Дело № А43-25940/2019

город Владимир

1 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 1 февраля 2023 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Кузьминой С.Г., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 (ИНН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.11.2021 по делу № А43-25940/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Домострой НН» (ОГРН 

<

***>,                 ИНН 

<

***>) ФИО3 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков в размере 70 790 055 руб. 17 коп.,

при участии:

от ФИО2 – ФИО4 по доверенности                   от 03.08.2020 серия 52 АА № 4683821 сроком действия пять лет;

от общества с ограниченной ответственностью «ТК Вилона» – ФИО5 по доверенности от 01.01.2023 сроком действия до 31.12.2023,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Домострой НН» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО6 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением взыскании                   с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков в размере 70 790 055 руб. 17 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Промкластер-Регион» (далее – ООО «Промкластер-Регион»), УФССП России по Нижегородской в лице РОСП Московского района                              города Нижнего Новгорода.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 01.11.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворил; признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам Общества; приостановил рассмотрение вопроса об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с конкурсными кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на наличие в материалах дела достаточного количества доказательств, в том числе показания допрошенных сотрудников общества с ограниченной ответственностью ТК «Вилона» (далее – ООО «ТК «Вилона») и ООО «ПромКластерРегион», протоколом осмотра места происшествия, накладные на перемещение имущества, нахождения спорного имущества должника на территории цеха 888 индустриального парка Ока-Полимер. Отмечает, что указанное имущество было перемещено на территорию 888 индустриального парка Ока-Полимерв целях последующей установке и реализации в составе бумагоделательной машины в помещении цеха 888, который находился в пользовании ООО «ДПК». При этом до запрета ФИО2 и некоторым сотрудникам должника доступа на указанную территорию сохранность спорного имущества контролировалась ФИО2 и его сотрудниками, в связи с чем отсутствует вина ответчика в утрате спорного имущества.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе ФИО2 и письменных пояснениях к ней.

ООО «ТК Вилона» в отзыве и дополнениях к нему письменно, а также его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Считает, что в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно установил основания для привлечения ответчика именно к субсидиарной ответственности.

ООО «Элфокс» в отзыве указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просило оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) в отзыве просил отменить определение суда и взыскать со ФИО2 убытки в размере 70 790 055 руб. 17 коп.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО7 и ФИО2 заявили ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобы до окончания рассмотрения заявления конкурсного управляющего в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2 в рамках дела № А43-25940/2019. 

Рассмотрев заявленные ходатайства суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

По смыслу названной нормы права арбитражный суд обязан приостановить производство по делу при наличии в совокупности двух условий: если в производстве соответствующего суда находится дело, связанное с тем, которое рассматривает арбитражный суд, и если это дело имеет существенное значение для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по отношению к лицам, участвующим в настоящем деле.

В рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает условий, необходимых для приостановления производства по настоящей апелляционной жалобе, поскольку установление размера субсидиарной ответственности ФИО2, не имеет юридического значения для выяснения обстоятельств, устанавливаемых арбитражным судом по настоящему обособленному спору. Заявленные ходатайства не согласуются с положениями статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле (за исключением представителей ФИО2  и ООО ТК «Вилона»), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и установил суд первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 04.08.2021 по делу              № А43-25940/2019 Общество признано несостоятельным (банкротом); конкурсным управляющим утвержден ФИО6 Определением от 30.08.2021 конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО3 Определением от 15.04.2022 конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО7  

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о взыскании со ФИО2 70 790 055 руб. 17 коп. убытков.

Арбитражный суд Нижегородской области, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и в связи с невозможностью установления размера субсидиарной ответственности ввиду неполного проведения расчетов с кредиторами и формирования конкурсной массы, приостановил рассмотрение вопроса об определении размера субсидиарной ответственности.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной  жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

По смыслу положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002                         № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) контролирующее должника лицо может быть привлечено как к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так и к ответственности в виде возмещения причиненных им убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – 

Постановление

 № 62).

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российского Федерального) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления № 53).

 Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы он сослался, суд применительно к статьям 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). 

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера причиненных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

При этом суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Понятие «объективное банкротство» введено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу                            № А50-5458/2015, в котором объективное банкротство определялось как момент, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов утратил способность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме. 

Согласно пункту 4 Постановления № 53 объективное банкротство - момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Таким образом, для определения указанного момента необходимо установить, когда совокупный размер обязательств должника превысил размер реальной стоимости его активов (пункт 4 Постановления № 53).

Кроме того, обстоятельства, подтверждающие объективное банкротство подконтрольного лица, могут быть установлены и по косвенным признакам – например, прекращение платежей по обязательствам и тому подобное (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховным Судом Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6) по делу                             № А40-208525/2015).

Вступившим в законную силу постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2022 по настоящему делу, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.08.2022, имеющими преюдициальное значение для настоящего спора в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено наличие у Общества признаков объективного банкротства по состоянию на август 2017 года.

Из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности по состоянию на 2018 год размер активов Общества составил 78 452 тыс. руб., на 31.10.2019 – 75 409 тыс. руб.

ФИО2 в процедуре банкротства, возбужденной в отношении должника определением от 25.06.2019, представлен список принадлежащего Обществу имущества, в том числе оборудование к установке на общую сумму 917 500 руб., незавершенное строительство на общую сумму 499 000 руб., материалы на общую сумму 539 550 руб. 31 коп., затраты в незавершенном производстве на общую сумму 9 409 288 руб. 82 коп., готовая продукция на общую сумму 56 570 703 руб. 70 коп., товары на общую сумму  4 270 034 руб. 17 коп. (том 1, листы дела 27-36).

В ходе проведенной конкурсным управляющим инвентаризации имущества должника, выявлен актив – кантователь кабины стоимостью 1 416 021 руб.  83 коп., дебиторская задолженность на сумму 2 033 139 руб. Иного имущества обнаружено не было. До настоящего времени указанное имущество не передано бывшим руководителем должника ФИО2 конкурсному управляющему, несмотря на имеющийся судебный акт от 23.10.2020. 

Исходя из пояснений  ФИО2 в процессе рассмотрения срока, в том числе в суде апелляционной инстанции гофраагрегат, стоимость которого определена в размере 3 782 198 руб. 14 коп. изъята по акту судебным  приставом- исполнителем и передан на ответственное хранение.  Управляющему также передано шпательное ситу стоимостью 1 041 995 руб. 07 коп. А также обнаружен шнековый фильтр – пресс (фан-сепаратор) стоимостью 3 159 661 руб. 02 коп.

Возражая против требований конкурсного управляющего, ФИО2 ссылается на невозможность передачи оставшегося спорного имущества конкурсному управляющему, поскольку оно было перевезено на территорию цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер» в городе Дзержинске Нижегородской области, в целях совместного ведения бизнеса группой компаний по бумагоделательному производству. 

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств нахождения спорного имущества на территории цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер».

Представленные в материалы дела накладные на отпуск материалов, не являются достоверными доказательствами перемещения спорного имущества на территорию цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер» в городе Дзержинске Нижегородской области.

Так, в большинстве накладных получателем и отправителем значится Общество. 

Со стороны получателя большинство накладных подписано Кучерявой Н.А., в отсутствие доказательств  наличия у нее трудовых отношений с должником или  ООО «ДПК». Напротив, согласно пояснениям, данным Кучерявой Н.А. в суде первой инстанции, последняя в спорный период была трудоустроена в                         ООО «Империя Света», формально к данным организациям отношения не имела, согласование и подписание накладных было в начале 2019 года с согласия директора ООО «ДПК» ФИО8 и обусловлено хорошими отношениями сторон, все указанные документы были подписаны одномоментно без проставления даты и без фактического приема груза, просто так, доверенность на его получение не выписывалась, какое-либо имущество Общества для проверки на склад она не приходовала.

Кроме того в спорных товарных накладных в графе «основание» указано: «договор подряда между ООО «Империи света» и ООО «Домострой НН» от 15.07.2017». Однако наличие между ООО «Импери света» и Обществом каких-либо правоотношений, в том числе по договору подряда от 15.07.2017, документально не подтверждено. 

Вместе с тем, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 25.05.2021 по делу № А40-204156/20-143-1444 установлено, что Общество никогда не являлось и не является контрагентом                                     ООО «Промкластер-Регион» (правопреемник ООО «Империя Света»), и не подтверждает наличие спора в отношении указанного имущества.

При этом ни одна накладная не содержит оттиска печати получателя товара.

Протокол осмотра места происшествия, на который ссылается                                 ФИО2,  также не может достоверно подтверждать наличие на территории цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер» именно спорного имущества.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации надлежащих и бесспорных доказательств перемещения спорного имущества на территорию цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер» в городе Дзержинске Нижегородской области не представлено.

Более того, ФИО2, являясь руководителем должника, несет ответственность за сохранность принадлежащего подконтрольной ему организации имущества. При этом, даже если учитывать позицию относительно перемещения спорного имущества на территорию цеха 888 индустриального парка «Ока-Полимер», ФИО9, как руководитель, должен просчитать возможные риски такого перемещения, а также обеспечить сохранность имущество и возможность его возврата в целях реализации в составе конкурсной массы должника.

Однако, доказательств того, что ФИО2 принял все зависящие от него меры по обеспечению сохранности спорного имущества должника не представлено.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие достоверных, относимых и допустимых доказательств передачи имущества, равно как доказательств в подтверждение фактического отсутствия по причинам, не зависящим от ответчика (утраты, реализации, продажи, поломки), конкурсной массе причинен ущерб в размере стоимости не переданного конкурсному управляющему имущества.

В указанной части выводы суда первой инстанции признаются обоснованными.

Между тем, суд апелляционной инстанции учитывает,  что в рассматриваемом случае совершение вменяемых ФИО2 действий не могли привести к объективному банкротству Общества, поскольку на момент их фактического совершения последнее уже отвечало признакам неплатежеспособности, однако не позволило пополнить конкурсную массу, в связи с чем контролирующий должника в спорный период ФИО2 может быть привлечен к ответственности лишь в виде возмещения убытков.

Конкурсным управляющим размер убытков определен в размере                        70 790 055 руб. 17 коп., исходя из стоимости принадлежащего должнику, но не переданного конкурсному управляющему имущества.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, позволяющие установить иную стоимость имущества, не переданного руководителем в конкурсную массу. При этом следует учитывать, что данную стоимость указал сам ФИО2

По смыслу пункта 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 данного Федерального закона, не препятствует предъявлению к такому лицу требования о возмещении причиненных должнику убытков в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов).

Согласно абзацу второму пункта 6 Постановления № 62 размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

По смыслу части статьи 4, статья 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявление любого иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Убытки в рамках дела о банкротстве взыскиваются, в том числе с целью наполнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов Общества  по состоянию на дату рассмотрения апелляционной жалобы включены требования кредиторов в размере 53 188 855 руб. 01 коп., в том числе 1 231 410 руб. 91 коп. – требования второй очереди, 41 815 877 руб. 65 коп. требования третьей очереди по основному долгу,  10 141 566 руб. 45 коп. – требования кредиторов третьей очереди (пени)).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание обстоятельства совершения действий в отношении спорного имущества, свидетельствующие о непринятии всех необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, то есть руководитель должника действовал недобросовестно при исполнении возложенных на него обязанностей по сохранности имущества юридического лица, что повлекло его утрату и не позволило сформировать конкурсную массу должника, исходя из сути института возмещения убытков как меры гражданско-правовой ответственности, с учетом установленных обстоятельств дела, руководствуясь принципом справедливости и соразмерности ответственности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего о взыскании со                       ФИО2 убытков в размере 53 188 855 руб. 01 коп.

При этом суд апелляционной инстанции считает обоснованным довод ФИО2 о необходимости исключения из размера убытков суммы затрат в незавершенном строительстве в размере 9 409 288 руб. 82 коп. (том 1, лист дела 6), поскольку указанные затраты направлены на обеспечение производственной деятельности Общества, стоимости шпальтового сита в размере 1 041 995 руб.                07 коп. (том 1, лист дела 5, позиция 47 перечня), стоимости шнекового фильтр-пресса (фан-сепаратор) в размере 3 159 661 руб. 02 коп. (том 1, лист дела 7, позиция 5 перечня), стоимости гофроагрегата в размере 3 782 198 руб. 14 коп. (том 1, лист дела 6, позиция 12 перечня), которые обнаружены в ходе исполнительного производства  и переданы на ответственное хранение конкурсному управляющему.

Вместе с тем, определение размера исходя из размера включенных в реестр требований кредиторов (53 188 855 руб. 01 коп.), по мнению судебной коллегии, не нарушает прав ФИО2, поскольку сумма причиненных должнику убытков в виде не переданного конкурсному управляющему имущества за вычетом суммы затрат в незавершенном строительстве, стоимости шпальтового сита, шнекового фильтр-пресса (фан-сепаратор) и  гофроагрегата составляет 53 396 962 руб. 10 коп., что превышает сумму требований кредиторов, включенных в реестр.

В данном случае, ограничение размера ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, способствует обеспечению восстановления нарушенных прав заинтересованных лиц (кредиторов должника).

В случае обнаружения и передачи конкурсному управляющему иного спорного имущества в части или в полном объеме, заявитель не лишен права обратиться с заявлением в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопреки выводам суда первой инстанции, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности не имеется, поскольку совершенные им действия (бездействия) не являлись причиной банкротства контролируемого им должника, однако ввиду преследуемой заявителем противоправной цели по сокрытию (утрате) имущества должника, повлекших причинение вреда имущественным интересам независимых кредиторов.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также учитывает, что                 ФИО2, вступившим в законную силу постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2022 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.08.2022, уже привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и вопрос установления размера субсидиарной ответственности приостановлен до окончания расчетов с кредиторами.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства по рассматриваемому заявлению и доводы апелляционной жалобы (отмене принятого судебного акта и отказа в удовлетворении требований в полном объеме), учитывая, что совокупность представленных доказательств позволяет установить наличие всех элементов состава гражданско-правового нарушения, необходимых и достаточных для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований в части суммы                  53 188 855 руб. 01 коп. 

 На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.11.2021 по делу № А43-25940/2019 подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.11.2021 по делу               № А43-25940/2019 отменить, апелляционную жалобу ФИО2  оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Домострой НН» убытки в размере                   53 188 855 руб. 01 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.Н. Беляков

С.Г. Кузьмина