ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А23-6212/2017

20АП-1554/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 04.04.2019

Постановление в полном объеме изготовлено 10.04.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сентюриной И.Г., судей Волошиной Н.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Акрос» – ФИО2 (решение № 3/16 от 30.06.2016) и ФИО3 (доверенность от 10.01.2019), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Техномаг» – ФИО4 (определение Арбитражного суда Калужской области от 22.03.2019), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Акрос» на определение Арбитражного суда Калужской области от 12.02.2019 по делу № А23-6212/2017 (судья Сафонова И.В.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Акрос» (248033, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Техномаг» (248033, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об установлении требования кредитора в сумме 719 741 руб. 94 коп.,

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Техномаг».

ООО «Акрос» обратилось с заявлением об установлении требования кредитора в размере 719 741 руб. 94 коп., по договору аренды от 10.01.2016 и договору аренды                     № 1 от 20.01.2017 (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Калужской области от 12.02.2019 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Акрос» подана апелляционная жалоба о его отмене. В апелляционной жалобе заявитель указал, что между ООО «Акрос» и ООО «Техномаг» сложились длительные арендные отношения, при этом договоры аренды подписывались уполномоченными на то лицами. Заявитель жалобы не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что заключение договоров аренды не было связано с обеспечением его экономических интересов и не направлено на поддержание производственно-хозяйственной деятельности. При этом указывает на отсутствие задолженности у ООО «Техномаг» в январе 2016 года.

Конкурсный управляющий ООО «Техномаг» ФИО4 представил отзыв, в котором возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить без изменения обжалуемое определение, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ООО «Акрос» поддержали апелляционную жалобу.

Конкурсный управляющий возражал против доводов апелляционной жалобы

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в рамках настоящего обособленного спора, в судебное заявление не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие лиц, неявившихся в судебное заседание.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заявленные возражения и отзыв, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение суда не подлежит отмене, исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в обоснование заявленного требования заявителем представлены: договор аренды нежилого помещения от 10.01.2016 года, договор аренды нежилого помещения № 1 от 20.01.2017 года, акт сверки взаимных расчетов за период: январь 2016 – сентябрь 2017, акты: № 33 от 10.10.2017, № 34 от 10.11.2017, № 149 от 08.08.2016, №150 от 07.10.2016, № 151 от 08.11.2016, № 152 от 07.12.2016, № 24 от 13.01.2017, № 25 от 10.02.2017, № 26 от 08.03.2017, № 27 от 07.04.2017, № 28 от 12.05.2017, № 29 от 09.06.2017, № 30 от 07.07.2017, № 31 от 10.08.2017, № 32 от 08.09.2017, № 1 от 11.01.2016, № 11 от 10.02.2016, № 35 от 10.03.2016 года, № 57 от 13.04.2016, № 93 от 16.05.2016.

Так согласно договору аренды нежилого помещения от 10.01.2016 ООО «Акрос» (арендодатель, заявитель) в лице генерального директора ФИО5, действующий на основании Устава, с одной стороны, и ООО «Техномаг» (арендатор, должник), в лице директора ФИО2, действующего на основании Устава, с другой стороны, заключили договор, согласно предмету которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду участки нежилого помещения, расположенные в строении по адресу: 

<

...>, для ведения в нем деятельности в соответствии с уставом фирмы арендатора. Общая площадь сдаваемых в аренду площадей составляет 360 кв.м.

Согласно п. 1.2. договора он действует с 01.02.2016 года по 31.01.2017.

Согласно п. 2.1.1. договора арендодатель обязуется передать арендатору объект не позднее пяти дней с момента начала действия договора по акту сдачи-приемки помещения. Данный акт подписывается уполномоченными представителями сторон.

Пунктами 3.1-3.4. договора предусмотрено, что арендная плата за указанный в п. 1.1. договора объект состоит из постоянной и переменной части. Постоянная часть арендной платы устанавливается в размере 55 780 руб. за один месяц.

Арендатор перечисляет плату на расчётный счет арендодателя, не позднее десятого числа следующего за отчетным месяцем с момента вступления договора в силу.

При неуплате арендатором арендной платы в двадцатидневный срок с момента наступления сроков платежа арендодатель вправе взыскать с арендатора задолженность в установленном порядке.

Переменной частью арендной платы является стоимость коммунальных услуг. Расчет за коммунальные услуги производится в течение десяти дней по окончании очередного месяца на основании счетов, выставленных арендодателю поставщиками-обслуживающими организациями в соответствии с долей, занимаемой арендатором в здании.

Вышеуказанный договор подписан со стороны ООО «Акрос» генеральным директором ФИО5, а со стороны ООО «Техномаг» директором ФИО2.

Согласно договору аренды нежилого помещения № 1 от 20.01.2017 ООО «Акрос» (арендодатель, заявитель) в лице заместителя генерального директора ФИО6, действующий на основании доверенности № 1/17 от 11.01.2017 года, с одной стороны, и ООО «Техномаг» (арендатор, должник), в лице директора ФИО2, действующего на основании Устава, с другой стороны, заключили договор, согласно предмету которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду участки нежилого помещения, расположенные в строении по адресу: 

<

...>, для ведения в нем деятельности в соответствии с уставом фирмы арендатора. Общая площадь сдаваемых в аренду площадей составляет 360 кв.м. Договор действует с 01.02.2017 года по 31.12.2017.

Согласно п. 2.1.1. договора арендодатель обязуется передать арендатору объект не позднее пяти дней с момента начала действия договора по акту сдачи-приемки помещения. Данный акт подписывается уполномоченными представителями сторон.

Пунктами 3.1-3.4. договора предусмотрено, что арендная плата за указанный в п. 1.1. договора объект состоит из постоянной и переменной части. Постоянная часть арендной платы устанавливается в размере 55 780 руб. за один месяц.

Арендатор перечисляет плату на расчётный счет арендодателя, не позднее десятого числа следующего за отчетным месяцем с момента вступления договора в силу.

При неуплате арендатором арендной платы в двадцатидневный срок с момента наступления сроков платежа арендодатель вправе взыскать с арендатора задолженность в установленном порядке.

Переменной частью арендной платы является стоимость коммунальных услуг. Расчет за коммунальные услуги производится в течение десяти дней по окончании очередного месяца на основании счетов, выставленных арендодателю поставщиками-обслуживающими организациями в соответствии с долей, занимаемой арендатором в здании.

Вышеуказанный договор подписан со стороны ООО «Акрос» заместителем генерального директора ФИО6, а со стороны                                ООО «Техномаг» директором ФИО2.

Ссылаясь на то, что у ООО «Техномаг» перед ООО «Акрос» имеется задолженность по исполнению обязательств по указанным договорам, ООО «Акрос» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 719 741 руб. 94 коп.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002                      № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно части 1 пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу статей 100, 142 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3–5 статьи 71 и пунктов 3–5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии со статьёй 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пунктом 1 статьи 614 ГК РФ установлена обязанность арендатора, своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату) в порядке, на условиях и сроки, предусмотренные договором.

В соответствии с п. 3 ст. 607 ГК РФ в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В силу положений ст. 655 ГК РФ передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами.

Если иное не предусмотрено законом или договором аренды здания или сооружения, обязательство арендодателя передать здание или сооружение арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение или пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Таким образом, по договору аренды должно иметь место встречное исполнение обязательств: арендодатель по отношению к арендатору обязан предоставить последнему имущество в пользование, а арендатор – вносить платежи за пользование этим имуществом (пункт 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66).

Требование о включении в реестр задолженности по договору аренды по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

 В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Возражая против требования ООО «Акрос», конкурсный управляющий указал, что сделка является подозрительной и предъявленный ко включению долг не отвечает свойству реальности исполнения, ссылается на искусственное создание задолженности, а также на ст. ст. 10, 166, 168 ГК РФ.

Мотивируя позицию, управляющий сослался на следующие обстоятельства:

- единственным участником и генеральным директором ООО «Акрос» является ФИО2, который также являлся единственным участником и директором ООО «Техномаг». Заместителем генерального директора ООО «Акрос» является супруга ФИО2 – ФИО6. Соответственно представленные ООО «Акрос» договоры аренды являются сделками, заключенными между аффилированными лицами;

- генеральным директором ФИО2 не были переданы конкурсному управляющему ООО «Техномаг» вышеуказанные договоры аренды, что, по мнению управляющего, ставит под сомнение вопрос о наличии указанных договоров на дату их подписания, указанную в них;

- фактическое совпадение должника и кредитора;

- формальный характер подписанных ежемесячных актов по аренде;

- отсутствие внесения арендных плат по договорам;

- длительное непредставление кредитором ООО «Акрос» денежных требований к должнику при наступлении срока обязательства по оплате арендных платежей, необращение в судебные органы с исковым заявлением о взыскании задолженности, отсутствие претензий;

- отсутствие свободы при заключении договора, а также экономической заинтересованности и производственной необходимости в заключении договора;

- неопределённость объекта переданного в аренду, а соответственно на незаключенность договоров;

- отсутствие в бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Техномаг» за 2016-2017 года данных о наличии обязательств по аренде.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании ст. 168 указанного выше кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. То есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 ГК РФ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно ст.9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 – 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 – 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 – 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Материалами спора подтверждается, тот факт, что ООО «Акрос» и                              ООО «Техномаг» являются в соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами, поскольку единственным учредителем ООО «Техномаг» (100% доля уставного капитала с 31.10.2012) и генеральным директором, а также единственным учредителей ООО «Акрос» (100 % доля уставного капитала с 05.07.2016 года) и директором являлся (является) ФИО2.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил, что в настоящем деле о банкротстве прослеживается факт общности экономических интересов, поскольку подтверждается факт аффилированности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 N 306-ЭС16-1764717647 (1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), действующим законодательством не запрещается заключение сделок с аффилированными лицами, и сам факт совершения таких сделок, не влечет их ничтожность, вместе с тем, в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой в целях воспрепятствования злоупотреблению правами участниками правоотношений выработаны также следующие критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При таких обстоятельствах, учитывая наличие признаков заинтересованности между лицами, вступившими в спорные правоотношения, к последним применяется повышенный стандарт доказывания.

Судом первой инстанции установлено, что в период с 1992 года по июль 2016 года директором ООО «Акрос» являлся ФИО5, что подтверждается решением № 3/16 единственного участника ООО «Акрос» от 30.06.2016 ФИО2

Согласно вышеуказанному решению № 3/16 единственного участника ООО «Акрос» от 30.06.2016, ФИО2, являясь владельцем 100% уставного капитала ООО «Акрос» принял решения:

1. Расторгнуть с 01.07.2016 трудовой договор с директором ООО «Акрос» ФИО5 на основании заявления Дмитрия Николаевича.

2. Назначить директором ООО «Акрос» с 01.07.2016 ФИО2.

Таким образом, на момент подписания договора аренды нежилого помещения № 1 от 20.01.2017 директором ООО «Акрос» являлся ФИО2 Однако указанный договор со стороны ООО «Акрос» подписан ФИО6, являющейся супругой ФИО2 тогда как со стороны ООО «Техномаг» он подписан самим ФИО2

Вместе с тем, как обоснованно отразил суд первой инстанции, объективная необходимость подписания договора со стороны ООО «Акрос» именно ФИО6 при присутствии самого директора ООО «Акрос» и ООО «Техномаг» ФИО2 вызывает сомнения и заявителем не опровергнута.

При этом, как справедливо отметил суд первой инстанции, не имеет значения доверенность выданная на имя ФИО6 директором ООО «Акрос» ФИО2, при наличии (присутствии) самого директора в момент подписания.

Учитывая вышеизложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о том, что заключение вышеуказанных договоров аренды было вызвано желанием ФИО2 искусственно создать задолженность с целью установления требования в деле о банкроте ООО «Техномаг» и контроля процедуры банкротства, а также удовлетворения требования ООО «Акрос» за счет имущества должника. Недобросовестные действия ФИО2 могут привести к тому, что реальные кредиторы не смогут получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника в том размере, на который они могли бы рассчитывать в деле о банкротстве при распределении конкурсной массы.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на вышеуказанных договорах аренды кредитору и должнику, не оспаривающему заявленные требования, в обоснование вышеназванной задолженности необходимо представить доказательства, свидетельствующие о том, что указанные договорные отношения были действительно необходимы должнику и для каких целей, что заключение договоров аренды повлияло на деятельность должника, а также представить достоверные доказательства фактического осуществления (реальности) вышеназванных договоров.

С учетом совокупности представленных кредитором и должником документов суду надлежит установить реальность факта договорных отношений, как наличие основания для установления требований кредитора в реестре требований кредиторов должника.

Как следует из материалов дела, ООО «Акрос» не представлено суду актов приема-передачи арендуемого имущества к договорам аренды от 10.01.2016 и от 20.01.2017, как это предусмотрено пунктами 2.1.1. спорных договоров.

Представленные в материалы дела акт сверки взаимных расчетов за период: январь 2016-сентябрь 2017 и акты: № 33 от 10.10.2017, № 34 от 10.11.2017, № 149 от 08.08.2016, №150 от 07.10.2016, № 151 от 08.11.2016, № 152 от 07.12.2016, № 24 от 13.01.2017, № 25 от 10.02.2017, № 26 от 08.03.2017, № 27 от 07.04.2017, № 28 от 12.05.2017, № 29 от 09.06.2017, № 30 от 07.07.2017, № 31 от 10.08.2017, № 32 от 08.09.2017, № 1 от 11.01.2016, № 11 от 10.02.2016, № 35 от 10.03.2016, № 57 от 13.04.2016, № 93 от 16.05.2016, на которые ссылается ООО «Акрос» как на доказательства факта и размера задолженности, правомерно не приняты во внимание судом первой инстанции по вышеуказанным основаниям, поскольку они не подтверждают реальности взаимоотношений по договорам аренды от 10.01.2016 и от 20.01.2017, при этом подписаны заинтересованными лицами.

Более того, как указало в своем уточненном заявлении ООО «Акрос» до июля 2017 года включительно на основании выставляемых актов и в соответствии с договором аренды нежилого помещения от 10.01.2016, ООО «Техномаг» выплачивало арендную плату установленную договором. За август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года и январь 2017 года арендная плата ООО «Техномаг» была не внесена. Также не была внесена ООО «Техномаг» арендная плата по договору от 20.01.2017 за февраль, март, апрель, май, июнь, июль и 28 дней августа 2017 года.

Однако из акта сверки взаимных расчетов, представленного ООО «Акрос» не следует, что поступала оплата от ООО «Техномаг» до июля 2017 года. Доказательств оплаты ООО «Акрос» суду не представлено.

Данные об оплате 01.02.2017 денежных средств в размере 525 000 руб. отраженные в акте сверки интерпретированы ФИО2 в соглашение о зачете, которое было представлено в материалы дела конкурсным управляющим, полученное в рамках иного гражданского дела.

Само ООО «Акрос» в рамках настоящего спора об имеющемся соглашении о зачете от 01.02.2017 не упоминало, а акт сверки не содержит сведений именно об имеющемся зачете. В самом заявлении об установлении требования и уточнении к нему об имеющемся соглашении о зачете также ничего не указано.

Из отчетной документации представленной суду по ООО «Техномаг» и ООО «Акрос» не следует, что имелись обязательственные отношения по аренде, имеющеяся задолженность не отражена.

Так, в бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Техномаг» за 2016 год наличие обязательств по аренде не отражено. Бухгалтерский баланс, в том числе, должен содержать сведения об обязательствах. Сведения об обязательствах в бухгалтерском балансе отражают, какие средства были предоставлены, кем они были предоставлены и в каком размере. Арендованное имущество должно быть отражено в приложении к бухгалтерскому балансу в строке «Получено объектов основных средств в аренду». Операции по договору аренды включаются в издержки производства и должны уменьшать налогооблагаемую базу.

Из запрошенных в налоговом органе бухгалтерского баланса за 2016 не усматривается наличие какого-либо переданного ООО «Техномаг» имущества, расшифровки и приложения к балансам отсутствуют (их ООО «Техномаг» в налоговый орган не представляло). Что касается баланса за 2017 год, согласно ответа ИФНС по Ленинскому округу г. Калуги от 04.02.2019 баланс за 2017 год не был предоставлен организацией (том 3, л. д. 23 – 31).

Кроме того, если помещения действительно передавались в аренду, ООО «Акрос» должно было отразить операцию по передаче объектов в приложении к своему бухгалтерскому балансу, также ООО «Акрос» как арендодатель ежемесячно должно было начислять амортизацию.

То же самое касается и бухгалтерского баланса ООО «Акрос». Аренда означает предоставление объекта во временное пользование без передачи прав собственности, именно поэтому основные средства отражаются на балансе у арендодателя. Если ООО «Акрос» предоставлял ООО «Техномаг» в 2016 – 2017 гг. помещения в аренду, то ООО «Акрос» должен ежемесячно начислять амортизацию, операции по передаче объектов в аренду указываются в приложении к бухгалтерскому балансу. Также операции по договору аренды должны отражаться в налоговом учете, сумма арендных платежей включается в состав прочих доходов, то есть она будет увеличивать сумму налога.

Вместе с тем, из представленных балансов ничего не следует.

Судом области также принято во внимание, что кредитором не представлено в материалы дела доказательств экономической целесообразности заключения договоров аренды от 10.01.2016 и от 20.01.2017, при наличии иных не расторгнутых договоров аренды, заключенных ООО «Техномаг» по которым уже существовала задолженность.

У ООО «Техномаг» действительно не имелось своих помещений, которые им требовались  для осуществления деятельности.

 Вместе с тем, между  ООО «Спецремкомплект» (арендодатель) и ООО «Техномаг» (арендатор) заключен договор  субаренды нежилого помещения № 04-09-16 от 01.09.2016 и субаренды нежилого помещения № 01-07-17 от 01.07.2017. (том 1, л. д. 82 – 87).

Определением Арбитражного суда Калужской области от 25.10.2018 включено в третью очередь требований кредиторов ООО «Техномаг» требование ООО «Спецремкомплект» в сумме 922 876 руб. 30 коп., в том числе основной долг – 875 276 руб. 30 коп., неустойка (пени) – 47 600 руб. Данное требование основано на договорах субаренды нежилого помещения № 04-09-16 от 01.09.2016 и субаренды нежилого помещения № 01-07-17 от 01.07.2017, заключенных между ООО «Спецремкомплект» (арендодатель) и ООО «Техномаг» (арендатор).

Между ООО «Модуль-СМ» (арендодатель) и ООО «Техномаг» (арендатор) заключены договоры аренды  № 18 от 16.07.2015, № 12 от 22.12.2015, № 7 от 22.12.2016. (том 1, л. д. 71 – 73).

Определением Арбитражного суда Калужской области от 25.10.2018 включено в третью очередь требований кредиторов  ООО «Техномаг» требование ООО «Модуль-СМ» в сумме 2 142 146 руб. 51 коп. (задолженность). Указанное требование основано на договорах  аренды № 18 от 16.07.2015, № 12 от 22.12.2015, № 7 от 22.12.2016, заключенных между ООО «Модуль-СМ» (арендодатель) и ООО «Техномаг» (арендатор).

При этом судом области правомерно не приняты во внимание показания свидетелей допрошенных в судебных заседаниях, поскольку  в силу ст. 68 АПК РФ, факт арендных отношений может подтверждаться только письменными доказательствами, свидетельские показания в данном случае являются не допустимыми.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что кредитором не представлены документы, свидетельствующие о том, что между сторонами имели место реальные правоотношения аренды, что договоры от 10.01.2016 и от 20.01.2017, заключены между ООО «Акрос» и ООО «Техномаг» лишь для вида, в том числе с целью создания кредиторской задолженности в деле о банкротстве ООО «Техномаг» и мнимости исполнения обязательств, с намерением вывода активов должника и причинения вреда кредиторам, в связи с чем, заявление ООО «Акрос»,  правомерно оставлено без удовлетворения.

Довод жалобы о том, что между ООО «Акрос» и ООО «Техномаг» сложились длительные арендные отношения и договоры аренды подписывались уполномоченными на то лицами, подлежат отклонению, поскольку опровергаются материалами дела.

При этом, конкурсный управляющий не оспаривает наличие правоотношений по аренде между ООО «Аарос» и ООО «Техномаг» в периоды 2012 – 2015 гг., поскольку должник не имел своих помещений для ведения хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, фактическое наличие арендных отношений в 2016 и 2017 гг. между ООО «Аарос» и ООО «Техномаг» не подтверждается материалами дела. Напротив, как уже указывалось ранее в материалы дела представлены заключенные  в 2016 году ООО «Техномаг» с ООО «Модуль-СМ» договор аренды помещений № 7 от 22.12.2016 (том 1, л. д. 71 – 73) и  заключенный в 2017 году ООО «Техномаг» с ООО «Спецремкомплект» договор субаренды № 01-07-17 от 01.07.2017 (том 1, л. д. 82 – 87). Задолженность кредиторов по этим правоотношениям включена в реестр требований должника. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с судом области в том, что экономическая обоснованность заключения договоров аренды от 10.01.2016 и от 20.01.2017, отсутствовала, при наличии иных не расторгнутых договоров аренды, заключенных ООО «Техномаг»  и по которым уже существовала задолженность по арендной плате; а также по причине того, что ООО «Техномаг» уже имело значительную кредиторскую задолженность, в том числе задолженность по обязательным платежам, задолженность перед работниками по заработной плате, и задолженность по арендной плате перед ООО «МОДУЛЬ-CM» и ООО «СПЕЦРЕМКОМПЛЕКТ». 

Доводы апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению обоснованно отклоненных судом первой инстанции доводов и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Нарушения норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционной инстанцией не выявлено.

При вышеуказанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований отмены вынесенного законного и обоснованного определения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 12.02.2019 по делу                           № А23-6212/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

                          И.Г. Сентюрина 

Судьи

                          Н.А. Волошина

                          О.Г. Тучкова