ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Санкт-Петербург

22 июня 2022 года

Дело № А21-8625-5/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена     16 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июня 2022 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Юркова И.В.

судей  Аносовой Н.В., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

 

при участии:  

конкурсного управляющего ООО «СОЛБИ» ФИО2;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-13044/2022) ФИО3 на определение Арбитражного суда  Калининградской области от 28.03.2022 по делу № А21-8625-5/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СОЛБИ» к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СОЛБИ», 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СОЛБИ» конкурсным управляющим заявлено о привлечении ФИО3 (руководитель должника в период с 28.10.2002 по 01.10.2020) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СОЛБИ» (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По мнению управляющего, ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10, пунктом 2 статьи 61.11 Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее  - Закон  о  банкротстве). Ответчик не исполнил обязанность по передаче управляющему бухгалтерских документов должника, а также совершил сделки от имени ООО «СОЛБИ», в результате которых имущественным правам должника и кредиторов причинен существенный вред.

Определением от 28.03.2022 суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СОЛБИ»; приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит отменить определение суда в связи с тем, что, по его мнению, судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в обжалуемом определении, не соответствуют имеющимся в деле доказательствам. Документы должника переданы ответчиком управляющему в полном объеме. Доказательств недобросовестности и неразумности поведения подателя жалобы, повлекших за собой неспособность должника удовлетворять требования кредиторов, в материалах дела не имеется.

В судебном заседании конкурсный управляющий возражал против удовлетворения жалобы.

Дело рассмотрено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства и выслушав конкурсного управляющего, апелляционный суд не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

Из материалов дела видно, что определением суда от 12.03.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об обязании бывшего руководителя должника ФИО3 передать оригиналы документов согласно резолютивной части определения. Данным определением суда у ФИО3, в том числе, истребована расшифоровка дебиторской задолженности, отраженной в бухгалтерском балансе должника по состоянию на 01.01.2018, в размере 107 051 000 руб. с приложением документов ее возникновения и последующего погашения. Актом приема-передачи документов от 19.11.2020 передача управляющему указанных документов в полном объеме не подтверждена. Ряд документов должника (договор процентного займа от 25.03.2011 № 2503/11 с ООО «Автомеханика», договор уступки права требования (цессии) от 31.12.2014 с ООО «Промторг Двадцать Девятый», договор поручительства от 05.05.2014 с ООО «Калипсо», ООО «Инвестор АБ», ООО «Норма Бейкер» и др., первичные документы, подтверждающие основание возникновения задолженности для последующего зачета встречных требований по договору уступки права требования от 31.12.2014 и договора перевода долга от 31.12.2014, оригинал уведомления ООО «СОЛБИ» о заключении договора о переводе долга от 31.12.2014 (пункты 16 – 20 акта приема-передачи от 03.08.2021)), необходимых для проведения мероприятий конкурсного производства, не был передан управляющему в связи с истечением срока их хранения (акт приема-передачи от 03.08.2021). Ответчик направил управляющему почтовым отправлением документы в отношении займов по договорам на сумму 66 027 500 руб. ФИО3, располагая сведениями о наличии у ООО «ПромТорг четырнадцатый», ООО «Регата МСК», ООО «Вершина МСК» долга перед ООО «Солби» в размере 63 530 000 руб., не предпринял мер по взысканию данной задолженности до исключения указанных дебиторов из ЕГРЮЛ, в том числе не предпринял мер по недопущению исключения данных юридических лиц из ЕГРЮЛ. 

Определением суда от 01.06.2021 по обособленному спору А21-8625-2/2020 об оспаривании договора цессии от 31.12.2014 (заключен ООО «Солби» и ООО «Промторг Двадцать Девятый») установлено, что согласно сведениям, содержащимся в бухгалтерском балансе должника в строке 1230 «Финансовые и другие оборотные активы» размер дебиторской задолженности на конец: 2014 года составлял 82 752 000 руб., 2015 года составлял 109 754 000 руб., 2016 года составлял 104 618 000 руб., 2017 года составлял 107 051 000 руб., отчетность за 2018 - 2019 годы должником не сдавалась. Оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами, действия которых направлены на вывод дебиторской задолженности и причинение вреда интересам кредиторов. Оригинал оспариваемого договора, а также иные документы, истребуемые конкурсным управляющим суду не представлены. 

Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Калининграда от 19.07.2017 по делу № 2-2964/2017 с ООО «Солби» в пользу ПАО «Банк «Санкт-Петербург» взыскана задолженность в размере 121 435 890,71 руб. по кредитному договору от 23.12.2015 № 7500-15-002712, заключенному ПАО «Банк Санкт-Петербург» и ООО «МФЦ«Европа». Задолженность с ООО «Солби» взыскана в связи с тем, что оно поручилось перед ПАО «Банк Санкт-Петербург» за исполнение обязательств ООО «МФЦ«Европа» (договор поручительства от 04.02.2016 № 7500-15- 002712/П 10).

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 05.10.2020 по делу № А21-8625/2020 в третью очередь реестр требований кредиторов должника включено требование ПАО «Банк «Санкт-Петербург» в размере 96 844 002,76 руб.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В связи с принятием Закона N 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в ее пункте 4, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (пункт 23). Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24). По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 56).

Обжалуемое определение соответствует положениям пункта 4 статьи 10, пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Как установлено в ходе судебного разбирательства, ненадлежащее исполнение ответчиком обязанностей по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских документов не позволило идентифицировать активы и сформировать конкурсную массу. Должником совершены сделки, в результате которых имущественным правам кредиторов причинен существенный вред. ФИО3 не приняты меры по взысканию дебиторской задолженности, возможность взыскания которой в настоящее время утрачена.

Выводы суда первой инстанции основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, несогласие с оценкой которых не может послужить основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого определения не имеется.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Калининградской области  от 28.03.2022 по делу № А21-8625-5/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Юрков

Судьи

 

Н.В. Аносова

 И.Ю. Тойвонен