ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

19.10.2020                                                                                      Дело № А40-37177/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 октября 2020 года.

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Михайловой Л.В., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от акционерного общества «Газпром космические системы» – ФИО1 по доверенности от 31.12.2019;

от общества с ограниченной ответственностью «Айписеть» – ФИО2 по доверенности от 31.10.2019;

от общества с ограниченной ответственностью «Альянс-Инжиниринг» – ФИО3 по доверенности от 01.11.2016;

от конкурсного управляющего акционерного общества «Метробанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» –ФИО4 по доверенности от 16.10.2019;

от общества с ограниченной ответственностью «АРД Сатком Сервис» – ФИО5 по доверенности от 20.12.2018;

от компании «Ай Пи Нэт пте лтд» – ФИО6 по доверенности от 27.03.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

акционерного общества «Газпром космические системы», общества с ограниченной ответственностью «АРД Сатком Сервис» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЙПИНЭТ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2020

о признании сделок недействительными

в рамках рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АЙПИНЭТ»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 13.11.2018 общество с ограниченной ответственностью «АЙПИНЭТ» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договора купли-продажи оборудования от 01.07.2016 № 026/16-КД на сумму 4 541 293,34 руб.; договора купли-продажи оборудования от 11.07.2016 № 027/16-КД на сумму 7 063 389,79 руб.; договора купли-продажи оборудования от 14.07.2016 № 028/16-КД на сумму 11 239 503,66 руб.; договора купли-продажи оборудования от 15.12.2016 № 032/16-КД на сумму 2 726 979,09 руб.; договора купли-продажи оборудования от 01.09.2017 №002/17-КД на сумму 59 000 руб.; соглашения о зачете взаимных требований от 18.07.2016 № 1 на общую сумму 22 844 185,62 руб.; соглашения о зачете взаимных требований от 04.04.2017 № 2 на общую сумму 8 526 979,09 руб.; соглашения о зачете взаимных требований от 01.09.2017 № 3 на общую сумму 59 000 руб.; договора купли-продажи офисного оборудования от 20.05.2016 № 023/16 КД на общую сумму 1 123 973,96 руб., заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «Айписеть» (далее – обществом «Айписеть»); договоров от 25.05.2016 № 024/16-КД на сумму 2 478 600 руб.; от 25.11.2016 № 030/16-КД на сумму 55 000 руб.; от 30.05.2016 № 025/16-КД на сумму 155 010,80 руб.; договора уступки от 30.11.2016 № 008/У/2016 на сумму 140 000 руб., заключенных должником с обществом с ограниченной ответственностью «Альянс-Инжиниринг» (далее – обществом «Альянс-Инжиниринг»).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2020, в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника было отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника, акционерное общество «Газпром космические системы» (далее – общество «Газпром космические системы») и общество с ограниченной ответственностью «АРД Сатком Сервис» (далее – общество «АРД Сатком Сервис») обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представители кассаторов и конкурсного управляющего акционерного общества «Метробанк» доводы своих кассационных жалоб поддержали, а представители обществ «Айписеть», «Альянс-Инжиниринг», иностранного лица - компании «Ай Пи Нэт пте лтд» просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, проверив, в порядке статей 284, 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Заявленные требования мотивированы тем, что, по мнению конкурсного управляющего должника, спорные договоры купли-продажи оборудования и дополнительные соглашения к ним отвечают признакам недействительности, установленным ГК РФ и Законом о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались недоказанностью обстоятельств, а также ссылались на преюдициальный характер постановления Арбитражного суда Московского округа от 23.12.2019 по настоящему делу.

Между тем, судами не было учтено, что приведенные в указанном судебном акте выводы в отношении реальности хозяйственных операций, были сделаны применительно к фактическим обстоятельствам, а также при том, что ни одна из указанных сделок в установленном законом порядке ни кредиторами, ни конкурсным управляющим должника не была оспорена по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве.

Между тем, вступившими в законную силу судебными актами, вынесенным в настоящем деле о банкротстве, было установлено что единственным участником должника является Частная компания с ограниченной ответственностью «IP NET PTE. LTD» (Сингапур), конечными бенефициарами (акционерами) которой являются граждане Казахстана Пак Л.Г., ФИО8, ФИО9, ФИО10, директорами - ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14

Частная компания с ограниченной ответственностью «IP NET PTE. LTD», а так же указанные выше граждане являются аффилированными лицами акционерного общества Lancaster Group Kazakhstan (Казахстан), которое, в свою очередь, осуществляло финансирование должника (заемщика) посредством предоставления займов на основании договоров займа, заключенных в 2009, 2010 и 2015 годах на общую сумму более 1,2 млн. долларов США.

Указанные займы были беспроцентными, выдавались без какого-либо обеспечения со стороны должника, а в условиях длительного неисполнения заемщиком своих обязательств по возврату займов кредитор не предпринимал никаких мер по взысканию долга.

Хотя основные сумм займов предоставлялись в 2009-2010 годах, срок их возврата был пролонгирован до декабря 2015 года на основании соответствующих дополнительных соглашений с должником.

Как следствие, указанные займы предоставлялись на нерыночных условиях, что, свою очередь, свидетельствует о наличии особых доверительных отношений между заимодавцем и заемщиком.

Как следствие, нуждались в исследовании и оценке судами доводы конкурсного управляющего должника и представителей обществ «Газпром космические системы» и «АРД Сатком Сервис» о том, что указанные займы по своей правой природе являются «компенсационным финансированием» по смыслу разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики).

Вместе с тем, судами по сути оставлены без внимания доводы о том, что в преддверии банкротства должника в Москве было зарегистрировано общество «Айписеть» (дата регистрации - 25.02.2016), связанное с должником (учредителями и руководителем при создании этого общества являлись сотрудники должника).

Названное общество «Айписеть» зарегистрировано по тому же адресу, что и должник,  фактически контролируется  бывшим генеральным директором должника ФИО15

Из материалов дела также усматривается, что между Lancaster Group Kazakhstan (цедентом) и ТОО «Релевант» (Казахстан) (цессионарием) 04.07.2016 заключен договор уступки права требования к должнику по заключенным договорам займа.

При этом, от имени Lancaster Group Kazakhstan договор цессии подписан президентом Барзамовой В.И., которая являлась членом совета директоров должника.

Через три дня 07.07.2016 между ТОО «Релевант» (цедентом) и обществом «Айписеть» (цессионарием) заключен договор цессии, по которому обществу «Айписеть» переданы права требования к должнику по указанным выше договорам займа, при том, что оплата за уступленные права требования по договорам займа ни по одному из договоров цессии не производилась.

Вместе с тем, оспариваемые договоры купли-продажи оборудования с обществом «Айписеть» заключались в 2016 году одновременно с  заключением названных договоров цессии.

Всего в 2016 году между должником и обществом «Айписеть» заключены сделки (договоры купли-продажи) по отчуждению основного технологического оборудования, ранее принадлежащего должнику, на общую сумму, эквивалентную 402 576,57 долл. США.

В силу подпункта 14 пункта 22.4 статьи 22 устава должника, к компетенции совета директоров этого общества относится одобрение сделок или связанных между собой сделок на сумму свыше 200 000 дол. США.

Также к компетенции совета директоров относится утверждение решений о безвозмездном отчуждении имущества названного общества (подпункт 11 пункта 22.4 статьи 22 устава).

Как следствие, на что указывали в рамках рассмотрения обособленного спора общества «Газпром космические системы»  и «АРД Сатком Сервис», при отсутствии возражений со стороны совета директоров должника, обществу «Айписеть» было передано наиболее ценное оборудование должника на сумму 25,6 млн. руб.

При этом в счет оплаты на основании соответствующих соглашений о зачете зачтены права требования, вытекающие из договоров займов, предоставленных должнику Lancaster Group Kazakhstan, приобретенные обществом «Айписеть» по безвозмездным договорам цессии.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 постановления от 23.12.2010 № 63).

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33м и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 постановления от 23.12.2010 № 63).

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

Вместе с тем, суд первой инстанции указал, что ответчики не относятся ни к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве, ни к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение для применения пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, по смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций.

Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не, регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации необходимо проанализировать поведение лиц, которые, по мнению заявителя, входили в одну группу.

О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу (группе лиц) и т.д.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые, во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания обратного переходит на лицо, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

Предъявление к конкурирующему кредитору высоких требованию по доказыванию заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как такой кредитор по существу оказывается вынужденным представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740 по делу № А32-14248/16).

Для уравнивания кредиторов в правах, суд, в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности (определение Верховного суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470).

Между тем, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора судами не учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий.

У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В связи с этим, установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

С учетом изложенного, сделки по отчуждению имущества должника, а также сделки, связанные с ними (цессии, зачеты), необходимо оценивать в их совокупности и взаимосвязи с учетом аффилированности и заинтересованности участвующих в них лиц, их нерыночной (аномальной для обычной хозяйственной деятельности) природы, и конечной цели всей цепочки сделок (вывод активов должника).

Тот факт, что обществу «Айписеть» (компания, не имеющая никаких активов, с уставным капиталом 10 000 руб., созданная незадолго до совершения оспариваемых сделок) безвозмездно уступлены права требования по договорам займа на сумму 1,2 млн. долл. США, предоставленным должнику Lancaster Group Kazakhstan, вероятно свидетельствует о том, что общество «Айписеть» входит в одну группу компаний, контролируемую конечными бенефициарами должника, то есть является заинтересованным лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Как следствие, предполагает заслуживающим внимания довод обществ «Газпром космические системы» и  «АРД Сатком Сервис» о том, что общества «Айписеть» и «Альянс-Инжиниринг», заключая сделки по отчуждению имущества должника, не могли не знать о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, поскольку учреждены работниками должника.

Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора судебной практики).

Очередность удовлетворения требования контролирующего лица понижается вследствие того, что оно, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

По общему правилу, в соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ, этот риск не может перекладываться на других кредиторов.

В рассматриваемом случае у одного члена группы было изъято имущество в пользу другого члена той же группы в счет погашения задолженности перед аффилированным с должником кредитором.

Суды нижестоящих инстанций указали на отсутствие формальной аффилированности участников сделки, ссылаясь на то, что руководители и участники обществ «Айписеть» и «Альянс-Инжиниринг», хотя и являлись работниками должника, но не являлись его участниками и не входили в его органы управления.

Однако, суды не дали надлежащей правовой оценки доводам о наличии признаков аффилированности по принципу вхождения в одну группу.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно пункту 2 этой статьи ГК РФ, в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом, суд может отказать в защите принадлежащего ему права.

Также требуют проверки доводы о том, что сделки по отчуждению имущества должника заключались на рыночных условиях.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы судебных инстанций сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам дела, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалованных судебных актов и передаче дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

При новом рассмотрении, суду следует учесть изложенное, а также правильно установить фактические обстоятельства дела, дать надлежащую оценку вышеизложенным доводам, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворения кассационных жалоб и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2020 по делу № А40-37177/18 – отменить.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                    Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                                Л.В. Михайлова

 

                                                                                                            В.Л. Перунова