﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-19901/2019(1)-АК

Дело № А60-16126/2019

10 февраля 2020 года

г. Пермь

	

Резолютивная часть постановления объявлена 03 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 февраля 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей	                                 Васевой Е.Е., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Багаевой Л.О.,

при участии: 

от Курилина Вячеслава Валерьевича: Суханов А.Б. (паспорт, доверенность от 24.01.2020, диплом),

от должника Азарова Евгения Владимировича: Федотов Д.В. (паспорт, доверенность от 01.08.2019, диплом), 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Курилина Вячеслава Валерьевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 05 декабря 2019 года

о результатах рассмотрения заявления Соколовой Ольги Дмитриевны о включении ее требований в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Сергеевой Т.А.

в рамках дела № А60-16126/2019

о признании несостоятельным (банкротом) Азарова Евгения Владимировича, 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2019 принято к производству поступившее в суд 22.03.2019 заявление Азарова Евгения Владимировича (далее – Азаров Е.В., должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.06.2019 (резолютивная часть решения объявлена 27.05.2019) Азаров Е.В. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден Лавров Андрей Анатольевич (далее – Лавров А.А.), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 08.06.2019, на сайте ЕФРСБ – 28.05.2019. 

19.09.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Соколовой Ольги Дмитриевны (далее Соколова – О.Д.) о включении требования в размере 3 453 517 руб. 12 коп., в том числе 2 400 000 руб. основного долга, 1 037 817 руб. 12 коп. процентов, 21 800 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в реестр требований кредиторов должника. 

В судебном заседании 11.11.2019 в Арбитражный суд Свердловской области представлено уточненное заявление о включении в реестр требований кредиторов, согласно которому заявитель отказался от части требований по расписке от 01.05.2010 в сумме 900 000 руб. основного долга и 227 522 руб. 04 коп. процентов, просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование в размере 2 352 995 руб. 08 коп., в том числе 1 500 000 руб. основного долга, 810 295 руб. 08 коп. процентов, 15 700 руб. расходов по уплате государственной пошлины. При этом, в реестр требований кредиторов должника просили включить требование Курилина Вячеслава Валерьевича (далее – Курилин В.В.) со ссылкой на заключенный между Соколовой О.Д. и Курилиным В.В. договор цессии от 16.09.2019 (л.д.77-78).

Указанные уточнения приняты Арбитражным судом Свердловской области в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2019 (резолютивная часть от 28.11.2019) производство по требованию в части суммы основного долга 900 000 руб. и процентов в размере 227 522 руб. 04 коп. прекращено, в остальной части в удовлетворении требования отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Курилин В.В. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на то, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что законный представитель Соколовой О.Д. Соколова Наталья Николаевна (далее – Соколова Н.Н.) при всей осмотрительности могла узнать о существовании обязательства только 07.12.2018, то есть с даты привлечения к рассмотрению дела Южноуральским городским судом Челябинской области по делу № 2-21/2019 Соколовой О.Д. и ее законного представителя к участию в деле, при этом, из письменных пояснений законного представителя Соколовой Н.Н. следует, что она и после направления заявления в Южноуральский городской суд Челябинской области не понимала о существовании обязательства на 3 000 000 руб. по расписке от 21.02.2014, а о существовании второго займа Соколовой Н.Н. вовсе не было известно. Полагает, что законный представитель Соколовой О.Д., в части обязательства должника, получила данный статус лишь 24.03.2018, т.е.  момента смерти Соколовой Галины Владимировны (далее – Соколова Г.В.), именно с этого момента законный представитель приобрел процессуальные права на подачу заявления о взыскании денежных средств. Таким образом, считает, что срок исковой давности начинает течь с 24.03.2018, соответственно, данный срок заявителем не пропущен. При этом отказ Соколовой Н.Н. от самостоятельных требований при рассмотрении дела №2-21/2019, по мнению апеллянта, является ненадлежащим исполнением законным представителем возложенных на него законодательством полномочий и не нуждается в доказывании. С учетом исключительного характера причин пропуска срока исковой давности, в том числе по обстоятельствам, связанным с личностью истца, как то сложные отношения в семье, отсутствие  информации об обязательстве, беспомощное состояние Соколовой О.Д., нахождение в режимном объекте, срок исковой давности подлежит восстановлению. Также ссылается на то, что Курилин В.В., приобретая право требования по договору цессии, исходил из перспективы восстановления сроков, с учетом этих обстоятельств, оценивал возможность восстановления срока. 

До начала судебного заседания от апеллянта поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых указано на то, что помимо основного долга (по займу) к включению в реестр были заявлены проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), начисленные на сумму основного долга по дату введения процедуры банкротства, которые заявлены в пределах сроков исковой давности, к процентам, рассчитанным за период с 12.09.2016 (три года от даты подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов) по 26.05.2019 (дата, предшествующая дате введения процедуры банкротства), срок исковой давности не применим, следовательно, сумма процентов, подлежащих уплате, составляет 202 448 руб. 43 коп., данная сумма подлежит включению в реестр независимо от истечения сроков давности по основному обязательству. 

От финансового управляющего должника Лаврова А.А. поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в которой выражена позиция о несогласии с доводами апелляционной жалобы и отсутствии оснований для восстановления пропущенного срока исковой давности. 

Также от Соколовой О.Д. поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому она поддерживает доводы апелляционной жалобы Курилина В.В., просит определение в обжалуемой им части отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Участвующий в судебном заседании представитель Курилина В.В. на доводах апелляционной жалобы, с учетом дополнений к ней, настаивал, просил судебный акт в обжалуемой части отменить.

Представитель должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Возражений относительно проверки судебного акта только в обжалуемой части от лиц, участвующих в деле, не поступило, в связи с чем определение суда в части прекращения производства по требованию кредитора в части суммы основного долга 900 000 руб. и процентов в размере 227 522 руб. 04 коп. судом апелляционной инстанции не исследуется.

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника Соколова О.Д., а в дальнейшем ее правопреемник по договору цессии от 16.09.2019 Курилин В.В., сослались на следующие обстоятельства.

21.02.2014 между Соколовой Г.В. (правопредшественник Соколовой О.Д.) и должником заключен договор займа, оформленный распиской, согласно которой Соколова Г.В. передала должнику денежные средства в размере          3 000 000 руб., а должник обязался возвратить сумму займа в течение 2015 года с процентами из расчета 1,5% в месяц (л.д.43).

07.08.2018 Соколова Г.В. умерла, что подтверждается свидетельством о смерти IV-АИ №733231 (л.д.22).

Ранее, 07.02.2014 Соколовой Г.В. было оформлено завещание, согласно которому имущество Соколовой Г.В., за исключением недвижимого имущества, поименованного в завещании выше, наследодатель завещает в равных долях Соколовой  О.Д. и Соколову О.Д. (брат Соколовой О.Д.) (читабельная копия – л.д.72).

Таким образом, право требование к Азарову Е.В. по возврату суммы займа в размере 3 000 000 руб. вошло в наследственную массу.

Приговором Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 26.12.2017 по делу №1-578/2017 Соколова О.Д. в связи с признанием ее виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) была помещена в Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей УМВД России по г.Екатеринбургу, по настоящее время отбывает наказание в Куртамышском СУВУ (л.д.14-15).

В то же время брат Соколовой О.Д. обратился в Южноуральский городской суд Челябинской области с иском к должнику о взыскании денежных средств по договору займа.

Вступившим в законную силу 25.04.2019 решением Южноуральского городского суда Челябинской области от 10.01.2019 по делу №2-21/2019 исковые требования Соколова О.Д. удовлетворены, с должника в пользу Соколова О.Д. взыскано в погашение задолженности по договору займа 1 500 000 руб., в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 15 700 руб., всего 1 515 700 руб. (л.д.7-8, 10-13).

Из текста указанного судебного акта следует, что привлеченный к участию в деле законный представитель несовершеннолетней Соколовой О.Д. заявить самостоятельные требования в интересах дочери не пожелала, о чем представила суду заявление. 

16.09.2019 между Соколовой О.Д. (цедент) и Курилиным В.В. (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) по договору займа, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту, вытекающие в том числе из заключенного между Соколовой Г.В. (наследниками по завещанию являются Соколов О.Д. и Соколова О.Д. по 1/2 доли, согласно завещанию от 07.02.2014) и должником Азаровым Е.В. (л.д.75-76).

Согласно пункту 1.2 договора права (требования), принадлежащие цеденту, возникли в силу предоставления должнику денежных средств по расписке от 21.02.1014 и составляют право требовать сумму в размере 1 500 000 руб., проценты, рассчитываемые из расчета 1,5% в месяц.

По расчету кредитора размер процентов, насчитанных с учетом условий договора займа от 21.02.2014, за период с 27.05.2016 по 26.05.2019, исходя из ставки 1,5% в месяц, составил 810 295 руб. 08 коп., согласно уточненному заявлению.

В заявлении Соколова О.Д. указывает, что о факте банкротства должника Азарова Е.В. ей стало известно от родного брата – Соколова О.Д. на свидании, состоявшемся 23.09.2019, в связи с чем, срок для подачи заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника для нее истекает 24.11.2019. 

Ссылаясь на то, что денежные средства, переданные должнику по расписке от 21.02.2014, до настоящего времени не возвращены, заявителем предъявлено требование в включении в реестр задолженности в размере 1 500 000 руб. основного долга, 810 295 руб. 08 коп. процентов по статье 317.1 ГК РФ, 15 700 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем пропущен срок исковой давности для предъявления своего денежного требования. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Как указывалось выше, заявитель основывает свои требования на договоре займа от 21.02.2014, оформленном распиской, на сумму 3 000 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

По правилам статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 №29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске сроков исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьей 110 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно данной норме и пункту 15 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В рассматриваемом случае, возражая относительно заявленных требований, финансовый управляющий должника Лавров А.А. и кредиторы заявили о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

По общему правилу, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (часть 1 статьи 200 ГК РФ).

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43). 

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию (пункт 26 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43).

Арбитражный суд первой инстанции согласился с позицией финансового управляющего и кредиторов о пропуске заявителем срока исковой давности для предъявления своего требования и правомерно исходил из следующего.

С учетом условий договора займа, оформленного распиской от 21.02.2015, должник обязался вернуть сумму займа в течение 2015 года, то есть в срок до 31.12.2015. Следовательно, срок исковой давности по заявленному долгу истекает 31.12.2018.

С настоящим заявлением о включении в реестр Соколова О.Д. обратилась в суд только 16.09.2019 (конверт – л.д.32).

Доказательств перерыва срока исковой давности или приостановления течения срока исковой давности заявителем не представлено (статья 65 АПК РФ).

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о пропуске заявителем трехлетнего срока исковой давности.

Данный вывод суда основан на правильном применении норм материального права и верной оценке обстоятельств дела. 

Оснований для несогласия с выводом суда первой инстанции апелляционная коллегия не усматривает.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что законный представитель Соколовой О.Д. Соколова Н.Н., при всей осмотрительности, должна была узнать о существовании обязательства только 07.12.2018, то есть с даты привлечения Южноуральским городским судом Челябинской области по делу №2-21/2019 к рассмотрению дела самой Соколовой О.Д. и ее законного представителя, при этом, из письменных пояснений законного представителя Соколовой Н.Н. следует, что она и после направления заявления в Южноуральский городской суд Челябинской области не понимала о существовании обязательства на 3 000 000 руб. по расписке от 21.02.2014, о существовании второго займа Соколовой Н.Н. известно не было, законный представитель Соколовой О.Д. в части обязательства должника приобрела данный статус лишь с момента смерти Соколовой Г.В. (24.03.2018), именно с этого момента законный представитель получила процессуальные права на подачу заявления о взыскании средств, в связи с чем, срок исковой давности начинает течь с 24.03.2018, и срок заявителем не пропущен, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению.

Согласно статье 201 ГК РФ, с учетом разъяснений пункта 6 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43, переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, позиция заявителя жалобы о том, что для Соколовой О.Д. срок исковой давности начал течь только с момента смерти наследодателя, основана на неверном толковании норм материального права.

Также подлежат отклонению доводы жалобы о том, что имеются основания для восстановления срока исковой давности.

В соответствии с разъяснениями, изложенным в пункте 2 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43, в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 ГК РФ).

Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 ГК РФ, статья 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом приведенных норм права и разъяснений, принимая во внимание, что в рамках рассмотрения дела №2-21/2019 законный представитель Соколовой О.Д. не предъявила самостоятельные требования в суд, при отсутствии доказательств того, что такое поведение явилось следствием ненадлежащего исполнения законным представителем возложенных на нее законодательством полномочий, а не выражением воли на отказ от требования, оснований для восстановления пропущенного срока исковой давности у суда первой инстанции не имелось. 

Суждения Курилина В.В. о том, что сам факт отказа Соколовой Н.Н. от самостоятельных требований при рассмотрении дела №2-21/2019 является ненадлежащим исполнением законным представителем возложенных на него законодательством полномочий и не нуждается в доказывании, что в рассматриваемой ситуации имеются исключительного характера причины пропуска срока исковой давности (обстоятельства, связанным с личностью истца, ее беспомощное состояние, нахождение в режимном объекте, сложные отношения в семье, отсутствие  информации об обязательстве) признаются несостоятельными.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, доказательства того, что законный представитель Соколова Н.Н. действовала с намерением причинить вред своей несовершеннолетней дочери, что отказ от участия в гражданском деле был обусловлен исключительно нежеланием законного представителя исполнять свои обязанности, в материалах дела отсутствуют (статьи 65 АПК РФ).

Нахождение Соколовой О.Д. в режимном объекте в результате ее осуждения за преступление не является свидетельством сложного отношения в семье и беспомощного состояния кредитора.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что помимо основного долга взысканию подлежат проценты в порядке статьи 395 ГК РФ, начисленные на сумму основного долга по дату введения процедуры банкротства, в пределах сроков исковой давности, как следствие, к процентам, рассчитанным за период с 12.09.2016 (три года от даты подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов) по 26.05.2019 (дата, предшествующая дате введения процедуры банкротства), срок исковой давности не применим, следовательно, сумма процентов, подлежащих уплате, составляет 202 448 руб. 43 коп. и данная сумма подлежит включению в реестр независимо от истечения сроков давности по основному обязательству, также отклоняются.

Как следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, основанной на расписке от 21.02.2014, заявитель ссылался на наличие основного долга в размере 1 500 000 руб., а также процентов, начисленных в соответствии с положениями статьей 317.1 ГК РФ (л.д.18). Требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 ГК РФ в данной части не заявлялись. 

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося определения Арбитражного суда Свердловской области.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Таким образом, оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства, сделанные в нем выводы – обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области  от 05 декабря 2019 года по делу № А60-16126/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

Т.С. Нилогова

 

Судьи

 

Е.Е. Васева  

 

Т.В. Макаров

 

C1554584614430=4524@