АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-989/24 

Екатеринбург

20 марта 2024 г.

 

Дело № А60-40120/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2024 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Морозова Д. Н., Павловой Е. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Панорама» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Семь Измерений», ФИО2, ФИО3 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024 по делу № А60-40120/2021 Арбитражного суда Свердловской области о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Панорама».

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли  участие: 

представитель ФИО3 – ФИО4 (удостоверение адвоката от 18.12.2013 № 3201, доверенность от 09.03.2023 № 66 АА 7804328); 

представитель ФИО2 – ФИО4 (удостоверение адвоката от 18.12.2013 № 3201, доверенность от 29.10.2021 № 66 АА 6954933); 

представитель ФИО5 – ФИО6 (удостоверение № 66 13 835882, доверенность от 15.05.2023 № 66 АА 777831);

ФИО7 – лично (паспорт);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Семь Измерений» – ФИО8 (паспорт, доверенность от 27.06.2023).

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган) 10.08.2021 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Панорама» (далее – общество «Панорама», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 06.09.2021 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением суда от 02.02.2022 в отношении общества «Панорама» введена процедура наблюдения (по заявлению ФИО9), временным управляющим должника утвержден ФИО1. 

Решением суда от 08.08.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

В арбитражный суд 22.03.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 23.03.2021 между обществом «Панорама» (продавец) и ФИО7 (покупатель) недействительным, о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в пользу общества «Панорама» 410 000 руб. 

В суд 22.03.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании договора комиссии № 2 от 23.04.2021 между обществом «Панорама» и ИП ФИО5 недействительным, о применении последствий недействительности сделки в виде возмещения действительной стоимости транспортного средства Mitsubishi L200, 2017 г.в., VIN 

<

***>. 

От конкурсного управляющего ФИО1 23.05.2023 поступило ходатайство об изменении исковых требований, о привлечении к участию в деле соответчика, просит признать недействительными взаимосвязанные сделки в отношении транспортного средства: Mitsubishi L200, 2017 г.в., VIN 

<

***>, а именно: 

- договор комиссии № 2 от 23.04.2021 между обществом «Панорама» и ИП ФИО5, 

- договор купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 между ИП ФИО5 ФИО7, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство: Mitsubishi L200, 2017 г.в., VIN 

<

***>, по цене 900 000 руб., 

а также применить последствия недействительности сделки - взыскать солидарно с ИП ФИО5 и ФИО7 в пользу общества «Панорама» 750 000,00 руб. 

Уточнение принято судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

В арбитражный суд 22.03.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании договора комиссии № 1 от 21.04.2021 между обществом «Панорама» и ИП ФИО5 недействительным, о применении последствий недействительности сделки в виде возмещения действительной стоимости транспортного средства ГАЗ А32R22 (ГАЗель NEXT), 2019 г.в., VIN 

<

***>. 

От конкурсного управляющего ФИО1 29.05.2023 поступило ходатайство об изменении исковых требований, о привлечении к участию в деле соответчика, просит признать недействительными взаимосвязанные сделки в отношении транспортного средства: ГАЗ А32R22 (ГАЗель NEXT), 2019 г.в., VIN 

<

***>, а именно: 

- договор комиссии № 1 от 21.04.2021 между обществом «Панорама» и ИП ФИО5, 

- договор купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 между ИП ФИО5 и ФИО7, 

а также применить последствия недействительности сделки - взыскать солидарно с ИП ФИО5 и ФИО7 в пользу общества «Панорама» 500 000 руб. 

Уточнение принято судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2023 договор купли-продажи транспортного средства от 23.03.2021 (LADA LARGUS) между обществом «Панорама» и ФИО7 признан недействительным; с ФИО7 в пользу общества «Панорама» взыскано 310 000 руб. 

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 (Mitsubishi L200) между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ФИО7; с ФИО7 в пользу общества «Панорама» взыскано 750 000 руб. 

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 (GAZ А32R22) между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ФИО7; с ФИО7 в пользу общества «Панорама» взыскано 500 000 руб. 

В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024 вышеуказанное определение от 30.10.2023 отменено. В удовлетворении заявлений конкурсного управляющего общества «Панорама» ФИО1 о признании недействительными сделок должника по продаже транспортных средств отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2, ФИО3, конкурсный управляющий ФИО1 и общество «Семь Измерений» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление от 17.01.2024 отменить. 

В своей кассационной жалобе ФИО2 и ФИО3 указывают, что суд апелляционной инстанции принял во внимание неподтвержденную позицию недобросовестного ответчика, который занимал в суде первой инстанции и апелляционном суде кардинально  противоположные позиции. 

По мнению кассаторов, переписка с ФИО3 не подтверждает факт реального получения денежных средств и заключение договоров на условиях, согласованных в переписке.

Кассаторы отмечают, что договоры были заключены на изложенных в письменных договорах условиях, никаких дополнительных денежных средств ни должник, ни его представители не получали.

При этом заявители считают, что суд апелляционной инстанции в нарушение статьи 268 АПК РФ принял дополнительные доказательства (переписку ответчика, скриншоты объявлений).

С точки зрения ФИО2 и ФИО3, апелляционный суд необоснованно не применил к ФИО7 статью 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Вдобавок, кассаторы полагают, что никто из участников процесса выводы отчета о соответствии действительной стоимости транспортных средств рыночной не опроверг.

В своих кассационных жалобах конкурсный управляющий ФИО1 и общество «Семь Измерений» ссылаются на то, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Как отмечают данные кассаторы, во всех отзывах в суде первой инстанции ФИО7 указывает, что сделки совершены по той цене, которая указана в письменных договорах, однако при подаче апелляционной жалобы кардинально меняет позиции, указывая, что намеренно ввел суд первой инстанции в заблуждение по договоренности с ФИО2 и ФИО5

По мнению заявителей, выводы апелляционного суда основаны только на показаниях самого ответчика и свидетелей, изменивших свою процессуальную позицию только в суде первой инстанции, не подтвержденных доказательствами.

Как полагают кассаторы, не представляет сомнения, что ФИО7, представляя в суд первой инстанции (согласно его же пояснениям) недостоверные сведения с целью ввести суд в заблуждение, реализовывает в суде апелляционной инстанции ту же модель недобросовестного поведения.

Также, как считают конкурсный управляющий и Общество, суд первой инстанции обоснованно отметил, что отсутствие доказательств прямой аффилированности не исключает наличие между заинтересованными сторонами не раскрытых перед судом договоренностей относительно распределения выгоды от приобретения транспортных средств по явно заниженной цене.

Кроме того, как указывают заявители, согласно письменным пояснениям самого ответчика, он согласился с условиями ФИО2 о занижении договорной цены («им вносить всю сумму не хочется, и они хотят забрать разницу себе») - в подобной ситуации предполагается, что ответчик, являясь профессиональным «перекупом», знает либо понимает незаконные цели сделки.

От ФИО2 и ФИО5 поступили отзывы на кассационные жалобы, которые приобщены к материалам дела на основании статьи 279 АПК РФ.

Отзыв ФИО7 не приобщен к материалам дела, в связи с несоблюдением требований статьи 279 АПК РФ, непредставлением доказательств заблаговременного  направления отзыва, лицам, участвующим в деле. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 23.03.2021 между должником обществом «Панорама» (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец продал, а покупатель принял транспортное средство LADA LARGUS, 2016 года выпуска, по цене 100 000,00 руб. 

Кроме того, 21.04.2021 между ИП ФИО5 (комиссионер) и обществом «Панорама» (комитент) заключен договор комиссии № 1, по условиям которого Комиссионер обязался по поручению Комитента за вознаграждение совершить от своего имени, но за счёт Комитента сделку по реализации принадлежащего Комитенту грузового фургона GAZ А32R22, 2019 года выпуска, за вознаграждение Комиссионеру в размере 10 000 руб., минимальная стоимость, по которой грузовой фургон мог быть реализован – 700 000 руб. 

На основании договора купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 грузовой фургон GAZ А32R22 был продан комиссионером ФИО7 за 700 000 руб. 

Также, 23.04.2021 между ИП ФИО5 (комиссионер) и обществом «Панорама» (комитент) заключен договор комиссии № 2, по условиям которого комиссионер обязался по поручению комитента за вознаграждение совершить от своего имени, но за счёт комитента сделку по реализации принадлежащего Комитенту транспортного средства Mitsubishi L200, 2017 года выпуска; за вознаграждение комиссионеру в размере 10 000 руб., минимальная стоимость, по которой транспортное средство могло быть реализовано – 900 000 руб. 

На основании договора купли-продажи транспортного средства от 29.04.2021 транспортное средство Mitsubishi L200 было продано комиссионером ФИО7 за 900 000 руб. 

Ссылаясь на то, что вышеуказанные сделки совершены при неравноценном встречном предоставлении, с заинтересованным лицом в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлениями о признании вышеуказанных сделок недействительными и применении последствий их недействительности применительно к положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд первой инстанции, рассмотрев настоящий спор, установил основания для признания оспариваемых договоров купли-продажи транспортных средств недействительными по указанным конкурсным управляющим основаниям. При этом оснований для признания недействительными договоров комиссии судом не установлено, поскольку таковые не повлекли за собой последствий в виде удержания ИП ФИО5 сумм, полученных в результате реализации транспортных средств по более выгодной цене, чем указано в договорах комиссии.

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела и дополнительно представленные доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, пришел к выводу о недоказанности совокупности условий для признания сделок (договоров купли-продажи транспортных средств) недействительными по основаниям пунктов 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предметом кассационного обжалования является отказ в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника по продаже транспортных средств, а также выводы апелляционного суда о согласовании сторонами сделок устно условий, отличных от указанных в письменных договорах, о получении денежных средств частично наличными, о нерыночной стоимости транспортных средств, указанных в договорах.

Отказывая в удовлетворении заявлений, апелляционный суд руководствовался следующим. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом споре, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 06.09.2021, оспариваемые договоры купли-продажи транспортных средств совершены 23.03.2021, 29.04.2021 и 29.04.2021, то есть в течение одного года до принятия к производству арбитражного суда заявления о признании должника банкротом (в период подозрительности). 

Предъявляя требования об оспаривании сделок, конкурсный управляющий ссылался на неравноценность встречного предоставления. 

По условиям договоров купли-продажи транспортных средств цена LADA LARGUS, 2016 года выпуска составляет 100 000 руб.; цена грузового фургона GAZ А32R22 – 700 000 руб.; цена Mitsubishi L200, 2017 года выпуска – 900 000 руб. 

В дальнейшем, указанные транспортные средства были отчуждены ФИО7 в пользу третьих лиц по большей стоимости. 

Так, 07.05.2021 на публичном информационном ресурсе https://www.drom.ru было размещено объявление о продаже Mitsubishi L200, 2017 года выпуска, VIN: 

<

***> с ценой предложения 1 715 000 руб. 

По договору от 06.08.2021 транспортное средство Mitsubishi L200 было продано ИП ФИО10 за 1 650 000 руб. 

ИП ФИО10 18.08.2021 продала спорный автомобиль в пользу общества «Майнинг Солюшнс» на основании договора № КП/М-647 купли-продажи автомобиля по цене 1 700 000 руб. 

Грузовой фургон GAZ А32R22 был продан ФИО7 своей матери – ФИО11 по договору купли-продажи транспортного средства от 29.05.2021 по цене 1 200 000 руб. 

В последующем, согласно карточке учёта транспортного средства вышеназванный грузовой фургон GAZ А32R22 реализован ФИО12 по договору купли-продажи от 24.03.2022 за 1 400 000 руб. 

Автомобиль LADA LARGUS, 2016 года выпуска, был отчужден ФИО7 в пользу общества «Визион» по договору от 25.03.2021 по цене 100 000 руб. и 20.04.2021 возвращён ему по той же цене. 

Автомобиль LADA LARGUS, 2016 года выпуска, 13.05.2021 был реализован ФИО7 покупателю ФИО13 по цене 540 000 руб. 

В отношении автомобиля Лада Ларгус KS0Y5L конкурсным управляющим в материалы дела предоставлено информационное письмо общества «Гарант-Оценка» № 07/23 от 03.03.2023 о том, что стоимость транспортного средства на момент совершения сделки варьировалась в интервале от 430 000 до 510 000 руб. 

В качестве обоснования стоимости, по которой транспортные средства были отчуждены должником, бывшим директором должника ФИО2 было заявлено о том, что техническое состояние автомобилей было неудовлетворительным ввиду интенсивной эксплуатации в районах севера при проведении строительных работ, а также представлены отчеты, подготовленные обществом «Нота-Групп»: 

- № 38-05/2023-1 от 12.05.2023 об оценке рыночной стоимости автотранспортного средства MITSUBISHI L200 2.4, идентификационный № (VIN) 

<

***>, г/н С328КР196, которым определена стоимость транспортного средства по состоянию на 23.04.2021 в размере 835 000 рублей; 

- № 38-05/2023-3 от 12.05.2023 об оценке рыночной стоимости автотранспортного средства ГАЗ-А32R22, идентификационный № (VIN) 

<

***>, г/н 

<

***> которым определена стоимость транспортного средства по состоянию на 21.04.2021 в размере 756 000 рублей; 

- № 38-05/2023-2 от 12.05.2023 об оценке рыночной стоимости автотранспортного средства LADA LARGUS KS0Y5L, идентификационный № (VIN) 

<

***>, г/н 

<

***> которым определена стоимость транспортного средства по состоянию на 23.03.2021 в размере 111 000 рублей. 

ФИО7, ФИО2 приведены доводы о последующем повышении стоимости транспортных средств в результате проведенных ремонтно-восстановительных работ. 

Суд первой инстанции, установив, что транспортные средства были приобретены ФИО7 значительно ниже их рыночной стоимости по сравнению с ценой их последующего отчуждения (Mitsubishi L200 – на 83%, GAZ А32R22 – 71%, LADA LARGUS – на 540%), признал договоры купли-продажи от 23.03.2021, 29.04.2021 и 29.04.2021 в отношении спорных транспортных средств недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. С учетом природы заявленных управляющим требований (возмещение причиненного имущественной сфере должника вреда), состава ответчиков и обоснования иска, исходя из возможности предъявления истцом в защиту нарушенных прав как деликтного иска, так и иска об оспаривании сделки с применением ее последствий (статьи 167 ГК РФ, 61.7 Закона о банкротстве, 1064 ГК РФ), с учетом имеющихся в материалах дела на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции доказательств и установленных на их основании обстоятельств, суд первой инстанции, фактически квалифицировав требование о взыскании денежных средств как требование о возмещении вреда, - взыскал с ответчика ФИО14 разницу между уплаченной стоимостью по оспариваемым договорам и ценой их отчуждения. 

При этом суд исходил из недоказанности факта того, что автомобили имели технические неисправности и недостатки, что позволило бы определить меньшую стоимость автомобилей с учетом их износа и состояния, поскольку оформленные между обществом «Панорама», ИП ФИО5 и ФИО7 документы не содержат фиксации каких-либо недостатков транспортных средств, выходящих за рамки обычного износа. 

Из пояснений ответчика ФИО7 следует, что он является предпринимателем и занимается ремонтом, покупкой и продажей подержанных автомобилей; в наличии у него имеется сайт https:// www.sprosavto66.ru, через который он получает заказы. Через сайт ему поступили предложения от ФИО5 и общества «Панорама» с предложением приобрести у них спорные автомобили. Ранее указанных лиц не знал, никогда не общался, совместную деятельность с ними не вел, не является к ним аффилированным или заинтересованным лицом. 

В пояснениях ответчика ФИО7, представленных суду апелляционной инстанции, приведены подробные обстоятельства совершения спорных сделок, в том числе относительно состояния автомобилей и переговоров относительно стоимости их продажи. 

В частности, судом апелляционной инстанции принято во внимание следующие пояснения ответчика, приведенные дословно в тексте обжалуемого постановления: 

«Так, сторонами была согласована стоимость Lada Largus – 350 000 руб., GAZ А32R22 – 1 150 000 руб., Mitsubishi L200 – 1 270 000 руб., при этом сторонами была достигнута договоренность о расчете по сделкам наличными денежными средствами с указанием в договоре заниженной стоимости транспортных средств. В обоснование указания таковой стоимости ФИО2 указал, что денежные средства нужно будет вносить на баланс фирмы, а им вносить всю сумму не хочется, и они хотят забрать разницу себе, так как им задерживают оплату за проделанную работу фирмой и им нужно закрыть какие-то другие финансовые вопросы. При регистрации в органах ГИБДД автомобиля Лада Ларгус на третье лицо обнаружилось, что на авто наложено два ограничения на регистрационные действия на сумму около 100 000 руб., Сухинин пообещал их оплатить в течении двух недель, сказал, что ждут оплату от заказчика по выполненным работам, позже сообщил, что оплату задерживают и спросил, может ли ФИО7 помочь им с выкупом еще одного автомобиля Газель 2019 г.в. (цену они озвучили в районе 1,2 млн руб.), а также что у них на фирме еще есть Mitsubishi L200, которую они тоже будут продавать. ФИО7 согласился на покупку еще двух автомобилей, поскольку был заинтересован в том, чтобы общество «Панорама» оплатило свои долги и были сняты ограничения с Лады Ларгус, но предложил сумму за «газель» меньше, а именно 1,1 млн руб. ФИО3 согласился на эту сумму и сказал что они начнут готовить документы, также попросив занизить сумму на 700 тыс. руб., объяснив это тем что долг по лизингу составляет около 700 т.р., а остальную часть на счёт фирмы класть он не хочет, снова сказал что им задерживают оплату за какую-то проделанную ими работу и они сами сидят без зарплаты и сотрудникам надо дать какие-то деньги. Указание цены в договоре для ответчика не было принципиальным, не подозревая какие могут быть последствия. Также ФИО3 сказал, что «газель» нужно будет оплатить через договор комиссии на его сына Дмитрия, провести оплату через кассовый аппарат, объяснив что так надо для выкупа из лизинга. Подписание договора и оплата по автомобилю «газель» происходили в магазине Дмитрия «полон амбар» по ул. Красноармейская 41 в городе Екатеринбурге. ПТС в тот день ему не передали, ФИО3 объяснил это тем, что нужно подождать несколько дней пока поступит оплата за лизинг и лизинговая компания передаст им ПТС. В момент покупки «газели» на ней также были те самые два ограничения на регистрационные действия, что и на Ладе Ларгус. На следующий день Сергей позвонил и сказал что оплатили долги. Ограничения были сняты на обоих авто уже через несколько дней. После чего 20.04.2021 они уже переписали ларгус на общество «визион»,чтоб они сохранили за собой гос. номера и в тот же день написали на ответчика договор купли продажи уже с другими гос. номерами. Позже 22.04.2021 ответчику позвонил ФИО3 и сказал что они готовы продать ещё один авто Mitsubishi L200 за 1,4-1,45 млн руб. На осмотр ФИО7 приезжал с товарищем ФИО15 При осмотре митсубиси увидели вмятину на дверце кузова, разбитую правую птф, трещину на лобовом стекле и немного небрежное общее состояние; также обратили внимание на самую минимальную комплектацию, даже колёсные диски были не литые, а штампованные, продавцу была предложена своя цена 1,25 млн руб. В переписке в приложении «ватсап» стороны договорились о цене 1,27 млн руб., оплата происходила также в магазине наличными денежными средствами, покупателю были переданы свидетельство о регистрации авто и ключи, после оплаты автомобиль был забран от офиса по ул. Кировоградская, 28. Цену также попросил занизить на 900 тыс. руб. ФИО3. Перед выставлением автомобилей на продажу в автосалоне «Макс-хофф» ФИО7 была проведена их предпродажная подготовка (химчистка салона, полировка кузова, покраска). С договорами купли продажи на ФИО7 также была составили доверенность, чтоб он сам съездил в лизинговые компании чтоб забрать ПТС, так как сказали что им некогда сейчас и это может затянуться, а ему было интересно получить документы как можно скорее. Действия по снятию с учета авто Сухинин предложил также совершить ФИО7, на что ФИО7 возразил, что покупателю нельзя быть представителем по снятию с учёта. Примерно через неделю ФИО2 снова позвонил ему и сказал чтобы тот все машины поставил на учёт, так как у их фирмы снова появился какой-то долг и могут наложить ограничение на регистрационные действия. К этому времени Лада Ларгус и Mitsubishi L200 были проданы и увезены в город Томск, автомобиль Газель пришлось поставить на учёт на маму ФИО7, так как она является пенсионером и имеет льготы на транспортный налог. Автомобиль Газель был продан спустя 4 месяца (в связи с неликвидностью короткой базы данной газели) в автосалоне «Макс-хофф» в кредит и 25.08.2021 поставлен новым собственником на учёт. Весной 2023 года он узнал о банкротстве должника, а также о подаче иска об оспаривании сделок с указанными авто. ФИО3 ответил, что сами этого всего не ожидали и будут «отбиваться» от этого, сказал что он заинтересован в положительном исходе этого дела, так как больший долг хотят присудить его сыну, также убедил ФИО7, что у них хорошие сильные юристы и они будут защищать их общие интересы, а его попросил не ходить на суды, что они сами всё решат. Потом он рассказал как их юристы могут оправдать заниженные цены по сделкам, спросил есть ли у него знакомые в автосервисе, которые смогут сделать акты осмотров с дефектовками по всем трём авто и забраковать их состояние, чтоб оправдать заниженные цены, ФИО7 ответил, что нет таких знакомых, тогда ФИО3 сказал что сам найдёт.».  

Как указал апелляционный суд, данные пояснения подтверждаются представленной в материалы дела перепиской «Ватсап», с нотариальным протоколом осмотра доказательств. 

Апелляционный суд констатировал, что доводы ответчика об обстоятельствах заключения спорных сделок и указании в договорах заниженной цены продажи транспортных средств являются убедительными. 

При этом было отмечено, что цена последующих продаж спорных автомобилей, с учетом характера предпринимательской деятельности ответчика, предполагающей получение выгоды от перепродажи автомобилей, существенно не отличается от цены продажи, согласованной устно сторонами по спорным сделкам и фактически оплаченной ФИО7 наличными денежными средствами. 

Представленные в материалы дела в обоснование меньшей стоимости автомобилей акты осмотров, отчёты общества «Нота-Групп» об оценке спорных транспортных средств от 12.05.2023 не были приняты апелляционным судом с учетом представленных ответчиком пояснений. 

По итогам установленных фактических обстоятельств, их анализа и оценки, суд апелляционной инстанции пришел к выводам о необоснованности довода конкурсного управляющего о несоответствии цены договоров (а именно фактически уплаченной ответчиком цены) рыночным условиям и о том, что спорные автомобили выбыли из владения должника по возмездным сделкам. 

Кроме того, апелляционный суд заключил, что ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику (не входит в одну группу лиц с должником, не является аффилированным лицом должника, не является руководителем должника, не входит в состав его органов и т.д.). Обратного конкурсным управляющим должника не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Из объяснений ФИО5 по вопросу привлечения покупателя также следует, что ФИО7 имеет широкую рекламу на сайтах в сети интернет в качестве профессионального участника рынка по выкупу автомобилей любой марки и любого технического состояния; выбор покупателя был обусловлен и информацией из открытых источников в сети Интернет, положительными отзывами довольных покупателей относительно сделок с ФИО7, что не вызывало сомнений относительно выбора контрагента для заключения сделки. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО7 является заинтересованным лицом по отношению к должнику применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, суд указал, что презумпция информированности о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, о цели сделки в данном случае не применима. 

Фактической заинтересованности продавца и ответчика, которая могла быть скрыта, апелляционный суд также не усмотрел с учетом пояснений ответчика и обстоятельств поиска покупателя должником через открытые источники в сети Интернет (сайт https:// www.sprosavto66.ru). 

Апелляционный суд посчитал недоказанной совокупность условий для признания сделок недействительными по основаниям пунктов 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и отказал в полном объеме в удовлетворении заявленных управляющим требований.

Как следует из процессуальных документов, в ходе рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанции процессуальная позиция ответчика ФИО7 изменялась следующим образом.

Как усматривается из материалов дела, изначально в суд первой инстанции от ФИО7 поступил отзыв 31.07.2023 (т. 2 л.д. 70), согласно которому ранее Н-вых и ФИО2 (далее – бенефициаров) он не знал и купил Mitsubishi L200 за 900 тыс. руб. с учетом технического состояния (у авто имелись определенного рода повреждения). Что касается Lada Largus, ответчик указал, что приобрел его за 100 тыс. руб. также с учетом технического состояния авто. Все неисправности были устранены ответчиком, в связи с чем позже авто было продано дороже с учетом расходов по ремонту за свои средства. Автомобиль GAZ А32R22 также на момент покупки имел неисправности, которые в последующем были устранены за собственные денежные средства.

Позже поступили дополнения к отзыву 05.09.2023 через систему Мой Арбитр (т. 2 л.д. 106), в соответствии с которым ФИО7 настаивал на незаконности взыскания с него 750 000 руб., ввиду того, что не знал, что своими действиями мог причинить вред кредиторам должника. Как указал ФИО7, он совершал данную сделку  с целью последующего ремонта авто и его продажи по более высокой цене, цена была согласована сторонами с учетом технического состояния, срочности выкупа и наличного расчета.

В последующем в суде апелляционной инстанции в своей апелляционной жалобе (т. 4 л.д. 24) ответчик ФИО14 уже указал, что на самом деле при покупке транспортных средств ФИО7 уплатил иные суммы (Lada Largus – 350 000 руб., GAZ А32R22 – 1 150 000 руб., Mitsubishi L200 – 1 270 000 руб.) и происходило это при двух свидетелях. Как отметил ответчик «ранее данные доказательства не могли приобщить по причине того, что свидетели не могли давать пояснения из-за болезней и по семейным обстоятельствам». Теперь, по мнению ФИО7, он обязан выплачивать в пользу должника денежные средства в размере 1 589 000 руб., которые он уже выплатил ФИО5 при покупке данных автомобилей. Как указал ответчик, принуждение второй раз выплачивать данную сумму в пользу общества «Панорама» является незаконным и необоснованным.

Также ФИО7 представил пояснения, поданные в электронном виде 26.12.2023 (т. 4 л.д. 93), в которых раскрыл информацию о том, что между ним, ФИО2 и ФИО3 были договоренности по указанию заниженных цен во всех заключенных между ними договорах купли-продажи по трем транспортным средствам с приложением нотариального протокола осмотра доказательств, а именно скриншот переписок в Ватсап (т. 4 л.д. 114).

После отзыва конкурсного управляющего на апелляционную жалобу (обратившего внимание апелляционного суда на утверждение самого же ответчика о том, что денежные средства в наличной форме выплачивались им не в пользу общества, а в пользу ФИО16 – что подтверждает неполучение обществом рыночной стоимости имущества) - ответчик уже не указывал, что изначально платил ФИО16, а отмечал, что «в результате того, что он поддался на уговоры третьих лиц из общества «Панорама», общества «Визион», ФИО2 и вынесения определения от 30.10.2023, ему необходимо выплачивать дважды денежные средства за приобретение автомобилей, которые он уже в полном объеме оплатил в момент совершения сделок» (т.4 л.д. 89).

По результатам рассмотрения апелляционных жалоб (в том числе ответчика ФИО14, сознательно и умышленно вводившего суд первой инстанции в заблуждение посредством предоставления заведомо ложных пояснений и сокрытия имеющихся у него доказательств, представленных только в суд апелляционной инстанции) – суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении заявленных управляющим требований, не посчитав необходимым привлечь к ответственности указанных управляющим ответчиков.  

Суд округа полагает постановление апелляционного суда подлежащим отмене в связи с несоответствием резолютивной части постановления - установленным самим же апелляционным судом в мотивировочной части постановления фактическим обстоятельствам спора (на основании новых доводов и доказательств, принятых судом апелляционной инстанции).

В частности, исследуя доводы управляющего о неравноценности встречного предоставления в пользу продавца (общества «Панорама») приобретателем ФИО7, суд апелляционной инстанции признал правомерными выводы суда первой инстанции о недоказанности неудовлетворительного технического состояния спорных транспортных средств, обусловивших указание столь низкой цены в текстах договорах купли-продажи, а также о недоказанности последующего повышения стоимости транспортных средств в результате проведенных ремонтно-восстановительных работ.

С учетом представленных в материалы дела документов, исследованных и проанализированных судами первой и апелляционной инстанции – суд округа признает выводы судов о нерыночности цены, указанной в письменных договорах купли-продажи - обоснованными, мотивированными и основанными на полном исследовании и оценке всех имеющихся в деле доказательствах. Доводы кассационных жалоб ФИО2 и ФИО16 указанные выводы не опровергают, о рыночности указанной в текстах договоров цены не свидетельствуют.

Далее, суд апелляционной инстанции счел убедительными доводы и пояснения ответчика ФИО7 об обстоятельствах заключения спорных сделок и указании в договорах заниженной цены продажи транспортных средств, подтвержденные, в том числе, представленной в суд апелляционной инстанции перепиской «Ватсап», с нотариальным протоколом осмотра доказательств. 

Дословный текст пояснений ФИО7 приведен апелляционным судом в тексте обжалуемого постановления, в частности утверждения ФИО7 о том, что сторонами была согласована стоимость Lada Largus – 350 000 руб., GAZ А32R22 – 1 150 000 руб., Mitsubishi L200 – 1 270 000 руб., при этом сторонами была достигнута договоренность о расчете по сделкам наличными денежными средствами с указанием в договоре заниженной стоимости транспортных средств в связи с тем, что ФИО2, ФИО3 указали, что «денежные средства нужно будет вносить на баланс фирмы, а им вносить всю сумму не хочется, и они хотят забрать разницу себе». 

Таким образом, судом апелляционной инстанции фактически признаны обоснованными и доказанными следующие обстоятельства расчетов: покупатель ФИО7, вступив в сговор с бенефициарами должника (ФИО2 и Н-вы), сознательно согласился на указание заниженной цены в текстах договорах купли-продажи, заранее зная и понимая, что переданные сверх указанной в договоре заниженной суммы  деньги - будут переданы не продавцу имущества (обществу «Панорама»), а незаконно обращены в свою пользу при отсутствии на то оснований (иного не доказано, и об ином не заявлено) бенецифиарами должника. Осознавая, что указывая в договорах заниженную стоимость, ФИО7 действует именно с данной незаконной целью, покупателем и был произведен расчет: указанная в текстах договорах заниженная стоимость передана в счет исполнения обязательства купли-продажи, а значительный остаток (между рыночной и заниженной стоимостью) передан наличными денежными средствами бенефициарам. 

Данные обстоятельства (неполучения продавцом-должником равноценного предоставления за переданное покупателю ликвидное имущество) в гражданско-правовом аспекте свидетельствуют о недействительности сделки не только по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но и подтверждают недействительность такой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как вредоносной сделки, о цели совершения которой было известно не только покупателю, но и лицам, фактически осуществившим действия по реализации спорного имущества и обратившим в свою пользу денежные средства, изначально причитавшиеся должнику.  

При этом несмотря на установленные фактические обстоятельства, должные влечь констатацию недействительности сделки, суд апелляционной инстанции указывает, что суд «приходит к выводам о необоснованности довода конкурсного управляющего о несоответствии цены договоров (а именно фактически уплаченной ответчиком цены) рыночным условиям и о том, что спорные автомобили выбыли из владения должника по возмездным сделкам».

Однако в рассматриваемом случае имеет значение не тот факт, что ответчик-покупатель (находясь в сговоре с бенефициарами должника и участвуя в незаконной схеме сокрытия значительной части покупной цены) передал сумму, соответствующую рыночной стоимости спорного имущества,  - значение имеет личность получателя спорных денег, а именно: надлежащему собственнику имущества – обществу «Панорама» была уплачена заниженная стоимость, а спорные денежные средства сознательно (и при полной информированности о целях такой передачи – сокрытие от общества и обращение в пользу конкретных физических лиц) были переданы покупателем наличными бенефициарам должника. 

Отсутствие аффилированности покупателя по отношению к должнику – означает лишь, что в данном конкретном споре не действуют презумпции осведомленности о цели причинения вреда. Но необходимость использования указанной презумпции для разрешения спора и не требовалось, так как согласно пояснениям самого ответчика-покупателя (признанным обоснованными апелляционным судом) и представленным им доказательствам – о такой цели он был осведомлен еще до заключения сделок. 

Судом первой инстанции обоснованно указано, что «в отношении довода ФИО7 о том, что он не является аффилированным по отношению к должнику лицом, суд отмечает, что отсутствие доказательств прямой аффилированности не исключает наличие между заинтересованными сторонами нераскрытых перед судом договоренностей относительно распределения выгоды от приобретения транспортных средств по явно заниженной цене.».

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что установление реальных обстоятельств совершения расчетов по спорным сделкам (что произведено судом апелляционной инстанции) было невозможным в суде первой инстанции не в связи с неверным определением судом первой инстанции предмета судебного исследования или недостаточным исследованием и проверкой доводов и доказательств – а в связи с умышленным сокрытием участниками процесса, в том числе ответчиком ФИО7, имеющих значение доказательств, а также сознательное сообщение участником процесса суду первой инстанции ложных сведений о фактических обстоятельствах совершения сделки. 

Таким образом, выводы апелляционного суда о недоказанности цели причинения и непосредственного причинения вреда правам и законным интересам кредиторов оспариваемой сделкой – не соответствуют установленным судами обстоятельствам, в связи с чем обжалуемое постановление подлежит отмене. 

Итоговые выводы суда первой инстанции о недействительности сделки  - правомерны, обоснованны и доводами кассационных жалоб не опровергаются. 

Однако с учетом установленных на стадии апелляционного производства фактических обстоятельствах совершения сделки (ранее не раскрытых перед судом первой инстанции), определение суда первой инстанции в части требований применения последствий недействительности (согласно формулировке конкурсного управляющего; с учетом того, что в указанные требования в рамках настоящего обособленного спора входят требования о возмещении вреда) - также подлежит отмене с направлением в данной части спора на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Предъявляя требования об оспаривании сделок и применении их последствий (объединенные судом первой инстанции в одно производство), конкурсный управляющий определял состав лиц, к которым заявлены притязания конкурсной массы, и формулировал просительную часть заявлений - исходя из известных ему на стадии разбирательства в суде первой инстанции обстоятельств. При этом имущественные притязания, поименованные управляющим как требования о применении последствий недействительности сделки, фактически заключались в требовании о возмещении имущественной сфере общества «Панорама» недополученного от лиц, являющихся выгодоприобретателями по спорным сделкам (что означает возможность одновременного предъявления и необходимость одновременного рассмотрения не только требования о констатации недействительности сделки и применения последствий недействительности в порядке статьи 61.7 ФЗ, но и деликтного требования к фактическим причинителям вреда).

  Согласно сформированной Верховным Судом Российской Федерации правовой позиции (определение СКЭС ВС РФ №301-ЭС17-19678 от 19.06.2020), в ситуации неправомерного завладения чужим имуществом по недействительной сделке, у стороны, утратившей имущество, возникает реституционное требование к другой стороне сделке (статья 167 ГК РФ), что, однако, не является препятствием для признания за потерпевшим права требовать возмещения имущественного вреда, возникшего вследствие противоправного вывода активов, от лиц, участвующих в заведомо незаконной схеме, в результате умышленных противоправных действий которых был утрачен контроль над имуществом (чьи действия были направлены на умышленное создание необходимых объективных условий для совершения недействительной сделки) – статья 1064 Гражданского кодекса. Хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель – возместить в полном объеме (статья 15 Гражданского кодекса) убытки продавца, поэтому обязательства приобретателя (стороны недействительной сделки) и причинителя вреда (лица, участвующего в выводе активов) являются солидарными (статья 1080 Гражданского кодекса), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавшего.

Исходя из толкования приведенной правовой позиции и сложившейся судебной практики ее применения, можно сделать вывод, что основываясь на общих принципах гражданского законодательства, выработан правовой подход, согласно которому до момента фактического восстановления права допускается использование лицом, чье право нарушено, любых законных способов защиты как путем возбуждения единичного судебного процесса, так и путем инициирования нескольких судебных процессов с различными способами защиты, направленных на восстановление одного и того же нарушенного права (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 N 9324/13, определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 N 307-ЭС15-19016; от 01.07.2016 N 303-ЭС16-1164; Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3(2016)).

Таким образом, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, учитывая характер заявленных управляющим требований, а также то, что фактические обстоятельства совершения спорных сделок были установлены только лишь судом апелляционной инстанции, что лишило управляющего процессуальной возможности уточнить соответствующие требования и лиц, к которым они направлены - суду следует поставить соответствующий вопрос на обсуждение сторон: определить состав выгодоприобретателей по спорным сделкам, поставить перед участниками процесса вопрос о необходимости их привлечения к участию в деле, определить процессуальный статус участников спора.

 Возложение ответственности при установленных апелляционным судом фактических обстоятельствах только лишь на покупателя ФИО7 (при том, что ответчиком по двум из трех сделок поименован и Назаров (тогда как лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (статья 1080 ГК РФ)) – будет означать возложение ответственности только на лицо, которое не являлось инициатором вредоносных действий, и освобождение от ответственности бенефициаров, извлекших выгоду из своего недобросовестного поведения, что не отвечает целям и задачам разрешения споров с учетом общеправового принципа справедливости.  

 Указанные выше нарушения норм материального и процессуального права не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств, данными полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, в связи с этим обжалуемые судебные акты согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в части применения последствий недействительности (согласно формулировке конкурсного управляющего; с учетом того, что в указанные требования в рамках настоящего обособленного спора входят требования о возмещении вреда, в соответствии с верно данной правовой квалификацией суда первой инстанции).

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть сказанное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, принять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2023 по делу № А60-40120/2021 в части применения последствий недействительности сделок и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024 по тому же делу отменить.

Обособленный спор в части применения последствий недействительности сделок направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

В части признания спорных сделок недействительными определение  Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2023 оставить в силе. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Д.Н. Морозов 

 

                                                                                             Е.А. Павлова