ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-13911/2015

г. Киров

08 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 июля 2024 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейКалининой А.С., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 01.04.2024;

представителя ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 29.03.2024;

представителя ФИО6 – ФИО7, по доверенности от 07.04.2024;

ФИО8, лично, по паспорту,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО6, конкурсного управляющего акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» ФИО2, ФИО4

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.03.2024 по делу № А82-13911/2015

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» 

о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности за счет бюджета Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, а также Департамента жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области и Департамента регулирования тарифов Ярославской области, 

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4, арбитражного управляющего ФИО10, 

взыскании солидарно с указанных лиц в пользу должника 4 468 461 857, 25 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Департамент финансов Ярославской области, Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «АРСЕНАЛЪ», акционерное общество Страховая группа «Спасские ворота»,

установил:

определением Арбитражного суда Ярославской области от 07.10.2015 принято заявление общества с ограниченной ответственностью Энергетическая компания «ТеплоПром» и возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» (далее – АО ЯГК, должник).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 13.04.2016 (резолютивная часть от 07.04.2016) в отношении АО ЯГК введена процедура наблюдения. На должность временного управляющего утвержден ФИО11 – член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.12.2016 (резолютивная часть от 13.12.2016) в отношении АО ЯГК введена процедура внешнего управления, внешним управляющим должника утвержден ФИО10, член Ассоциации «Региональная Саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 31.07.2018 (резолютивная часть от 30.07.2018) ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей внешнего управляющего должника, внешним управляющим должника утвержден ФИО12.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 19.11.2018 (резолютивная часть от 12.11.2018) АО ЯГК признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Определением Арбитражного суда Ярославской области от 19.11.2018 (резолютивная часть от 12.11.2018) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО12. 

Конкурсный управляющий АО ЯГК ФИО12 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО6, взыскании солидарно с указанных лиц в пользу должника 4 468 461 857,25 руб. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 17.04.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено предварительное судебное заседание по рассмотрению заявления. 

Конкурсный управляющий АО ЯГК ФИО12 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности за счет бюджета Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, а также Департамента жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области в размере 4 468 461 857,25 рубля. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 14.11.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено предварительное судебное заседание. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.01.2020 объединены в одно производство для совместного рассмотрения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ФИО8 и ФИО6 на сумму 4 468 461 875,25 руб. и о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, осуществляющих права акционеров должника: Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области и Департамента жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области на сумму 4 468 461 875,25 рубля. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.02.2020 судом привлечены в качестве соответчиков ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 10.09.2020 судом привлечены в качестве соответчиков ФИО20, ФИО21, ФИО22,  ФИО23, ФИО9, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32,  ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО4, ФИО38, ФИО39, арбитражный управляющий ФИО10.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 26.01.2021 конкурсный управляющий АО ЯГК ФИО12 отстранен судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 24.02.2021 (резолютивная часть от 18.02.2021) конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 24.07.2021 (резолютивная часть от 24.06.2021), вступившим в законную силу, заявление конкурсного управляющего АО ЯГК в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО ЯГК ФИО20, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО38, ФИО39, ФИО19 оставлено без удовлетворения. 

В части привлечения к субсидиарной ответственности Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области и Департамента жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области, а также ФИО8, ФИО6, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО9, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО37, ФИО4, арбитражного управляющего ФИО10, и взыскании солидарно с указанных лиц 4 468 461 857,25 руб. выделено в отдельное производство, назначено судебное заседание по рассмотрению выделенного заявления.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.06.2022 (резолютивная часть от 12.05.2022) заявление конкурсного управляющего АО ЯГК в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО ЯГК ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО37 оставлено без удовлетворения. 

В части привлечения к субсидиарной ответственности Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области и Департамента жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области, а также ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4, арбитражного управляющего ФИО10, и взыскании солидарно с указанных лиц 4 468 461 857,25 руб. выделено в отдельное производство, назначено судебное заседание по рассмотрению выделенного заявления.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 21.06.2022 судебное заседание по рассмотрению заявления отложено. Этим же определением в качестве соответчика привлечен Департамент регулирования тарифов Ярославской области и изменено наименование Департамента жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области на Департамент жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области.

Конкурсный управляющий ФИО2 поддержала предъявленные конкурсным управляющим ФИО12 требования по основаниям, изложенным в первоначальных заявлениях о привлечении к субсидиарной ответственности, а также в поданных предыдущим конкурсным управляющим уточнениях, дополнениях и правовых позициях, а также в редакции уточненного заявления от 06.12.2023, согласно которой просила:

- привлечь ФИО8 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании АО ЯГК несостоятельным (банкротом) в размере 2 979 391 391,20 руб.;

- привлечь солидарно ФИО8 и ФИО6 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании АО ЯГК несостоятельным (банкротом) в размере 82 169 907,38 руб.;

- привлечь к субсидиарной ответственности за счет бюджета: Ярославскую область в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, Департамента жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области, Департамента регулирования тарифов Ярославской области;

- привлечь к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4, арбитражного управляющего ФИО10 за совершение действий, повлекших невозможность погашения требований кредиторов;

- приостановить рассмотрение спора в части определения размера субсидиарной ответственности Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, Департамента жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области, Департамента регулирования тарифов Ярославской области, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4, арбитражного управляющего ФИО10 до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.03.2024 заявление конкурсного управляющего акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» удовлетворено частично: взысканы с ФИО8 в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытки в сумме 3 526 681,58 руб.; взысканы с ФИО6 в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытки в сумме 4 341 111 руб.; взысканы с ФИО4 в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытки в сумме 620 806 руб.; взысканы с ФИО8 и ФИО6 в солидарном порядке в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытки в сумме 61 315,92 руб.; взысканы с ФИО8, ФИО6 и ФИО4 в солидарном порядке в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытки в сумме 27 164,84 руб. В остальной части заявление конкурсного управляющего акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» оставлено без удовлетворения.

ФИО6 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение в части взыскания с ФИО6 в пользу акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» убытков в полном объеме и принять по делу в этой части новое решение об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению ФИО6, удовлетворение судом требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО6 убытков в размере сумм, которые на день принятия обжалуемого судебного акта не были получены Обществом от должников по уже возбужденным исполнительным производствам, приводит к тому, что Общество получит в результате этого неосновательное обогащение в размере двойной суммы убытков.

ФИО4 с принятым определением суда также не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части взыскания с ФИО4 убытков в сумме 620 806 рублей и в сумме 27 164,84 руб., принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим к ФИО4 требований отказать в полном объеме.

По мнению ФИО4, требование о взыскании убытков с ФИО4 могло быть предъявлено в процедуре внешнего управления, введенной в отношении АО ЯГК определением суда от 13.12.2016. Внешний управляющий ФИО40 не позднее 13.12.2016 получил реальную возможность ознакомиться с содержанием приказов, то есть узнал или должен был узнать о нарушении прав юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком, и, таким образом, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором ФИО4 нарушении. Ходатайство конкурсного управляющего АО ЯГК ФИО12 о привлечении ФИО4 к ответственности в связи с неправомерными действиями (совершением сделок) подано 16.06.2020, то есть еще до начала течения сроков исковой давности по требованиям о взыскании убытков с ФИО4, такое заявление было подано еще до того как конкурсному управляющему ФИО12 стало известно о нарушении прав юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком по данному заявлению, что не соответствует нормам статьи 200 ГК РФ. ФИО4 полагает, что срок исковой давности на подачу в отношении него заявления по требованиям о взыскании убытков истек 13.12.2019, то есть спустя три года после того, как утвержденный после прекращения полномочий ФИО4, как руководителя должника, внешний управляющий ФИО10 получил возможность ознакомиться с приказами о премировании, которые были подписаны ФИО4 

Конкурсный управляющий АО ЯГК ФИО2 с принятым определением суда также не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый акт об удовлетворении заявления в полном объеме.

По мнению заявителя, представленные Бизнес-планы не могут свидетельствовать о том, что у ФИО8 и ФИО6 отсутствовала обязанность по подаче. заявления о признании АО ЯГК банкротом, судом не учтены разъяснения пункта 17 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021). Только в июне-августе 2015 (буквально за 2-3 месяца до принятия заявления о признании АО ЯГК банкротом) в Правительстве Ярославской области проводились совещания, направленные на выработку мероприятий по оптимизации структуры АО ЯГК, сокращению финансовых убытков предприятия, выводу предприятия из кризиса и предотвращению его банкротства. Обязанность ФИО6 по подаче заявления о банкротстве АО ЯГК должна была быть исполнена не позднее чем 13.05.2015, то есть ранее, чем начались мероприятия, на которые ссылается ФИО6 Как добросовестный руководитель должника, ФИО6 должен был понимать, что мероприятия по финансированию убыточной деятельности АО ЯГК путем увеличения уставного капитала не могут привести к выводу должника из кризисного состояния. Фактически предпринимаемыми действиями акционеры пытались отсрочить момент банкротства общества. Вывод суда о том, что конкурсным управляющим не представлены доказательства возникновения признаков объективного банкротства на даты: 18.04.2013, 12.05.2015 не соответствует действительности. Финансовым анализом деятельности АО ЯГК за 2013-2015 и текущий период 2016 г. от 27.06.2016, осуществленный с учетом данных бухгалтерской отчетности АО ЯГК, установлено, что признаки неплатежеспособности и неоплатности установлены на момент 01.01.2013 в результате анализа показателей бухгалтерского баланса АО ЯГК за 2012 год, подписанного генеральным директором АО ЯГК ФИО8 18.03.2013. Уже с 4 квартала 2010 года АО ЯГК согласно бухгалтерской отчетности имело отрицательную стоимость чистых активов. Как полагает апеллянт, суд не учел, что ФИО9 являлся инициатором созыва заседания совета директоров. Инициирование ФИО9 вопросов о заключении и одобрении невыгодных для должника сделок при проведении заседаний Совета директоров подтверждается имеющимися в материалах дела протоколами Совета директоров АО ЯГК. Действиями ФИО6 в результате совершения зачетов был причинен вред АО ЯГК в размере 7 985 775,13 руб. В результате действий ФИО6 по заключению оспоренных договоров АО ЯГК потеряло один из источников финансирования в виде субсидий Департамента жилищно-коммунального комплекса Ярославской области на компенсацию выпадающих доходов ресурсоснабжающих организаций, права требований которых уступлено в пользу ООО «Нефтересурс». Сделки по покупке и перепродаже 4 газотурбинных агрегатов носили убыточный характер и были направлены на перемещение ГТА с одного предприятия АО «Объединенная двигателестроительная корпорация» на другое ее дочернее предприятие с формированием кредиторской задолженности у АО ЯГК. Судом сделан вывод о причинах и о дате фактического банкротства, однако этот вывод не подтверждается имеющимися в деле доказательствами. С учетом показателей бухгалтерской отчетности АО ЯГК и периодов возникновения задолженности еще до даты введения наблюдения можно было сделать вывод о том, что задолженность перед кредиторами не будет погашена вследствие отсутствия денежных средств у АО ЯГК, а также неправомерных действий контролирующих лиц по выводу денежных средств должника.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 16.04.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 17.04.2024.

Конкурсный управляющий АО ЯГК ФИО2 в отзыве на апелляционные жалобы ФИО6 и ФИО4 указывает, что привлечение ФИО6 к ответственности в виде возмещения убытков не приводит к неосновательному обогащению, а направлено на восстановление нарушенных прав АО ЯГК. Убытки взысканы в непогашенной ответчиками по сделкам части. Апелляционная жалоба ФИО4 не подлежит удовлетворению, поскольку судом первой инстанции правильно применены нормы, касающиеся исчисления срока исковой давности. Разъяснения Верхового Суда РФ о применимости разъяснений Постановления №53 о порядке применения норм материального права касается лишь норм, относящихся к основаниям для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. АО ЯГК в лице конкурсного управляющего узнало о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком с дат вступления в силу судебных актов о признании сделок должника недействительными. Именно судебными актами установлен факт противоправности сделки и причинении вреда имущественным интересам кредиторов АО ЯГК. Указание судом на даты вынесения судебных актов, а не на даты вступления в силу указанных судебных актов не привело к принятию неправильного судебного акта, поскольку срок исковой давности не является пропущенным и при отсчете с даты вынесения судебных актов. Вынося определение, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости переквалифицировать заявленное управляющим требование о привлечении к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков, на дату переквалификации судом требований с учетом дат подачи заявлений сроки исковой давности по требованиям о взыскании убытков не пропущен.

ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего указывает, что он не может быть отнесен к лицам, подлежащим ответственности на основании указанных заявителем норм о субсидиарной ответственности ввиду осуществления фактического руководства деятельностью должника после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК. Во всех заявлениях внешнего управляющего АО ЯГК ФИО10 о признании недействительными сделок о выплате премий на основании подписания приказов о премировании имелась ссылка на причинение выплатами ущерба должнику. Следовательно, внешний управляющий АО ЯГК ФИО10 при подаче заявлений о признании недействительными сделок о премировании знал о нарушении прав должника лицом, подписавшим такие приказы. ФИО4 ходатайствует о рассмотрении дела в его отсутствие, а также его представителей.

ФИО8 в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего указывает на отсутствие причинно-следственной связи между действиями директора АО «ЯГК» и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности АО «ЯГК». Должник до ноября 2013 года являлся субъектом естественной монополии, в связи с чем до наступления специальных условий, предусмотренных статьей 197 Закона о банкротстве, у руководителя должника отсутствовала обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Заявитель не доказал, что инициирование руководителем должника процедуры банкротства не позднее 2013 года могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами. Отсутствуют правовые основания для привлечения субъекта естественной монополии к субсидиарной ответственности. Убедительных и достоверных доказательств наличия признаком неплатежеспособности у должника с учетом особых требований к субъекту естественных монополий в материалах дела не представлено. Отсутствуют правовые основания для обращения бывшего директора АО «ЯГК» с заявлением о признании должника банкротом. В процессе своей деятельности в должности гендиректора АО ЯГК ФИО8 придерживался Бизнес-Плана на период 2013-2015 гг., и решениями членов Совета директоров, утвержденных на собраниях АО ЯГК. Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный управляющий ФИО10 в отзыве на апелляционную жалобу просит оспариваемое определение в части отказа в удовлетворении требований к ФИО10 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего без удовлетворения.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по рассмотрению апелляционных жалоб откладывалось до 27.06.2024.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ определением от 26.06.2024 в составе суда произведена замена судьи Дьяконовой Т.М. в связи с нахождением в отпуске на судью Калинину А.С.

Рассмотрение дела начато заново.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, ФИО8 поддержали доводы жалобы и отзывов на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела, согласно окончательному уточненному заявлению, поступившему 16.01.2023, конкурсный управляющий просил суд привлечь ФИО6 и ФИО8 к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО8 являлся руководителем должника в период с 26.03.2010 до 09.04.2015.

ФИО6 являлся руководителем АО ЯГК в период с 10.04.2015 по 01.08.2016.

Конкурсный управляющий указал, что бывшие руководители АО ЯГК ФИО8 и ФИО6 являются контролирующими должника лицами по смыслу Закона о банкротстве.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в суд конкурсный управляющий дополнительно указал следующее.

Финансовым анализом деятельности АО ЯГК за 2013-2015 и текущий период 2016 года от 27.06.2016, осуществленный с учетом данных бухгалтерской отчетности АО ЯГК, установлено, что признаки неплатежеспособности и неоплатности установлены на момент 01.01.2013 в результате анализа показателей бухгалтерского баланса АО ЯГК за 2012 год, подписанного генеральным директором АО ЯГК ФИО8 18.03.2013.

Заявитель полагает, что с 18.03.2013 ФИО8 узнал о наличии признаков банкротства у АО ЯГК. 

Обязанность ФИО8 по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК должна была быть исполнена в течение месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, то есть, не позднее 18.04.2013.

Как указал конкурсный управляющий, из Финансового анализа деятельности АО ЯГК за 2013-2015 и текущий период 2016 года от 27.06.2016 на протяжении всего исследуемого периода деятельность должника была убыточна, что обусловлено применением государственных регулируемых тарифов по видам деятельности.

Обязанность ФИО6 обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве АО ЯГК, по мнению конкурсного управляющего, изложенному в уточненном заявлении от 16.01.2023, должна была быть исполнена не позднее 12.05.2015, то есть, не позднее месяца с даты вступления ФИО6 в должность генерального директора АО ЯГК, разумно необходимого для изучения финансового положения организации (с учетом выпадения последнего дня срока на праздничные дни).

По расчету заявителя, ФИО8 несет ответственность по обязательствам, возникшим до 12.05.2015 (дата возникновения обязанности у ФИО6 на обращение в суд с заявлением о банкротстве) в размере 2 907 621 819,21 руб. (2 981 859 894,90 руб. - 74 238 075,69 руб.).

С 12.05.2015 ФИО8 и ФИО6 несут ответственность по обязательствам в размере 74 238 075,69 руб. солидарно.

Согласно доводам конкурсного управляющего неподача заявления о банкротстве ФИО8 и ФИО6 в установленный для этого Законом о банкротстве срок повлекла невозможность удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ), Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд 11.04.2019, в части применения процессуальных положений они подлежат рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 вышеназванной статьи).

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В свою очередь, недостоверная оценка руководителем обстоятельств может привести к преждевременной подаче заявления о признании должника банкротом и как следствие будет нарушать права других лиц, что выступит основанием для привлечения руководителя должника к ответственности за преждевременную подачу заявления, предусмотренную пунктом 3 статьи 10 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по рассматриваемым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Исходя из разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Возникновение в спорный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его руководителя к субсидиарной ответственности.

Из указанных правовых норм и приведенных разъяснений следует, что наличие совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

По мнению заявителя, обязанность ФИО8 по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК должна была быть исполнена не позднее 18.04.2013, ФИО6 – не позднее 12.05.2015.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что АО ЯГК в рассматриваемый период являлся субъектом естественной монополии. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ярославской области от 19.01.2016 установлено, что АО ЯГК является действующей организацией, осуществляющей свою деятельность в условиях естественной монополии в теплоснабжении.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 13.04.2016 по делу № А82-13911/2015 установлено, что в отношении АО ЯГК подлежат применению положения параграфа 6 главы IX Закона о банкротстве субъектов естественных монополий.

Следовательно, применительно к рассматриваемому обособленному спору вопрос возникновения у должника признаков банкротства и, соответственно, обязанности обратиться с заявлением в суд, должен быть рассмотрен с учетом специальных признаков банкротства субъектов естественных монополий, установленных статьей 197 Закона о банкротстве.

В рассматриваемый период (2013-2015) у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами (АО «ОДК-Газовые турбины», ООО «Газпром межрегионгаз Ярославль», ПАО «ТНС энерго Ярославль»), а также перед уполномоченным органом.

Суд первой инстанции верно отметил, что создание АО ЯГК (как указывает конкурсный управляющий, 88,76% уставного капитала АО ЯГК принадлежит Ярославской области) было вызвано необходимостью осуществления организацией деятельности, направленной на решение социально-значимых задач, связанных с организацией снабжения граждан жилищно-коммунальными услугами, вытекающих из муниципальных функций (абзац третий пункта 4 статьи 8 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (в редакции, действовавшей в спорный период; далее - Закон об унитарных предприятиях), пункт 4 части 1 статьи 14, пункт 4 части 1 статьи 15, пункт 4 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»).

Доход от указанных видов деятельности является регулируемым, плата за коммунальные услуги устанавливалась соответствующими тарифами.

Специфика деятельности АО ЯГК уже изначально не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие предприятия, с учетом его связанности соответствующими тарифами на оказание услуг.

Значительным активом АО ЯГК являлась дебиторская задолженность граждан и иных потребителей его услуг. Как справедливо отметил суд первой инстанции, данный актив неликвиден, что связано с низким уровнем платежеспособности населения, а мероприятия по истребованию долгов, повышению платы за жилищно-коммунальные услуги малоэффективны.

Соответственно, рост кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими организациями находился в прямой зависимости от роста дебиторской задолженности по оплате оказанных услуг населением, контроль которых не зависел от каких-либо волеизъявлений руководящих должником лиц.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в отсутствие достаточного субсидирования деятельность организации носила заведомо убыточный характер, организация не могла надлежащим образом исполнять обязательства перед поставщиками энергоресурсов и бюджетом независимо от личности своего руководителя.

Из материалов дела следует, что в период деятельности ФИО8 в качестве руководителя должника был разработан Бизнес-План на период 2013-2015 гг. (утвержден протоколом Совета директоров АО ЯГК от 03.06.2013 № 8 вопросом № 5).

Кроме того, ФИО8 указал, что в своей деятельности придерживался решений членов Совета директоров, утвержденных на собраниях АО ЯГК, а именно:

30.06.2013 протоколом Совета директоров №10 был утвержден Отчет о выполнении ключевых показателей эффективности (КПЭ) за 1 кв. 2013 года (вопрос № 1), по которому план был выполнен на 100% и КПЭ составила 100%.

18.10.2013 протоколом Совета директоров № 14 был утвержден Отчет о выполнении ключевых показателей эффективности (КПЭ) за 2 кв. 2013 года (вопрос № 1), по которому план был выполнен на 100% и КПЭ составила 100% и утвержден Отчет по Бизнес-плану АО ЯГК за 1 кв. 2013 года (вопрос № 2).

28.11.2013 протоколом Совета директоров № 15 был утвержден Отчет по Бизнес-плану АО ЯГК за 3 кв. 2013 года (вопрос №2).

21.02.2014 протоколом Совета директоров № 3 был утвержден Бизнес- план АО ЯГК и ДЗО АО ЯГК на 2014-2016 гг. (вопрос №4).

15.04.2014 протоколом Совета директоров № 6 были утверждены отчеты гендиректора о выполнении КПЭ за 2013 (вопрос № 1), отчет о состоянии чистых активов по итогам финансово-хозяйственной деятельности АО ЯГК за 2013 год (вопрос №2).

16.06.2014 протоколом Совета директоров № 9 был утвержден отчет по Бизнес-плану за 1 кв. 2014 года (вопрос №2).

28.08.2014 протоколом Совета директоров № 10 был утвержден отчет по Бизнес-плану за 2 кв. 2014 года (вопрос №5).

27.11.2014 протоколом Совета директоров № 15 был утвержден отчет по Бизнес-плану за 9 мес. 2014 года (вопрос № 1) и Отчет о выполнении ключевых показателей эффективности (КПЭ) за 3 кв. 2014 года (вопрос № 2).

23.01.2015 протоколом Совета директоров № 1 была утверждена инвестиционная программа АО ЯГК за 2015 год (вопрос №1).

01.04.2015 протоколом Совета директоров № 3 был утвержден Отчет о выполнении ключевых показателей эффективности (КПЭ) за 2014 (вопрос № 5), и утвержден Отчет по Бизнес-плану АО ЯГК за 2014 год (вопрос №3).

При этом руководителями должника совместно с Правительством Ярославской области предпринимались меры по выходу из кризисной ситуации и возможности привлечения средств из внебюджетных источников для улучшения финансового состояния должника соглашениями с инвесторами (ОАО Доминанта-Энерджи, ОАО ОДК, ООО Финичи-Рус).

Несмотря на наличие значительной дебиторской задолженности покупателей и заказчиков, в спорный период времени АО ЯГК продолжало осуществлять текущую хозяйственную деятельность по выработке тепловой энергии и производило расчеты для ее поддержания. Задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, не погашенная к моменту возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК, начала формироваться в 4 квартале 2014 года.

Судами установлено, что контролирующий акционер в 2013-2014 годах планировал и осуществлял субсидирование и докапитализацию АО ЯГК (Постановление Правительства Ярославской области от 20.12.2013 № 1682-п). В 2015 году был спланирован бюджет на программу энергоэффективности (Постановление Правительства Ярославской области от 30.05.2014 года № 527-п) и шли переговоры по привлечению инвестора путем продажи ему доли в дочерних и зависимых обществах.

Одним из результатов проводимых руководителями мероприятий было принятие решения о выделении Департаментом имущественных и земельных отношений Ярославской области имущества и денежных средств для увеличения уставного капитала АО ЯГК на общую сумму первоначально на 576 880 000 рублей, а позднее на 871 880 000 руб., из которых 576 880 000 руб. за счет передачи имущества, принадлежащего Ярославской области, и 295 000 000 рублей – в безналичной форме путем перечисления на расчетный счет предприятия.

С учетом изложенного, принимая во внимание разработанный в отношении АО ЯГК бизнес-план на 2013-2015 гг., эффективность и экономическая обоснованность которого заявителем не опровергнута, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что руководители должника ФИО8 и ФИО6, предпринимали меры по выводу предприятия из кризисной ситуации и добросовестно рассчитывали на преодоление финансовых трудностей должника.

При этом задолженность по обязательствам, включенным в реестр требований к должнику, возникла в силу осуществления должником деятельности, которую он не мог прекратить ввиду социально-значимого характера, её прекращение могло привести к неблагоприятным последствиям для важных социальных объектов. 

Само по себе возникновение кредиторской задолженности с учетом специфики деятельности должника не может в достаточной степени свидетельствовать о возникновении у ФИО8 и ФИО6 безусловной обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что в спорный период имелась иная организация, способная осуществлять деятельность по теплоснабжению, и АО ЯГК могло прекратить хозяйственную деятельность без неблагоприятных последствий для населения, в связи с чем апелляционная инстанция приходит к выводу о недоказанности того, что инициирование руководителями должника процедуры банкротства на заявленные даты (18.04.2013, 12.05.2015) могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами.

При отсутствии в материалах дела доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что у ФИО8 и ФИО6 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую они не исполнили, суд первой инстанции правомерно отказал заявителю в удовлетворении требования в данной части.

Конкурсный управляющий просил суд привлечь ФИО9 (член Совета директоров) к субсидиарной ответственности за одобрение и исполнение заведомо убыточных для должника сделок за период, предшествующий процедуре банкротства.

ФИО9 инициированы заседания советов директоров, на которых рассматривались вопросы о премировании руководителей АО ЯГК на общую сумму 2 054 719 руб.

Члены Совета директоров (в том числе ФИО9) одобрили сделки цессии и зачета, повлекшие преимущественное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими кредиторами (в период до и после наблюдения).

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО8, ФИО6, ФИО4 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за действия, совершенные в период исполнения ими обязанностей единоличного исполнительного органа, причинившие вред АО ЯГК, которые были оспорены арбитражным управляющим в ходе банкротства АО ЯГК, как причинившие вред имущественным правам кредиторов АО ЯГК.

Полномочия директора должника осуществлял ФИО8 в период с 26.03.2010 по 09.04.2015, ФИО6 в период с 10.04.2015 по 01.08.2016, ФИО4 в период с 02.08.2016 по 12.12.2016.

Следовательно, по мнению заявителя, ответчики несут субсидиарную ответственность за действия, совершенные ими в указанные периоды, оспоренные арбитражным управляющим при реализации своих обязанностей в деле о банкротстве АО ЯГК.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ, подлежащей применению в рассматриваемом случае, контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В силу пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) конкретного контролирующего лица и фактически наступившим объективным банкротством.

Из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как правильно отметил суд первой инстанции, на момент осуществления ответчиками ФИО8, ФИО6, а также ФИО9 полномочий руководителей и члена Совета директоров АО ЯГК, не действовали презумпции, предполагающие, что убыточная сделка является причиной банкротства должника в связи с чем, помимо установления самого факта заключения существенно убыточной сделки, заявителю необходимо представить доказательства наличия причинно-следственной связи между сделкой и наступившим банкротством должника. Необходимо установить, какие конкретно действия совершены лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, каким образом они отразились на финансовом состоянии должника.

Суд первой инстанции (в частности, в определениях от 29.07.2021,  16.09.2021, 19.10.2021, 23.11.2021, 18.01.2022 и 18.03.2022) предлагал конкурсному управляющему, в числе прочего, представить дополнительные доказательства, свидетельствующие о значимости и существенной убыточности сделок, указанных в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности каждого из рассматриваемых ответчиков; доказательства совершения данных сделок по указаниям ответчиков. Определения суда в указанной части заявителем не исполнены.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 № 5256/11, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны.

Часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ предусматривают, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, и несет риск непредставления доказательств.

Вопреки позиции заявителя инициирование ФИО9 вопросов о заключении и одобрении невыгодных для должника сделок при проведении заседаний Совета директоров само по себе не является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности с учетом позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу № 307-ЭС19-18723(2,3), А56-26451/2016.

Так, согласно вышеназванному определению к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. 

Следовательно, заявителю необходимо было доказать, что ФИО9 получил выгоду от совершения сделок. Однако таких доказательств в материалы дела не представлено.  

Нормы статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ и в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ), действующие в периоды, когда ФИО4 (с 02.08.2016 по 12.12.2016) являлся генеральным директором АО ЯГК, устанавливали, что контролирующим должника лицом может являться руководитель должника, который имел право давать обязательные для исполнения должником указания лишь до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (согласно Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ – менее, чем за два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, и согласно Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ – менее, чем за три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом).

Заявление о признании АО ЯГК банкротом принято арбитражным судом к производству 07.10.2015.

Соответственно, принимая во внимание, что руководитель должника ФИО4 (с 02.08.2016 по 12.12.2016) и арбитражный управляющий ФИО10 (с 13.12.2016 по 30.04.2018) осуществляли фактическое руководство деятельностью должника после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК, а также сопровождение процедур банкротства и введения процедур банкротства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что данные лица не могут быть отнесены к лицам, подлежащим ответственности на основании указанных заявителем норм о субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Судами установлено, что контролирующий акционер в 2013-2014 годах планировал и осуществлял субсидирование и докапитализацию АО ЯГК (постановление Правительства Ярославской области от 20.12.2013 № 1682-п).

Долги, связанные с реализацией инвестиционного проекта Тутаевская ПГУ являлись уравновешенными встречными обязательствами генерального подрядчика АО «ОДК - Газовые турбины», при этом Правительство Ярославской области совместно с АО «ОДК - Газовые турбины» организовали развитие системы теплоснабжения г. Тутаев за счет внедрения средств комбинированной выработки электрической и тепловой энергии по модели проектного финансирования. 

Кроме того, поскольку в 2009 году в банковской системе РФ начали действовать рекомендации Базельского комитета (пресс-релиз ЦБ РФ от 9.11.2009), в рамках которых по рискам выдача кредита проектной компании АО «Тутаевская ПГУ», являющейся дочерней компанией должника, без внешних поручительств и не в рамках проектного финансирования является сверх высокорискованным поведением со стороны Банка-Кредитора.

Довод управляющего о том, что сделки по покупке и перепродаже четырех газотурбинных агрегатов носили убыточный характер, не может быть признан судом состоятельным, поскольку каких-либо доказательств того, что ФИО8, ФИО6, а также ФИО9 являлись инициаторами таких сделок заявителем не представлено. При этом отсутствуют доказательства аффилированности названных ответчиков с генеральным подрядчиком, субподрядчиками. Согласно представленной в материалы дела информации возврат долга планировался за счет средств бюджета и привлечения стратегического инвестора (ОАО Доминанта-Энерджи, ОАО ОДК, ООО Финичи-Рус).

15.09.2015 состоялось внеочередное собрание, на котором было принято решение об увеличении уставного капитала предприятия на 576 880 000 руб.

23.10.2015 состоялось внеочередное общее собрание акционеров АО ЯГК, на котором было принято решение об увеличении уставного капитала предприятия на сумму 871 880 000 рублей, то есть дополнительно на 295 000 000 руб. Круг лиц, среди которых предполагалось разместить ценные бумаги: Ярославская область в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области. 

Акции дополнительного выпуска оплачивались: 

- неденежными средствами (имуществом, принадлежащим Ярославской области в лице Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области на сумму 576 880 000 рублей; 

- денежными средствами, в рублях, в безналичной форме путем перечисления на расчетный счет Общества в сумме 295 000 000 рублей. 

17.12.2015 Банком России было зарегистрировано решение о дополнительном выпуске ценных бумаг АО ЯГК. 

30.12.2015 Правительство Ярославской области приняло постановление № 1428-и «Об увеличении уставного капитала АО ЯГК, которым предписывало Департаменту имущественных и земельных отношений Ярославской области произвести расходы в сумме 295 000 000 руб. на увеличение уставного капитала АО ЯГК за счет средств, предусмотренных Департаменту Законом Ярославской области от 25.12.2014 № 85-з «Об областном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов». 

Ответчик ФИО6 пояснил, что в силу обстоятельств, не зависящих от АО ЯГК, Ярославской областью в лице Департамента имущественных и земельных отношений было оплачено только 3 600 выпущенных акций на сумму 36 000 000 руб., что подтверждается отчетом об итогах дополнительного выпуска ценных бумаг, зарегистрированным Центральным банком России 13.03.2017.

С учетом изложенного суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что причинами фактического банкротства должника послужила тарифная политика, а также задержка в реализации проекта строительства АО «Тутаевская ПГУ», не связанная с действиями ответчиков. Поскольку контролирующим акционером предпринимались меры по дофинансированию деятельности организации вплоть до декабря 2015 года, а руководством АО ЯГК в период осуществления полномочий предпринимались меры по привлечению инвесторов деятельности организации, датой фактического банкротства АО ЯГК можно признать дату введения процедуры наблюдения (16.04.2016).

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) по делу № А40-252160/2015 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий на значимость рассматриваемых сделок для деятельности должника применительно к его масштабам не ссылался, данное обстоятельство не раскрыл и не доказал.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим и кредитором не представлено доказательств, что совершение заявленных сделок привело к существенному ухудшению финансового положения должника либо его банкротству, повлекло причинение существенного вреда правам кредиторов, невозможность удовлетворения их требований. 

Доказательств невозможности дальнейшего осуществления должником основной хозяйственной деятельности по результатам совершения сделок не представлено, равно как и не доказано, что целью указанных сделок являлось доведение должника до объективного банкротства.

Судебная коллегия обращает внимание, что само по себе совершение сделок в отсутствие доказательств того, что их совершение привело к последующему банкротству должника, повлекло причинение существенного вреда правам кредиторов, не свидетельствует о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Следовательно, отсутствуют основания для привлечения ответчиков ФИО8, ФИО6, члена Совета директоров ФИО9 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, поскольку вменяемые заявителем сделки являлись незначительными относительно масштабов деятельности должника и не повлекли объективного банкротства АО ЯГК.

Принимая во внимание, что причинно-следственная связь между совершением сделок и наступлением банкротства должника материалами дела не подтверждена, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО8, ФИО6, ФИО9 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

В качестве оснований для привлечения Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, Департамента жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области и Департамента регулирования тарифов Ярославской области к субсидиарной ответственности заявителем указано одобрение сделок по приобретению 4 газотурбинных агрегатов, строительство парогазовой теплоэлектростанции и привлечение кредитного финансирования, одобренное контролирующим акционером АО ЯГК.

Однако документального подтверждения одобрения сделки рассматриваемыми ответчиками материалы дела не содержат. Из заявления конкурсного управляющего следует, что одобрение вышеуказанных сделок осуществлялось Советом директоров АО ЯГК и подтверждается следующими доказательствами.

28.11.2011 протоколом № 12 заседания Совета директоров АО ЯГК членами указанного органа единогласно были приняты решения по следующим вопросам:

№ 3 «Об определении цены договора поставки между ООО «Невэнергопром» и АО ЯГК на поставку двух газотурбинных агрегатов типа ГТА-8РМ для реализации проекта строительства ПГУ-ТЭС в г. Ростове Ярославской области».

№ 4 «Об одобрении крупной сделки в виде договора поставки между ООО «Невэнергопром» и АО ЯГК на поставку двух газотурбинных агрегатов типа ГТА-8РМ для реализации инвестиционного проекта строительства ПГУ-ТЭС в г. Ростове Ярославкой области».

№ 5 «Об определении цены договора поставки между ООО «Невэнергопром» и АО ЯГК на поставку двух газотурбинных агрегатов типа ГТА-8РМ для реализации проекта строительства ПГУ-ТЭС в г. Переславль-Залесский Ярославской области».

№ 6 «Об одобрении крупной сделки в виде договора поставки между ООО «Невэнергопром» и АО ЯГК на поставку двух газотурбинных агрегатов типа ГТА-8РМ для реализации инвестиционного проекта строительства ПГУ-ТЭС в г. Переславль-Залесский Ярославской области».

Департамент имущественных и земельных отношений Ярославской области в письменном отзыве от 04.05.2022 указал, что указанные сделки с одобрения акционеров были совершены в соответствии с Комплексной целевой программой «Энергосбережение в Ярославской области» и направлены для успешного развития АО ЯГК и получения в дальнейшем прибыли. В результате оперативного принятия акционерами о продаже газотурбинных агрегатов, закупленных у ООО «НевЭнергоПром», АО ЯГК не только не получило убытков, но и извлекло прибыль в сумме 200 000 рублей.

Вопреки позиции апеллянта то обстоятельство, что на дату продажи имущества АО ЯГК не исполнены обязательства по оплате перед АО «ОДК-Газовые турбины» по договору поставки №984/01-001 от 05.10.2010, не опровергает получение должником прибыли. 

Надлежащих доказательств убыточности заключенных должником сделок, связанных с реализаций проектов повышения энергоэффективности Ярославской области, конкурсным управляющим не представлено, равно как и доказательств того, что сделки совершены на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону. 

Ходатайств о назначении судебной экспертизы от лиц, участвующих в деле, не заявлено ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах невозможно однозначно прийти к выводу, что цепочка сделок в 2010-2011 годах по приобретению 4 газотурбинных агрегатов, строительство парогазовой теплоэнергостанции и привлечение кредитного финансирования, поручительство по которому представлено АО ЯГК, привело к банкротству должника и не было направлено на развитие хозяйственной деятельности и улучшение финансового состояния должника в будущем.

Как правильно отметил суд первой инстанции, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (АО ЯГК) и его аффилированным лицом (АО «Тутаевская ПГУ») объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Финансирование предоставлялось независимым кредитором ГКР «ВЭБ.РФ», а поручитель входил в группу компаний заемщика (и потому тоже должен был получить косвенную выгоду от кредитования).

Поручительство предоставлено должником за свое аффилированное лицо (АО «Тутаевская ПГУ»). Указанные лица обладали общим экономическим интересом, в результате чего при заключении одним из них договора, требующего обеспечения, другое лицо становилось поручителем.

Сами по себе действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных.

Оценив представленные в материалы дела документы и пояснения сторон, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не раскрыто и не доказано, как решения о создании дочерних обществ привели АО ЯГК к банкротству. Выводы суда первой инстанции заявителем не опровергнуты, какие-либо мотивированные возражения в данной части не заявлены. 

Следовательно, отказ в удовлетворении заявления в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, Департамента жилищно-коммунального хозяйства Ярославской области и Департамента регулирования тарифов Ярославской области правомерен.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При рассмотрении позиции конкурсного управляющего о возможности самостоятельной переквалификации судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в заявление о возмещении убытков, суд первой инстанции согласился с доводами ответчиков ФИО8 и ФИО6 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о взыскании убытков в связи с осуществлением ими полномочий руководителей применительно к сделкам, заключенным в период с 2010 по 2015 годы и не оспоренных конкурсным управляющим в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК (то есть, за исключением сделок по выплате премий работникам АО ЯГК), что явилось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании с него убытков в указанной части.

Поскольку в период осуществления полномочий руководителей ФИО8, ФИО6 и ФИО4 лицом, контролирующим АО ЯГК, являлся Департамент имущественных и земельных отношений Ярославской области (владелец 88,79% голосующих акций должника), срок исковой давности по эпизодам одобрения контролирующим акционером сделок должника, заключенным АО ЯГК в период с 2010 по 2014, суд первой инстанции отсчитал с даты введения процедуры внешнего управления и утверждения руководителем должника независимого внешнего управляющего ФИО10, то есть с 13.12.2016. В связи с чем суд пришел к выводу, что срок исковой давности по эпизодам одобрения контролирующим акционером сделок должника, заключенных в период с 2010 по 2014, вменяемых в вину указанному ответчику, не пропущен, поскольку он истекал 13.12.2019, тогда как ходатайство о привлечении за счет бюджета Ярославской области Департаментов заявлено 05.11.2019, то есть в пределах срока исковой давности.

Выводы суда первой инстанции в указанной части не оспорены. Вместе с тем ФИО4 не согласен с выводами суда о соблюдении заявителем трехгодичного срока исковой давности по требованиям о взыскании с него убытков.

Из материалов дела следует, что 16.06.2020 от конкурсного управляющего поступило ходатайство о привлечении к делу в качестве соответчиков в порядке пункта 5 статьи 46 АПК РФ ряда лиц, в том числе, ФИО4 – бывшего генерального директора АО ЯГК.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 10.09.2020 ФИО4 привлечен в качестве соответчика по обособленному спору.

В ходатайстве о привлечении к ответственности ФИО4 от 16.06.2020 конкурсным управляющим не указаны основания и конкретные нормы закона, по которым заявитель привлекает ФИО4 к ответственности, вместе с тем указан общий размер ответственности 4 468 461 857,25 рублей.

16.01.2023 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требований, которое содержит одновременное уточнение оснований требований в отношении ответчика ФИО4, в качестве основания указано совершение действий, повлекших невозможность погашения требований кредиторов, а именно за совершение действий по выплате премий, которые были признаны незаконными судебными актами: определениями Арбитражного суда Ярославской области от 17.12.2019, от 26.12.2019, от 30.12.2020, от 14.12.2019, Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 28.08.2020, конкурсным управляющим указан общий размер причиненных убытков – 684 208,66 руб.

Учитывая, что предмет рассматриваемого требования, предъявленного конкурсным управляющим ФИО4, не изменялся заявителем, а первоначальное ходатайство от 16.06.2020 о привлечении к субсидиарной ответственности содержало основания привлечения к ответственности ко всем заявленным ответчикам – одобрение и заключение сделок контролирующими должника лицами, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что рассматриваемое требование о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности подано заявителем 16.06.2020.

Апелляционная коллегия обращает внимание, что основанием для признания сделок должника по выплатам премий недействительными явились положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, именно на данную статью ссылался конкурсный управляющий в своих заявлениях о признании указанных сделок недействительными.

Сделки, основания для признания которых недействительными предусмотрены в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми.

Оспоримые сделки в соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть признаны недействительными только в силу признания их таковыми судом.

До момента признания судом оспоримых сделок недействительными физические и юридические лица, а также суд обязаны исходить из их действительности.

Поскольку сделки по выплате премий признаны в установленном порядке недействительными по заявлению конкурсного управляющего по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, определениями Арбитражного суда Ярославской области от 17.12.2019, от 26.12.2019, от 30.12.2020, от 14.12.2019, постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 28.08.2020 по делу № А82-13911/2015, суд первой инстанции верно отметил, что именно с момента вступления в законную силу названных судебных актов надлежит исчислять срок исковой давности для обращения с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности. Именно судебными актами установлен факт противоправности сделки и причинении вреда имущественным интересам кредиторов АО ЯГК.

С заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 16.06.2020, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности с момента, когда достоверно стали известны основания для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности, изложенные в судебных актах.

Довод ФИО4 о том, что на дату вступления в законную силу вышеназванных судебных актов уже было подано заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности не имеет правового значения, поскольку определяющее значение имеет факт пропуска срока исковой давности, который в настоящем случае не подтвержден. 

Кроме того, конкурсным управляющим подано заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а не к убыткам. Вынося определение, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости переквалифицировать требование о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о взыскании убытков, на дату переквалификации требований с учетом дат подачи заявлений сроки исковой давности по требованиям о взыскании убытков не пропущены.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Суд первой инстанции обратил внимание на отсутствие доказательств убыточности сделок АО ЯГК по зачету встречных однородных требований, заключенных должником в пределах одного месяца либо после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) АО ЯГК (сделки с ПАО «РОМЗ», с ООО «Нефтересурс», с ООО «Газпром межрегионгаз Ярославль»).

Заявитель также надлежащими доказательствами не опроверг отсутствие встречной задолженности, погашенной путем зачетов с ПАО «РОМЗ», ООО «Газпром межрегионгаз Ярославль» и ООО «Нефтересурс». Как справедливо отметил суд первой инстанции, в случае неосуществления данных сделок должник претерпевал те же правовые последствия, названная задолженность также подлежала бы включению в реестр требований кредиторов АО ЯГК.

Размер задолженности по платежам в пользу ООО «Нефтересурс», ООО «Газпром межрегионгаз Ярославль» и ПАО «РОМЗ» не может рассматриваться как существенный в рамках масштабов деятельности должника, встречные обязательства должника перед указанными лицами также были восстановлены.

Доказательств причинения убытков погашением текущей задолженности в ходе внешнего управления материалы дела также не содержат.

Кроме того, определением Арбитражного суда Ярославской области по делу А82-13911/2015 Б/159 (резолютивная часть 03.08.2022) отказано в полном объеме в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по уменьшению 100%-ой доли участия акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» в уставном капитале акционерного общества «Малая комплексная энергетика» номинальной стоимостью 158 000 000 руб. путем увеличения уставного капитала и введения в состав участников (акционеров) Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области, оформленного решением № 1/18 от 28.05.2018 единственного участника акционерного общества «Малая комплексная энергетика», договором мены имущества на ценные бумаги от 24.10.2018 г.».

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения заявления о взыскании убытков с ФИО6, ФИО4, ФИО9, а также ФИО10 и Департаментов по указанным конкурсным управляющим основаниям (заключение и одобрение сделок АО ЯГК, заключенных в период после 07.09.2015).

Однако суд нашел обоснованным заявление конкурсного управляющего в части взыскания с ФИО8, ФИО6, ФИО4 убытков, причиненных в связи с вынесением приказов о премировании и фактической выплатой работникам должника премий в период наличия признаков неплатежеспособности должника.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены сведения об остатках задолженности по исполнительным производствам, возбужденным на основании исполнительных листов, выданных арбитражным судом на принудительное исполнение судебных актов о признании сделок недействительными.

Суд первой инстанции учел частичное погашение задолженности ответчиками в исполнительном производстве, возбужденном на основании судебных актов об оспаривании сделок. Доказательств, подтверждающих иную сумму погашения, в материалы дела не представлено. 

Вместе с тем, по мнению ФИО6, удовлетворение судом требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО6 убытков в размере сумм, которые на день принятия обжалуемого судебного акта не были получены Обществом от должников по уже возбужденным исполнительным производствам, приводит к тому, что Общество получит в результате этого неосновательное обогащение в размере двойной суммы убытков.

Ответственность за причинение вреда (деликтные обязательства) и применение последствий по недействительной сделке в виде взыскания денежных средств (реституционное требование), несмотря на совпадение ответчиков по данным обязательствам, имеют разную правовую природу, что, в свою очередь, делает возможным предъявление конкурсным управляющим должника требований по каждому из оснований.

Согласно пункту 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Поскольку права АО ЯГК не восстановлены по результатам исполнительных мероприятий по возврату денежных средств по оспоренным сделкам, возникшие в связи с действиями ФИО6 убытки на стороне АО ЯГК сохраняются. 

При этом суд первой инстанции при определении суммы убытков, подлежащей взысканию с ответчиков, учел суммы, поступившие в порядке исполнения судебных актов на момент принятия оспариваемого определения, доказательств обратного не представлено. 

Кроме того, ответчики также не лишены возможности на стадии исполнения судебного акта ссылаться на уменьшение размера задолженности.

По результатам рассмотрения апелляционных жалоб судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку (с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, в соответствии со статьей 71 АПК РФ) и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

Несогласие заявителей жалоб с выводами суда первой инстанции, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При таких обстоятельствах определение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене (изменению) не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.03.2024 по делу № А82-13911/2015 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО6, конкурсного управляющего акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» ФИО2, ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Е.Н. Хорошева

А.С. Калинина

ФИО1