АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-555/2018

город Кемерово

16 октября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2018 года

Полный тест решения изготовлен 16 октября 2018 года  

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Беляевой Л.В.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению компании  с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед»,  Республика Кипр (the company «Wildomar Trading Limited»)

к обществу с ограниченной ответственностью «Юргинский», п. Юргинский, Юргинский район,  Кемеровская область, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>

о взыскании 344314011 руб. 10 коп.

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Юргинский», п. Юргинский, Юргинский район, Кемеровская область, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>

к компании  с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед»,  Республика Кипр (the company «Wildomar Trading Limited»)

о признании договоров займа недействительными  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральная служба по финансовому мониторингу, город Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии:

представителя Компании ФИО2, доверенность от 06.12.2017, удостоверение;

представителей ООО «Юргинский» ФИО3, доверенность от 22.02.2017, удостоверение; ФИО4, доверенность от 29.06.2018;

у с т а н о в и л:

компания  с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед»,  Республика Кипр (далее – Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Юргинский», п. Юргинский (далее – ООО «Юргинский», ответчик) о  взыскании: основного долга по контракту № WU-1-L от 16.11.2007  в  сумме 47697300 руб.; процентов за пользование займом по контракту № WU-1-L от 16.11.2007   за период  с 17.11.2007 по 15.12.2017 в сумме 25690133 руб. 29 коп.;   неустойки  по контракту № WU-1-L от 16.11.2007  за период 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 25756542 руб.;

      основного долга по контракту  № WU-2-L от 03.03.2008  в  сумме 115889900 руб.; процентов за пользование займом по контракту  № WU-2-L от 03.03.2008    за период  с 04.03.2008 по 15.12.2017 в сумме 41132627 руб. 44 коп.;   неустойки  по контракту № WU-2-L от 03.03.2008 за период 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 62580546 руб.;

      основного долга по контракту № WU-3-LR от 20.10.2008  в  сумме 13630000 руб.; процентов за пользование займом по контракту  № WU-3-LR от 20.10.2008   за период  с 21.10.2008 по 15.12.2017 в сумме   4576762 руб. 35 коп.;   неустойки  по контракту № WU-3-LR от 20.10.2008  за период 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 7360200 руб.;

12.07.2018 ООО «Юргинский» подало встречное исковое заявление о признании недействительными контрактов о предоставлении займов № WU-1-L от 16.11.2007, № WU-2-L от 03.03.2008, № WU-3-LR от 20.10.2008 как ничтожных (притворных) сделок. Требования основаны на положениях статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.     

Определением от 17.07.2018 встречное исковое заявление принято к совместному рассмотрению с первоначальным иском. 

Рассмотрение дела неоднократно откладывалось, определением от 18.09.2018 судебное заседание назначено на 09.10.2018.

От третьего лица поступило ходатайство о рассмотрении дела в настоящем заседании в отсутствие его представителя, которое на основании пункта 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом удовлетворено. 

Представитель Компании поддержал первоначальные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ООО «Юргинский» настаивал на удовлетворении встречных исковых требований. 

Представитель Компании заявил о пропуске срока исковой давности; указал на то, что предоставление учредителем финансовой помощи на возвратной основе является прямо предусмотренной законом мерой, реализация которой не может быть признана незаконной. Заёмщик злоупотребляет своим правом  в рамках подачи встречного иска.  

Более подробно позиции сторон изложены в письменных пояснениях, объяснениях, отзывах.  

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, рассмотрев материалы дела, исследовав письменные доказательства, суд установил следующее.

Согласно представленному в материалы дела свидетельству Министерства энергетики, торговли, промышленности и туризма Департамента регистрации и ликвидации компаний, Республики Кипр, Никосия, от 11.12.2017 (НЕ 151159), «Вилдомар Трейдинг Лимитед» зарегистрирована 10.08.2004 и до настоящего момента включена в реестр компаний (апостиль от 14.12.2017). Указанные документы представлены в установленном порядке, с надлежащим заверением. Согласно сертификату об инкорпорации Компания «Вилдомар Трейдинг Лимитед» учреждена в качестве общества с ограниченной ответственностью. 

Как следует из материалов дела, Компанией с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед» (займодавец) и ООО «Юргинский» (заемщик) заключены контракты о предоставлении займов от 16.11.2007 № WU-1-L, от 03.03.2008 № WU-2-L, от 20.10.2008 № WU-3-LR. 

По условиям контракта от 16.11.2007 № WU-1-L займодавец обязался передать заемщику заемные средства в размере 5 300 000 долларов США со сроком возврата не позднее 37 месяцев со дня поступления средств на расчетный счет заемщика.

Дополнительным соглашением от 30.09.2008 № 1 стороны согласовали договорной курс доллара США при возврате полученного займа в твердой сумме – 23 рубля 45 копеек за доллар США. 

Дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 2 срок возврата всех заемных средств изменен на конкретную дату – 31.12.2014. 

Денежные средства по указанному контракту предоставлены в размере 5 110 000 руб. 

Далее денежные обязательства заемщика частично прекращены: 

-по договору уступки прав (цессии) от 16.11.2009 № WTU-09 займодавец уступил часть задолженности в сумме 850 000 долларов США другому лицу – компании «Тулса Интернешнл Инк.»;

-по договору уступки прав (цессии) от 31.05.2010 № WTU-10 займодавец уступил часть названной задолженности в сумме 2 226 000 долларов США другому лицу -  компании «Тулса Интернешнл Инк.»;

Таким образом, после заключения указанных договоров уступки прав задолженность заемщика по контракту от 16.11.2007 № WU-1-L составляет 2 034 000 долларов США, что по договорному курсу составляет 47 697 300 руб.  

По условиям коyтракта от 03.03.2018 № WU-2-L займодавец обязался передать заемщику заемные средства в размере 5 000 000 долларов США со сроком возврата не позднее 37 месяцев со дня поступления средств на расчетный счет заемщика.

Дополнительным соглашением от 30.09.2008 № 1 стороны согласовали договорной курс доллара США при возврате полученного займа в твердой сумме – 23 рубля 45 копеек за доллар США. 

Дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 2 срок возврата заемных средств изменен на 31.12.2014. 

Денежные средства по указанному контракту предоставлены в размере 4 942 000 долларов США, что по договорному курсу соответствует сумме 115 889 900 руб., и до настоящего момента заемщиком не возвращены. 

По условиям контракта от 20.10.2008 № WU-3-LR займодавец обязался передать заемщику заемные средства в размере до 100 000 000 руб. со сроком возврата не позднее 37 месяцев со дня поступления средств на расчетный счет заемщика.

Дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 1 срок возврата всех заемных средств изменен на конкретную дату – 31.12.2014. 

По указанному контракту денежные средства предоставлены в размере 13 630 000 руб., до настоящего времени сумма займа не возвращена истцу.   

В связи с неисполнением заемщиком обязательств 15.12.2017 Компания с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед» направило ООО «Юргинский» претензию о возврате сумм займов, процентов по контракту, уплате пени, в общей сумме 344 314 011 руб. 10 коп.   

Претензия оставлена без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения Компании с настоящим иском. 

В свою очередь, ООО «Юргинский» предъявило встречный иск к Компании о признании недействительными (ничтожными) контрактов о предоставлении займов от 16.11.2007 № WU-1-L, от 03.03.2008 № WU-2-L, от 20.10.2008 № WU-3-LR.

В соответствии с положениями Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», арбитражные суды рассматривают дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности (далее - дела по экономическим спорам) с участием иностранных организаций, международных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, иностранных государств (далее - иностранные лица) либо возникающие из отношений, осложненных иным иностранным элементом, в пределах полномочий, установленных главой 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ, Кодекс).

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о судопроизводстве в арбитражных судах Российской Федерации, применяются правила международного договора (часть 3 статьи 3 АПК РФ, часть 4 статьи 13 АПК РФ).

Применяя правила судопроизводства, установленные нормами международных договоров, арбитражный суд определяет действие этих правил во времени и пространстве в соответствии с разделом 2 Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года.

Пунктом 11 контрактов предусмотрено, что возникающие по настоящему контракту споры разрешаются в порядке, предусмотренном действующем законодательством РФ.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

На основании пункта 1 статьи  807 ГК РФ (в редакции на дату спорных правоотношений) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

Согласно статье 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В силу статьи 65  АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В предмет доказывания входят следующие обстоятельства: заключение договора займа, получение заемщиком денежных средств, наступление срока возвращения займа, наличие задолженности заемщика и ее размер.

Распределение бремени доказывания в споре о взыскании денежных средств должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. В случае если требование основано на договоре, истцом должно быть доказано наличие основания возникновения договорного обязательства ответчика. Исходя из объективной невозможности доказывания факта неисполнения обязательства, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (надлежащего исполнение обязательства) на ответчика.

Факт выдачи истцом заемщику займа подтвержден платежными поручениями, представленными в материалы дела (т.2 л.д. 69-70, 72-104).

В ходе судебного разбирательства ООО «Юргинский» не оспаривало факт получения денежных средств в вышеуказанных суммах (п.3.1 ст.70 АПК РФ).  

Учитывая наличие доказательств передачи заемщику заемных средств, с учетом положений пункта 2 статьи 808 ГК РФ, арбитражный суд приходит к выводу о доказанности наличия между сторонами заемного обязательства.

В обоснование заявленных требований истец представил в материалы дела – копию дополнительного соглашения от 18.10.2010 № 2 к контракту от 16.11.2007 № WU-1-L, копию дополнительного соглашения от 18.10.2010 № 2 к контракту от 03.03.2008 № WU-2-L, копию дополнительного соглашения от 18.10.2010 № 1 к контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR, в соответствии с которыми срок контрактов был продлен до 31.12.2014. 

В ходе судебного разбирательства ООО «Юргинский» заявило о фальсификации  указанных доказательств, ходатайствовало о назначении технико-криминалистической экспертизы. 

В обоснование своего заявления (с учетом уточнений заявления) ООО «Юргинский» указывало на то, что подписи от имени директора Компании с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед» ФИО5 на указанных дополнительных соглашениях выполнены с помощью технических средств, электрографическим способом, печати выполнены не рельефным клише, что подтверждается заключениями специалиста № 5-3-17-1/18 от 07.03.2018, № 15-3-17-1/18 от 19.03.2018, ссылался на то, что подписи директора Компании идентичны во всех дополнительных соглашениях, копии соглашений сняты с другой копии и взаиморасположение подписи от имени директора истца по первоначальному иску и печати компании идентичны на всех дополнительных соглашениях, указал на то, что при оспаривании лицом подлинности определенного документа, надлежащим доказательством может являться только его оригинал. Дополнительные соглашения были подделаны до их получения ООО «Юргинский», а ответчик проставил свои подписи уже на сфальсифицированных документах, дополнительные соглашения не подписывались займодавцем.

Согласно пункту 1 статьи 161  АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания (часть 2 статьи 161 АПК РФ). 

Заявление о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ судом было принято к рассмотрению, разъяснены последствия предъявления заявления о фальсификации. От исключения из числа доказательств по делу указанных документов  представитель   истца по первоначальному иску отказался.

Отсутствие воли одной из сторон на заключение договора не является основанием для признания такой сделки недействительной. Такая сделка может быть признана незаключенной либо заключенной в зависимости от последующих действий,  поименованных в сделке сторон (пункт 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации), что отражено в  Определении Верховного Суда РФ от 12.12.2017 № 5-КГ17-210.

Дополнительное соглашение от 18.10.2010 № 2 к контракту от 16.11.2007 № WU-1-L, дополнительное соглашение от 18.10.2010 № 2 к контракту от 03.03.2008 № WU-2-L, дополнительное соглашение от 18.10.2010 № 1 к контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR, подписанные с обеих сторон оригинальными печатями, с проставлением оригиналов подписи, суду не представлены. В рамках проверки заявления о фальсификации доказательства судом установлено, что указанные дополнительные соглашения подписывались путем обмена документами.

В материалы дела ООО «Юргинский» вышеуказанные документы предоставило в виде копии, заверенной заместителем генерального директора ООО «Юргинский» ФИО6 (полномочия подтверждены должностной инструкцией). 

При этом, использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон (пункт 2 статьи 160 ГК РФ). 

Действующим законодательством Российской Федерации не воспрещено заключить сделку путем обмена по электронной почте подписанными и сканированными версиями договоров, при которых подпись на указанных документах будет воспроизведена посредством копирования. Такой способ соответствует письменной форме сделки.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзацах 6, 7 информационного письма Президиума от 25.02.2014 № 165, при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10  ГК РФ. Также суд обращает внимание на совместные действия по исполнению договора.

Сам по себе факт проставления в дополнительных соглашениях подписей и печатей в рамках использования технических средств, что как раз используется при обмене юридическими лицами документами путем использования электронного документооборота, не свидетельствует о фальсификации данных документов со стороны истца и отсутствии выражения Компаний своей воли.

Утверждения о том, что Компания «Вилдомар Трейдинг Лимитед» волю на заключения спорных дополнительных соглашений не выражало, не подписывало дополнительные соглашения, ответчиком ничем не подтверждены. Судебная практика, на которую ссылается ответчик в своих пояснениях, касается оценки иных сложившихся фактических обстоятельств, при этом, сам истец свою волю на подписание спорных документов не оспаривает, подтверждает ее.

 Истец по первоначальному иску  в своих пояснениях, в показаниях в судебном заседании подтверждал, что данные документы действительно исходят от Компании «Вилдомар Трейдинг Лимитед», истец выражал и выражает свою волю на согласование условий дополнительных соглашений. 

Что касается доводов ответчика по первоначальному иску о монтаже (копировании) изображений в документах, данные доводы достоверными доказательствами не подтверждены. Представленные ответчиком по первоначальному иску заключения специалистов не является объективным доказательством, эксперты не предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Отсутствие представления со стороны  ответчика в обоснование заявленного ходатайства иных доказательств, позволяет суду признать необоснованным заявление о фальсификации доказательств, исключении из числа доказательств указанных документов,  и отказе в удовлетворении данного заявления. 

С учетом изложенного, также отклоняется и довод ответчика о том, что срок исковой давности по взысканию денежных средств пропущен.

В соответствии со статьями 196, 200 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 2 к контракту от 16.11.2007 № WU-1-L, дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 2 к контракту от 03.03.2008 № WU-2-L, дополнительным соглашением от 18.10.2010 № 1 к контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR срок возврата займов продлен до 31.12.2014,  первоначальный иск был подан 17.01.2018 (нарочно), соответственно, срок исковой давности истцом по первоначальному иску не пропущен (с учетом приостановления его течения на период досудебного урегулирования спора).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. 

Контрактами о предоставлении займов от 16.11.2007 № WU-1-L, от 03.03.2008 № WU-2-L, от 20.10.2008 № WU-3-LR предусмотрена уплата процентов в размере 5 % годовых. 

Согласно акту сверки взаимных расчетов по состоянию на 25.04.2017, расчетам в исковом заявлении проценты за пользование займом составляют

-по контракту от 16.11.2007 № WU-1-L – 25 690 133 руб. 29 коп.;

-по контракту от 03.03.2008 № WU-2-L – 41 132 627 руб. 44 коп.;

-по контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR – 4 576 762 руб. 35 коп.

В соответствии со статьей 330 Гражданского Кодекса Российской Федерации договором либо законом может быть предусмотрена денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Пунктом 9 контрактов предусмотрено, что в случае задержки возврата денежных средств заемщик выплачивает займодавцу штраф в размере 0,05% от основной суммы задержанных денежных средств без учета кредитных процентов за каждый календарный день задержки. 

По расчету истца пени за период с 01.01.2015 по 15.12.2017 составляют  

-по контракту от 16.11.2007 № WU-1-L – 25 756 542 руб.;

-по контракту от 03.03.2008 № WU-2-L – 62 580 546 руб.;

-по контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR – 7 360 200 руб.

Расчет неустойки судом проверен, признан арифметически верным, соответствующим фактическим обстоятельства дела и действующему законодательству. 

Поскольку в ходе судебного разбирательства ответчиком не заявлялось ходатайство о снижении пени с соответствующим обоснованием, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», суд не находит оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При указанных обстоятельствах первоначальные исковых требования Компания подлежат удовлетворению в полном объеме.

В обоснование встречного иска истец указал на то, что контракты о предоставлении займов от 16.11.2007 № WU-1-L, от 03.03.2008 № WU-2-L, от 20.10.2008 № WU-3-LR являются ничтожными (притворными) сделками, прикрывающим корпоративное финансирование подконтрольной компании (путем увеличения уставного капитала). На корпоративный характер финансирования должника указывает льготные (нерыночные) условия займов (низкая процентная ставка, большой срок возврата, обязанность по выплате процентов одновременно с суммой займа, отсутствует обеспечение обязательств заемщика, займодавец длительное время не предпринимал мер к возврату заемных средств.). Предоставление средств с целью пополнения оборотных средств указывает на корпоративный (невозвратный) характер  финансирования. Акционер фактически финансировал подконтрольную ему и аффилированную с ним компанию. Такое корпоративное финансирование имеет признаки вкладов в имущество общества и носит безвозмездный характер. Поскольку у истца по встречному иску отсутствует чистая прибыль, вложения иностранной компании в качестве корпоративного финансирования возвращены не могут быть. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ (в редакции на дату спорных правоотношений) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Исходя из положений статьи 168 ГК РФ (в редакции на дату возникновения спорных правоотношений) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из разъяснений в пункте 87 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения нормы статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали ее с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из ее сторон.

В связи с притворностью может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки - пункт 2 статьи  170 ГК РФ.

Истец, указывая на наличие оснований для признания сделки ничтожной по основанию притворности, должен представить доказательства направленности воли обеих сторон на совершение именно прикрываемой сделки.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 16.11.2007 единственным участником ООО «Юргинский» являлся ОАО «Юргинский гормолзавод».

Согласно списку зарегистрированных лиц ОАО «Юргинский гормолзавод» по состоянию на 16.11.2007 Компании «Вилдомар Трейдинг Лимитед» как акционеру ОАО «Юргинский гормолзавод» принадлежало 2 354 акции.

При этом сама по себе выдача займа аффилированному лицу не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы и  действующее законодательство не предусматривает запрет коммерческой деятельности между аффилированными лицами. 

Судом проанализирована судебная практика, указанная истцом  в обоснование встречного иска.

В Определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5) по делу № А40-140479/2014 отражена следующая позиция, что пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ООО «Юргинский» не раскрыло цели получения заемных средств, не представило доказательств, свидетельствующих о необходимости привлечения инвестиций в бизнес.

Суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного. Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556.

Между тем, приведенная истцом судебная практика касается оснований для отказа во включении корпоративных требований в реестр требований кредиторов должника в рамках дел о банкротстве. Все условия, указанные истцом в обоснование своих доводов, а именно: низкая процентная ставка, большой срок возврата, обязанность по выплате процентов одновременно с суммой займа, отсутствие обеспечения обязательств заемщика, не свидетельствует об инвестировании средств и предоставлении их на безвозвратной основе.  Акционер, предоставивший обществу заемные средства, в рамках существующих отношений гражданского-правового характера, не утрачивает право на возврат данных денежных средств. 

Акты сверки взаимных расчетов от 25.04.2017, 30.08.2018, подписанные со стороны ООО «Юргинский», свидетельствуют о том, что ответчик учитывал данные обязательства как заемные, на возвратной основе, начислял проценты за пользование заемными средствами. 

Доводы истца по встречному иску о том, что Компания с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед» в рамках исполнения заключенных соглашений о социально-экономическом партнерстве на 2007, 2008 годы осуществило инвестиции в развитие сельского хозяйства Кемеровской области,  путем предоставления дочерним сельскохозяйственным предприятиям, носят предположительный характер. Представленные в материалы дела соглашения, заключенные Администрацией Кемеровской области, подписаны с иными лицами, довод о заключении спорных контрактов в рамках реализации соглашений ничем не подтвержден. 

Также не подтвержден довод истца об осуществлении Компанией с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед»  в рамках спорных правоотношений своей деятельности как составной части единого холдинга контролируемых одним лицом. Судебные акты Окружного суда Никосии свидетельствуют о наличии спора в окружном суде Никосии, относимость которого к рассматриваемых правоотношений ничем не подтверждена.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского Кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Передача Компанией денежных средств заемщику началась по контракту о предоставлении займов от 16.11.2007 № WU-1-L – 19.12.2007, по контракту от 03.03.2008 № WU-2-L – 14.03.2008, по контракту от 20.10.2008 № WU-3-LR – 27.10.2008, и именно с этого момента следует исчислять начало течения срока исковой давности.   

Соответственно, на момент предъявления встречного искового заявления 12.07.2018 срок исковой давности для признания контрактов недействительными сделками истек.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения встречного иска. 

 В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному и встречному искам относятся на ООО «Юргинский». 

Руководствуясь статьями 110, 132, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Первоначальные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Юргинский» в пользу компании  с ограниченной ответственностью «Вилдомар Трейдинг Лимитед» 

- по контракту № WU-1-L от 16.11.2007 основной долг в  сумме 47 697 300 руб.; проценты за пользование займом за период с 17.11.2007 по 15.12.2017 в сумме 25 690 133 руб. 29 коп.; неустойку за период с 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 25 756 542 руб.;

- по контракту № WU-2-L от 03.03.2008 основной долг в  сумме 115 889 900 руб.; проценты за пользование займом за период с 04.03.2008 по 15.12.2017 в сумме 41 132 627 руб. 44 коп.; неустойку за период с 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 62580546 руб.;

-по контракту № WU-3-LR от 20.10.2008 основной долг в  сумме 13 630 000 руб.; проценты за пользование займом за период  с 21.10.2008 по 15.12.2017 в сумме 4 576 762 руб. 35 коп.; неустойку за период с 01.01.2015 по 15.12.2017 в сумме 7360200 руб.;

-расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. 

В удовлетворении встречных исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Судья                                                                                                     Л.В. Беляева