрешения спора, суд истребовал выписки из банков по счетам ФИО5, ФИО6, ФИО4, ООО Школа развития «Клевер клуб» за период с 2016 года по 2019 год, материалы доследственной проверки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18 декабря 2023 года, с учетом определения от 12.02.2024 об исправлении описки (опечатки) суд признал недействительными сделками перечисление денежных средств со счета ООО «Компания Большая медведица» в пользу:

- ФИО4 в размере 105 000 руб.;

- ООО Школа развития «Клевер клуб» в размере 5 405 456 руб.;

- ФИО3 в размере 970 237,10 руб.;

- ФИО5 в размере 2 673 520,37 руб.;

- ФИО6 в размере 2 5252 391,34 руб.

Применил последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу ООО «Компания Большая медведица» денежных средств:

- с ФИО4 в размере 105 000 руб.; 

- с ООО Школа развития «Клевер клуб»  в размере 5 405 456 руб.;

- с ФИО3 в размере 970 237,10 руб.;

- с ФИО5 в размере 2 673 520,37 руб.;

- с ФИО6 в размере 2 5252 391,34 руб.

Взыскал в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение иска с ФИО4, ООО Школа развития «Клевер клуб», ФИО3,а ФИО5, ФИО6 в размере 6 000 руб. с каждого. 

В остальной части в удовлетворении заявлений отказал.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, ФИО4, конкурсный управляющий ФИО2 обратились с апелляционными жалобами. 

ФИО3 в апелляционной жалобе просит определение отменить, в части удовлетворении заявленных требований о признании недействительными сделок по перечислению обществом в его пользу денежных средств в размере 970 237,10 руб. В обоснование апелляционной жалобы, с учетом представленного дополнения, указывает на то, что вопреки доводам суда, предоставленные им чеки об оплате товаров, подтверждают факт его добросовестного поведения в ходе осуществления хозяйственной деятельности и ведения бухгалтерской отчетности; при этом, предоставив чеки в общей массе, ФИО3 допускает, что помимо расходов, осуществленных непосредственно им самим, туда попали и чеки об оплате товаров другими сотрудниками ООО «Компания Большая медведица», в частности главным бухгалтером ФИО5, в отношении которой ФИО3 подано заявление в полицию по факту хищения денежных средств, принадлежащих обществу. Ссылается на то, что командировочные расходы, посадочные талоны, чеки на оплату бензина и документы о проживании в гостиницах подтверждают обоснованность получения и расходования денежных средств исключительно в интересах должника; поясняет, что указанные финансовые расходы были направлены на развитие бизнеса и на продолжение осуществления нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Указывает на то, что оспариваемые конкурсным управляющим платежи обеспечивали хозяйственную деятельность организации и никаким образом не были направлены на ущемление интересов кредиторов должника, а наоборот, имели эффективное встречное исполнение. Также апеллянт отмечает, что исходя из фактических обстоятельств дела, очевидно, что моментом возникновения у ООО «Компания Большая медведица» обязательства, связанного с исполнением судебного акта, является дата вступления решения арбитражного суда по делу № А60-31591/2019 в законную силу, то есть 11.01.2020; до разрешения указанного спора ООО «Компания Большая медведица» неисполненных обязательств перед третьими лицами не имело и, соответственно, признакам неплатежеспособности не отвечало, соответственно в период осуществления оспариваемых перечислений (с 10.05.2018 по 09.09.2019) признакам неплатежеспособности не отвечало. 

ФИО4 в апелляционной жалобе просит определение отменить, в части удовлетворении заявленных требований о признании недействительными сделок по перечислению обществом в ее пользу денежных средств. В обоснование апелляционной жалобы, с учетом представленного дополнения, указывает на то, что довод конкурсного управляющего об отсутствии хозяйственной необходимости в заключении и продлении договора аренды автомобиля является субъективным мнением, вследствие чего, идентичный вывод суда об отсутствии хозяйственной необходимости в использовании двух дорогостоящих автомобилей можно назвать необоснованным и не подтвержденным соответствующими доказательствами. Ссылается на то, что предоставление должнику ФИО4 встречного исполнения полностью опровергает позицию конкурсного управляющего о безвозмездном характере совершенных обществом перечислений; ссылается на то, что на момент совершения оспариваемых сделок кредиторов общества не имело. Также ФИО4 приведены аналогичные доводы доводам ФИО3 об отсутствии у должника в период совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности, такие признаки возникли не ранее даты вступления в законную силу решения арбитражного суда по делу № А60-31591/2019.

Конкурсный управляющий ФИО2 в апелляционной жалобе просит определение изменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы, с учетом представленного дополнения, указывает на то, что датой неплатежеспособности должника является 16.01.2018 (дата первых платежей); именно в указанную дату у должника возникла обязанность отработать полученный от ООО «РСК групп» аванс, который не был отработан в полном объеме, а следовательно, все сделки, совершенные после указанной даты подлежат признанию недействительными, в соответствии п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Ссылается на то, что сделки совершенные в пользу ответчиком оспаривались как по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, так и по общегражданским (ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ); все платежи, совершенные заинтересованными лицами и до, и после предполагаемой даты возникновения неплатежеспособности имеют единое назначение платежей, а именно: ФИО3, ФИО5, ФИО6  – подотчет, на хоз.нужды, командировочные расходы, по авансовому отчету, аванс, ФИО4 – аванс, оплата за аренду имущества по договору, в этой связи, управляющий считает, что все сделки по перечислению денежных средств заинтересованным лицам являются взаимосвязанным и направлены на достижение одной общей цели – вывод денежных средств должника. Полагает, ошибочным вывод суда о наличии оснований для признания сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок совершенных должником в отношении ФИО4  в размере 55 000 руб.; согласно расчету самой ФИО4 в пользу должника подлежат взысканию денежные средства в размере 105 000 руб. 

В представленном отзыве конкурсным управляющим ФИО2 просил в удовлетворении апелляционных жалоб ФИО3 и ФИО4 отказать, ссылаясь на необоснованность приведенных в жалобах доводов. 

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО3 и ФИО4 возражал по основаниям, приведенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – в части удовлетворенных требований в отношении ФИО8, а также в части требований управляющего признанных необоснованными; в части удовлетворенных требований в отношении ФИО5, ФИО6 и ООО Школа развития «Клевер клуб» в отсутствие соответствующих доводов обжалуемое определение апелляционным судом не пересматривается.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, при проведении процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим установлено перечисление со счета должника денежных средств в пользу в пользу:

- ФИО5 (бывший бухгалтер должника) в размере 3 301 240,37 руб. с назначением платежей «на хознужды», «командировочные расходы», «возмещение» и пр.;

- ФИО6 (гражданский супруг бывшего бухгалтера должника – ФИО5) в размере 4 288 688,34 руб. с назначением платежей «на хознужды», «командировочные расходы», «возмещение» и пр.;

- ФИО3 (единственный участник и руководитель должника) в размере 2 149 227,80 руб., в том числе в период с 16.01.2017 по 09.09.2019 в сумме 1 949 227,80 руб. с назначением платежей «подотчет», «командировочные расходы» и пр., 10.03.2017 200 000 руб. с назначением платежа «выдача беспроцентного займа»;

- ФИО4 (супруга ФИО3) в размере 324 250 руб. с назначением платежей «оплата по договору аренды», «аванс»;

- ООО Школа развития «Клевер клуб» (руководитель и учредитель ФИО5) в размере 5 405 456 руб. с назначением платежей «оплата по счету».

Полагая, что указанные сделки по перечислению денежных средств совершены в пользу заинтересованных лиц, без предоставления должнику встречного предоставления (безвозмездно) при злоупотреблении правом преследуя цель вывода активов должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании их недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности совершения со счета должника оспариваемых сделок произведенных в трехлетний период в пользу заинтересованных (аффилированных) лиц без предоставления должнику встречного предоставления, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов. В отсутствие доказательств выходящих за пределы доказывания по специальным основаниям (ст. 61.2 Закона о банкротстве), в признании недействительными сделок выходящих за трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве судом первой инстанции было отказано.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В п. 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, содержащихся в абзацах 3-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В п. 5 Постановления № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (применительно к этому обстоятельству законодательство о банкротстве вводит ряд презумпций, в силу которых наличие указанной цели предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в частности совершение сделки в отношении заинтересованного лица. При этом установленные абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки);

б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов (при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества);

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, п. 4 Постановления № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из п. 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены должником в период как в трехлетний период до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, то есть период подозрительности установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и за его пределами, которые могут быть оспорены по общим основаниям предусмотренным ст.ст. 10, 170 ГК РФ. 

В частности, как следует из материалов дела со счета должника в пользу ФИО3 в период с 16.01.2017 по 09.09.2019 были перечислены денежные средства в общей сумме 2 149 227,80 руб. с назначением платежей «подотчет», «командировочные расходы», «выдача беспроцентного займа» и пр.; в пользу ФИО4 в общей сумме 324 250 руб. с назначением платежей «оплата по договору аренды», «аванс».

Проверяя доводы конкурсного управляющего о возникновении у должника признаков неплатежеспособности с 16.01.2018 – даты возникновения у должника обязанность выполнить работы за полученный от ООО «РСК групп» аванс, который не был отработан в полном объеме, судом первой инстанции установлено, что приведенная конкурсным управляющим дата является одной из дат многочисленных авансовых платежей, которые были частично должником отработаны. При этом из материалов дела невозможно достоверно определить в какую именно дату был совершен авансовый платеж, с которого началось исчисление суммы неосновательного обогащения, взысканного в рамках дела № А60-31591/2019.

Более того, из судебных актов по делу № А60-31591/2019 усматривается, что с требованием о возврате неосновательного обогащения в размере 23 467 616,65 руб. кредитор ООО «РСК групп» (истец по встречному иску) обратился к должнику только 11.06.2019, претензия доставлена получателю (должнику) 17.06.2019, и только в рамках проведения судебной экспертизы был установлен объем фактически выполненных должником работ, в связи с чем ФИО3 указывает на дату вступления в законную силу решения суда (11.01.2020) как на дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности. 

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что ни одна из указанных дат (16.01.2018 и 11.01.2020) не может быть принята в качестве даты возникновения у должника признаков неплатежеспособности, признав, что такие признаки достоверно имелись в трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве.  

Наличие у ФИО3 (единственный участник и руководитель должника) и ФИО4 (супруга ФИО3) признаков заинтересованности (аффилированности) по отношению к должнику установленных ст. 19 Закона о банкротстве подтверждено материалами дела и участниками спора не опровергается (ст. 65 АПК РФ). 

При этом, как следует из представленных в материалы дела ответов ПАО «Сбербанк России» и АО «Альфа-Банк», лицом, обладающим доступом к счетам должника за весь период существования счетов и осуществляющим распоряжение денежными средствами находящимися на них являлся ФИО3 (директор). 

Таким образом, являясь руководителем должника, ФИО3 осуществлял (согласовывал, подтверждал) перечисления всех денежных средств с расчетного счета должника, в том числе, своей супруге – ФИО4

В обоснование доводов о том, что по перечисленным в пользу ФИО3 платежам должнику было предоставлено равноценное встречное предоставление, ответчиком представлены чеки, которые, по его мнению, подтверждают факт получения денежных средств с назначением «подотчет», а посадочные талоны и авансовые отчеты, подтверждают командировочные расходы. 

Вместе с тем, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, представленные ФИО3 различные чеки, в том числе, на покупку товаров в сетевых магазинах (Красное и Белое, Леруа Мерлен, Ашан, Хофф, Ситилинк, Мегамарт, Карусель, Пятерочка и т.д.) – продуктов, бытовых предметов, сигарет, цветов и прочего. При этом доказательств того, что указанные траты имеют отношение к деятельности должника, в материалы дела ни в суде первой инстанции, ни апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ). 

Представленные посадочные талоны, чеки на оплату бензина и документы о проживании в гостиницах также не свидетельствуют о том, что поездки совершены в интересах должника, а не в личных целях. Доказательств обратного в материалы дела не представлено, соответствующих пояснения апелляционному суду не дано (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, представленные в материалы дела документы об оплате (чеки и квитанции) в обоснование доводов о предоставлении должнику встречного предоставления правомерно не были приняты судом первой инстанции в качестве надлежащих доказательств расходования денежных средств должника перечисленных ФИО3 в «подоотчет» или на «командировочные расходы». 

Доводы жалобы о том, что оспариваемые платежи обеспечивали хозяйственную деятельность должника, его производственный процесс, направлены на получение прибыли, достижение иной экономической цели, признаны апелляционным судом безосновательными в виду отсутствия соотносимых доказательств несения таких расходов в интересах должника.

Относительно сделок совершенных в пользу ФИО4 судом установлено, что перечисление денежных средств осуществлялось должником в рамках исполнения договора аренды автомобиля.

Доказательств того, что у должника имелась объективная хозяйственная необходимость в заключении и продлении договора аренды автомобиля (AUDI Q7) в материалы дела не содержат (ст. 65 АПК РФ). 

Из открытых источников следует, что AUDI Q7 (WAUZZZ4L8FD030853) с 2015 года находился в лизинге ООО «Компания Большая медведица». После выплаты всех лизинговых платежей, в 2016 году автомобиль зарегистрирован за ФИО4 Более того, с 2018 года у должника имелся собственный автомобиль БМВ X3 XDRIVE 20D. 

Поскольку хозяйственная необходимость в использовании двух дорогостоящих автомобилей в интересах ООО «Компания Большая медведица» бывшем руководителем должника не обоснована, суд первой инстанции правомерно признал перечисления денежных средств ФИО4  совершенных в трехлетний период необоснованными.

Указанные обстоятельства ФИО4 в порядке ст. 65 АПК РФ не опровергнуты. 

Необоснованное перечисление со счета общества в трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве, при наличии у него признаков неплатежеспособности денежных средств в пользу заинтересованных лиц, без предоставления последними должнику равноценного встречного предоставления не может быть квалифицировано иначе как совершенное с противоправной целью направленной на причинение вред имущественным правам кредиторов.  

Результатом совершения таких сделок явилось ничто иное, как уменьшение размера активов (денежных средств) должника на который могли рассчитывать кредиторы при предъявлении требований к должнику и, как следствие, причинение вреда их имущественным правам. 

На основании изложенного, в отсутствие опровергающих доказательств, суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве совершенных в пределах трехлетнего срока подозрительности. 

В удовлетворении заявления в части сделок совершенных за пределами трехлетнего срока судом первой инстанции было отказано.

Не согласившись с данным выводом суда, конкурсный управляющий указывает на указание им оснований для признания сделок недействительными не только по специальным, но и по общим основаниям гражданского законодательства (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Вместе с тем, как указывалось ранее, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Таких обстоятельств ни суду первой инстанции, ни апелляционному суду конкурсным управляющим приведено не было. 

Поскольку достаточных оснований полагать, что совершение за пределами трехлетнего периода оспариваемых сделок выходит за пределы доказывания по специальным основаниям (ст. 61.2 Закона о банкротстве), судом апелляционной инстанции не установлено, оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции об отсутствии таких оснований апелляционный суд не усматривает.

Относительно утверждения конкурсного управляющего о неверном определении общей суммы сделок совершенных в пользу ФИО4 подлежащих признанию недействительными в установленный судом период 55 000 руб. вместо 105 000 руб., суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что данное несоответствие было устранено судом первой инстанции посредством вынесения определения от 12.02.2024 об исправлении описки (опечатки). 

  Выводы суда, положенные в обоснование определения в обжалуемой части, сделаны при полном установлении обстоятельств имеющих значение для разрешения спора с правильным применением норм материального права.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах не приведено.

Проверив законность и обоснованность определения от 18.12.2023 в обжалуемой части, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для его отмены или изменения в соответствующей части, предусмотренных ст. 270 АПК РФ. 

Нарушений норм процессуального права, являющегося основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.   

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению на их заявителей.  

Поскольку при принятии апелляционной жалобы конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до окончания рассмотрения спора, доказательств уплаты государственной пошлины на дату судебного заседания в материалы дела не представлено, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы поданной конкурсным управляющим подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 декабря 2023 года по делу № А60-13465/2021 в обжалуемой части оставить без изменения.

Взыскать с ООО «Компания Большая медведица» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

 

С.В. Темерешева