/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-73319/2016

20 декабря 2017 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     13 декабря 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 декабря 2017 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведева И.Г.

судей  Копылова Л.С., Тойвонен И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  Смирновой Н.В.,

при участии:  

от АО Банк «Советский»: Назарова И.Н. по доверенности от 23.08.2017,

от Овсянниковой В.В.: Куцобиной А.С. по доверенности от 24.05.2016,

от ООО «Микрокредитная компания «ДА! ДЕНЬГИ»: Воронова О.Н. по доверенности от 06.12.2017,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-30873/2017)  АО Банк «Советский» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.10.2017 по делу № А56-73319/2016 (судья Васильева Н.А.), принятое 

по иску АО Банк «Советский» 

к Овсянниковой Виктории Викторовне 

третьи лица: 1) ООО «Микрокредитная компания «ДА! ДЕНЬГИ», 

2) Карпов Андрей Викторович 

о признании сделки недействительной, 

 

установил:

Акционерное общество Банк «Советский» (далее – АО Банк «Советский», Банк) в лице временной администрации Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Овсянниковой Виктории Викторовне о признании недействительным договор поручительства от 30.09.2014 г. №1, заключенного между Банком и Овсянниковой В.В., согласно условий которого Банк (поручитель) обязался отвечать перед Овсянниковой В.В. за исполнение обязательств Обществом с ограниченной ответственностью «ДА! ДЕНЬГИ» по договору займа от 30.09.2014 №ЗП-000000011-30.09.2014.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Общество с ограниченной ответственностью  «Микрокредитная компания «ДА! ДЕНЬГИ» и Карпов Андрей Викторович.

В обоснование иска его податель сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  и положения статей 10, 168 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  02.10.2017 в иске отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу  о том, что Овсянникова В.В., заключая оспариваемый договор с Банком, не могла знать о неплатежеспособности Банка, так как не являлась аффилированным или заинтересованным по отношению к Банку лицом, исходя из положений ФЗ «Об акционерных обществах» и ФЗ «О защите конкуренции». Истцом в дело не представлено достоверных доказательств в обоснование довода о неплатежеспособности Банка, поскольку к спорному периоду, из представленных истцом в дело предписаний ЦБ РФ, относится только одно предписание от 23.05.2014 №15-0-74-2/1155 ДСП, которое по своему содержанию не является доказательством неплатежеспособности Банка, а представленный истцом в дело судебный акт был опубликован спустя два года после заключения сделки. Отсутствуют доказательства того, что на момент заключения ответчиком как договоров займа с ООО «ДА! ДЕНЬГИ», так и договора поручительства с Банком,  указанные юридические лица отвечали признакам неплатежеспособности. Между Банком и ООО «ДА! ДЕНЬГИ» в период с 2012 по 2015 существовали устойчивые взаимовыгодные отношения, в связи с чем, судом не принято утверждение истца об отсутствии экономической целесообразности в заключении договора поручительства. Суд отклонил довод МКК «ДА! ДЕНЬГИ» о пропуске истцом срока исковой давности по заявленному требованию в связи с тем, что в соответствии с пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными или возникли обязательства кредитной организации указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией, а в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Агентства – с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банком России плана участия Агентства, в осуществлении мер по предупреждению банкротства Банка.  Истец  обратился с иском 21.10.2016, а план участия в отношении Банка утвержден 22.10.2015, следовательно, срок на обращение в суд не пропущен. Суд учел представленные в дело третьими лицами доказательства, свидетельствующие о тесном взаимовыгодном сотрудничестве между Банком и ООО «ДА! ДЕНЬГИ» (в дело представлены договоры, заключенные между сторонами), а также то, что договор поручительства был заключен с постоянным контрагентом Банка, что доказывает наличие общих экономическим интересов у сторон и объясняет мотивы совершения обеспечительной сделки. Истцом не представлено доказательств, необходимых для признания договора поручительства недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве. Оснований для применения положений статьи 10 ГК РФ исходя из вышеизложенного, судом также не установлено.

На решение суда подана апелляционная  жалоба АО Банк «Советский», которое просило отменить обжалуемый судебный акт и удовлетворить заявление об оспаривании сделки. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что неудовлетворительное финансовое положение Банка на момент заключения оспариваемой сделки подтверждается предписанием ЦБ РФ от 23.05.2014 №15-0-74-2/11552ДСП, по результатам проверки, оформленной Актом от 02.04.2014 №А1КИ-И25-13-1/130ДСП, Актом от 28.03.2014 №АЗКИ-И25-12-1/114ДСП, которыми введены ограничения в основной деятельности истца на шесть месяцев в виде запретов на привлечение денежных средств физических лицо во вклады, на открытие банковских счетов физических лиц, привлечение денежных средств физических лиц на банковские счета.  По истечение шести месяцев действия запретов, Предписанием ЦБ РФ от 24.11.2014 №150-007402/39226ДСП Банк России продлил их еще на шесть месяцев. Уведомлением Банка России от 03.07.2015 №т2-15-74—2/25048ДСП истец отнесен к 5-й классификационной группе, таким образом, зафиксировано существенное ухудшение положения Банка. При этом Банк допускал искажение бухгалтерской отчетности, что подтверждается предписанием Банка России от 231.10.2015 №Т-15-0-74-2/41960ДСП. При таких обстоятельствах, увеличение имущественных требований к Банку влечет причинение вреда его кредиторам. Мотивом ответчика при заключении оспариваемой сделки являлось желание получения большей прибыли, чем на условиях обычного банковского кредитования. На момент заключения оспариваемой сделки Банк и ответчик должны были располагать информацией о финансовом состоянии ООО «ДА! ДЕНЬГИ». Ответчик и Банк, проявляя требующуюся от них по условия оборота осмотрительность, могли и должны были ознакомиться с бухгалтерской отчётностью ООО «ДА! ДЕНЬГИ», Вывод суда о тесном взаимовыгодном сотрудничестве между Банком и ООО «ДА! ДЕНЬГИ» и  о наличии у них общих экономических интересов не обоснован. Третьими лицами не представлены доказательства корпоративных связей между Банком и ООО «ДА! ДЕНЬГИ», указания, в том числе по заключению сделок, по распоряжению денежными средствами Банк ООО «Да! ДЕНЬГИ» давать не мог. Достоверных- доказательств наличия экономического смысла при совершении спорной сделки не представлено. 

В отзыве на апелляционную жалобу ООО МКК «ДА! ДЕНЬГИ» возражало против ее удовлетворения, со ссылкой на то, что истцом не доказана совокупность условий (причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, цель причинения вреда и осведомлённость контрагента об указанной цели), необходимых для признания договора поручительства недействительным как подозрительной сделки. Овсянникова В.В., заключая оспариваемый договор, не могла знать о неплатёжеспособности банка. Предписание ЦБ РФ от 23.05.2014 не является доказательством неплатежеспособности Банка и о его существовании не могло быть известно Овсянниковой В.В. Доводы истца о том, что у Овсянниковой В.В. не могло не возникнуть сомнений относительно правомерности заключаемой сделки, носит предположительный характер. Вывод суда о том, что между истцом и ООО МКК «ДА! ДЕНЬГИ» в период с 2012 по 2015 год существовали устойчивые взаимовыгодные отношения и присутствовал общий экономический интерес подтверждается доказательствами, представленными в дело. За период 2012 – 2014 годов между цедентом и ООО МФО «ДА! ДЕНЬГИ» и цессионарием АО «Банк Советский» заключено 11 договоров уступки прав требования на взаимовыгодных условиях. К моменту подписания договора поручительствам между цедентом и ООО МКК «ДА! ДЕНЬГИ» и цессионарием АО «Банк Советский» заключено 9 договоров уступки прав требования на выгодных банку условиях. Банку были уступлены активы, по которым каждый заем был обеспечен залогом имущества, а также отсутствовала просроченная задолженность. Банк получил права требования по договорам займа с процентной ставкой выше рыночной, а также выше действовавшей на момент заключения договоров цессий в Банке. 

В отзыве на апелляционную жалобу Овсянникова В.В., возражала против ее удовлетворения, со ссылкой на то, что Предписание ЦБ РФ от 23.05.2014 не влекло прямого запрета на заключение договора поручительства и не является доказательством неплатёжеспособности Банка. Истец толкует названный документ за пределами его смысла и буквального содержания. Названное предписание было исполнено, после чего Банк функционировал в обычном режиме еще полгода до 25.10.2014. Ответчик является вкладчиком из числа физических лиц, слабой стороной  гражданском обороте, и не мог осуществить анализ финансовой и бухгалтерской отёчности, предписаний регулятора, имеющих гриф для служебного пользования, ограничивающих деятельность Банка. Довод истца о недоказанности факта существования экономических связей между Банком и микрофинансовой организацией опровергнут в ходе судебного разбирательства – договоры цессии. У ответчика отсутствовало право доступа к внутренним документам Банка. Доводы подателя апелляционной жалобы не указывают на факты, которые не были бы предметом оценки суд первой инстанции или опровергали бы его выводы. 

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы апелляционной жалобы. Представители Овсянниковой В.В., МКК «ДА! ДЕНЬГИ» против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве. Карпов Андрей Викторович, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание, не явился. С учетом доводов лиц, участвующих в деле, обеспечивших явку в судебное заседание, в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд считает, что имеются основания для его отмены.

Как следует из материалов дела, между Овсянниковой В.В. (займодавец) и ООО «ДА! ДЕНЬГИ» (впоследствие наименование изменено на Микрофинансовая организация «ДА! ДЕНЬГИ!) (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику денежные средства в размере 29000000,00 руб. на срок до 25.09.2015 с уплатой процентов в размере 14% годовых  Дополнительными соглашениями к договору займа был изменен порядок начисления процентов за пользование займом (от 30.09.2014) и продлены сроки возврата займа, окончательно – до 25.12.2015 (дополнительное соглашение от 25.12.2014). Часть суммы начисленных на сумму займа процентов увеличили, по согласованию сторон. 

Между АО Банк «Советский» (поручитель) и Овсянниковой В.В. заключен договор поручительства №1 от 30.09.2014, согласно условиям которого Банк обязался отвечать перед Овсянниковой В.В. (займодавец) за исполнение заемщиком ООО «ДА! ДЕНЬГИ» обязательств по договору займа №ЗП-000000011-30.09.2014 (в настоящее время ООО «ДА! ДЕНЬГИ» изменило наименование на ООО «Микрокредитная компания «ДА! ДЕНЬГИ»).

Согласно условий договора поручительства (пункты 1.3-1.4) Банк обязался отвечать перед займодавцем за надлежащее исполнение заемщиком своих обязательств по договору займа солидарно с ним. В соответствии с пунктом 2.2 договора поручительство дается на срок действия договора займа и действует до полного исполнения принятых на себя заемщиком обязательств по договору займа.

Со ссылкой на неисполнение обязательств заемщиком, Овсянникова В.В. 08.02.2016 обратилась с требованием к Банку об исполнении обязательств по договору поручительства от 30.09.2014. 

Пунктом 1 статьи 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей на момент обращения Банка в суд, предусмотрено, что сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Заявление о признании сделки кредитной организации недействительной может быть подано в арбитражный суд временной администрацией по управлению кредитной организацией, а также Агентством от имени кредитной организации в случае, если Банком России утвержден план участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка (пункт 2 статьи 189.40 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 3 приведенного положения, периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией, а в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Агентства, - с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банка России плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Также в силу пункта 11 приведенной нормы, сделка, совершенная банком или иными лицами за счет банка, в отношении которого осуществлены (осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Агентства, предусмотренные настоящим параграфом, может быть признана недействительной по заявлению указанного банка или Агентства в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные главой III.1 настоящего Федерального закона, пунктами 1 - 10 настоящей статьи, если иное не предусмотрено настоящим пунктом. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными в соответствии со статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банка России плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Приказом Банка России от 23.10.2015 №ОД-2888 управление Банком поручено временной администрации – ГК «Агентство по страхованию вкладов». Полномочия ГК «Агентство по страхованию вкладов» прекращены приказом ЦБ РФ №ОД-1336 от 24.04.2016, однако в отношении Банка продолжали осуществляться мероприятия по предупреждению процедуры банкротства.  

Приказом Банка России от 20.02.2017 №ОД-449 функции временной администрации Банка вновь возложены на ГК «Агентство по страхованию вкладов».

Как следует из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

С учетом изложенного выше следует, что оспариваемая сделка поручительства попадает в трехлетний период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с момента назначения временной администрации в отношении Банка. 

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате совершения оспариваемой сделки у Банка возникли дополнительные денежные обязательства перед Овсянниковой В.В. на значительную сумму. 

При этом из материалов дела не следует, что у МКК  «Да! Деньги» имелось имущество, достаточное для осуществления расчетов с Овсянниковой В.В. 

Из материалов дела следует, что деятельность указанной организации заключалась в предоставлении займов физическим лицам. Таким образом, с учетом того, для осуществления деятельности третье лицо прибегало к займам на такие значительные суммы, как займ, полученный от Овсянниковой В.В., следует заключить, что в наличии у заемщика отсутствовали денежные средства или имущество достаточное, для расчета по договору займа.

Заключение практически с момента предоставления займа дополнительных соглашений, фактически направленных на отсрочку уплаты процентов за пользование заемными денежными средствами, изменение срока возврата займа указывает на невозможность заемщика рассчитаться по принятым на себя обязательствам, а также на то, что указанное обстоятельство было заведомо известно сторонам при заключении договора займа. Также о данном обстоятельства должно было быть известно Банку при выдаче поручительства, поскольку, являясь кредитной организацией, а также, действуя добросовестно и осмотрительно, при выдаче поручительства Банк имел возможность и должен был проверить финансовое положение заемщика, за которого он предоставляет поручительство, а также оценить финансовые риски указанной операции, в том числе, в порядке, установленном ЦБ РФ для кредитных организаций. 

Предоставление поручительства при заведомой неплатежеспособности заемщика не позволяет получить удовлетворение в случае исполнения поручителем обязательств по договору займа и указывает на убыточность сделки поручительства. 

Следует отметить, что 04.09.2017 МКК «Да! Деньги» исключено из государственного реестра микрофинансовых организаций, что подтверждается Уведомлением Центрального Банка РФ от 04.09.2017 Т2-39-5-15/27630. 

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ №63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как определено в статье 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества определена как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вопреки выводам суда, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается наличие у Банка признаков неплатежеспособности.

Предписаниями Центрального Банка РФ  от 23.03.2014, от 22.11.2013 №15-0-74-2/15545ДСП, от 23.05.2014 в отношении деятельности Банка введен ряд ограничений в связи с его неудовлетворительным финансовым состоянием, неверной оценкой Банком кредитных рисков и занижение кредитных рисков, которое повлекло отсутствие обеспеченности банковских операций. Из указанных предписаний, вопреки выводам суда первой инстанции, следует недостаточность денежных ресурсов Банка для осуществления текущей деятельности, в том числе осуществления расчетных операций, что следует квалифицировать как признак неплатежеспособности Банка.

Действуя разумно и добросовестно, при получении поручительства Банка, учитывая сумму займа, Овсянникова В.В. должна была проверить финансовую стабильность Банка на момент заключения спорной сделки, и отсутствие ограничений его деятельности со стороны Центрального Банка РФ. Предоставление займа на значительную сумму коммерческой организации не может быть расценено как обычная бытовая сделка, такие действия очевидно связаны с предпринимательской деятельностью, таким образом, доводы Овсянниковой В.В. о том, что она является более слабой стороной в спорных правоотношениях, не могут быть приняты.

Таким образом, материалами дела подтверждается, также, направленность оспариваемой сделки на причинение вреда кредиторам Банка, в виде появления дополнительного денежного требования к нему, равно как и осведомленность ответчика об указанной цели.

То есть в данном случае имеются предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаки недействительности оспариваемой сделки.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). Вместе с тем для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и со стороны банка.

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

- участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

- получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

- реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При заведомой невозможности заемщика рассчитаться по принятым на себя обязательствам, принятие Банком за него поручительства, при отсутствии доказательств проведения обычной проверки соответствующий финансовых рынков, отсутствии отражения принятого на себя Банком поручительства в бухгалтерской и финансовой отчетности Банка, не может быть квалифицировано как обычное и разумное поведение Банка. Равным образом, принятие поручительства Банка займодавцем при условии введения ограничений в отношении деятельности Банка, и наличия у займодавца возможности установить эти обстоятельства, в том числе путем получения информации у самого Банка или ЦБ РФ, также не может быть признано добросовестным и разумным. 

Вопреки утверждению суда первой инстанции, заключение Банком и третьим лицом нескольких договоров уступки прав требования не может быть расценено как взаимовыгодная совместная деятельность, указывающая на наличие тесных экономических связей между указанными лицами и их заинтересованности в совместной деятельности. Из условий договоров уступки прав требования следует, что уступка осуществлялась фактически по номинальной стоимости, оснований для вывода о значительной выгоды для Банка в приобретении указанных прав требования не имеется, сведения о получении Банком денежных средств о лиц, право требования к которым уступлено на основании договоров цессии, заключенных с третьим лицом, отсутствуют. Заключение указанных договоров не может быть расценено как экономически обоснованная причина для заключения заведомо убыточного для Банка договора поручительства. 

Таким образом, следует признать, что заключение договора поручительства имело место исключительно в целях причинения вреда Банку, при отсутствии какой-либо разумной цели его заключения, что повлекло, также, причинение вреда кредиторам Банка за счет уменьшения имущественной массы последнего.

При таких обстоятельствах, заявленные требования подлежали удовлетворению, поскольку в данном случае имеются как признаки недействительности оспариваемой сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и статьям  10, 168 ГК РФ. 

Решение суда следует отменить, иск и апелляционную жалобу удовлетворить

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, частью 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.10.2017 по делу № А56-73319/2016 отменить. Принять новый судебный акт. 

Признать недействительным договор поручительства № 1 от 30.09.2014, заключенный между Овсянниковой В.В. и ЗАО Банк «Советский». 

Взыскать с Овсянниковой В.В. в пользу АО Банк «Советский» 9 000 руб. расходов по государственной пошлине по иску и по апелляционной жалобе.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Г. Медведева

 

Судьи

 

Л.С. Копылова

 

 И.Ю. Тойвонен