СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                       Дело № А03-11183/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 24 апреля 2018 года

 

Седьмой Арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего                          Бородулиной И.И.,

судей                                                          Кривошеиной С.В., 

                                                                    Марченко Н.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель»

на решение Арбитражного суда Алтайского края от 27 декабря 2017 года по делу № А03-11183/2017 (судья Русских Е.В.)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 658299, ул. Комсомольская, 250, г. Рубцовск)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Алтайскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 658204, ул. Октябрьская, 64, г. Рубцовск)

о признании недействительным решения.

В судебном заседании приняли участие:

от  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Алтайскому краю: ФИО2 по доверенности от 06.03.2018 (по 31.12.2018). 

 

 

 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Алтайскому краю (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 10.03.2017 № 401 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Решением от 27.12.2017 Арбитражного суда Алтайского края в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе общество, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельства, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и неправильное применение норм материального и процессуального права, просит состоявшийся судебный акт отменить и вынести новый судебный акт об удовлетворении требований общества в полном объеме.

Указывает, что для подтверждения права на применение вычетов по налогу на добавленную стоимость представлен полный пакет документов, который в полном объеме соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации.

Наличие документов по оприходованию приобретенного товара и его использование в производственной деятельности общества налоговым органом не оспаривается.

Наличие ошибки в подписи контрагента, а также проставление подписи техническим способом не препятствовало налоговому органу идентифицировать поставщика. В счетах-фактурах имеется собственноручная подпись поставщика, что не опровергнуто  налоговым органом. Инспекцией не установлен иной источник приобретения товара, следовательно, вывод налогового органа о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды неправомерен, материалы проверки не содержат доводов о не проявлении должной степени осмотрительности при выборе контрагентов.

Налоговым органом не представлено доказательств нереальности поставки товара от ИП ФИО3. Представленные в дело доказательства свидетельствуют о реальности поставки товара от контрагента.

Проведенная налоговым органом экспертиза не может быть расценена в качестве надлежащего доказательства, так как она проведена экспертом не имеющем соответствующей квалификации, с нарушением правил проведения экспертизы.

Общество полагает, что само по себе закрытие расчетного счета поставщика 28.11.2006 не свидетельствует о невозможности с его стороны организовать доставку товара обществу.

Кроме того, податель апелляционной жалобы ссылается на процессуальные нарушения, допущенные налоговым органом - общество не было извещено ненадлежащим образом о времени и месте рассмотрения материалов проверки, что в является нарушением существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки и в с соответствии с пунктом 14 статьи 100 Налогового кодекса Российской Федерации основанием для отмены принятого решения.

Инспекция в представленном в материалы дела отзыве на апелляционную жалобу не соглашается с ее доводами и просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Инспекции поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатом направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального Российской Федерации), не обеспечило явку своего представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной  инстанции в порядке части 6 статьи 121, части 3 статьи 156, части  1 статьи 266 Арбитражного процессуального Российской Федерации счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя общества.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта Арбитражного суда Алтайского края в порядке, установленном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя Инспекции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции, Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка представленной обществом 26.09.2016 уточненной декларации по налогу на добавленную стоимость за 1 квартал 2016 года, по результатам которой составлен акт от 12.01.2017 №17 и принято решение от 10.03.2017 № 401 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Обществу доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 522 919 руб., пеня по налогу на добавленную стоиморсть в сумме 50 699,24 руб., налогоплательщик также привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 26 145,95 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Алтайскому краю от 15.05.2017 решение налогового органа оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в Арбитражный суд Алтайского края.

Основанием для доначисления налога на добавленную стоимость (пеней, штрафа) послужила установленная налоговым органом совокупность обстоятельств, свидетельствующая о применении обществом в проверяемом периоде схемы уклонения от уплаты налога путем использования фиктивного документооборота  с целью искусственного  завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость на стоимость якобы поставленного товара и, как следствие, получение необоснованной налоговой выгоды в виде занижения подлежащих уплате сумм налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ИП ФИО3  

Оставляя без удовлетворения заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленные налогоплательщиком в подтверждение обоснованности налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость  документы не соответствуют требованиям законодательства, предъявляемым к их заполнению и учету, поскольку содержат недостоверные сведения в отношении заявленного контрагента и свидетельствуют о невозможности реальной  поставки товара, а также учел, что в данном случае налогоплательщик не проявил должной осмотрительности и осторожности при выборе спорного контрагента.

Седьмой арбитражный апелляционный суд соглашается с данными выводами суда по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Налогового кодекса Российской Федерации, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В соответствии с пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Налогового кодекса Российской Федерации, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации.

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Таким образом, применение вычетов по налогу на добавленную стоимость предусматривает приобретение товара (работ, услуг) для операций, признаваемых объектом обложения по налогу на добавленную стоимость, или для перепродажи; их оприходование (статьи 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации) и наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с требованиями статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 1 указанного постановления, следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, в том числе получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Требование о достоверности первичных учетных документов содержится в статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», что означает необходимость проверки достоверности сведений, содержащихся в счете-фактуре и иных документах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О, в силу пункта 2 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если выставленный налогоплательщику счет-фактура не содержит четкие и однозначные сведения, предусмотренные в пунктах 5 и 6 той же статьи, в частности, данные о налогоплательщике, его поставщике и приобретенных товарах (выполненных работах, оказанных услугах), такой счет-фактура не может являться основанием для принятия налогоплательщиками к вычету или возмещению сумм налога на добавленную стоимость, начисленных поставщиками.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 этого же Определения Конституционного Суда Российской Федерации, название статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации – «Порядок применения налоговых вычетов», так и буквальный смысл абзаца второго ее пункта 1 позволяют сделать однозначный вывод, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике – покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно последний выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства документы, представляемые в государственные органы физическими и юридическими лицами с целью подтверждения соответствующего права, должны содержать достоверную информацию.

Следовательно, при соблюдении указанных требований Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении налога на добавленную стоимость и указанное право возникает у налогоплательщика только в случае соблюдения установленных законом требований, как в отношении формы, так и содержания представленных налогоплательщиком документов.

Из представленных для налоговой проверки документов следует, что обществом в проверяемом периоде в 1 квартале 2016 года заявлены вычеты по налогу на добавленную стоимость по операциям с контрагентом ИП ФИО3

Как следует из материалов дела, обществом в налоговый орган для подтверждения права на налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость по контрагенту ИП ФИО3 представлены подтверждающие документы: договор поставки сельхозпродукции от 12.01.2016, счета-фактуры, товарные накладные, квитанции к приходному кассовому ордеру, в которых выделен налог на добавленную стоимость.

Суд, делая выводы о нереальности спорных хозяйственных операций между обществом и заявленным контрагентом, обоснованно принял во внимание следующие обстоятельства:

-  у ИП ФИО3 отсутствуют основные средства, транспортные средства, необходимые ресурсы, штатная численность, что свидетельствует об отсутствии у контрагента возможностей для достижения результатов соответствующей экономической деятельности; отсутствуют расчетный счет, расходы, необходимые и характерные для осуществления хозяйствующим субъектом реальной финансово-хозяйственной деятельности (отсутствуют платежи по выплате заработной платы, за аренду помещения, аренду транспортных средств, платежи за коммунальные услуги, оплата за услуги по предоставлению телефонной связи, оплата за услуги по предоставлению интернета и прочие расходы); контрагент находится на специальном налоговом режиме - упрощенной системе налогообложения;

- ИП ФИО3 не находится по адресу регистрации (

<

...>,) что подтверждается протоколами допросов собственников жилого помещения, а также по адресу, отраженному в счетах-фактурах и товарных накладных (Алтайский край, Рубцовск, Комсомольская дом № 283), что подтверждается протоколом допроса собственников жилого дома супругов ФИО4 и ФИО5;

- из анализа декларации по налогу на добавленную стоимость за 1 квартал 2016 года следует, что контрагент отразил в налоговой отчетности операции только с заявителем, по которым налогоплательщик претендует на налоговый вычет по НДС, однако исчисленную на основании пункта 5 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации к уплате сумму налога на добавленную стоимость 522 919 руб. ИП ФИО3 в бюджет не уплатил;

- ФИО6 (представитель ИП ФИО3, представившая налоговую отчетность от имени предпринимателя) и руководитель общества ФИО7 на допрос в налоговый орган для дачи пояснений не явились;

- согласно заключению эксперта от 16.12.2016 № 71 в счетах-фактурах, товарных накладных, квитанциях к приходному кассовому ордеру, договоре поставке сельскохозяйственной продукции изображение подписей от имени ФИО3 и ФИО3 выполнены не рукописным способом, а с применением каких – то технических способов, например, факсимиле подписи или монтажа изображения подписи;

- представленные налогоплательщиком счета-фактуры с факсимильной подписью составлены с нарушением существующего порядка, поскольку пункт 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает такой способ подписания;

- все представленные обществом документы, касающиеся сделки с контрагентом, содержат ошибку при написании фамилии руководителя – ФИО3: в счетах-фактурах, товарных накладных его фамилия написана через букву «и» – Микаилян, тогда как правильно – Микаелян;

- в материалы дела в подтверждение реальности поставок товара от ИП ФИО3 обществом представлены формально составленные договор, счета-фактуры, товарные накладные; товарно-транспортные накладные заявителем не представлены, в то время как доставка товара производится именно им;

- реальность перевозки товара от ИП ФИО3 в адрес общества документально не подтверждена;

- во всех товарных накладных в графе «Транспортная накладная» дата указана 26.06.2015, при этом счета-фактуры, товарные накладные датированы 2 кварталом 2016 года (10.04.2016; 30.04.2016; 10.05.2016; 25.05.2016; 05.06.2016).

Таким образом, совокупность собранных в ходе налоговой проверки доказательств подтверждает тот факт, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, по хозяйственным операциям с заявленным контрагентом явилось получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

Суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что обществом не подтверждена реальность поставки заявленным контрагентом товара, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода. Реальность хозяйственных операций с контрагентами не может быть  подтверждена наличием счета-фактуры и принятием товара (работ, услуг) на учет, принятием спорного объема работ основным заказчиком, поскольку в подтверждение обоснованности заявленных вычетов по налогу на добавленную стоимость налогоплательщиком должны быть представлены документы, отвечающие критериям статей 169, 171 Налогового кодекса Российской Федерации и подтверждающие наличие реальных операций по оказанию услуг, выполнению работ конкретным, а не «абстрактным» контрагентом.

Оценивая доводы подателя апелляционной жалобы, суд находит их безосновательными и не подлежащими удовлетворению.

Доводы налогоплательщика в отношении проведенной экспертизы судом отклоняются в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении камеральных налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт. Экспертиза проводится экспертами соответствующих учреждений либо иными специалистами, обладающими специальными знаниями в соответствующей области. 

Привлеченное в качестве эксперта лицо должно быть предупреждено об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, которая предусмотрена пунктом 2 статьи 129 Налогового кодекса Российской Федерации.

Материалами дела подтверждается, что с постановлением о назначении технической экспертизы ознакомлен представитель общества ФИО8, ему разъяснены права, предусмотренные пунктом 7 статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации. 

ФИО8, руководствуясь положениями статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации, заявил отвод экспертной организации (ООО ЭКЦ «Профи») выбранной Инспекцией. 

Налоговый орган в соответствии с пунктом 7 статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации, которым не установлена обязанность по безусловному удовлетворению заявления об отводе экспертному учреждению при наличии у проверяемого лица сомнений для удовлетворения заявления об отводе экспертному учреждению, отказал в удовлетворении заявленного отвода.

Ответ от 16.12.2016 № 05-14-1/12180 на заявление об отводе направлен обществу по указанному в заявлении адресу: 

<

...>.

Экспертиза проведена по постановлению Инспекции в порядке статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации, положения которой не содержат требования о предупреждении Инспекцией эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Указанная обязанность согласно статье 14 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и абзацу 4 пункта 8 раздела II Инструкции по организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации от 20.12.2002 № 347 возложена на руководителя судебно-экспертного учреждения.

В представленном заключении перед экспертным заключением имеется подписка о том, что эксперту разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу ложных показаний.

Таким образом, эксперт перед началом проведения исследований предупреждался об ответственности, установленной статьей 129 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем свидетельствует его собственноручная подпись.

12.12.2016 эксперт был предупрежден государственным налоговым инспектором ФИО9 и 15.12.2016 экспертным учреждением, о чем свидетельствует его подписка перед началом экспертизы. 

В соответствии с положениями статьи 13 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти. Таким образом, эксперт это лицо, имеющее специальные профессиональные знания в определенной области.

В силу подпунктов 4, 5 статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации эксперт вправе знакомиться с материалами проверки, относящимися к предмету экспертизы, заявлять ходатайства о предоставлении ему дополнительных материалов. Эксперт может отказаться от дачи заключения, если предоставленные ему материалы являются недостаточными или если он не обладает необходимыми знаниями для проведения экспертизы. Вопрос о недостаточной компетентности эксперта и лояльном его отношении к налоговому органу является субъективным мнением заявителя, не обладающего специальными познаниями в этой области.

Судом первой инстанции обоснованно отклонен довод общества об отсутствии документального подтверждения соответствующей квалификации эксперта, поскольку в экспертном заключении имеется свидетельство подтверждающее право проведения технической экспертизы, доказательств недействительности свидетельства № 2731 налогоплательщиком не представлено.

Из содержания экспертного заключения следует, что экспертом проводилось исследование всех 149 подписей, которые имеют одинаковую безбуквенную нечитаемую транскрипцию, состоящую из ....элементов... .

При сравнительном исследовании всех 149 подписей установлены совпадения по форме, в связи с чем показано сравнение 3-х исследуемых подписей.

Кроме того, налогоплательщик как участник процесса имеет право по имеющимся у него документам в опровержении доводов налогового органа, положенных в основу доказательств получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды по сделкам с ФИО3, провести собственную экспертизу.

Отклоняя довод подателя апелляционной жалобы о том, что в силу стечения обстоятельств Микаелян пишет свою фамилию через «И», суд апелляционной инстанции учитывает, что указанный контрагент для дачи показаний в налоговый орган не явился, в связи с чем довод заявителя о том, что именно ФИО3 написана его фамилия правильно, исходя из обычаев делового оборота, не может быть проверен.

Также несостоятельным является довод налогового органа о том, что судом не исследовался вопрос документального подтверждения реальности транспортировки и доставки товара от продавца к покупателю.

В подтверждение факта приобретения товара обществом, а также правомерности налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость по контрагенту-поставщику ИП ФИО3 общество в соответствии со статьей 93 Налогового кодекса Российской Федерации по требованию налогового органа о представлении документов (информации) от 07.09.2016 № 4224 представило следующие копии документов: счета-фактуры; товарные накладные, квитанции к приходно-кассовым ордерам.

По условиям договора поставки сельскохозяйственной продукции от 12.01.2016 ФИО3 обязуется продать и поставить продукцию-товар наименование, класс, количество и стоимость которой указывается в товарных накладных на каждую партию товара.

В соответствии с пунктом 4.2 договора расчеты за поставленный товар между сторонами производятся путем перечисления денежных средств платежным поручением на счет продавца. По согласованию с поставщиком допускаются и другие, не запрещенные способы расчетов.

Договоры на поставку и иные указанные документы подписаны со стороны продавца ФИО3.

Между тем ФИО3, с ошибкой его расшифровки фамилии, в 59 (пятидесяти девяти) документах (счетах-фактурах, товарных накладных, квитанциях к приходному ордеру) написал рукописно, собственную фамилию через «И» - Микаилян, правильно - Микаелян. 

В счетах-фактурах от 26.01.2016 № 5, от 04.02.2016 № 11 расшифровка ФИО индивидуального предпринимателя указана правильно «Микаелян». В товарных накладных в строке «основание» указан договор не представленный налогоплательщиком договор от 26.06.2015 Б/Н, в Инспекцию представлен договор от 12.01.2016 Б/Н.

При исследовании представленных товарных накладных и счетов - фактур, выставленных поставщиком - ИП ФИО3 в адрес общества установлено, что в них указан адрес: 

<

...>. В строках указанных документов грузоотправитель и его адрес: указано «он же».

Мероприятиями налогового контроля установлена недостоверность сведений, отраженных в представленных документах, а именно по адресу грузоотправителя

Инспекцией в ходе проведения мероприятий налогового контроля направленно требование заявителю о представлении пояснений от 22.09.2016 № 1720, в котором налогоплательщику предложено представить подлинники документов (счет-фактуры, товарные накладные, платежные документы по оплате выставленных счет-фактур).

Налогоплательщик на требование налогового органа предоставил ответ б.н. без даты вх. от 29.09.2016 № 2160, в котором не представил пояснений о месте нахождения грузоотправителя, сославшись на то, что разыскать ФИО3 не представилось возможным, все имеющиеся документы представлены налоговому органу.

Таким образом, реальность перевозки сырья от ФИО3 в адрес общества документально не подтверждена.

Доводы заявителя относительно того, что фактическая поставка зерновых и бобовых культур не оспаривается налоговым органом, также подлежат отклонению, поскольку данные обстоятельства не могут являться достаточным доказательством реальности хозяйственных операций с ФИО3 при отсутствии надлежащих и достоверных доказательств, отвечающим требованиям статей 67. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, у какого конкретно контрагента фактически был приобретен товар, поскольку именно общество должно подтвердить реальное осуществление спорных операций; право на налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость напрямую поставлено в зависимость от правильности и достоверности оформления первичных документов.

Налоговым органом установлено, отсутствие оплаты за проставляемый товар, квитанции к приходно - кассовым ордерам, как и счета-фактуры поставлены с применением технических средств, что в совокупности с отсутствием у контрагента расчетного счета свидетельствует о создании налогоплательщиком искусственного документооборота формально соответствующего требованиям налогового законодательства, без реального исполнения операций с соответствующим контрагентом.

В качестве доказательства реальности исполнения сделки соответствующим контрагентом налогоплательщиком заявлен довод о том, что товар в дальнейшем был реализован, что и является бесспорным свидетельством реальности доставки товара от спорного контрагента.

Последующая реализация товара не подтверждает источник его происхождения и не свидетельствует о том, что обществу товар поставлен именно теми контрагентами, от имени которых подписаны договоры и оформлены первичные бухгалтерские документы, данное обстоятельство само по себе, при наличии доказательств невозможности исполнения обязательств по договорам со спорным контрагентом и номинального характера их участия в спорных сделках, не подтверждает реальность хозяйственных операций применительно к заявленному контрагенту.

В апелляционной жалобе общество указывает на проявление им должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента при заключении спорного договора, проведены проверочные мероприятия, в том числе путем проверки факта занесения сведений о контрагенте в ЕГРИП.

По мнению суда апелляционной инстанции указанные действия не могут являться достаточным доказательством проявления должной степени осмотрительности при выборе контрагентов, поскольку из апелляционной жалобы не следует, что общество подтвердило свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор.

Сам по себе факт регистрации контрагентов в  Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей (далее-ЕГРИП) не свидетельствует о проявлении налогоплательщиком должной степени заботливости и осмотрительности, так как, заключая договоры со спорными контрагентами, не проверив их правоспособность, приняв документы, содержащие явно недостоверную информацию, общество приняло на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить налоговую выгоду по документам, содержащим недостоверную информацию. 

Таким образом, оснований для вывода о том, что налогоплательщиком в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации проявлена разумная осмотрительность при вступлении в гражданские правоотношения, у суда не имеется.

Следовательно, соответствующие доводы жалобы не могут быть приняты, в том числе с учетом положений статей 2, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», поскольку налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право получения налоговых льгот, налоговых вычетов или иного уменьшения налогооблагаемой базы, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

Также подлежат отклонению доводы налогоплательщика о допущенных налоговым органом процессуальных нарушениях при привлечении общества к налоговой ответственности, выразившихся в ненадлежащим уведомлении налогоплательщика о времени и месте рассмотрения материалов проверки.

Материалами дела подтверждается, что акт проверки получен представителем налогоплательщика по доверенности 24.01.2017.

Налогоплательщик воспользовался своим правом, предусмотренным пунктом 6 статьи 100 Налогового кодекса Российской Федерации, и представил в Инспекцию письменные возражения на акт налоговой проверки.

Согласно пункту 2 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик извещен о рассмотрении материалов налоговой проверки.

Извещение о времени и месте рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки от 25.02.2017 № 1115 направлено обществу по телекоммуникационным каналам связи (далее – ТКС) и получено заявителем 27.02.2017.

Факт направления извещения по ТКС и получения извещений подтверждается квитанцией о приеме файлов, полученных ФИО10- представителем по доверенности от 01.08.2014 № б/н.

Налоговым органом в суд первой инстанции представлены документы, подтверждающие направление извещения и получение извещения по ТКС.

Между тем налогоплательщик на рассмотрение материалов проверки не явился.

При таких обстоятельствах налоговый орган с учетом надлежащего извещения налогоплательщика в порядке подпункта 2 пункта 3 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации принял решение о рассмотрении материалов налоговой проверки в отсутствие налогоплательщика.

Оценивая иные доводы апеллянта, которые были предметом исследования суда первой инстанции и которым дана надлежащая правовая оценка, суд апелляционной инстанции с учетом вышеизложенных норм права, фактических обстоятельств настоящего дела и содержания оспариваемого решения приходит к выводу об отсутствии оснований для признания решения Инспекции от 10.03.2017 № 401 недействительным по указанным в апелляционной жалобе доводам. 

Доказательств, полученных налоговым органом с нарушением требований Налогового кодекса Российской Федерации и не соответствующих положениям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционным судом не установлено. 

При рассмотрении настоящего дела апелляционным судом также не установлено нарушений, которые в соответствии с абзацем первым пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации могли бы быть расценены как являющиеся основанием для отмены данного решения налогового органа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого акта и обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, возлагается на орган или лицо, которые приняли соответствующий акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем заявитель в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих доводов.

С учетом вышеуказанных положений процессуального и материального права, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее по отдельности, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи согласно требованиям статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что из представленных заявителем доказательств и иных материалов дела не усматривается несоответствия оспариваемого решения положениям Налогового кодекса Российской Федерации, указанные в оспариваемом решении обстоятельства Инспекцией в рассматриваемой ситуации доказаны, правомерность его вынесения по тем основаниям, которые в нем изложены, подтверждена, нарушений прав и законных интересов заявителя не установлено.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт соответствует закону или иному нормативному правовому акту и не нарушает права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда первой инстанции о законности оспариваемого решения и об отсутствии нарушения в данном случае прав и законных интересов заявителя являются обоснованными. 

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого решения, и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя апелляционной жалобы.

В связи с тем, что при подаче таких заявлений неимущественного характера, как заявление о признании нормативного правового акта недействующим, о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, размер государственной пошлины составляет 3 000 рублей для юридических лиц (подпункт 3 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ, с учетом положений Федерального закона от 21.07.2014 № 221-ФЗ «О внесении изменений в главу 25.3 части второй Налогового кодекса Российской Федерации»), при обжаловании судебных актов по этим делам государственная пошлина уплачивается в размере 50 процентов от указанных размеров и составляет 1 500 рублей для юридических лиц.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы обществом государственная пошлина была уплачена в размере 3000 рублей, ему подлежит возврату в соответствии со статьей 333.40 НК РФ из федерального бюджета 1500 рублей излишне уплаченной по платежному поручению от 26.02.2018 №16.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 104, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 27 декабря 2017 года по делу № А03-11183/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» - без удовлетворения. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Г.Абель» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 658299, ул. Комсомольская, 250, г. Рубцовск) из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 1500 рублей по платежному поручению от 26.02.2018 №16. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

 

Председательствующий                                                            И.И. Бородулина

 

Судьи:                                                                                          С.В. Кривошеина

 

                                                                                                      Н.В. Марченко