АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2602/18 

Екатеринбург

12 ноября 2018 г.

Дело № А50-22829/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 ноября 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Рогожиной О.В.,

судей Столяренко Г. М., Сушковой С.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  закрытой  акционерной компании с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед (Республика Кипр) (далее - компания) на определение Арбитражного суда Пермского края от 09.06.2018 по делу  №  А50-22829/2016 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 23.08.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

закрытой акционерной компании с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед (Кипр) – Мартыненко А.Ю. (доверенность от 27.11.2017);

Федеральной налоговой службы – Полежаева И.Н. (доверенность от 26.02.2018).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Пермский» 19.11.2017 закрытая акционерная компания с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед (Республика Кипр) (далее - компания) обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в общей сумме 364 641 461 руб. 58 коп. в качестве требований по обязательствам, обеспеченным залогом имущества (свинопоголовья) должника по договору залога от 19.08.2016 (с учетом уточнения требований, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, далее – АПК РФ, и принятых судом к рассмотрению).

Кроме того, 20.11.2017 акционерное общество «Пермский свинокомплекс» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в общей сумме 105 722 622 руб. 16 коп., основанных на договорах аренды, эксплуатационных и иных услуг, купли-продажи, субаренды, агентских договорах (с учетом уточнения требований, заявленных в порядке статьи 49 АПК РФ, и принятых судом к рассмотрению).

Определениями суда от 28 и 22 ноября 2017 соответственно заявления компании и общества приняты к производству.

На основании статьи 130 АПК РФ с учетом связанности оснований возникновения предъявленных обществом и компанией требований, связанности представленных по указанным заявлениям доказательств, а также в целях исключения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов рассмотрение заявлений общества и компании 20.02.2018  объединено.

Определением суда от 09.06.2018 (судьи Рудаков М.С., Копанева Е.А., Субботина Н.А.) в удовлетворении заявлений отказано.

Постановлением апелляционного суда от 23.08.2018 (судьи             Скромова Ю.В., Дюкина В.Ю., Полякова М.А.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами в части отказа во включении требований компании в реестр требований кредиторов должника, закрытая акционерная компания с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед обратилась в суд округа с кассационной жалобой. 

В обоснование кассационной жалобы компания указывает, что судами не в полной мере изучены и оценены доводы кредитора об экономической целесообразности заключения договора залога имущества с должником. Как указывает компания, необходимость заключения договора залога была вызвана осведомленностью компании о неудовлетворительном финансовом положении группы компаний «Группа Синергия», в том числе свинокомплексов, при этом компания отрицает свою аффилированность с указанной группой лиц на момент заключения договора залога, последующее приобретение акций общества «Группа Синергия», по мнению компании, не имеет правового значения при рассмотрении настоящего спора, поскольку являлось частью плана по расчетом с компанией за приобретенную задолженность акционерного общества «Пермский Свинокомплекс».

В отзывах на кассационную жалобу уполномоченный орган, конкурсный управляющий «Свинокомплекс Пермский» Лясман А.Э., Министерство сельского хозяйства и продовольствия Пермского края по доводам компании возражают, указывают, что компанией в Арбитражном суде города Москвы инициирован спор о признании договора купли-продажи задолженности акционерного общества «Пермский Свинокомплекс», в обеспечение которого должник предоставил залог свинопоголовья, незаключенным. Таким образом, продолжая настаивать на включении своего требования в реестр требований кредиторов общества «Свинокомплекс Пермский» и одновременно заявляя, что основное обязательство отсутствует (сделка не заключена), компания Калкфелд допускает недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Указанные лица просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Приложенная компанией к кассационной жалобе таблица зачетов должника по переданным правам требования не подлежит принятию судом округа и подлежит возврату, поскольку в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет соответствие выводов судов о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам; процессуальное законодательство не предоставляет суду округа полномочий по приобщению к материалам дела, исследованию и оценке новых доказательств и переоценке выводов судов об обстоятельствах дела с учетом представленных в суд округа новых документов. Поскольку указанный документ поступил в суд округа в электронном виде через систему «Мой арбитр», фактическому возврату  компании  не подлежит.

Законность обжалуемых судебных  актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах.

Как следует из материалов дела и установлено судами, закрытая акционерная компания с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед являлась векселедержателем (кредитором) по вексельным обязательствам акционерного общества «Пермский свинокомплекс» (векселедатель), требования которой подтверждены вступившими в законную силу судебными актами по делам № А50-26067/2014, А50-24998/2014, А5011658/2014, А50-753/2014.

Между  закрытой акционерной компанией с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед (продавец) и закрытым акционерным обществом «Группа Синергия» (покупатель) 28.08.2015 с учетом дополнительного соглашения от 15.07.2017 заключен договор купли-продажи денежного требования к акционерному обществу «Пермский свинокомплекс» в размере 681 903 005 руб. 47 коп., определенного по состоянию на 28.08.2015, которое покупатель обязался оплатить в сумме 681 903 005 руб. 47 коп. в рассрочку в течение 24 месяцев. В пункте  7.1 договора купли-продажи стороны оговорили, что в обеспечение исполнения обязательств по договору купли-продажи денежного обязательства стороны заключат договора залога.

По договору залога от 19.08.2016 общество «Свинокомплекс Пермский» (должник по настоящему делу о банкротстве) передал в залог в целях обеспечения исполнения обязательств покупателя, то есть общества «Группа Синергия», вытекающих из договора купли-продажи от 28.08.2015, свинопоголовье в размере 29 963 особи весом не менее 110 кг каждая, договор залога заключен с обществом с ограниченной ответственностью «Ник-Инвест» и обществом с ограниченной ответственностью «Юрфикон», с которыми компанией с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед, в свою очередь, заключила договоры финансирования под уступки требования, расторгнутые в последующем по соглашениям от 13.07.2017.

Общество «Группа Синергия» по договору от 28.10.2015 и от 15.08.2016 уступило обществу «Свинокомплекс Пермский» (должник) право требования к акционерному обществу «Пермский Свинокомплекс» на сумму 114 222 206 руб. 76 коп. и 323 001 140 руб., соответственно.

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром Межрегионгаз Пермь» 03.10.2016 обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании общества «Свинокомплекс Пермский» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 25.10.2016 заявление принято, возбуждено производство по делу № А50-22829/2016 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 27.02.2016 заявление общества «Газпром Межрегионгаз Пермь» о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Федеральная налоговая служба России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю 16.02.2017 обратилась в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), которое в силу статьи 48 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве) является заявлением о вступлении в дело о банкротстве.

Определением суда от 27.02.2017 заявление уполномоченного органа принято к рассмотрению.

Определением суда от 16.10.2017 заявление уполномоченного органа о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Мосюр Петр Николаевич, член ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ 21.10.2017.

Обращаясь в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, акционерное общество «Пермский Свинокомплекс» доказывало, что в период с 06.10.2014 по 25.10.2016 между указанным обществом и должником сложились договорные отношения, основанные на 29 сделках, в рамках которых у должника образовалась перед обществом задолженность в сумме 234 865 818 руб. 57 коп., в том числе 218 246 872 руб. 05 коп. основного долга и 16 618 946 руб. 52 коп. неустойки - первоначально предъявленные требования.

Возражая против требований общества, должник указал, что вся задолженность погашена зачетом встречных однородных требований.

Обращаясь в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, компания с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед ссылалась на то, что обязательство по договору купли-продажи задолженности акционерного общества «Пермский Свинокомплекс» не исполнено, в то время как оно обеспечено залогом имущества должника.

Относительно требований акционерного общества «Пермский Свинокомплекс» суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав взаимоотношения сторон, сопоставив, представленные в материалы дела документы, установив, что на дату предъявления требования акционерного общества «Пермский Свинокомплекс» в суд задолженность общества «Свинокомплекс Пермский» (должник) перед акционерным обществом «Пермский Свинокомплекс» по договору купли-продажи сельскохозяйственных животных № 1546/15 (33/15) от 09.10.2015 по основному долгу всего составила 22 028 129 руб. 92 коп., и неустойка в размере 14 432 449 руб. 52 коп., как и было изначально предъявлено обществом (акт сверки с учетом сторнированной суммы), пришли к выводу, что задолженность в указанном размере погашена должником путем проведения 09.02.2017 зачета встречных однородных требований (заявление о зачете № 17/103 от 08.02.2017, получено акционерным обществом «Пермский Свинокомплекс» 09.02.2017). 

Кроме того, путем зачета встречных однородных требований общество «Свинокомплекс Пермский» (должник) погасило 31.05.2017 неустойку в размере 14 432 449 руб. 52 коп. (заявление о зачете № 17/44 от 31.05.2017, получено акционерным обществом «Пермский Свинокомплекс» 31.05.2017).

Данные зачеты акционерным обществом «Пермский Свинокомплекс» не оспариваются, равно как и отсутствие задолженности по иным 28 сделкам, изначально предъявленным при обращении с заявлением.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций оснований для включения требований акционерного общества «Пермский Свинокомплекс» по заявленным основаниям не установили.

В данной части судебные акты суда первой и апелляционной инстанции не обжалуются.

Отказывая во включении требований в реестр требований кредиторов компании с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед, суды исходили из наличия в действиях сторон, входящих в одну группу компаний и действующих согласованно,  злоупотребления правом при заключении договора залога от 19.08.2016 с целью  лишения независимых кредиторов возможности получить удовлетворение за счет имущества должника.

Суд округа изучив  доводы кассационной жалобы, возражения по ним, материалы дела, оснований для отмены судебных актов не усматривает, исходя из следующего.  

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. 

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. 

В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 4 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197). 

В рассматриваемом случае, в качестве основания для включения в реестр требований кредиторов компании указанный кредитор ссылался на то обстоятельство, что исполнение договора купли-продажи денежного требования от 15.07.2017 к акционерному обществу «Пермский Свинокомплекс» обеспечено залогом имущества должника, основное обязательство не выполнено, в связи с чем, компания имеет право требования к залогодателю – обществу «Свинокомплекс Пермский».

Между тем, иные кредиторы, в том числе, акционерное общество «Россельхозбанк» на протяжении спора указывали, что взаимоотношения компании с юрисдикцией, публично нераскрывающией конечных бенефициаров, и группы лиц «Группа Синергия», в том числе свинокомплексов, в период неудовлетворительного финансового состояния последних, о чем компания была осведомлена (указанное компанией не опровергается и подтверждается) выходят за рамки обычной предпринимательской деятельности, поскольку все сделки обладают высоким риском дефолта, что нехарактерно для обычных участников хозяйственного оборота, основное обязательство возникло из вексельных правоотношений в 2009 году.  В последующем, компания через опосредованные юридические лица (общества «Ник-Инвест» и «Юрфикон») приобрела акции общества «Группа Синергия». Компания, указывая, что общества «Ник-Инвест» и «Юрфикон» являются ее доверенными лицами, в тоже время расторгает с последними договоры финансирования под уступку права  требования. 

Кроме того, такие основания, по мнению независимых кредиторов, следуют из представления Ильиным А.В. интересов компании еще до заключения договора от 28.08.2015 - при взыскании в судебном порядке вексельной задолженности с общества. Его родной брат Ильин А.В. являлся и является руководителем общества «Юрфикон», непосредственно участвовавшим в заключении договора залога от 19.08.2016 с должником. В настоящее время Ильин А.В. является руководителем общества «Группа Синергия».

По сути, иные кредиторы, ссылались на то, что должник в преддверии банкротства (наличии иных существенных обязательств) передает в залог ликвидное имущество в отсутствие экономической целесообразности, о чем залогодателю было известно, при этом имеются существенные основания полагать, что взаимоотношения компании и группы лиц «Группа Синергия» обладают признаками корпоративных отношений.

Учитывая специфику дел о банкротстве, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что возражающему лицу достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга, при этом на другую сторону, настаивающую на наличии долга, возлагается бремя опровержения этих сомнений, в чем не должно возникнуть затруднений, поскольку именно сторона должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

 Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Конкурирующий кредитор не является стороной правоотношений, послуживших основанием для предъявления иным кредитором требований к должнику, в силу чего к нему не подлежит применению высокий стандарт доказывания. При наличии возражений конкурирующего кредитора и представлении им прямых либо косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на кредитора, предъявившего требования к должнику, возлагается бремя опровержения этих сомнений.

В тоже время, компания, являясь длительное время в правоотношениях с группой лиц «Группа Синергия» (как минимум, с 2009 года), своего конечного (реального) бенефициара не указала, порядок экономического взаимодействия с группой лиц «Группа Синергия» в полной мере не раскрыла, в ходе судебного разбирательства вела себя непоследовательно, частично раскрывая определенную информацию и доказательства только после того, как независимые кредиторы указывали на определенные несоответствия (несостыковки) в правоотношениях. 

Учитывая изложенное, на основании оценки совокупности доказательств и доводов сторон, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что договор залога от 19.08.2016 фактически преследовал не цель обеспечения исполнения обязательств общества «Группа Синергия», а – лишения независимых кредиторов получить удовлетворение требований к должнику за счет его имущества, которым фактически является только свинопоголовье, для должника заключение договора залога не являлось экономически целесообразным.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявленияо включении требований в реестр могут быть квалифицированыкак совершенные исключительно с противоправной целью уменьшенияв интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр.

Суды также приняли во внимание то обстоятельство, что обладая сведениями о затруднительном финансовом положении группы лиц «Группа Синергия», в том числе свинокомплексов, учитывая специфический состав предмета залога (свинопоголовье) компания не воспользовалась механизмом регистрации залога.

При указанных обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций оснований для включения требований компании в реестр требований кредиторов должника не усмотрели. 

Выводы судов являются верными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Довод компании о том, что в основу обжалуемых судебных актов положены сомнения и доводы иных кредиторов (общество «Россельхозбанк»), указанный кредитор достаточных доказательств аффилированности компании с группой лиц «Группа Синергия» не предоставил, в связи с чем, компания не может и не обязана опровергать соответствующие сомнения подлежит отклонению в силу следующего. 

Как уже было указано выше, исходя из принципов процессуального законодательства бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей

Общество «Россельхозбанк» как лицо, не участвовавшие в сделке, объективно лишено возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку, а также с учетом юрисдикции компании, публично нераскрывающией конечных бенефициаров, не может в полной мере доказать юридическую аффилированность указанных лиц (компании и должника). В то же время указанное лицо может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки, наличия признаков аффилированности суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. 

Бремя опровержения соответствующих доводов лежит на лицах, ее заключивших сделку, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем иные кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности (определение Верховного суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений.

Таким образом, согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.) при наличии доказательств иной заинтересованности (дружеские отношения, совместный бизнес, частое взаимодействие и т.д.). 

Учитывая, что ни одно из представленных иными кредиторами доказательств (существенных сомнений), ответчиком   фактически не опровергнуто, суды обоснованно пришли к выводу, что представленная конкурсным управляющим и кредиторами совокупность косвенных доказательств подтверждает факт заинтересованности и цель проведения контролируемого банкротства должника. Таким образом, суд округа приходит к выводу, что бремя доказывания при рассмотрении настоящего спора  судами распределено верно, с учетом фактических обстоятельств дела.

Ссылка компании на то, что регистрация залога в нотариальном порядке является правом, а не обязанностью залогодержателя, основана на верном толковании норм гражданского законодательства.

В тоже время суды, принимая соответствующее обстоятельство во внимание, исходили из того, что обычный участник хозяйственного оборота, осознавая возможность притязания иных кредиторов залогодателя на заложенное имущество, ввиду затруднительного финансового положения последнего, учитывая специфический состав предмета залога (свинопоголовье) воспользуется соответствующим механизмом регистрации залога в нотариальном порядке.

Суд округа считает, что в рассматриваемом случае судами верно распределено бремя доказывания;  обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела установлены верно, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы  сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 09.06.2018 по делу             №  А50-22829/2016 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 23.08.2018 по тому же делу  оставить без изменения, кассационную жалобу закрытой акционерной компании с ограниченной ответственностью Калкфелд Холдингз Лимитед (Республика Кипр) (далее - компания)» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						О.В. Рогожина 

Судьи						Г.М. Столяренко 

                                             					 С.А. Сушкова