АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-1371/22 

Екатеринбург 

22 июня 2023 г. Дело № А71-3818/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Гавриленко О. Л., судей Кравцовой Е. А., Черкезова Е. О., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального  предпринимателя ФИО1 (далее –  предприниматель, истец, исполнитель) на постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 12.01.2022 по делу № № А71-3818/2021  Арбитражного суда Удмуртской Республики.  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 16.02.2023  кассационная жалоба принята к производству кассационным судом, судебное  заседание по её рассмотрению назначено на 18.04.2023. Определениями  Арбитражного суда Уральского округа от 18.04.2023, 14.06.2023 судебное  разбирательство откладывалось в связи с невозможностью рассмотрения  кассационной жалобы до 22.06.2023.  

В возобновленном после отложения судебном заседании принял участие  представитель предпринимателя – ФИО2 (паспорт, доверенность от  08.06.2022, диплом).  

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом  извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе  публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное  заседание не явились.  

Предприниматель обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики  с иском к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики  «Первая Республиканская клиническая больница Министерства  Здравоохранения Удмуртской Республики» (далее – учреждение, ответчик,  заказчик) о взыскании убытков, составляющих стоимость непоставленного  товара по договору на поставку медицинских изделий от 31.03.2020 №  0813500000120002484 в размере 466919 руб. 76 коп. и расходов по оплате  

доставки товара курьерской службой.  

Решением суда от 15.09.2021 в удовлетворении исковых требований  отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  09.12.2021 решение суда оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 19.05.2022  решение суда от 15.09.2021 и постановление апелляционного суда от 09.12.2021  отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Удмуртской Республики.  

При новом рассмотрении дела истец уточнил исковые требования,  попросив взыскать с ответчика 459333 руб. 74 коп. убытков. Уточнение  принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Решением суда от 28.10.2022 (с учетом определения об исправлении  опечатки от 28.10.2022) исковые требования удовлетворены полностью, с  ответчика в пользу истца взыскано 459333 руб. 74 коп. убытков, а также  

12187 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 

от 12.01.2023 (судьи Лесковец О.В., Дружинина Л.В., Суслоа О.В.) решение  суда изменено, исковые требования удовлетворены частично; апелляционный  суд взыскал с учреждения в пользу предпринимателя 278457 руб. 24 коп.  убытков, а также 7388 руб. в возмещение расходов по уплате государственной  пошлины по иску. В удовлетворении остальной части исковых требований  отказано.  

Не согласившись с постановлением апелляционного суда,  предприниматель обратился с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на  неправильное применение апелляционным судом норм материального права,  просит указанный судебный акт отменить и оставить в силе решение суда  первой инстанции.  

По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции  неправомерно применил положения пункта 23 статьи 95 Федерального закона  от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ,  услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее –  Закон о контрактной системе), ограничивающие ответственность заказчика  возмещением исключительно реального ущерба, в отсутствие установленного  факта законного одностороннего отказа от контракта по его инициативе с  соблюдением установленных законом процедур. По той же причине считает  несостоятельной ссылку апелляционного суда на правовые позиции  Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской  Федерации, поскольку таковые не распространяются на случаи, когда  исполнитель свои обязательства не нарушал, а договор прекратил действие в  связи с окончанием его срока.  

Полагает, что необоснованно расширительное толкование пункта 23 

статьи 95 Закона о контрактной системе ведет к тому, что заказчик фактически  извлекает выгоду из своего недобросовестного поведения, так как несет  

ответственность за ненадлежащее исполнение договора в ограниченном  размере.  

Таким образом, считает незаконным отказ во взыскании с ответчика  упущенной выгоды, дополнительно указывая на то, что в материалах дела  имелись достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии у истца  реальной возможности надлежащим образом исполнить договор, и принятия им  для этого всех необходимых мер.  

В отзыве на кассационную жалобу учреждение, поддерживая выводы  апелляционного суда, утверждает, что взыскание упущенной выгоды с  заказчика по контракту, заключенному в соответствии с нормами Закона № 44- ФЗ, недопустимо в принципе.  

Как следует из материалов дела, по результатам электронного аукциона,  объявленного извещением от 10.03.2020 № 0813500000120002484  (идентификационный код закупки 202183300285418400100102110013250000) и  на основании протокола подведения итогов электронного аукциона от  20.03.2020 № 0813500000120002484 в порядке статьи 34 Закона о контрактной  системе между предпринимателем (поставщик) и учреждением (заказчик)  заключен договор поставки медицинских изделий № 0813500000120002484  (далее – договор).  

 Согласно пункту 1.1 договора поставщик обязуется в порядке и сроки,  предусмотренные договором, осуществить поставку медицинских изделий  Протез синовиальной жидкости (далее – товар, оборудование), в соответствии  со спецификацией (приложение № 1 к договору) и надлежащим образом  оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в  эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу  специалистов заказчика, эксплуатирующих оборудование и специалистов  заказчика, осуществляющих техническое обслуживание оборудования,  правилам эксплуатации и технического обслуживания оборудования в  соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной  документации производителя (изготовителя) оборудования (далее – услуги), а  заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные договором, принять и  оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные  услуги.  

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что поставка оборудования  осуществляется поставщиком с разгрузкой с транспортного средства по адресу  учреждения: 

<

...>,  стационар, аптека (7этаж).  

Цена договора в соответствии с пунктом 2.2 составила 457026 руб. 50 коп.,  НДС не облагается.  

В соответствии с пунктами 3.1.1 и 3.1.5 договора на поставщика возложена  обязанность поставить оборудование в строгом соответствии с условиями  договора в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки, а  также осуществить сборку, установку, монтаж и ввод в эксплуатацию  оборудования в помещении или месте эксплуатации оборудования,  подготовленном в соответствии с требованиями технической и (или)  

эксплуатационной документацией производителя (изготовителя) оборудования,  с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в  соответствии с законодательством Российской Федерации; сборка, установка,  монтаж и ввод в эксплуатацию оборудования не осуществляются, если иное не  предусмотрено технической и (или) эксплуатационной документацией  производителя (изготовителя) оборудования.  

Заказчик в свою очередь обязан обеспечить условия для оказания  поставщиком услуг по сборке, установке, монтажу и вводу в эксплуатацию  оборудования, в том числе подготовку помещения или места эксплуатации, в  соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной  документации производителя (изготовителя) оборудования, с учетом класса  электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с  законодательством Российской Федерации; сборка, установка, монтаж и ввод в  эксплуатацию оборудования не осуществляются, если иное не предусмотрено  технической и (или) эксплуатационной документацией производителя  (изготовителя) оборудования (пункт 3.3.2 договора).  

В соответствии с пунктами 3.2.3 и 3.3.3 договора поставщик вправе  требовать от заказчика своевременной оплаты поставленного оборудования и  оказанных услуг в порядке и на условиях, предусмотренных договором, а  заказчик обязан своевременно принять оборудование и оплатить его, как и  надлежащим образом оказанные услуги.  

В силу пункта 5.1 договора поставка оборудования осуществляется  поставщиком в место доставки на условиях, предусмотренных пунктом 1.3  договора, в срок партиями, по заявкам заказчика, в течение 10 рабочих дней с  момента получения заявки от заказчика, которая направляется поставщику в  письменной форме (посредством факсимильной или электронной связи).  

Период поставки оборудования: с момента заключения договора по  31.12.2020 (включительно). Заказчик указывает количество оборудования в  каждой партии оборудования в заявке.  

По факту приемки оборудования поставщик и заказчик подписывают акт  приема-передачи оборудования (приложение № 4 к договору) (пункт 6.1  договора).  

В отсутствие заявки заказчика и до истечения периода поставки  оборудования 16.12.2020 истец направил в адрес ответчика курьерской  службой «DPD» всю партию товара, что подтверждается товарной накладной  от 18.12.2020 № Яр-40 на сумму 457 026 руб. 50 коп. и уведомлением «DPD».  

Вместе с тем истец отказался от приемки оборудования и возвратил его  истцу.  

Письмом от 25.12.2020 № 68 истец просил ответчика согласовать дату  поставки товара.  

Ответчик в письме от 15.01.2021 № 99 сообщил, что поставка должна  осуществляться по заявкам заказчика согласно пункту 5.1 договора, при этом  заказчик не обязан единовременно принять весь объем товара,  предусмотренного договором, и вправе направлять заявки исходя из  собственной потребности в товаре, между тем таковые поставщику не  

направлялись.  

Поскольку потребности в оборудовании не возникло, 21.01.2021  учреждение предложило предпринимателю расторгнуть договор по  соглашению сторон.  

Истец согласился с предложением ответчика при условии возмещения ему  убытков в размере 459333 руб. 74 коп., причиненных в результате  одностороннего отказа учреждения от исполнения договора, выразившегося в  ненаправлении заявок на поставку оборудования (276150 руб. – реальный  ущерб (стоимость товара), 180876 руб. 50 коп. – упущенная выгода, 2307 руб.  24 коп. – стоимость доставки товара курьерской службой).  

Отказ учреждения от добровольного удовлетворения требований  предпринимателя послужил основанием для обращения последнего в  арбитражный суд с настоящим иском.  

Суд первой инстанций при новом рассмотрении дела удовлетворил  исковые требования, руководствуясь положениями гражданского  законодательства, статьями 33 и 95 Закона о контрактной системе,  разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в  пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», и, признав противоправным поведение истца, неправомерно  уклонившегося от надлежащего исполнения договора, а именно от направления  заявок на весь объем согласованного в договоре товара, придя к выводу о  наличии причинно-следственной связи между нарушением условий договора со  стороны истца и возникновением убытков на стороне ответчика.  

Суд апелляционной инстанции решение суда частично отменил, и,  руководствуясь положениями части 23 статьи 95 Закона о контрактной системе,  устанавливающими ограниченную ответственность при расторжении контракта  в связи с односторонним отказом стороны контракта от его исполнения,  требования предпринимателя удовлетворил лишь в части взыскания реального  ущерба, а в удовлетворении требований о взыскании упущенной выгоды  отказал.  

Выводы суда апелляционной инстанции являются правильными,  соответствуют материалам дела и действующему законодательству.  

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо,  чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило  бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было  нарушено (упущенная выгода).  

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные  неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи  393 ГК РФ).  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении  

судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об  ответственности за нарушение обязательств», в состав убытков согласно статей  15, 393 ГК РФ входят реальный ущерб и упущенная выгода.  

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел  или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также  утрата или повреждение его имущества.  

Упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые  он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных  условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.  

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является  совокупность условий: факт их причинения, документально подтвержденный  размер убытков и наличие причинно-следственной связи между понесенными  убытками и нарушением.  

Признавая право предпринимателя на взыскание убытков с учреждения,  суды установили факт одностороннего уклонения заказчика от исполнения  условий договора, наличие у истца убытков в виде стоимости товара, который  ответчик отказался принять, а также связь между данными убытками и  неправомерным поведением ответчика.  

При названных обстоятельствах суды, тем не менее, по-разному разрешили  спор по требованиям истца о взыскании упущенной выгоды.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 400 ГК РФ по отдельным видам  обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом  деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение  убытков (ограниченная ответственность).  

Согласно положениям части 23 статьи 95 Закона о контрактной системе,  при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны от  исполнения контракта другая сторона вправе потребовать возмещения только  фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного  обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об  одностороннем отказе от исполнения.  

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в  определении от 24.12.2020 № 2990-О, часть 23 статьи 95 Закона о контрактной  системе, устанавливающая ограниченную ответственность при расторжении  контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения  контракта, сама по себе направлена - исходя из особенностей регулируемых  отношений - на обеспечение эффективного использования средств бюджетов и  внебюджетных источников финансирования, участия физических и  юридических лиц в осуществлении закупок товаров, работ, услуг для  обеспечения государственных или муниципальных нужд на условиях  добросовестной конкуренции и предотвращение злоупотреблений в этой сфере.  

На основании данных норм и руководствуясь указанными разъяснениями,  нашедшими также отражение в определении Судебной коллегией по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении   № 305-ЭС17-19009 от 27.03.2018 по делу № А40-171449/2016, исходя из  принципа ограниченной ответственности сторон заключенного договора,  

предусмотренной частью 23 статьи 95 Закона о контрактной системе, пришел к  верному выводу о том, что истец вправе рассчитывать на возмещение только  фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного  обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об  одностороннем отказе от исполнения контракта.  

В данном случае причиной прекращения обязательств между сторонами  послужил установленный судами факт ненадлежащего исполнения  обязательств ответчиком, установленных 5.1 договора, согласно которому  исполнитель осуществляет поставку товара в десятидневный срок с момента  поступления от заказчика заявки.  

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим  образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, что  применительно к рассматриваемому случаю означает, что контракт должен  быть исполнен как со стороны заказчика путем подачи заявок, так и со стороны  поставщика путем поставки товара в полном объеме и в срок.  

Ненаправление ответчиком заявок на поставку товара и последующее  непринятие такого товара, является ничем иным как односторонним отказом от  исполнения договора, дающим ответчику право на возмещение убытков в  пределах реального ущерба. При данных обстоятельствах, несмотря на то, что  прекращение договора произошло по истечении его срока, а не в связи с  нарушением, допущенным заказчиком, основания для неприменения  положений, предусмотренных частью 23 статьи 95 Закона о контрактной  системе, и полного взыскания убытков включая упущенную выгоду у судов  отсутствовали.  

Доводы предпринимателя, основанные на ином толковании данной нормы,  противоречат правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации и отклоняются кассационным судом как несостоятельные.  

Нормы материального права применены судом апелляционной инстанции  по отношению к установленным обстоятельствам правильно, нарушений норм  процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене  обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не выявлено.  

С учетом изложенного кассационная жалоба предпринимателя  удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2023  по делу № А71-3818/2021 Арбитражного суда Удмуртской Республики  оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального  предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  

принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий О.Л. Гавриленко 

Судьи Е.А. Кравцова  

 Е.О. Черкезов