ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-68783/2016

16 декабря 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.

Резолютивная часть постановления объявлена     08 декабря 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 декабря 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей  Н.А.Морозовой, И.В.Юркова,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 

при участии:  

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 14.09.2020, паспорт,

от ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 26.09.2019, паспорт,

от ФИО6: ФИО7, представитель по доверенности от 30.09.2019, паспорт,

от ФИО8: ФИО7, представитель по доверенности от 30.09.2019, паспорт,

от ФИО9: ФИО7, представитель по доверенности от 01.10.2019, паспорт,

от ФИО10: ФИО7, представитель по доверенности от 06.12.2019, паспорт,

от ФИО13: Зима Г.В., представитель по доверенности от 14.10.2019, паспорт,

от ФИО11: ФИО12, представитель по доверенности от 18.12.2020, паспорт,

от ФИО13: ФИО14, представитель по доверенности от 03.10.2019, паспорт,

от ФИО18: ФИО15, представитель по доверенности от 01.02.2021, паспорт,

от ГК «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО16, представитель по доверенности от 02.07.2021, паспорт,

ФИО17, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-20929/2021, 13АП-20931/2021) ПАО «ВыборгБанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО9 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2021 по делу № А56-68783/2016/суб. (судья Даценко А.С.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего ПАО «ВыборгБанк» 

к ответчикам: 1. ФИО9, 2. ФИО10, 3. ФИО2, 4. ФИО17, 5. ФИО6, 6. ФИО18, 7. ФИО18, 8. ФИО8, 9. ФИО13, 10. ФИО19, 11. ФИО20, 12. ФИО13, 13. ФИО21, 14. ФИО22, 15. ФИО4, 16. ФИО23, 17. ФИО11

о привлечении к субсидиарной ответственности 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Выборг-банк»,

установил:

определением Арбитражного суда от 10.10.2016 принято к производству заявление Центрального банка Российской Федерации, поступившее в суд 04.10.2016, о признании ПАО «Выборг-банк» (далее – должник) несостоятельным (банкротом). 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2016 ПАО «Выборг-банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 

В рамках процедуры банкротства 17.09.2019 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО17, ФИО6, ФИО18, ФИО18, ФИО8, ФИО13, ФИО19, ФИО20, ФИО13, ФИО21, ФИО22, ФИО4, ФИО23 и ФИО11, взыскав с них солидарно в пользу ПАО «Выборг-Банк» 2 711 450 000 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылался на то, что действия должностных лиц Банка явились причиной ухудшения финансового положения и последующего признания его банкротом, что является основанием для привлечения их к субсидиарной  ответственности на основании статьи 14 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее – Закон о банкротстве кредитных организаций), статьи 10, пункта 1 статьи 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 432-ФЗ (далее – Закон о банкротстве).

Определением от 16.05.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Суд первой инстанции привлек ФИО9, исполнявшую обязанности единоличного исполнительного органа Банка, к субсидиарной ответственности по его обязательствам, и приостановил производство по требованию конкурсного управляющего ПАО «Выборг-Банк» в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО9 до окончания расчетов с кредиторами. 

В удовлетворении заявления в остальной части отказано. Суд первой инстанции счел недоказанной противоправность поведения остальных граждан - ответчиков при выдаче кредитов заемщикам, замещению ликвидной ссудной задолженности, непринятию единоличными исполнительными органами мер по предупреждению банкротства, отсутствие причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями для банка вследствие совершения вменяемых действий (бездействия), а также их вины.

С апелляционными жалобами на указанное определение обратились конкурсный управляющий Банка – ГК «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО9

Конкурсный управляющий Банка просит отменить определение суда первой инстанции от 16.05.2021 в части отказа в привлечении остальных ответчиков к субсидиарной ответственности и вынести в данной части новый судебный акт, которым установить наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, приостановить рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий сослался на ошибочность вывода суда первой инстанции об отсутствии у остальных ответчиков статуса контролирующих должника лиц. При этом податель жалобы ставит в вину ответчикам существенное ухудшение финансового положения Банка в период с 01.04.2015 по 07.09.2016 и, как следствие, невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме в результате заключения / одобрения контролировавшими Банк лицами заведомо невозвратных кредитных договоров, договоров цессии, совершения иных сделок, полагая, что общий размер причиненного ущерба составляет 1 129 461 113,34 руб. Согласно доводам жалобы, вывод суда первой инстанции об отсутствии вины в действиях / бездействии ответчиков основан на неверном толковании закона, так как ответчики должны были знать о том, что их действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица; признаки, подтверждающие заведомую неспособность заемщиков исполнить обязательства перед Банком, имелись на даты выдачи кредитов; согласно объяснениям подателя жалобы, в период с 01.09.2014 по дату отзыва лицензии на балансе Банка отражалась ссудная задолженность 2 374 физических лиц, из них в период существенного ухудшения (с 01.04.2015) оформлено 2 040 кредитных договоров на общую сумму 1 591 435 тыс.руб. Податель жалобы ставит в вину ответчикам оформление кредитных договоров с заемщиками – юридическими лицами, не осуществляющими реальной хозяйственной деятельности (ООО «Инженерные стратегии», ООО «СК-Кондиционер», КПК «Сберкасса № 1», ООО «Кармен», ООО «Мадлидер», ООО «Осидиан», ООО «Самикт»); перечисление денежных средств юридическим лицам (ООО «Кармен», ООО «Континент») по формальным договорам оказания услуг/агентским договорам в отсутствие встречного предоставления, при наличии конфликта интересов; приобретение права у АО «Банк ИТБ» к несуществующим заемщикам – физическим лицам. Податель жалобы указывает на то, что судами проигнорированы доводы конкурсного управляющего об отсутствии ликвидного обеспечения, что свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий заинтересованных лиц, одобривших выдачу кредитов. Конкурсный управляющий считает противоречащим нормам материального права вывод суда первой инстанции о том, что подтверждением разумного и добросовестного поведения ответчиков является оценка кредитного портфеля Банка, осуществленная Банком России, а также аудиторскими заключениями, так как акты проверки Банка России являются оценочным суждением отдельных сотрудников Центрального Банка Российской Федерации. По мнению подателя жалобы, обслуживание ссудной задолженности не может являться подтверждением платежеспособности и надежности заемщиков. Податель жалобы считает, что материалы дела содержат доказательства степени вовлеченности каждого из ответчиков. 

ФИО9 в своей апелляционной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции в части привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, и отказать в удовлетворении заявления в данной части, полагая, что при рассмотрении спора суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, так как рассмотрел обособленный спор за три судебных заседания. Выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника податель жалобы считает сделанными в отсутствие соответствующих доказательств в материалах дела. Также податель жалобы указывает на противоречивость выводов суда первой инстанции, который при рассмотрении заявления в отношении остальных ответчиков указал, что наличие непогашенной задолженности по кредиту само по себе не является достаточным доказательством того, что органами управления Банка одобрен заведомо невозвратный кредит. Со ссылкой на акт проверки Банка России от 20.03.2015 податель жалобы указывает, что при проверке ни одно из юридических лиц, указанных конкурсным управляющим, не отнесено Банком России к разряду «технических», а выданные кредиты – к заведомо невозвратным.

Ответчики ФИО13, ФИО21, ФИО22, ФИО13, ФИО4, ФИО23, ФИО6, ФИО8, ФИО10, ФИО9, ФИО19, ФИО18, ФИО18, ФИО17, ФИО11, ФИО20, ФИО2 в отзывах на апелляционную жалобу ГК «АСВ», выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом в части отказа в их привлечении к субсидиарной ответственности, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу ГК «АСВ» – без удовлетворения.

В письменных объяснениях ФИО9 поддержала доводы своей апелляционной жалобы, отметив, что она не являлась акционером ПАО «Выборг-банк» и его бенефициаром, как и не являлась ни инициатором, ни выгодоприобретателем по любому из оснований для привлечения к ответственности, указанному конкурсным управляющим в заявлении, также она не являлась ни учредителем, ни конечным бенефициаром каких-либо юридических и физических лиц, указанных в заявлении.

ГК «АСВ» в своем отзыве на апелляционную жалобу ФИО9 просит отказать в ее удовлетворении.

В письменных объяснениях ГК «АСВ» поддержало доводы своей апелляционной жалобы и заявления, просит привлечь остальных ответчиков к субсидиарной ответственности. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником поддержала доводы своей апелляционной жалобы, остальные явившиеся в судебное заседание лица возражали против ее удовлетворения.

Представитель ФИО9 поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд считает, что имеются основания для его отмены в части привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности, тогда как основания для удовлетворения апелляционной жалобы ГК «АСВ» отсутствуют.

Как следует из материалов дела, в период с 26.05.2006 до 07.09.2016 ФИО9 являлась лицом, имеющим право давать обязательные для Банка указания, поскольку она являлась в указанный период председателем правления Банка, также она входила в кредитный комитет Банка.

- ФИО17 – член правления с 29.05.2000 по 18.11.2016;

- ФИО6 – заместитель председателя правления с 09.03.2004 по 29.04.2016, член наблюдательного совета;

- ФИО18 – председатель наблюдательного совета, первый заместитель председателя правления, член правления с 22.08.2016 по 18.11.2016, одновременно супруг ФИО18;

- ФИО18 – с 01.10.2013 по 07.09.2016 акционер Банка с размером доли 68,59% акций, член наблюдательного совета;

- ФИО8 – заместитель председателя правления, член правления с 31.07.1996 по 25.09.2015;

- ФИО13 – член наблюдательного совета с 01.10.2013 по 07.09.2016;

- ФИО19 – член наблюдательного совета с 01.10.2013 по 29.06.2016, заместитель председателя правления, член правления Банка с 16.09.2015 по 28.01.2016;

- ФИО20 – заместитель председателя правления, член правления с 21.05.2014 по 27.12.2016, владелец 9,95% акций Банка;

- ФИО13 – советник председателя правления в период с 15.11.2013 по 13.05.2016, ответственный сотрудник по одобрению кредитов, выдаваемых по специальным кредитным программам;

- ФИО21 – ведущий специалист кредитно-кассового офиса «Малая Полянка» Банка, подписывал кредитные договоры по программам «Автозалог», «Автозалог-стоянка» и «Кредит наличными» на основании доверенности от 20.08.2015;

- ФИО22 – старший кредитный специалист кассового офиса, подписывала кредитные договоры по программам Автозалог», «Автозалог-стоянка» и «Кредит наличными» на основании доверенности от 18.12.2015;

- ФИО4 – управляющий кредитно-кассового офиса, подписывала кредитные договоры по программам Автозалог», «Автозалог-стоянка» и «Кредит наличными» на основании доверенности от 20.08.2015;

- ФИО23 – старший кредитный специалист кредитно-кассового офиса, подписывала кредитные договоры по программам Автозалог», «Автозалог-стоянка» и «Кредит наличными» на основании доверенности от 20.08.2015;

- ФИО11 – первый заместитель председателя правления с 08.06.2015 по 23.11.2015, исполняющий обязанности председателя правления;

- ФИО10 – член правления в период с 25.09.2015 по 25.08.2016;

- ФИО2 – член правления.

В статье 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

В силу абзаца первого статьи 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган.

Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Конкурсный управляющий просил взыскать с указанных лиц в порядке субсидиарной ответственности солидарно 2 711 450 000 руб., полагая, что их действия явились причиной ухудшения финансового положения и последующего признания Банка банкротом, что является основанием для привлечения их к субсидиарной  ответственности.

Конкурсный управляющий поставил в вину ответчикам следующие эпизоды:

1. Формирование на балансе Банка технической ссудной задолженности заемщиков-физических лиц (ущерб 994 515 372,79 руб.). Лицами, причастными к формированию на балансе кредитной организации, указанной ссудной задолженности, по мнению Банка, являлись: 

1.1. Председатель правления, член наблюдательного совета ФИО9, акционер Банка (68,59 % акций), член наблюдательного совета ФИО18, председатель наблюдательного совета, член правления Банка ФИО18 

1.2. Лица, подписавшие на основании доверенностей от имени Банка технические кредитные договоры с заемщиками-физическими лицами, ФИО21, ФИО22, ФИО4, ФИО23, которыми принималось окончательное решение на выдачу кредитов.

1.3. Лицо, осуществлявшее функции «оперативного контроля за выдачей кредитов в отделениях Банка, расположенных в г. Москве», подписавшее от имени Банка на выдачу денежных средств по кредитным договорам, член наблюдательного совета ФИО13 

1.4. Исполняющий обязанности Председателя правления (в период с 17.08.2015 по 06.09.2015), выдавший от имени Банка доверенности на лиц, указанных в подразделе 1.2, ФИО11

2. Приобретение у АО «Банк ИТБ» фиктивных прав требований по техническим ссудам заемщиков-физических лиц, также оформленных по поддельным документам (ущерб 26 907 077,60 руб.). Лицами, причастными к формированию на балансе ПАО «Выборг-Банк» технического актива, по мнению конкурсного управляющего, являлись: 

2.1. Председатель Правления, член наблюдательного совета ФИО9, акционер Банка (68,59 % акций), член наблюдательного совета ФИО18, Председатель наблюдательного совета, член ПРАВЛЕНИЯ Банка ФИО18 

2.2. Лицами, подписавшими от имени Банка договоры цессии являлись: Председатель Правления ФИО9; действующая на основании доверенности заместитель председателя правления, член правления ФИО8 

2.3. Сделки одобрены наблюдательным советом Банка в составе: ФИО18, ФИО18, ФИО13, ФИО6, ФИО19, ФИО9, ФИО20 (также акционер Банка, член Правления).

3. Действия по выдаче кредитов заемщикам – юридическим лицам (в том числе аффилированным с бенефициарами Банка – ФИО18, ФИО18) (ущерб 84 751 734,75 руб.). Лицами, причастными к формированию на балансе ПАО «Выборг-Банк» технического актива (заведомо невозвратной ссудной задолженности заемщиков - юридических лиц), по мнению конкурсного управляющего, являлись: 

3.1 Председатель Правления, член Наблюдательного совета ФИО9, выгодоприобретатель от сделок по кредитованию КПК «Сберкасса № 1», акционер Банка (68,59 % акций), член наблюдательного совета ФИО18, Председатель наблюдательного совета, член Правления Банка ФИО18 

3.2 Лицами, подписавшими от имени Банка договоры цессии являлись: Председатель Правления ФИО9; действующая на основании доверенности Заместитель Председателя правления, член Правления ФИО8, членами Правления ФИО10; ФИО2 

3.3 Кредитные договоры одобрены членами органов управления Банка, действовавшими в составе кредитного комитета: ФИО13 (член Наблюдательного Совета), ФИО20 (акционер Банка, член Наблюдательного Совета, член Правления), ФИО9 (Председатель Правления, член Наблюдательного Совета), ФИО8 (член Правления), ФИО10 (член Правления), ФИО2 (член Правления). 

3.4 Кредитные договоры от 25.12.2015 № 0004КЛВ/16, от 12.02.2016 № 0009К/16 с ООО «Инженерные стратегии», от 19.04.2016 № 0009К/16 с ООО «СК-Кондиционер» одобрены Правлением в составе: ФИО9, ФИО8, ФИО10, ФИО2, ФИО6, ФИО17

4. Перечисление денежных средств юридическим лицам по формальным договорам оказания услуг / агентским договорам с ООО «Кармен», ООО «Континент»  (аффилирован с бенефициарами Банка – ФИО18, ФИО18) (ущерб 61 948 147,70 руб.). Лицами, причастными к выводу ликвидных активов ПАО «Выборг-Банк», по мнению конкурсного управляющего, являлись: 

4.1 Председатель Правления, член наблюдательного совета ФИО9, выгодоприобретатели от сделок с ООО «Континент», акционер Банка (68,59 % акций), член наблюдательного совета ФИО18, Председатель наблюдательного совета, член Правления Банка ФИО18

4.2 Лицо, подписавшее от имени Банка фиктивные акты об оказании услуг с ООО «Континент»  ФИО20 (акционер Банка, член Наблюдательного Совета, член Правления).

Суд первой инстанции, установив, что в вину ответчикам поставлены обстоятельства, имевшие место до введения в действие Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», правомерно применил к оценке обстоятельств нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ. 

Согласно пункту 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном главой III.2 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

В соответствии со статьей 14 Закона о банкротстве кредитных организаций руководители признаются виновными в доведении Банка до банкротства, если их решения или действия не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

При этом согласно названной статье такое лицо несет ответственность,  если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Принципы добросовестности и разумности разъяснены в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», которое применяется и при привлечении к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 25.11.2014 № 305-ЭС14-4131 по делу № А40-15836/2010, Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 309-ЭС17-5282 по делу № А60-23912/2014).

 В соответствии с Положением о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности № 254-П, утвержденным Банком России 26.03.2004, действовавшим в период заключения кредитных договоров (далее – Положение Банка России от 26.03.2004 № 254-П), кредитная организация обязана оценивать финансовое положение заемщика, риски по выданным ссудам и формировать резервы на возможные потери по ссудам. Согласно пункту 3.1.3 данного Положения вся информация о заемщике, включая информацию о рисках заемщика, фиксируется в досье заемщика. Информация, использованная кредитной организацией для оценки качества ссуды, включая оценку финансового положения заемщика, должна быть доступна органам управления, подразделениям внутреннего контроля кредитной организации, аудиторам и органам банковского надзора.

Согласно пунктам 3.1-3.1.2, 3.5 Положения Банка России от 26.03.2004           № 254-П оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде (профессиональное суждение) должна проводиться кредитной организацией на постоянной основе. Профессиональное суждение выносится по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика.

Как установлено судом первой инстанции, согласно представленным документам, на основании которых члены кредитного комитета принимали решение о выдаче спорных ссуд, порядок одобрения выдачи ссуд соблюден, платежеспособность указанных лиц на момент выдачи кредитов была стабильной и позволяла обслуживать кредит заемщиками. В отношении заемщиков имеется вся исчерпывающая информация о характере их деятельности, расчетах по налогам и сборам и иным платежам, расчетных счетах в иных банках и оборотах по ним; деятельность заемщиков в период деятельности Банка – являлась реальной и прибыльной; а также имеется вся необходимая информация для оценки финансового состояния заемщиков.

Согласно кредитным досье, на момент выдачи ссуд заемщики являлись платежеспособными, надлежащим образом исполняющими обязанности организациями, имели положительною кредитную историю, вели хозяйственную деятельность, сопоставимую с масштабами кредитования, обладали собственным имуществом и доходами. Процентная ставка за пользование кредитными денежными средствами не являлась льготной, предпочтения заемщикам со стороны банка не оказывалось.

Одобряя выдачу указанным лицам кредитов, члены кредитного комитета и иных органов управления Банка не могли предполагать возникновение у должника спустя полтора – два года признаков неплатежеспособности. Доказательства того, что на момент принятия решения по выдаче кредита заемщики не имели возможности обслуживать ссуды, а действия ответчиков были направлены исключительно на вывод денежных средств из Банка без намерения их дальнейшего возврата, в деле отсутствуют. 

Суд первой инстанции, отказывая в привлечении работников Банка к субсидиарной ответственности, указал, что до 07.09.2016 года Банк не имел обязательств с просрочкой исполнения более 14 дней, как это определено пунктом 2 статьи 2 Закона о банкротстве кредитных организаций. При этом анализ финансовой отчетности за 2013, 2014, 2015 годы и расчета основных числовых показателей обязательных нормативов Банка на основные отчетные даты показывает, что все числовые показатели обязательных нормативов Банка соответствовали требованиям Инструкции Банка России №139-И; активы Банка превышали размер его обязательств; достаточность капитала банка была выше 2 процентов. 

Отчетность Банка подтверждена аудиторскими заключениями за 2013, 2014, 2015 годы, никем не оспорена, не признана недостоверной и до настоящего времени размещена на официальном сайте ЦБ РФ в сети Интернет (несмотря на то, что в указанный период времени в Банке проходили неоднократные проверки ЦБ РФ). 

Тогда как лицензия на осуществление банковских операций была отозвана у Банка Приказом Центрального банка Российской Федерации только 07.09.2016. 

В этой связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что у руководителей Банка отсутствовали основания для осуществления мер, предусмотренных пунктами 1-6 статьи 4.2 Закона о банкротстве кредитной организации.

Как верно указано судом первой инстанции, ухудшение финансового положения заемщика и наличие непогашенной задолженности по кредиту само по себе является достаточным доказательством того, что органами управления Банка одобрен заведомо невозвратный кредит. В соответствии с Письмом Банка России от 23.06.2004 № 70-Т «О типичных банковских рисках», действовавшим до 12.10.2016 (утратило силу в связи с изданием Информационного письмо Банка России № ИН04-41/72 «Об упорядочении отдельных писем Банка России»), к типичным банковскими рисками в числе прочего относится кредитный риск – риск возникновения у кредитной организации убытков вследствие неисполнения, несвоевременного либо неполного исполнения должником финансовых обязательств перед кредитной организацией в соответствии с условиями договора.

В этой связи суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о том, что обстоятельства, сопровождающие процесс выдачи кредитов, не позволяют констатировать наличие со стороны ответчиков грубой неосторожности или умышленных противоправных действий, которые, только в случае доведения указанными действиями Банка до банкротства, могли бы послужить основанием для удовлетворения заявления. Надлежащих и допустимых доказательств наступления объективного банкротства в результате указанных действий ответчиков заявителем не представлено.

Само по себе осуществленное на основании внутрибанковских правил одобрение сделки лицом, входящим в органы управления, еще не свидетельствует о том, что это лицо является соучастником вывода активов, поскольку (как отмечено выше) в такой ситуации предполагается, что оно действовало в соответствии со стандартами разумности и добросовестности, обычно применяемыми в этой сфере деятельности. Бремя доказывания обратного лежит на конкурсном управляющем.

При этом, вопреки выводам суда первой инстанции, указанные обстоятельства и выводы справедливы в равной степени также и для Председателя Правления ФИО9, привлечение которой к субсидиарной ответственности апелляционный суд считает ошибочным. 

В вину всем ответчикам поставлено фактически осуществление Банком финансово-хозяйственной деятельности и  надлежащее исполнение должностных обязанностей. Выводы о разумности действий ответчиков при осуществлении ими своих должностных обязанностей в равной степени относятся также и к оценке действий (бездействии) ФИО9  

Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления. При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Данные особенности деятельности банков предопределяют то, что в рамках дел об их банкротстве споры о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности зачастую сопровождаются наличием большого количества ответчиков. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) по делу № А40-208852/2015, разрешая подобные споры, судам необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству кредитной организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Применительно к эпизодам совершения сделок, поставленных в вину ответчика, квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) - кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Между тем, как установлено судом первой инстанции, в результате совершения сделок не был причинен существенный вред кредиторам Банка, и совершение данных сделок не явилось причиной его объективного банкротства.

Оценив сделки, определенные конкурсным управляющим как сделки, причинившие существенный вред кредиторам, суд первой инстанции пришел к выводу, что они не отвечают критерию существенности, определенному разъяснениями Верховного Суда РФ и ФНС России, согласно которым вред будет существенным, если соблюдается хотя бы один из нижеуказанных критериев (пункт 4.1.1 письма ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-18/16148@, пункт 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53): сумма сделки с активами эквивалентна 20 - 25% общей балансовой стоимости компании-должника (крупные сделки); выведено имущество, без которого компании будет сложно или невозможно осуществлять хозяйственную деятельность; сделка существенно убыточная, например, совершена на условиях, которые существенно отличаются от рыночных в худшую сторону.

При указанных обстоятельствах, основания для привлечения в солидарном порядке всех ответчиков к субсидиарной ответственности отсутствуют. 

В этой связи, определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления подлежит оставлению без изменения, тогда как определение в части привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности – отмене, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 16.05.2021 отменить в части привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности.

В удовлетворении  требований в данной части  отказать.

В остальной части определение арбитражного суда первой инстанции от 16.05.2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ГК АСВ – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

 

Судьи

Н.А. Морозова

 И.В. Юрков